Харьков криминальный: плач «регионального» террориста — депутата

Ранее «УК» сообщала, как депутат Червонозаводского райсовета Александр Лебеденко заминировал самолет авиакомпании «Украинско-Средиземноморские авиалинии». Обидевшись, что самолет улетел в Турцию без его подруг. В Харькове по этому поводу поднялся изрядный шум. Областная прокуратура даже возбудила два уголовных дела. Одно – по факту звонка о заминировании, второе – по факту злостного неповиновения властям. А затем объединила их в одно производство. Но, похоже, этим история не закончится. Есть шанс, что появится еще одно дело. На этот раз – об избиении депутата. Повод для таких предположений дает письмо, направленное депутатом-террористом на имя председателя областного совета и председателя областной организации Партии Регионов Василия Салыгина.

Вот его полный текст:

«Председателю Харьковского Областного Совета

Председателю Областной Организации Партии Регионов Салыгину В.В.

Хочу довести до Вашего сведения и разъяснить ситуацию, произошедшую 12 ноября 2006 года около 20.00 в Харьковском аэропорту.

Я, действительно, приехал в аэропорт около 20.00 со своим знакомым для того, чтобы проводить моих подруг на рейс «Харьков-Стамбул». При прохождении регистрации сотрудники паспортного контроля отказались регистрировать моих подруг на этот рейс, хотя об окончании регистрации объявили через 2 минуты после ее отказа. После этого мы начали просить представителя турагенства о том, чтобы он решил вопрос о проведении регистрации на этот рейс, либо перерегистрации билетов на ближайший рейс в Стамбул. Через несколько минут, видимо, связавшись со своим руководством, он объяснил, что этим рейсом отправить моих подруг невозможно и предложил вернуть деньги за билеты, сказав, что есть рейс в Стамбул из Киева в 8.35 13 ноября, либо можно перерегистрировать билеты на 15 ноября на рейс «Харьков-Стамбул».

Мы решили ехать в Киев и лететь в Стамбул 13 ноября 2006г. рейсом в 8.35, о котором говорил представитель турагентства. Я позвонил своему знакомому, который меня иногда возил, для того, чтобы он отвез нас в Киев на моем автомобиле. Сам сесть за руль я не мог, поскольку во время ожидания ответа представителя турагенства, я выпил в здании аэропорта (будучи до этого абсолютно трезвым), около 200 г «Мартини». После пятнадцатиминутного ожидания знакомого, который пообещал нас отвезти в Киев, я перезвонил ему на мобильный телефон и выяснил, что он еще не выехал, в связи с задержкой подачи такси, после чего я начал ругаться с ним по телефону.

Прошу прощения, за то, что я столь подробно описываю это происшествие, но я это делаю для Вашей объективной оценки ситуации, потому как со стороны правоохранительных органов ситуация описывается по-другому, искажая факты. Ожидая знакомого в зале аэропорта, приблизительно через 40-60 минут в здание аэропорта начали заходить сначала сотрудники МЧС, милиции, люди в гражданской

одежде, которые в последствии оказались сотрудниками МВД и СБУ. Буквально, через 5 минут после их появления, ко мне подошел милиционер и попросил предъявить документы. Паспорта у меня с собой не было, поэтому я предъявил удостоверение депутата Червонозаводского района 5 созыва. Затем он пригласил меня в кабинет, куда спокойно, не препятствуя, прошел с ним в кабинет между дверьми входа в здание в аэропорт. Он мне начал задавать вопросы о том, что я видел, что я слышал в зале ожидания аэропорта, когда находился там. Я ему объяснил, что мы ожидали водителя для поездки в Киев.

Он меня отпустил, однако через 5 минут ко мне подошли несколько мужчин в гражданской одежде и уже потребовали от меня пройти в тот же кабинет. Затем в кабинете человек, который представился замначальника СБУ Харьковской области, потребовал от меня мой мобильный телефон для проверки всех звонков. Не сопротивляясь и не возражая, я совершенно спокойно отдал свой мобильный телефон. Переписав все телефонные номера, он мне его вернул и начал задавать вопросы, связанные со звонками по телефонным номерам, которые были отбиты в телефоне. Я ему дал полное разъяснение, почему я звонил по этим номерам. В течении всего времени мне никто не объяснял почему мне задают вопросы, на каком основании меня остановили, хотя я слышал о том, что между собой они говорили о телефонном звонке, в котором сообщалось о заминировании самолета.

После этого он мне сказал, что я могу быть свободен. Выйдя из кабинета в зал ожидания, я направился к своим подругам. Меня остановили примерно 5-6 человек в гражданской одежде и без объяснений потребовали выйти с ними из здания аэропорта. Я показал свое депутатское удостоверение, не понимая на каком основании со мной так обращаются, и почему не соблюдается Закон Украину «О статусе депутатов местных советов». После этого один из них представился, показав удостоверение Начальника линейного отдела милиции аэропорта и предложил мне выйти из здания и поговорить. Я не сопротивляясь вышел из здания вместе с ними. Проходя мимо автомобиля ВАЗ 2110 серого цвета, один из них, как потом выяснилось Заместитель Начальника ОБОП Харьковской области Болюх в грубой форме, употребляя матерные слова, оскорбляя меня, потребовал чтобы я сел в машину и проехал вместе с ними, не объясняя зачем.

Я совершенно спокойно отказался от его предложения, после чего они начали меня жестоко избивать в живот, в область почек, печени, паха, заламывать руки, давить в глаза и уши. В этот момент, естественно, я начал кричать о том, что они не правы и сопротивляться. А когда меня начали душить, я стал звать на помощь и кричать, что убивают депутата. После этого я потерял сознание.

Очнулся, не знаю через сколько времени, когда мое тело забрасывали в багажник милицейского автомобиля УАЗ. Там же я почувствовал, что я уже в наручниках. Уже другие сотрудники милиции, в сопровождении сотрудников «Беркут» привезли меня в линейное отделение милиции аэропорта. Там меня хотели допросить, но я отказался, потребовав адвоката. Они составили протокол, после чего сняли наручники, и я начал самостоятельно двигаться, я понял, что не могу пошевелить правой рукой. Затем меня повезли на освидетельствование алкогольного опьянения.

Приехав на место, к эксперту в кабинет сначала зашел начальник ЛОМ аэропорта и только через 15 минут меня завели сотрудники «Беркут». Я понял, что начальник договаривался с экспертами о том, чтобы сделать заключение о тяжелой степени опьянения. После проведения экспертизы, эксперт показал мне справку, в которой было написано «О легкой степени в 1,2 промиля», хотя на сегодняшний день они запротоколировали другую, более тяжелую степень опьянения. После освидетельствования я попросил о том, чтобы меня отвезли на экспертизу о нанесении телесных повреждений.

Мы долго ездили по городу с сотрудниками «Беркут» за автомобилем, в котором ехал Начальник ЛОМ аэропорта, и наконец приехали на улицу Корчагинцев,

к зданию морга. Снова Начальник ЛОМ аэропорта зашел со своим помощником первым, а я под охраной сотрудников «Беркут» ждал около 30 минут, пока меня пригласят, предчувствуя, что будет разыгран спектакль. Зайдя в помещение морга, в помещение рядом с трупами, какая-то женщина, лет тридцати, представилась экспертом. Не осматривая мои телесные повреждения, начала расспрашивать и записывать на клочке бумаги то, о чем я ей говорил. После чего они с начальником ЛОМ аэропорта вышли, сели в его машину и уехали, отдав распоряжение сотрудникам «Беркут» отвезти меня в линейное отделение милиции аэропорта.

По приезду в линейное отделение милиции аэропорта я увидел своего адвоката и своих подруг, которых задержали. Дежурный сотрудник милиции, составив какие-то бумаги, потребовал подписать их. Я отказался, потому что до сих пор не могу пошевелить правой рукой. Вместо меня подписал эти бумаги мой адвокат. После чего мне вернули принадлежащие мне ценности и отпустили домой.

На следующее утро, 13 ноября 2006 года, я, понимая, что экспертиза нанесенных мне телесных повреждений была на самом деле не проведена, не в состоянии самостоятельно передвигаться, со своим другом поехал с направлением из линейного отделения милиции аэропорта в судебно-медицинскую экспертизу, находящуюся на улице Дмитриевской. На месте эксперты, осмотрев и зафиксировав все мои телесные повреждения, предложили мне срочно госпитализироваться. Так как я страдаю гипертонической болезнью не один год, я проконсультировался с врачом в ЦКБ №5, который после обследования телесных и внутренних повреждений настоял на госпитализации.

Уважаемый Василий Викторович! Прошу прощения о том, что я не разъяснил ситуацию, которая произошла со мной 12.11.06г. в аэропорту раньше, потому что ждал, что смогу написать собственноручно объяснение, но рука до сих пор плохо работает. Клянусь Вам в том, что те обвинения, которые мне предъявлены лживы и подстроены. Искаженные факты о происшествии, показанные в новостях, ссылки на Интернет-сайты, которые делают акцент на моей депутатской принадлежности и членстве в Партии Регионов не имеют объективных оснований. Уверяю Вас, что слухи о том, что я упоминал Ваше имя, более того, апеллировал Вашим дружеским отношением и поддержкой с Вашей стороны, лживы и преувеличены. К сожалению, я не знаю кому необходима оценка происшедшего в том контексте, в котором это показано на телевидении, с обвинениями в адрес Партии Регионов и лично мой адрес, но о беспределе и фальсификация данных, которые творятся в наших правоохранительных органах, я могу заявить не понаслышке, а почувствовал это, как говорят, «на собственной шкуре» и на своем здоровье. До этого случая о так называемых «заказах» я слышал только на телевидении и в прессе, но в данный момент я начинаю понимать, что кому-то очень выгодно опорочить мое имя и имя нашей партии.

Понимаю Вашу занятость и надеюсь на объективную оценку происшедшего.

С уважением,

Депутат Червонозаводского райсовета А.А. Лебеденко
»

Бедный несчастный депутат! По его словам, милиционеры обошлись с ним, как с футбольным мячом. Только что-то мешает поверить в то, что именно так все и происходило. Конечно, случаи избиения людей в милиции – не редкость. Но чтобы среди бела дня, да прямо на тротуаре, на глазах у прохожих… Такого пока не наблюдалось. Да и в то, что милиционеры не обратили внимания на депутатское удостоверение слабо верится. А уж то, что письмо направлено именно Василию Салыгину, который так упорно настаивает на том, что не знает никакого Лебеденко, говорит за себя. Комментарии излишни.

Сергей Ермаков, Харьков, специально для «Украины криминальной»

Читайте также: