Пытки — это такое спецмероприятие

Информатор Gulagu.net Сергей Савельев рассказал «Би-би-си», как получил видеоархив с пытками заключенных. Краткий пересказ

Меня зовут Сергей Савельев. Мне 31 год, я из Белоруссии и я передавал Gulagu.net все те страшные кадры, которые сейчас растиражировали в СМИ.

Сергей

Меня задержали в России в 2013 году, когда я приехал на заработки. Мне прислали посылку с сомнительными веществами, а через полчаса ко мне ворвался ОМОН. Дали девять лет по статье о пересылке наркотиков. Попал в колонию в Саратове. Перед новым 2016 годом я простудился и попал в ОТБ-1. Там я два года собирал записи с видеорегистраторов — самые простые записи. Ко мне присматривались. Не помню, когда впервые увидел видео пыток. Пытки — это такое спецмероприятие, все делает не сотрудник, а кто-то из осужденных. Я всегда понимал, что сейчас принесут видеорегистратор и там будет жесть. Понадобилось время, чтобы это переварить. И я решил собирать видео, еще не зная, для чего. Записи не должны храниться: мероприятия проведены — все, удаляй. Не всегда получалось скопировать, но то, что удавалось, я методично архивировал и прятал. План сформировался в 2019 году, а через два года я понял, что обращусь к Владимиру Осечкину. Если бы это вскрылось до того, как я освободился, я бы, наверное, не освободился. Боялся, что меня будут пытать, если не буду осторожен. Все говорят, что вынести диск с записями невозможно. Но я знал, как это работает, чего ждать от этих людей. И все получилось.

В сентябре я полетел из Минска в Новосибирск. Меня остановили на пересадке в Петербурге. Капитально осмотрели вещи. На допросе сказали, что прослушивали мой телефон, читали мессенджер, в курсе сотрудничества с Осечкиным. Поставили перед фактом: ты сядешь и там тебя убьют. Предлагали сотрудничать. Допрашивали как свидетеля. Я подписал обязательство явки, меня отпустили. У меня был выбор — жить или умереть. Я выбрал жить. Пока был в России, мне все время писали в телеграме. Предлагали встречу в Москве. Я был уверен, что из России меня не отпустят. Долетел до Москвы, но на пересадку не пошел. И на маршрутке уехал в Беларусь. Дома провел около суток. Отъезд не афишировал. Стресс, страх, просто паника. Прилетел в Стамбул, затем — в Тунис и в Париж. У меня была заученная фраза про политическое убежище, я ее твердил как заклинание одному полицейскому, второму, третьему. Никто не понимал. Пригласили переводчика, большое ему спасибо, отнесся с пониманием, сказал, что это обычное дело. Меня направили в депортационный центр. А потом пришло положительное решение по моему вопросу.

Это приблизительный пересказ интервью Сергея Савельева «Би-би-си». Цитаты, оформленные от первого лица, необязательно являются дословными. // Медуза

Читайте также: