Сирийские тюрьмы: изнасилования, принудительные аборты, электрошок

© AP Photo, Mohammad Hannon

Сексуальное насилие в сирийских тюрьмах применяется повсеместно, при этом его жертвы сталкиваются впоследствии с отторжением даже со стороны собственных семей. Адвокат борется в немецком суде за то, чтобы эти преступления расследовались как военные.

Джумана Сейф (Joumana Seif) в этот июньский день выглядит очень уставшей. Уже в половине седьмого утра она приехала к высшему земельному суду в Кобленце, а затем несколько часов провела в зале суда. Теперь она сидит в гостинице и тихо говорит: «Это было ужасно: железной штукой, бутылками, стаканами». Она закрывает глаза и замолкает. «Нет, — продолжает она после паузы. — Об этом невозможно говорить».

Джумана Сейф — адвокат из Сирии и активистка, выступающая за права женщин. Уже более двух лет она занимается проблемой сексуального насилия и пыток в сирийских тюрьмах при Башаре Асаде. По ее словам, она за минувшие годы слышала сотни историй о женщинах, которым пришлось пережить это.

Более чем с 70 женщинами ей довелось поговорить лично. Это всегда трудно. Они рассказывали о досмотрах с элементами домогательств, непосредственно о сексуальных домогательствах, о принуждении к сексу с другими заключенными, о повреждении половых органов, принудительных абортах, об ударах электрошоком по груди и гениталиям и об изнасилованиях.

Адвокат, уже несколько лет живущая в Германии, весь день провела в суде в Кобленце. Там с апреля идет первый в мире процесс по делу о пытках в сирийских тюрьмах. Обвиняемые — два человека, предположительно, виновные в пытках заключенных в тюрьме Хатиб в Дамаске. При этом сексуальное насилие является лишь одним (причем не главным) из обвинений против них.

Ферас Файяд (Feras Fayyad), первый свидетель, дающий показания в этот день, описывает, как его изнасиловали в тюрьме. Однако судья реагирует на его рассказ не слишком бурно. Это лишь один из многих жестоких методов пыток, описанных сегодня.

«Это по-настоящему тяжело. Иногда, когда я слышу все это, меня просто обуревают эмоции», — признается Сейф. Она не понаслышке знает, что это за режим: ее брат пропал без вести в 1996 году, а отец Рияд Сейф (Riad Seif), известный оппозиционер и противник режима Асада, в начале века провел пять лет за решеткой. Поэтому сегодня она говорит: «Я ощущаю себя ответственной за борьбу с несправедливостью».

Сейф убеждена, что сирийский режим уже много лет использует сексуальное насилие в качестве военного оружия, и наказание должно быть соответствующим. «Реальность такова, что сексуальное насилие применяется целенаправленно, систематически и повсеместно. При этом преследуется цель деморализовать все общество и подавить оппозицию — это преступление против человечности», — заявляет она.

Согласно докладу Комиссии ООН по правам человека, в Сирии есть по меньшей мере 20 тюрем, где сексуальному насилию подвергаются женщины и девочки. Как минимум в 15 тюрьмах жертвами становятся также мужчины и мальчики. Но в статистике привлечения виновных к уголовной ответственности эти цифры никак не отражаются. Юстиция, как правило, остается слепой, когда речь заходит о насилии сексуального характера.

В связи с этим Европейский центр по конституционным правам и правам человека (European Center for Constitutional and Human Rights, ECCHR), на который работает Сейф, от имени семи женщин, переживших заключение, совместно с двумя сирийскими женскими организациями обратился с иском в Генеральную прокуратуру Германии в Карлсруэ. Иск подан против сирийца Джамиля Хассана (Jamil Hassan) и восьми других подозреваемых. Это первая в мире попытка отправить под суд лиц, несущих ответственность за сексуальное насилие в сирийских тюрьмах как за преступления против человечности.

В 2009-2019 годах Хассан возглавлял разведывательную службу сирийских ВВС. Он — человек режима. Еще в 2018 году генеральный прокурор Германии выдал международный ордер на арест Хассана. Предположительно, он руководил в сирийских тюрьмах систематическими пытками, жертвами которых стали сотни людей.

В число представителей обвинения входит «свидетель 107». По словам этой женщины, уже в самом конце ее заключения ее допрашивал лично Джамиль Хассан. В 2012 году она была арестована, будучи в тот момент беременной. Более месяца она провела в камере-одиночке тюрьмы, принадлежавшей разведслужбе ВВС Сирии в городе Хаме. В ходе допросов сотрудники тюрьмы постоянно задавали ей вопросы об ее интимной жизни с бывшим мужем. Через месяц ее перевели в лагерь для интернированных лиц на каком-то аэродроме. Там женщина видела много трупов. Однажды вечером она пошла в туалет, по пути была поймана и изнасилована. По ее словам, после этого у нее началось маточное кровотечение, а когда стало ясно, что оно не прекратится само собой, ее перевезли в военный госпиталь, где насильно прооперировали, причем без анестезии. В результате у женщины случился выкидыш.

«Я считаю этих людей выжившими, — говорит Джумана Сейф. — Но некоторые из них не хотят, чтобы их так называли. Они все еще страдают от последствий того, что им пришлось пережить». Причем речь идет не только о физических и психологических пытках. После освобождения женщины и девочки часто сталкиваются с дискриминацией.

«Даже семьи, поддержавшие революцию, не спрашивали бывших узниц о том, что они пережили», — говорит Сейф. В сирийском обществе проклятие сексуального насилия — слишком тяжкое бремя. В некоторых случаях женщин после освобождения даже убивали, потому что они «опозорили» семью. «Они становятся отверженными — на сто процентов. Отец или другой член семьи просто приходит в тюрьму, чтобы сказать: „Когда тебя выпустят, семьи у тебя больше не будет. Ты больше не часть моей семьи»».

Сирийский режим целенаправленно применял такие методы, чтобы запугать общество, уверены представители Европейского центра по конституционным правам и правам человека. Сирийские беженцы еще в 2013 году признавались представителям неправительственной организации под названием Международный комитет спасения (International Rescue Committee) в Ливане и Иордании, что главной причиной их бегства из Сирии был именно страх перед сексуальным насилием. Тем не менее и по сей день практически нет программ по поддержке выживших.

Нынешний процесс в Кобленце дает Джумане Сейф надежду, что виновные в насилии понесут наказание за содеянное. Она, по собственному признанию, даже представить себе не могла, что однажды окажется в этом зале судебных заседаний. Кроме того, она надеется, что поданный иск поможет обществу осознать, что сексуальное насилие, применяемое в тюрьмах режима Асада, оставляет неизгладимые последствия для его жертв. Они до сих пор не получают ни необходимой медицинской помощи, ни долгосрочной психологической поддержки. «Такое насилие никто не воспринимает всерьез», — сетует Сейф.

Автор: Паскаль Мюллер (Pascale Müller). Оригинал публикации: Vergewaltigungen, Zwangsabtreibungen, Elektroschocks

Перевод: ИноСМИ

Читайте также: