Как карантин в Украине влияет на домашнее насилие. Куда обращаться жертвам

Фото: художница-иллюстраторка Анна Сарвира

В странах ЕС, где карантин ввели раньше, чем в Украине, еще в марте зафиксировали рост домашнего насилия. Уже за первую неделю после введения карантина,  в некоторых странах Евросоюза число случаев бытового насилия увеличилось на треть.

Во Франции количество обращений выросло на 30%. В Великобритании количество женщин, убитых мужем дома, выросло втрое, а количество звонков на горячие линии — почти вполовину. В Италии 8-15 марта количество обращений относительно домашнего насилия на 55% превышало показатели за ту же неделю в прошлом году. В ООН заявляют, что из-за карантина вспышка домашнего насилия наблюдается и во всем мире. Телеканал Hromadske рассказывает, как влияет карантин на уровень домашнего насилия в Украине, кто помогает его жертвам и как распознать насилие и постараться себя обезопасить, а также куда обращаться пострадавшим.

«Пандемия внутри пандемии»

Доминика Стояноска, руководительница Офиса ООН Женщины в Украине, утверждает, что количество звонков на горячую линию по предотвращению домашнего насилия с начала карантина выросло на 30%. По ее словам, во время вынужденной изоляции женщины страдают и от домашнего насилия, и от неравномерного разделения труда. Опрос социологической группы «Рейтинг» показал, что во время изоляции женщины выполняют больше домашней работы, а мужчины больше времени тратят на сон, алкоголь, секс и спорт.

«Мы говорим, что пандемия ставит всех в одинаковую ситуацию, но это на самом деле не так. Потому что влияние на женщин и мужчин разное, мы видим это вместе с тем, как распространяется болезнь, — рассказала Стояноска Hromadske International. — Домашнее насилие раньше называли пандемией. Теперь это пандемия внутри пандемии».

Но Екатерина Павличенко, заместительница министра внутренних дел, в комментарии hromadske утверждает, что в марте роста количества вызовов полиции из-за домашнего насилия не было:

«В период карантина количество вызовов на линию 102 относительно домашнего насилия не увеличилось: с 12 марта по 7 апреля звонили 42 тысячи раз, то есть за сутки — 1500 звонков. С 1 по 11 марта, еще до введения ограничительных мер, было 1600-1650 ежедневных сообщений».

Екатерина Павличенко отмечает, что, возможно, увеличение количества обращений не фиксируют, потому что в условиях карантина обидчик всегда находится рядом и не дает возможности позвонить в полицию.  Такая же ситуация и в соседней Молдове. Молдавские специалисты из организации по борьбе с домашним насилием «Ла Страда» рассказали журналистам Ziarul de Gardă, что это отсутствие роста обращений — это «очень тревожный сигнал, особенно сейчас, когда большинство сотрудников правоохранительных органов вовлечены в реализацию ограничительных мер по предотвращению распространения вируса COVID-19».

Екатерина Левченко, Правительственная уполномоченная по гендерной политике, считает, что пострадавшие могут не обращаться за помощью, потому что не уверены, что полицейские уделят проблеме достаточно внимания в таких условиях. В комментарии hromadske она отмечает, что на «горячих линиях» заметен незначительный рост количества обращений. Например, на национальную «горячую линию» по противодействию домашнему насилию в середине марта обращались более 60 раз в сутки. Но уже в конце месяца это количество уменьшилось на треть, что соответствует привычным показателям.

А вот в общественных организациях рост количества обращений во время карантина фиксируют почти каждый день. Алена Кривуляк, координаторка направления горячих линий общественной организации «Ла Страда», рассказывает: в марте поступило 1600 звонков. Для сравнения, до карантина чаще всего звонили в новогодние праздники — 1100 раз.

Карантин или помощь?

5 апреля Юлия вызвала полицию — ее знакомая из-за карантина оказалась заперта в квартире с маленьким ребенком и обидчиком. Бежать в Киеве было не к кому. Юлия поговорила с операторкой 102 — та задавала четкие и уместные вопросы, поэтому Юлия надеялась, что разговор не пройдет даром.

Но через час ей позвонила сама потерпевшая — не дождавшись полиции, она убежала из дома. Еще через полчаса позвонил полицейский с вопросом: «Ну что там?». Разговаривать уже было не о чем. После того, как Юлия рассказала эту историю в Facebook, ей позвонили из полиции, чтобы разобраться в ситуации. Пострадавшая сейчас находится в безопасном месте.

Алена Кривуляк утверждает, что на работу полиции жалуется примерно половина абоненток «Ла Страда»:

«Я не говорю, что полиция ничего не делает. Но бывают ситуации, когда участковые отказываются приходить к семье, ссылаясь на карантин. Или полиция приезжает на вызов и пытается давить на женщину — мол, как можно выставить вашего мужа на улицу, разве вам не жалко, что он заразится? Но смерть от домашнего насилия равна смерти от коронавируса — в обоих случаях мы теряем человека».

Алена Кривуляк говорит, что случаев, когда полиция не выполняет свои обязанности, много. Например, мужчина вернулся с заработков в Польше и находится дома на самоизоляции. Он и до карантина бил и унижал жену и ребенка, но теперь он все время дома, начал пить, поэтому случаи насилия стали более частыми. Когда же женщина позвонила в полицию, ей посоветовали пойти к соседям, ведь мужчину выставить за двери невозможно из-за карантина.

«Ла Страда» обращалась в МВД, чтобы узнать, нет ли внутренних распоряжений об изменениях в работе из-за карантина. Но их заверили, что подобных указаний не было. Это также подтвердили в комментарии hromadske. Но о том, как действует руководство МВД, когда полицейские не выполняют своих обязанностей, ответа мы не получили.

Фото:художница-иллюстраторка Анна Сарвира

Фото:художница-иллюстраторка Анна Сарвира

«Потребности людей, которых не видно»

Количество обращений в благотворительный фонд «Славянское сердце», работающий на Донбассе, с начала карантина выросло вдвое. Так утверждает Екатерина Ханева, координаторка направления по предупреждению и противодействию гендерно-обусловленному домашнему насилию.

Мобильные бригады «Славянского сердца» продолжают выезжать по обращениям — пока это один из немногих сервисов в регионе, который не перешел в онлайн-формат. Екатерина Ханева говорит, что дистанционная помощь часто недоступна женщинам возле линии разграничения. По ее мнению, из-за карантина в Донецкой области ухудшилась ситуация с доступом к правосудию и бесплатной правовой помощи.

«В Волновахе женщины рассказывали, что из-за финансовых трудностей даже счет мобильного не могут пополнить. Мы бываем в местах, где связи нет вообще. Хорошо, что есть информирование, дистанционная работа бюро правовой помощи и судов. Но есть потребности людей, которых даже не видно», — объясняет Екатерина Ханева в комментарии hromadske.

Сейчас риск домашнего насилия в прифронтовой зоне растет еще и из-за экономической нестабильности, вызванной карантином. На территориях вблизи линии разграничения рабочие места часто были связаны с сервисом для жителей неподконтрольных территорий. Теперь этой работы нет.

«Экономические проблемы — одна из причин роста напряжения в семьях и страха женщины обращаться за помощью. Эта пропасть в наших областях стремительно расширяется. Это может привести к значительным социальным последствиям», — считает Екатерина Ханева.

Опасная изоляция

У Анны (имя героини изменено) из Полтавской области двое детей. Когда терпеть насилие мужа стало не под силу, она позвонила в полицию — приехали, но срочное запретное предписание не вынесли. Причина — карантин, не выгонять же его на улицу. Анна забрала детей и ушла из дома. Просилась в больницу переночевать, но ей отказали.

Тогда женщина позвонила в «Ла Страду» и сказала, что оказалась на улице. В «Ла Страде» связались с полтавским приютом, договорились о месте для Анны, но она все равно не могла туда добраться. В итоге доехала из села до областного центра на такси. Теперь живет в приюте вместе с детьми.

Алена Кривуляк рассказывает, что не все могут заплатить за такси. Невозможность добраться до приютов из-за прекращения работы общественного транспорта — распространенная проблема.

«Шелтеры находятся преимущественно в крупных городах, — объясняет Алена Кривуляк, — поэтому у женщины из области физически нет возможности доехать до него».

В Украине действует несколько десятков шелтеров — и государственных, и основанных общественными организациями или международными фондами. Чтобы попасть туда во время карантина, необходимо предоставить справку о состоянии здоровья, в некоторых случаях — пройти флюорографию. Не все приюты продолжают принимать женщин во время карантина — например, шелтер в Мариуполе отказался, чтобы не подвергать жительниц опасности.

В разных регионах функционируют восемь приютов, которые помогала создавать международная медицинская организация HealthRight International. Во всех продолжают принимать женщин. Дневные консультационные центры и мобильные бригады продолжают работать онлайн или по телефону.

Штаб-квартира HealthRight International в Нью-Йорке предупреждает о высоком уровне риска инфицирования в приютах, рекомендует селить новоприбывшую женщину в отдельную комнату и обеспечивать две недели самоизоляции. Но Галина Скипальская, директорка HealthRight International в Украине, говорит, что выполнить такую ​​рекомендацию невозможно.

«Женщины живут по двое в комнате. Мы обеспечиваем всех масками, антисептиками, объясняем важность ограниченных социальных контактов. Дети гуляют на балконе, наша квартира на первом этаже, поэтому мы почти не заходим в подъезд, — рассказывает она. — Социальные работники приезжают на несколько дней, и мы всегда говорим о том, что стоит оставаться дома при малейших симптомах».

Один из шелтеров сети — социальная квартира в киевской многоэтажке, купленная на средства доноров в 2013 году. Недавно у одного из жителей дома обнаружили коронавирус. Несмотря на это, в социальную квартиру приняли еще одну женщину, с которой была заблаговременная договоренность, и ждут еще одну клиентку. Ее предупредили о риске, но женщина видит в этом меньшую угрозу для жизни, чем в пребывании с агрессором.

Сейчас в некоторых областях случаи обращения в дневные центры сети участились в 3-5 раз — но не всегда из-за домашнего насилия. Иногда люди просто не знают, где получить информацию о карантине, беспокоятся и хотят с кем-то поговорить.

По словам Екатерины Левченко, большинство приютов в Киеве заполнены. В некоторых городах — Киев, Харьков — создали кризисные комнаты для поселения на короткий срок. Где женщины могут находиться в течение более длительного времени, еще не решили.

«Мы рассматриваем возможность применить опыт Франции, где безопасное пространство создают в опустевших гостиницах. Но пока это в процессе разработки», — говорит Екатерина Левченко.

Приюты, подчиненные Министерству социальной политики, продолжают работать и принимают новых пострадавших. При этом мобильные бригады приезжают на вызов только в условиях угрозы жизни и здоровью женщин.

Фото:художница-иллюстраторка Анна Сарвира

Фото:художница-иллюстраторка Анна Сарвира

Журналисты hromadske обратились в Министерство социальной политики Украины с вопросом, существует ли стратегия предотвращения и защиты от домашнего насилия в условиях карантина. Пока они  не получили ответа.

Как распознать насилие и обезопасить себя

Владимир Станчишин, психолог-психотерапевт и руководитель психотерапевтического центра «Лаборатория перемен», объясняет: в условиях карантина, без работы и встреч с друзьями, у людей нет эмоциональной разрядки. Но сама изоляция не является причиной домашнего насилия.

«Карантин не создает проблему в семье — он ее показывает. Насильник — всегда насильник, независимо от того, явный ли он. Проблему легче скрыть, разойдясь в разные концы города. Но домашнее насилие нельзя оправдать ни при каких условиях — ни во время войны, ни во время пандемии. Женщина должна помнить об этом», — объясняет Владимир Станчишин.

Он говорит, что насилие бывает физическим, психологическим, сексуальным и экономическим. Но следует различать насилие и конфликты. Насилие всегда умышленное, оно наносит вред, нарушает права и свободы человека, а главное — у обидчика есть значительное преимущество.

«Во время конфликта оба могут кричать друг на друга — но во время насилия жертва не может давать равнозначный ответ», — говорит Владимир Станчишин.

Татьяна Харьковская, психологиня «Ла Страда», замечает:

«Не бывает только физического или только экономического насилия — обычно агрессия принимает разные формы. Во время карантина количество обращений на горячую линию относительно домашнего насилия возрастает, в частности, относительно экономического и психологического».

Она добавляет: часто пострадавшие боятся обращаться в полицию, поскольку, например, стыдно перед соседями.

Владимир Станчишин объясняет: у женщин, которые регулярно страдают от домашнего насилия, есть синдром приобретенной беспомощности — они не верят, что кто-то поможет. Поэтому важно, чтобы окружающие, которые знают о насилии, убеждали пострадавшую, что терпеть нельзя. И прежде всего следует обращаться в полицию.

Куда обращаться в Украине в случае домашнего насилия в

Автор: Оксана Расулова; hromadske

Читайте также: