Записки районного опера. «Дело сенсэя»: развязка

…А потом мне везло уж до самого финала! На даче в Сосновке мы накрыли матёрого нарколыжника — 18-летний стаж ш и р я л о в а и три ходки за спиною, — Георгия Севастьянова по кличке «Северный». При нём – целая фабрика по производству «дури», огромное (по меркам нашего РОВД) количество экстракта опия и в т о р я к о в (маковой соломы.Из которой уже выварили ш и р к у, но которая ещё пригодна к вторичному вывариванию)…

Ни до, ни после этого случая в руки оперов нашего РОВД не попадала столь шикарная добыча!.. Дача размещалась в уединённом месте, «вари» любую гадость – не хочу! Тем более, что сырья умелый организатор Гайдуковский добыл предостаточно… Оттуда столько дешёвой наркоты можно было продать жаждущим, что прочие «варщики» и барыги Энска скоро разорились бы!..

Что значит свежая голова и бешеная энергия не испоганившего себя ш и р я л о в о м спортсмена!.. Всех Гайдуковский превысил и обогнал…

Кстати, интересная находка нас ожидала в тайнике под собачьей конурой (пёс не хотел выходить — пришлось выгонять его кольями!): завернутый в тряпицу обрез охотничьего ружья… Ай да компра на Валентина Евгеньевича!.. Ай да день находок для славного угрозыска!..

Увидев такой расклад, и получив от нас пиндюлей авансом ещё там же, на даче, рецидивист Северный молниеносно раскололся, и заявил о своём чистосердечном раскаянии, и жажде слиться в горячей смычке с интересами родной милиции… А в качестве доказательства — молниеносно заложил Валентина Евгеньевича как вождя, вдохновителя и организатора всей этой лавочки. Добавив: «А Потапова ему во всём — помогала!»

Чуялась в нём личная озлобленность против Сенсэя. Полагаю: не раз был бит им в морду за б о д я ж к у конечного продукта водицей из-под крана, позволявшую ему тихонечко опускать образовавшуюся сверхприбыль в собственный дырявый кармашек.

Сенсэй же смотрел далеко и глубоко. Высокое качество товара при огромной производительности налаженного им производства, и связанная с этим низкая цена за к у б и к и ставили его вне конкуренции, что позволяло в самые короткие сроки загрести кучу бабок, и — свалить из нашего города, да и вообще из страны, задолго до того, как милиция успеет зашевелиться…

А Северному – что, у него — житуха без затей и без будущего. Сегодня есть чем шкваркнуться, что пожрать и во что одеться – уже хорошо, а про завтрашнее пусть Госстрах думает!..

Так что между уркаганом и спортсменом т ё р к и возникали давно, и кулаки каратиста неизменно одерживали верх над исколото — гнилушными ручонками бандита. Деться тому было некуда, вот и пахал он на своего «работодателя». Но тлело, накапливалось в душе Северного желание реванша, и вот настал славный день отмщения!.. Сдал, всё и всех сдал ментам «твердокаменный в испытаниях» (так он о себе частенько говаривал) рецидивист!..

…О, как радостно суетилось моё руководство!..

Забегал по коридорам начальник уголовного розыска, захаживал чуть ли не ежедневно на допросы «банды Гайдуковского» начальник РОВД, из горУВД прибегали всякие там капитаны и майоры, — урвать кусочек от будущей славы сокрушителей наркомафии, даже из облУВД неоднократно звонили…

Делом техники оказалось дожать Гайдуковского. Вызвал его к себе, нахохлившегося, уже предчувствующего свой скорый крах, для начала — известил: «Анька сдала хазу в Сосновке!»

Он дёрнулся, потемнел лицом, но ничего не ответил, переваривая…

Не дождавшись ответа, я защёлкал словами дальше, подпирая его со всех сторон уличающими фактами.

Показания владельца дачи гражданина такого-то: «…сдал дачу в аренду Гайдуковскому…», — раз.

Протокол обыска на даче в Сосновке, и акты изъятия огромного количества маковой соломки, ш и р к и, промежуточных продуктов «варки» экстракта опия и необходимых для этого химических реактивов – два.

Показания арестованного гражданина Севастьянова, в которых он показывает хозяина я м ы именно Гайдуковского, изобразив самого себя невинной жертвой обстоятельств и жестокого Сенсэя – три.

Этим легко доказывается факт изготовления наркоты уважаемым Валентином Евгеньевичем!..

Ещё проще доказывается факт сбыта… Увидев, что дело запахло палённым, и опера шутить не намерены, ранее задержанные Коробка с Жиром дружно дали «явку с повинной» на свою роль посредников между Гайдуковским и покупающими «дурь» наркоманами. Они же указали и ещё 3-4 посредников. Мы свезли их в райотдел, побили, и получили показания на всё того же Гайдуковского… У некоторых из них при обыске изъяли наркотики. Экспертиза показала: эта ш и р к а — тождественна той, которую изъяли в Сосновке…

Железные доводы, от которых невозможно отвертеться!..

Так, во всяком случае, внушали Гайдуковскому я и другие допрашивающие его опера, хотя на самом деле, при наличии опытного адвоката, все эти доказательства в суде можно было поставить под сомнение, а при удаче – и опрокинуть!..

Да, снимал дачу. И по доброте душевной — пустил туда жить «несчастного бомжа», дядю Жору… Однако чем тот в его отсутствие на даче занимался – понятия не имел.

А что сам дядя Жора хозяином я м ы называет Гайдуковского – так понятно, не себя же таковым признать! Выгораживая себя, матёрый рецидивист запросто обольёт грязью хоть родную мать, хоть Господа Бога!..

Показания Коробки и Жира? Оговор!.. Бандиты, мразь, отбросы общества… Им за счастье — кинуть тень сомнения на порядочного человека!.. Тем более, что м у с о р а их, скорее всего, зверски били…

Ну и остальное… прочее… При желании — всё опровергается и отбрасывается!.. Главное — что? Главное — у самого Гайдуковского на адресе, кроме тех самых вонючих пяти к у б ы ш е к Анны, ш и р к и — не нашли… Значит, он вовсе — не при делах!.. «Да вы его характеристики из спортивного общества и с мест работы посмотрите, товарищи судьи! Разве может такой достойный человек заниматься наркобизнесом?!. Это — противоестественно!..»

Короче, мог бы ещё долго и плодотворно отбиваться от правосудия Валентин Евгеньевич, но – не стал. Сломался.

Не закалённый в жизненных баталиях, в криминальных делах — малоопытный (хотя и весьма неглупый), не прошедший тюремных университетов, не знающий всех ментовских приёмчиков и крючков, он не устоял перед напором фактов и моей железобетонной убедительности… И — подписал признания: «Изготовлял… хранил… сбывал нарковещства…» Дурачок!..

А особенно лохнулся в самом конце, уже подписав все бумажки, что я ему подсунул ( внимательно перечесть — и то не удосужился, простофиля!)… Забрав у него бумаги, я невинно поинтересовался: «Больше ничего незаконного дома или на даче не хранили?..»

Про обрез специально ему до этого не говорил ничего. А то, всосав суть, сразу заявил бы: «Оружие нашёл на улице, собирался назавтра снести в милицию, а в конуру спрятал — от воров подальше…» Поди докажи, что — не так…

Поколебался, размышляя, нашли обрез или нет, и решив, что не нашли, раз молчим об этом, — ответил отрицательно. Жадность фраера сгубила… Не захотел добровольно оружие отдавать, думал — пригодится… Да нет, милок, тебе уж – не пригодится!..

Я широко осклабился, достал из ящика стола обрез, положил на стол:

«А вот доказательство того, что вы хранили на даче огнестрельное оружие!.. И не вздумайте отпираться, Гайдуковский, на с т в о л е – ваши отпечатки пальцев!..» Он аж подпрыгнул…

Потом начал было объясняться-оправдываться, да – поздно, ушёл поезд, умчался – не догонишь… Так он с горя «чистосердечные» и на обрез подписал!.. Дескать, всё равно за наркоту придётся отвечать, так какого хрена тогда от оружия отнекиваться?!. А того не понимал, что разница тут — громаднейшая… Он ведь дополнительно грозную статью на себя цеплял, а ведь никто не мешал ему отбрехиваться до последнего; нашёл… хотел сдать… на допросе про него забыл упомянуть, от волнения… При толковой защите сойдут самые тупые отговорки, как зацепка для возведения оборонительных рубежей!.. Но не дал он своему будущему защитнику даже и такой зацепки… Я ж говорю: сломался!..

Хотели прилепить ему ещё и «вовлечение»… Красивая картинка: тренер-выродок сажает маленьких детишек на иглу, чтобы потом качать из них денежки на зельё… Прям-таки сюжет для триллера!

Но увы — ни одного случая не то, что — «вовлечения в наркоманию», а и просто — торговли «дурью» Гайдуковским в школах, где он вёл секции, установить не удалось. Он был осторожен, и никогда не стал бы так явно с в е т и т ь с я. Тем более, что и смысла ни малейшего: зачем кого-то «вовлекать», когда кругом — навалом уже вовлечённых, готовых платить большие бабки…

Преступной, и тем более позорной Гайдуковский свою деятельность не считал. Мир – несовершенен, и в нём обитает всякая мразь, в том числе – наркоманская. Им нужны наркотики. Товар они достанут в любом случае – будет его Гайдуковский производить и продавать, или – не будет… Так почему бы на нём не заработать немножко?.. Не в силах очистить Мир от грязи — хоть получи с неё небольшой наварец!..

Тем более, что на фоне других наркобарыг Гайдуковский, по его самооценке, выделялся в лучшую сторону: гнал на продажу ш и р к у качественную и относительно дешёвую!.. А другие – б о д я ж а т немилосердно, и всякую гадость подмешивают…

Так за что же на Гайдуковского гнать волну?.. Не за что, он – святой, никому не хотел зла, намерения — благороднейшие… Только не повезло маленько… Планировал ещё несколько месяцев отшкваркать широкие массы — и за кордон, с любимой и собранной казной, а там уж — заняться «чистым» бизнесом. Попутно — открыть спортзал, набрать учеников и жить, припеваючи и занимаясь любимым делом… Но менты эту прекрасную задумку порушили!..

Чтобы уязвить его, поинтересовался начальник угро, почему в сумочке у его Анютки нашли ш и р к у — небось, на иглу её, нежную, с разгону и шмякнул?.. Испоганил, испохабил, растлил, погубил, одним словом…

Однако жарко заверил нас Гайдуковский, что всё обстояло противоположно: до знакомства с ним Анна кололась, но он, сблизившись с нею, добился, что она неуклонно сбавляла дозу… А после переезда на Запад — планировал поместить её в одну из тамошних клиник, и полностью вылечить от пагубного порока… Звучало красиво!.. Одного только не учёл: многое о нём и его взаимоотношениях с Анной мы уже знали от неё самой… И в её изложении многое смотрелось совсем не так…

Откровения Потаповой

В молодости её закрутило в потоке бытия. Хотелось ярких впечатлений: раздольных гулек и кутежей, мужественных и резких мужчин, лучше всего – бандитов!.. Ссорилась с пытавшимися её образумить родителями, орала на них: «Вы обо мне плохо заботитесь!», в конце концов — ушла из дома, сняв квартиру…

Будучи реализатором на рынке, снюхалась с одним домушником, продавала втихую его добычу, но потом его арестовали… Взмолилась: «Господи, если ты есть – сделай так, чтобы он не показал на меня!..» Сбылось — на следствии её имя так и не прозвучало… С тех пор — крепко уверовала в Бога, что до поры до времени, впрочем, ничуть не мешало ей жить по-прежнему.

…Однажды на дружеской вечеринке познакомилась с Гайдуковским. Мускулы, обаяние, умение к себе расположить, явный достаток в деньгах… После вечеринки — предложил подвезти её домой. Подвёз, ничего лишнего — не позволял, но обаял усердно… Они начали встречаться…

Анна ходила по кабакам, принимала от него дорогие подарки, но всерьёз — не принимала. Говорила подружкам: «Да лох он!» Он же постепенно доказывал ей, что вовсе не лох, а наоборот – умный, деловой, умеющий всё предвидеть и организовать… Жёсткий, решительный, фартовый!..

Как-то засёк Анин визит к подружке за «дурью», и то, что у той — не оказалось… И тогда он… Внимание!!!

Тогда он сделал её т о р ч а щ е й!.. Нельзя сказать, что — посадил на иглу, она ведь и раньше кололась, но бывало это эпизодически, раз в два-три месяца, и то — б о д я г о й, практически водой…

Он же, поняв, что именно ей надо — зажёгся: «Так тебе — наркотиков?!. Я помогу!..» Посадил её в машину, и они начали мотаться по городу. Как назло, ни в одной из известных ей я м «дури» не оказывалось. Наконец, на рынке — заметила одного знакомца… Амбал, бицепсы-триперсы, ни за что не скажешь: «Наркоман!..» Подошли к нему: «Можешь достать?..» А он: «Могу, если 10 к у б о в мне отольёте!..»

Без вопросов!.. Дали деньги, его долго не было… И — повезло: не к и н у л, не исчез вместе с бабками, как это чаще всего в подобных случаях и бывает, а честно привёз товар.

Гайдуковский отвёз Анну к себе на квартиру, сделал укол. Впервые это была не водичка, а добротный экстракт опия!.. И ей стало так плохо… так п о в е л о!.. А он, пользуясь моментом, стал её домогаться, стремясь получить своё, и, войдя в раж, чуть ли не изнасиловал… Нет, в тот раз она дала отпор, и настояла, чтобы он немедленно отвёз её домой.

Но ей — п о н р а в и л о с ь!..

Ну и… пошло-поехало… Он регулярно доставал аккуратные инсулинки и «дурь», колол ей. Не раз говорил, то ли в шутку, то ли всерьёз: «Посажу тебя плотнее на иглу, чтобы от меня никуда не делась!..»

Потом до него допёрло: на этом можно делать бизнес!.. Наркота и оружие — самое прибыльное дело в мире!.. Вот и решил раскрутиться… Почему – именно он?.. Да потому, что сам не принимал наркотики!.. Наркоманы – народ пугливый, вечно опасающийся, что кто-нибудь придёт и всё отнимет, а Гайдуковский – никого не боялся, жал на газ в полную!..

Ему лишь раз показали, как «варить» — словил на лету… Взял к себе постоянным «варщиком» давнего знакомца, урку Северного. Блатной, много раз сидел, всё знает… Лишь два условия: ему не ш и р я т ь с я, и товар не б о д я ж и т ь. Оба условия — нарушал…

И ещё была договорённость: при аресте всё возьмёт на себя. Мол, меня тюрьма не пугает, я там всё уж видел, привычный…

За маковой соломкой ездили в …скую область, поездом. Обычно в таких случаях ездили в разных купе, но однажды получилось, — поехали вместе. И бац — облава на станции, проверка сумок… Глянул мент в сумку, а там, вместо картошки или морковки – маковая соломка. Залыбился: «О, наркота!.. Чьё?!.» Северный не подвёл, выложил чётко: «Моё!» Его сразу – за жабры…

Гайдуковскому тем же, в купе, опер сказал прямо: «Сразу видно: ты тут банкуешь!.. Твоё счастье — доказать нельзя…»

У Сенсэя на тот момент денег было лишь 300 долларов, но он всё-таки попытался спасти подельника. Говорит: «Я не при делах, но — жаль хорошего человека… Готов дать сто долларов, чтобы его отпустили!» Опер только засмеялся в ответ… Двести… потом триста долларов – никакого результата. В конце концов, смилостивившись, опер сказал: «Гони полторы штуки «зелени», и я отпущу «хорошего человека» вместе с соломкой.»

Таких денег, естественно, при Сенсэе не оказалось. Но он съездил домой, быстренько привёз требуемое, и отмазал Северного. Нельзя было оставлять его ментам. Во-первых — сдаст, гнилушка уголовная!.. … И во-вторых, без него бизнес встанет!.. А бабки – ништяк, обратно отобьются!

Дела продолжались, набирая обороты… Анне было хорошо с ним – и как с мужчиной, и как с человеком… Широк душой, щедр, умеет предугадывать все её желания… Единственно – начал тревожиться, как быстро она превращается в законченную наркоманку, и в её внешности начинают появляются первые признаки необратимых изменений… Он-то думал, что от наркотиков можно отказаться в любой момент, но это – не так… По его требованию, она не раз пробовала завязать, сбить л о м к у «сонниками», но спустя короткое время тяга к наркоте возвращалась…

И совсем невозможно — отказаться от столь доходного бизнеса. У Гайдуковского столько планов было в разгоне… А тут — арест!..

С удивлением услышал я от Анны её собственную версию причин ареста.

. Был один алкоголик, привозил с …ской области соломку. Нарики его дурили: «А, Колян!», и — забирали наркоту за бутылку. А они его подобрали, стали использовать, давали хорошие деньги Однажды он приехал – а тренера нет, некому за соломку расплатиться, ему же срочно требовалось на бухло, вот и стал ходить по району, предлагать желающим соломку в обмен на водку. И говорил при этом: «Это я Гайдковскому привёз!» Никто особо не прислушивался, но нашёлся один сметливый малолетка. В техникуме учится, юркий такой… Вслушался, запомнил, а через какое-то время — нашёл Сенсэя, попросил: «Возьмите в дело!»

Тот вначале отнекивался, «Ты что, брат? Я таким не занимаюсь, как ты мог подумать…» Но малолетка заканючил: «Ну пожалуйста, очень прошу!» Потапова, по её словам, отговаривала, предупреждала: будут неприятности!.. Но любимый не послушался, решил взять человека на испытательный срок. Всё равно, мол, нам люди нужны… И малолетка, по мнению Анны, оказался единственной, но роковой ошибкой Сенсэя.

Поверил ему, взял в бизнес, хоть до этого имел дело лишь с серьёзными людьми, бывшими спортсменами и т.д. А этот — уболтал. Товар он брал, распределял среди клиентов, и деньги за него отдавал исправно, но по всему району стал болтать: я такой-сякой, за мною сила, никакие местные б у г р ы мне нынче не указ. Ну и девка его, стукачка… Погнала волну в ментуру… Так, во всяком случае, считала сама Анна!.. Она была неправа, разумеется, но я решил её не разубеждать.

Две особо запоминающиеся фразы из её откровений.

Из часто повторяемого ей женишком: «: «Это тебе не хихоньки-хаханьки, между прочим… Мы с тобою, Аннушка, уже и есть — МАФИЯ!..»

А про нас, ментов, она смешно сказала: «Опера как собачки – бегают, вынюхивают, высматривают…Один следователь — честный, такой бескорыстный… Наверно, папа с мамой у него богатенькие, ничего ему не надо… Только и кайфу – делать людям гадости, и потом наблюдать, как они мучаются!..»

…Ох, сучка!..

Кстати, упомянутого Потаповой малолетку мы нашли. С её невольной подачи, именно его показания дали возможность навесить на него ещё одну статью – за вовлечение в наркосбыт несовершеннолетних…

Финал

На заключительной стадии следствия удивляло неизменно тёплое отношение Гайдуковского к Потаповой. Хотя по сути — именно она предала и сдала его и всех остальных…

Когда на одном из допросов я откровенно поведал, каким именно способом побудил Анну быть откровенным со следствием, он никаких матюгальников в её сторону по этому поводу не высказывал, а напротив, продолжал отзываться о ней с тихой грустью и нежностью. Такое было ощущение, что он чувствовал вину перед нею, и любые её действия ему во вред воспринимал как справедливую кару…

На одном из последующих допросов, собравшись с мыслями — сказал: «На суде не буду отрекаться ни от наркоты, ни от с т в о л а, если Аннушке не предъявите обвинения, проведёте её в материалах дела свидетельницей…»

Удивился я, если честно… Ну кто она ему?.. Жеребцу-производителю с такими роскошными гениталиями?!. Да стоит только свистнуть!.. Придурок…

Но предложение его было выгодным. С этим согласился и выслушавший мой доклад начальник угрозыска. Всё ж таки дельце слеплено кондово, попади оно на суде в руки зубастого адвокатишки — камень на камне не оставит!.. И мы – согласились.

Потапова тем временем уже находилась в СИЗО. Оттуда её привезли ко мне, и я сообщил, что следователь по её делу (редкостный мудак, только и путавшийся у оперов под ногами, поэтому о нём ничего и не рассказываю) изменил меру пресечения на подписку о невыезде.

Я усмешливо добавил, что сделано это по личной просьбе Валентина Евгеньевича, и не удержался от того, чтобы рассказать уж ей самой, как здорово разыграл её уголовный розыск с «письмом сладострастной Анжелы»!.. Дескать, купили деваху, на элементарную туфту, и любимого она сдала запросто!.. А он, видать, совсем втюрился, если через т а к о е переступил, и за всё равно за любимую мазу тянет!..

Я почему ей это сказал?.. Вовсе не из желания позлорадствовать над глупостью криминального элемента, упаси Боже… А исключительно – чтоб поумнела и поняла, как глупо жила до сих пор, и какие жизненные капканы её ещё могут в будущем подстерегать… Хотел сучке только добра, а она…

Разоралась, расплевалась, ручонками размахалась, накинулась на меня… Загнала в угол, между шкафом и стеной, царапась и кусалась, в глаза пальцами тыкала…Еле успевал отбиваться стулом!.. Хорошо, из соседних кабинетов коллеги набежали, оторвали её от меня…

При желании её действия сто пудово катили на «оскорбление сотрудника милиции при исполнении», а это – отдельная статья, запросто и посадить могут… Главное – зрения лишить меня могла, а как же оперу без глаз высматривать в окружающем мире бандитский элемент?!. Но договорённость с Гайдуковским сработала — не стали её прессовать, а просто выгнали пинками из райотдела, так и не дождавшись на прощание душевных слов благодарности за проявленное к ней оперское милосердие…

На суде она действительно проходила как свидетельница. Отпираться от прежних показаний ей уж не было ни малейшего смысла, — Валентину Евгеньевичу это не помогло бы. Раньше надо было молчать!..

Наш суд оказался как всегда гуманным, но справедливым: Сенсэю влепили аж 12 лет!.. Такого никто не ожидал, думали — года четыре дадут, ну от силы — 6-7 лет…

Сказалось и то, что Гайдуковский отказался от адвоката, и на суде защищал себя сам — бездарно и неумело, между прочим… И то, что это был первый в нашем районе случай столь крупного и доказанного наркосбыта, — судьям хотелось нарисовать на его фоне свою бескомпромиссность и решительность в борьбе с наркомафией!..

Но самый отягчающий момент — тайно хранимый обрез, в свете этого факта Гайдуковский представал личностью роковой, зловещей, способной буквально на любое злодеяние!.. Скажем: вернётся из заключения — и перестреляет посмевших осудить его судей к ядреной матери!.. Понятно желание служителей Фемиды отсрочить эту потенциальную возможность как можно дольше… Да тут ещё и вовлеченный в наркосбыт малолетка!..

Остальным, Северному и полудюжине посредников, влепили куда меньше, от трёх до семи, да и то — с возможностью выйти раньше срока, «условно-досрочно». А у Гайдуковского, при его «оружейной» статье, и такой возможности не было!..

Местные СМИ взахлёб описывали подробности судебного процесса. Немало говорилось о заслугах сотрудников милиции, «благодаря мужеству и самоотверженности» которых было раскрыто это сложное дело». Особенно большую статью на эту тему поместила городская «Вечёрка». Из неё я и мои товарищи-розыскники узнали о «деле Сенсэя» (так его окрестили газетчики) много нового и интересного.

Оказывается, за бандой тренера – каратиста мы наблюдали целый месяц, выслеживая связи главаря, каналы поступления сырья (оно, поступало чуть ли не из Афганистана!) и сбыта наркопродукции.

Этой серьёзнейшей операцией руководила группа наилучших милицейских работников, во главе с начальником горУВД и начальником РОВД!.. Непосредственно координацию действий опергруппы осуществляли начальники городского и районного угрозысков. Следствие мастерски вёл ас трудного, но столь почётного и важного обществу следовательского ремесла капитан такой-то… Ну и активно участвовали в операции ещё 23 перечисленных поименно розыскников в звании от майора до лейтенанта. Предпоследним в том списке (последним был стажёр) значился я, причём в моей фамилии ошиблись буквой, а мои инициалы зачем-то поменяли местами… То есть я вроде бы рядом с тем успехом и стоял, но – в сторонке, что ли… да и — я ли?..

Общий вывод статьи пафосен: смотрите, какие профессионалы сыскного мастерства живут и трудятся в наших краях!..

Весь угрозыск над той статьёй ржал… Видел бы писака-репортёр тех самых «профессионалов», когда на пьяную башку с бодуна кидаются они расследовать тяжкие преступления…. Но даже и в таком состоянии — раскрываем их сплошь и рядом, вот что поражает!..

Особенно покоробило в статье меня лично то, сколь бесстыдно пресса искажает и приукрашивает факты в своих публикациях. Надо же и совесть иметь!.. Ну как можно было исказить мою фамилию?!.

И как всё было на самом деле-то?..

Начальник РОВД на меня сдуру наорал… Со страху я подсуетился, случайно напал на слабый след и затеял авантюру, , задержав человека без веских оснований… Но нам случайно повезло, и задержанный оказался действительно главарём провинциальной наркомафии, а мы чудом сумели его расколоть… Вот и вся «серьёзнейшая операция»!..И провернул её фактически я один, а теперь получается, что ещё сто человек мне в хвост пристроились, и стоят так плотно, что меня самого за ними уж и не видать!..

…Ну и чем же, спрашивается, поощрило меня руководство за этот триумф?.. Ничем!.. Абсолютно!.. Насчёт награды я вообще молчу, ордена в милиции практически только «павшим смертью героя» дают, но ведь и премиальных не подкинули, хотя по горячим следам — обещали!..

Ещё какое-то время непосредственное начальство осторожненько присматривалось ко мне, ожидая, не буду ли я выдавать «на – гора» супер-дела каждую неделю, но потом, поняв, что то дело было лишь случайной удачей, стало орать на меня по-прежнему, словно никакого Сенсэя я и не ловил…

Попадись мне Гайдуковский при тех же обстоятельствах сегодня — хрен стал бы изобличать и арестовывать!.. Всё равно на место одного «закрытого» наркобарыги тотчас появляется другой, ещё более гнилушный…

…Нет, мы с Валентином Евгеньевичем быстренько нашли бы общий язык. Пусть торгует ш и р л о м сколько угодно (в пределах разумного, разумеется!), а в обмен за это — сексотит на угрозыск, ну и свежую копеечку в оперской карман изредка кидает…

Да в том-то и беда, что подобных ему, нормальных и солидных людей, среди наркоторговцев нашего района больше не заводится. Перевелись такие, осталась только всевозможная мелкая шушера…

Иногда вспоминаю Гайдуковского — и локти готов кусать, сожалея об упущенных возможностях. Э, да чего уж попусту сердце себе рвать…

…Что касается Потаповой, то вскорости после описываемых событий она вступила в одну из расплодившихся во множестве в нашей стране сект, ударно изменила образ жизни с низко-грешного на высоко-праведный, вышла замуж за единоверца, , нарожала ему двух ребятишек, и теперь у неё — размеренная жизнь добропорядочной домохозяйки с религиозным уклоном.

Никакой переписки с находящимся в «зоне» Гайдуковским она не ведёт, и, насколько мне известно, продуктовых посылок ему туда – не посылает.

Владимир КУЗЕМКО, специально для «УК»

P.S. Републикация материалов Владимира Куземко, возможна только с разрешения автора!

Читайте также: