ТОЛПА «ВЕРЕДЮКОВ» В «ДЕЛЕ АЛЕКСАНДРОВА»

У Георгия Гонгадзе, Игоря Гончарова и Игоря Александрова смерть была разная. Но у всех у них при жизни были контакты с человеком, которого сейчас стало модным называть Е.К.М.В принципе, не известно, сотрудничал ли Г. Гонгадзе с Евгением Марчуком на президентских выборах 1999 года, когда экс-глава СБУ с псевдо-демократической риторикой был одним из кандидатов. Но вскоре после их завершения, как утверждают многие источники, через некоего «Петровича» Георгий получил от Е.К.М. компьютерную технику, офисное помещение и деньги на создание и работу сайта «Украинская правда».

Не совсем понятно, какую роль играл Игорь Гончаров в предвыборной кампании Евгения Кирилловича в том же 1999 году, но факт участия в ней не отрицал и сам бывший милиционер. А позже (как явствует из так называемых «писем Гончарова») Гончаров продолжал поддерживать отношения с Е.К.М.

На президентских выборах 1999 года Игорь Александров был доверенным лицом Е. Марчука, а портрет Евгения Кирилловича до последнего дня жизни стоял в кабинете директора телекомпании ТОР. Впрочем, многие донецкие журналисты рассказывают, как активно в то время Игорь Александров уговаривал и их посодействовать, и поработать на избирательную кампанию Е.К.М. Согласились на это предложение единицы.

Кстати, некую весьма своеобразную связь с Евгением Кирилловичем ощущала на себе и главный редактор «Украинской правды» Алена Притула, находящаяся ныне на безопасном расстоянии от Украины. Еще весной прошлого года она обратилась с заявлением в Генеральную прокуратуру с просьбой предоставить ей охрану, так как журналистка имела все основания полагать, что ее жизни угрожает опасность. Тогда эта «прихоть» Притулы была воспринята неоднозначно, но все же охрана была выделена. Как считают весьма информированные источники, с такой просьбой обратиться в прокуратуру Притулу заставило известие о том, что именно тогда при очень странных обстоятельствах погиб тот самый полулегендарный «Петрович».

После гибели Игоря Александрова Евгений Марчук в качестве Секретаря СНБОУ дважды появлялся в Славянске Донецкой области. Сначала — сразу после убийства в июле 2001 года по поручению президента, чтобы на месте оценить ситуацию. И в конце лета того же года, когда на совещании в Славянске прокурорских и милицейских чинов из Киева и Донецка в присутствии Марчука Генпрокурор Потебенько впервые заявил, что «дело Александрова» раскрыто.

Евгений Кириллович не возражал против такого быстрого и радостного рапорта прокуратуры об успешном завершении работы. Даже потом, когда лопнуло обвинение против «бомжа» Вередюка, на которого прокуроры с милицией пытались «повесить» убийство журналиста, Марчук (будучи тогда еще Секретарем СНБОУ) не озаботился безопасностью Украины, в которой фальсификацией уголовных дел занимаются на самом высоком уровне.

Теперь Генпрокуратура в лице заместителя ее главы Виктора Шокина в очередной раз заявляет, что «дело Александрова» опять раскрыто. И более того, рапортует о том, что задержаны организаторы-заказчики и непосредственные исполнители убийства. Первыми являются братья Александр и Дмитрий Рыбаки, вторыми — некие бронеподростки Турсунов и Онишко.

К тому же прокурорские чины уже успели заявить, что, по их сведениям, в Верховной Раде некими народными депутатами уже собраны 2 миллиона долларов, чтобы «отмазать» от ответственности Александра Рыбака, который якобы является главным организатором убийства Александрова. Впрочем, подобное заявление можно расценивать и как скрытое предупреждение всем, кто осмелится обвинить Генпрокуратуру в очередной фальсификации дела. Дескать, это грязные деньги делают свое дело.

Но первой в «рыбаковской» версии усомнилась жена Игоря Александрова Людмила, которую невозможно заподозрить в подыгрывании убийцам мужа.

Вслед за ней, несмотря на возможность быть обвиненными в продажности, и мы усомнимся в чистоплотности и объективности Генпрокуратуры, на наш взгляд, стряпающей обвинение очередного «вередюка».

В первую очередь основанием для такого сомнения служат карьеры тех прокурорских лиц, которые изначально были причастны к расследованию «дела Александрова» и фабрикации версии «бомжа»-одиночки. Ведь до тех пор, пока эти прокуроры не понесли заслуженного наказания, говорить об объективности нынешнего расследования нет никакого смысла.

Тем не менее, Сергей Винокуров, лично руководивший фальсификацией обвинения против Вередюка не только до сих пор остается заместителем Генпрокурора, но повысился в ранге до Первого заместителя Пискуна, также известного мастера перевирать законы. Тем не менее, Сергей Маркиянович так до сих пор и не отказался от своего публично высказанного утверждения, что Донецкий апелляционный суд в «деле Александрова» оправдал преступника.

Еще один стремительный взлет карьеры сопутствовал прокурорскому работнику из Донецка Александру Медведько, с самого начала разрабатывавшего версию «бомжа» Вередюка. За эту заслугу его в сентябре 2001 года повысили до заместителя прокурора Луганской области, а с приходом в ГПУ Пискуна и до заместителя Генпрокурора.

Так же комфортно чувствует себя и прокурор Донецкой области Пшонка, непосредственно организовавший ложное обвинение в «деле Александрова».

Не менее благополучен и тогдашний заместитель Пшонки Юрий Ударцов, который и был в 1998 году тем прокурором Славянска, возбудившим уголовное дело против Александрова и добившийся лишения журналиста на 5 лет права заниматься профессиональной деятельностью. Теперь он прокурор Сумской области.

Еще один прокурор из Донецка, Юрий Балев, выступавший государственным обвинителем на судебном процессе Вередюка, в своем выступлении договорился до того, что возложил вину за случившееся на самого Александрова. Теперь Балев «надзирает» за законом в полумиллионной Макеевке.

Никто из этих прокуроров не был привлечен даже к дисциплинарной ответственности за фальсификацию обвинения в «деле Александрова». И напротив — гораздо улучшили свое служебное положение.

Сейчас версия столь благополучных прокуроров строится на том, что Игорь Александров в своих телепередачах представлял слово двум краматорским экс-убоповцам Сербину и Солодуну, которые разоблачали связь организованной преступной группировки «17-й участок» с высокопоставленными милицейскими и прокурорскими чинами Краматорска и Донецкой области. Апофеозом этих разоблачений стала так называемая «дюссельдорфская кассета», на которой два лидера ОПГ упоминали Александра Рыбака в качестве организатора серии громких убийств. И, по версии прокуратуры и Солодуна с Сербиным, дабы предотвратить дальнейшие разоблачения Рыбак нанял за 4000 долларов двух «отморозков» для устранения журналиста.

Кстати, эта версия, выдвинутая экс-убоповцами «по горячим следам» и усердно навязываемая ими общественности, неоднократно еще в 2001 году опровергалась замгенпрокурора Винокуровым, который утверждал, что она не получила подтверждения. Но после этого Сергей Маркиянович получил не место на нарах, но более высокий пост, незаслуженно занимаемый им и поныне. Впрочем, до сих пор не возбуждены и уголовные дела против фигурантов из Донецкого УБОПа, которых краматорские «честные менты» обвиняли в связях с ОПГ: Бантуш — начальник местного УБОПа, тогдашний начальник областного УБОПа (нынешний глава областного УМВД) — Малышев и нынешний главный убоповец в Донбассе Белозуб. Теперь же замгенпрокурора Шокин, стоящий по иерархии ниже Винокурова утверждает, что информация Сербина и Солодуна, в том числе так называемая «дюссельдорфская кассета» «очень помогла» в расследовании убийства Александрова.

Версия, конечно, эффектная, если бы не несколько обстоятельств ей сопутствующих. При этом, конечно же, пока нет оснований сомневаться в подлинности вышеназванной аудиозаписи и причастности Рыбака к упомянутым убийствам. Но элементарное сопоставление фактов, здравый смысл и логика позволяют усомниться в причастности уже обвиненных людей к убийству Александрова.

Поэтому надо напомнить некоторые факты. В 1998 году у Игоря Александрова на почве выборов в Верховную Раду произошел конфликт с крупным донецким бизнесменом Александром Лещинским, который баллотировался по Славянскому мажоритарному округу. Игорь в одной из передач назвал магната «водочным королем», который отравляет будущее наших детей. Местный прокурор Ударцов по этому факту возбудил уголовное дело «за клевету». Хотя, как позже выяснилось, сам Лещинский никаких заявлений в милицию и прокуратуру о преследовании журналиста не писал. Но в реалиях правового беспредела в Украине такое заявление вовсе не является обязательным.

Этот конфликт и последовавшее скандальное судебное решение стали общеизвестными, сделав популярным Александрова и наложив прочный негативный отпечаток на имидж Лещинского.

Именно тогда в 1998 году избирательный штаб будущего народного депутата располагался в Славянске в помещении Ассоциации «Укрлига», которую возглавлял Александр Рыбак. Руководил же тем избирательным штабом Дмитрий Табачник — нынешний вице-премьер-министр по социальным вопросам, а тогда только освобожденный от должности главы Администрации президента.

Сам Александр Рыбак на тех выборах был доверенным лицом Лещинского и, следовательно, пользовался расположением обоих нынешних политиков. И тем более, Рыбак не мог не понимать, что любые его действия, тем более такие резонансные, так или иначе будут связаны в первую очередь с именем Лещинского и в меньшей степени — с именем того же Табачника.

Кроме того, надо иметь хоть какое-нибудь представление о взаимоотношениях в кругах истинных «хозяев» Донецкой области. К этим «хозяевам» относятся не только финансово-промышленные магнаты, но и силовые структуры, и криминальное сообщество, которые тесно переплелись в своих общих интересах, и решающие свои проблемы только с учетом того, насколько это не заденет все сообщество в целом. В противном случае в Донбассе разговор конкретный — выстрелы всегда ненайденных киллеров. («Банда Кушнира», якобы убившая Щербаня, Брагина, Гетьмана — очередная громкая и топорная фальсификация Генпрокуратуры, за которую еще предстоит понести ответственность правоохранителям.) Потому представить себе реакцию «хозяев», когда на «подведомственной» им территории (особенно на фоне невероятно громкого убийства Георгия Гонгадзе) происходит жуткая расправа с журналистом, привлекшая внимание не только всей Украины, но и всего цивилизованного мира, не сложно.

Те, кто знает эту ситуацию в Донецкой области не понаслышке, утверждают, что если бы к убийству Александрова был причастен сам Лещинский, или же дружественные ему структуры, то этого народного депутата не спасло бы даже укрывательство в Израиле. Тем более ничто бы не смогло уберечь от расправы и Александра Рыбака. И тем более никто не допустил бы его пребывания в живом виде под арестом.

Впрочем, сразу после нападения на Александрова, когда его организм еще боролся за жизнь, многие очевидцы рассказывают, что сообщение об этом повергло в глубокий шок нардепа Лещинского. Он с потерянным видом ходил и всем рассказывал, что, из-за того давнего конфликта, кое-кто попытается повесить на него ответственность за произошедшее с журналистом. Тем более, что уже на следующий день в Славянске кто-то заботливо и широко распространил слух, что убили Александрова из-за разоблачения ОПГ «17-й участок», к которому якобы относился и Рыбак. А в самой «Укрлиге» был проведен по ментовски спешный, но безрезультатный обыск.

А понимал ли сам Рыбак, что именно на него и его покровителя в первую очередь падет подозрение в организации убийства, если еще в апреле 2001 года Сербин и Солодун в программе Александрова назвали руководителя «Укрлиги» «мозговым центром» организации ряда убийств? Отрицательно можно ответить только в том случае, если предположить, что Рыбак полный идиот, который не способен осознать, что он подставляет не только себя, но и Лещинского.

Или же организатор убийства так уповал на всемогущество и связи народного депутата, что мог позволить себе все, что заблагорассудится? Да нет, Лещинский все же в Донбассе не та фигура, которой бы местные «хозяева» простили подобный скандальный резонанс. Имидж «стабильного» Донбасса им куда дороже.

И уже вовсе за гранью здравого смысла и логики выглядит предположение, что Рыбак не знал о том, что к лету 2001 года телекомпания ТОР была куплена одной из структур Александра Лещинского, сам Александров был полностью лишен эфира и дорабатывал последние дни перед свои переездом на жительство в Россию. То есть, никаких дополнительных «разоблачений» от Сербина и Солодуна, в том числе и по «дюссельдорфской кассете», в славянском эфире уже быть не могло.

Или это была месть журналисту за принципиальную честную позицию? Тогда почему не были убиты истинные носители компрометирующей информации — два экс-убоповца, которые с Александровым или без него, будут продолжать свои разоблачения? Почему жертвой оказался только ретранслятор утверждений Сербина и Солодуна? Или же расчет Рыбака строился на том невероятном предположении, что убийство журналиста остановит бывших милиционеров в их «борьбе за правду»? Эти вопросы, как представляется, выглядят более обоснованными, чем нелепые объяснения даваемые ныне Генпрокуратурой.

Впрочем, в «деле Александрова» есть некие почти мистические параллели с другим скандальным делом, объединяемых нами в одно — «дело Гонгадзе-Гончарова». Последний, будучи экс-убоповцем, якобы передавал Евгению Марчуку информацию по «делу Гонгадзе», убитому бандой «оборотней». Игорь Александров тоже, пользуясь давними связями с Евгением Кирилловичем, передал ему разоблачительные материалы от двух экс-убоповцев о милицейских «оборотнях», покрывающих организованную преступность. Как известно, ни в том, ни в другом случае Е.К.М. никакой реакции не проявил, но оба «ходока» оказались мертвыми. И в обоих «делах» мистически присутствуют аудиозаписи — «пленки Мельниченко» и «дюссельдорфская кассета».

В «деле Александрова» и «деле Гонгадзе-Гончарова» есть и еще одна параллель: в обоих случаях «раскрутка» по фактам убийства Гонгадзе и Александрова началась с ареста членов двух ОПГ, задержанных совсем за другие убийства. И только в результате «расследования» этих преступлений прокурорам удалось выйти на предполагаемых убийц журналистов. Хотя изначально это и не планировалось. Впрочем, можно предположить, что люди, которым уже по другим эпизодам «светит» пожизненное заключение, под милицейско-прокурорскими пытками ради облегчения своей участи могут признаться даже в убийстве Джона Кеннеди. В Украине и не такое возможно.

И совсем маленький штрих. В Интернете и в некоторых СМИ уже появились некоторые смутные сведения о том, что незадолго до смерти Игоря Гончарова его в СИЗО посетил (естественно, без разрешения следственных органов) некто Е.К.М. Вскоре Гончаров умер после неоднократных в течение нескольких дней остановок сердца. Труп был срочно кремирован, но результатов экспертизы причин смерти нет до сих пор. И сразу же после этой смерти появились письма Игоря, в которых представлено алиби Е.К.М. в «деле Гонгадзе».

Может поэтому на вопрос журналистов: «Есть ли гарантии, что обвиняемые в убийстве доживут до суда?», — замгенпрокурора Шокин уверенно заявил: «Ну, гарантии дает только страховой полис, — вы знаете об этом. Я не знаю, доживу ли я до завтра, а вы спрашиваете о гарантиях для КОГО-ТО».

И все же интересно, о чем разговаривали во время своих встреч Марчук и Александров, до того как Игорь погиб? И кто передал Сербину и Солодуну «дюссельдорфскую кассету», после озвучки «фактов» из которой был убит Александров?

Игорь КУН,

Читайте также: