Выигранный бой. В Азербайджане несовершеннолетняя активистка обвинила двоюродного брата в изнасиловании

В Азербайджане несовершеннолетняя гендерная активистка обвинила двоюродного брата в изнасиловании

Санай Ягмур еще в прошлом году сообщила в полицию, что ее изнасиловал двоюродный брат. Девушке было 16 лет. Однако следствие затянулось на год, а в итоге было прекращено «за недостаточностью улик». Санай и ее мать решились рассказать об этом в соцсетях.

После огласки обвиняемого задержали и на время следствия отправили в изолятор. Ему грозит до 10 лет колонии, пишет Настоящее время.

«Запомнились кровь и боль»

Санай Ягмур

Санай Ягмур – одна из самых юных и заметных гендерных активисток в Азербайджане. Участие в акциях в защиту прав женщин Санай принимает с 14 лет. Также она ведет в соцсетях страницу Femkulis, посвященную гендерной тематике. Несколько раз ее задерживала полиция за расклеивание по городу плакатов в защиту прав женщин.

13 октября 2021 года 17-летняя Санай написала, что год назад ее изнасиловал двоюродный брат, а районная прокуратура закрыла дело. После этого в соцсетях началась масштабная кампания в ее защиту, которую активно поддержала ее мать, писательница Зумруд Ягмур, а также многие правозащитники и гендерные активистки. Через неделю после этого, 19 октября, подозреваемого арестовали.

Санай рассказывает, что в августе 2020 года она допоздна задержалась по делам в центре Баку. Ее мать настояла, чтобы она не ехала домой, а переночевала у тети (маминой сестры). В тетиной квартире на тот момент был только ее сын – двоюродный брат Санай, 27-летний Аскер Агаев.

Санай говорит, что ночью, когда она уже собиралась спать, он предложил ей выпить пива и подмешал туда наркотик. Все, что было после этого, она помнит лишь отрывочно. Очнулась Санай наутро от звонка своего мобильного телефона, рядом она увидела Аскера Агаева.

«Отчетливее всего мне запомнились боль и кровь, – вспоминает она. – Когда я поняла, что произошло, стала кричать на него, обвинять, попыталась уйти, но он забрал у меня телефон. Целый час мы с ним ругались. Сперва он все отрицал, а потом признался: да, говорит, было, но я подумал, что ты сама этого хочешь. Выпустил он меня только после того, как я пообещала, что никому ничего не скажу».

Но, придя домой, Санай рассказала о случившемся матери, и та обратилась в полицию, которая, в свою очередь, направила их в районную прокуратуру. Были проведены три медицинские экспертизы, подтвердившие факт сексуального насилия и причастность к этому Аскера Агаева. Экспертиза, в частности, установила, что на ее одежде была сперма Агаева.

«Надо было лучше воспитывать дочку»

Зумруд Ягмур

Зумруд Ягмур, мать Санай, вспоминает, что сами по себе экспертиза и следствие были дополнительной травмой для дочери.

«В прокуратуре с нами обращались очень грубо, не соблюдая никаких этических норм и вообще каких-либо правил. В течение сентября у Санай семь раз брали показания, часами задавая одни и те же вопросы, не удосужившись пригласить при этом психолога и вообще не ориентируясь на ее возраст. А самого насильника допросили только в конце сентября и лишь в качестве свидетеля. Но самым вопиющим было, когда один из работников прокуратуры сказал, что мне «надо было лучше воспитывать свою дочку», – рассказывает Зумруд.

Кроме того, говорит она, следствие всячески акцентировало внимание на том, что девочка – феминистка и гендерная активистка. И ей, и свидетелям задавали вопросы, касающиеся активисткой деятельности и не имеющие никакого отношения к произошедшему. К делу присовокупили даже посты Санай в соцсетях, посвященные феминизму.

«Я не могу забыть рыдания Санай после той экспертизы, которую в очень бесцеремонной форме проводили двое мужчин, при том, что у них есть гинеколог-женщина», – продолжает Зумруд Ягмур.

Следствие затянулось почти на год, и в итоге было прекращено «за недостаточностью улик». Обнародовать всю эту историю семья решила только после того, как в начале октября нынешнего года апелляционный суд отклонил их жалобу.

«Лично для меня самым большим шоком было то, что полиция вела себя таким образом, даже при том, что все улики были налицо. Ведь мы всегда говорим, мол, надо обращаться в полицию, давать ход делу. И вот, получается, что даже это не помогает. Но едва ли дело только в том, что Санай – член феминистского движения, к которому они испытывают неприязнь. Насколько мне известно, в тех редких случаях, когда другие женщины идут в полицию с такими заявлениями, с ними обращаются еще хуже. То есть всячески давят, чтобы вообще не принимать у них это заявление», – говорит гендерная активистка Айгюль Джафарова, которая с самого начала поддерживала Санай.

Однако многие пользователи соцсетей обвинили в происходящем саму Санай. Писали, что она «развратная, как и все феминистки», обвиняли в том, что осталась ночевать в одном доме с мужчиной (пусть даже двоюродным братом), и даже в том, что она и ее мать «опозорили отца».

Впервые Санай вместе со своей старшей сестрой и матерью оказались в центре внимания общественности в 2019 году, когда заявили, что отец, известный на тот момент оппозиционер Фуад Гахраманлы, долгие годы избивал жену и дочерей. Разразившийся тогда скандал из семейного быстро перерос в политический и стоил Фуаду Гахраманлы карьеры – он подал в отставку с поста заместителя председателя Партии Народного фронта Азербайджана (ПНФА).

Позиция Агаевых

В конце октября, в преддверии апелляционного суда, который рассматривал ходатайство о том, чтобы Аскера Агаева выпустили из изолятора и изменили ему меру пресечения на домашний арест, его родители выступили в эфире Musavat TV.

«Меня спрашивают: как может сестра оклеветать сестру? Я думаю, что, если дочь клевещет на отца, а ее мать – на своего мужа, почему они не могут так же оклеветать и моего сына?» – сказала мать подозреваемого Сурая Агаева.

Родители Аскера Агаева настаивают, что их сын невиновен, а Санай «пропадала где-то до 11 часов ночи, ходила по отелям», и, будучи у них дома, сама пыталась спровоцировать его.

«После того как Санай обратилась в полицию, я тоже поговорила с Аскером, который сказал, что между ним и Санай не было никакой близости. Он сказал, что она была и остается его сестрой. По его словам, утром они встали и со смехом пили кофе, после чего Санай сообщила, что ей нужно присоединиться к видеоконференции, после чего она собиралась пойти в отель. После ее ухода Аскер ей позвонил и спросил, придет ли она. На это она ответила, что она еще занята», – рассказывают родители Агаева свою версию.

Они также заявили, что Зумруд и Санай Ягмур затеяли все это ради денег.

«Все это она устроили для того, чтобы собрать денег и отправить своей дочери, которая учится сейчас за границей. И у меня она тоже требовала деньги».

По словам родителей Аскера Агаева, его нельзя оставлять в изоляторе, потому что недавно он «отдал больному отцу 75% печени и еще не восстановился».

После этого мать Санай Зумруд Ягмур заявила, что будет подавать на родственников в суд за клевету.

«Семья насильника, то есть моя родная сестра и ее муж, дабы выгородить своего сына, стали клеветать на меня и мою дочь, – возражает Зумруд. – Говорили, что я требую у них денег и все это затеяла ради шантажа. Или тиражировали повсюду фото Санай, на которых она с друзьями в кафе: дескать, смотрите, она гулящая, такая-сякая. Но, помимо психологического давления, были и угрозы физического воздействия».

Выигранный бой

18 октября Генеральная прокуратура официально взяла дело под свой контроль. При этом она обратилась к медиа и пользователям соцсетей с просьбой «соблюдать этические и законодательные нормы в связи с чувствительными темами подобного рода, не распространять недостоверную информацию, которая может помешать расследованию». А уже 19 октября Аскера Агаева задержали в качестве подозреваемого. Ему предъявили обвинение по статье 149.2.3 (изнасилование несовершеннолетней), которая предусматривает наказание в виде лишения свободы до 10 лет.

Мерой пресечения на время следствия Агаеву избрали арест сроком на четыре месяца. Защита ходатайствовала о домашнем аресте, ссылаясь на состояние здоровья Агаева, однако ходатайство отклонили.

«Санай уже удалось добиться своего – создать прецедент. Доказать, что, если не бояться, не испытывать ложный стыд, знать свои права и проявлять настойчивость, можно победить и общественные стереотипы, и предубеждение полиции, и все прочие преграды преодолеть», – считает Айгюль Джафарова.

По словам самой Санай, кроме привлечения виновника к ответственности, она также хочет показать другим женщинам, которые пережили сексуальное насилие, что молчать об этом не стоит.

«Я пишу все это еще и для того, чтобы донести до людей, насколько унизительное отношение к женщине сформировалось в правовой системе Азербайджана. И пока эта система не исправится, женщины будут продолжать сталкиваться с насилием, а борясь с этим насилием, будут сталкиваться еще и с несправедливостью и бросать все на полпути», – говорит Санай.

Ее мать Зумруд Ягмур, гендерные активистки и правозащитницы рассказывают, что после обнародования истории Санай к ним стали обращаться женщины, которые в разное время тоже пережили сексуальное насилие со стороны родственников, однако боялись об этом говорить.

По информации государственного комитета статистики, изнасилования и попытки изнасилования – самый редко совершаемый в Азербайджане вид преступлений. В 2020 году был зафиксирован 21 такой случай, за первое полугодие 2021 года – 11. Для сравнения: преступлений, связанных с изготовлением, хранением и оборотом наркотиков, в 2020-м насчитали почти пять тысяч. Однако правозащитники уверены, что лишь немногие пострадавшие женщины решаются рассказать о сексуальном насилии: жертвы изнасилования стараются сохранить все в тайне, опасаясь позора и обвинений в свой адрес.

Автор: Ника Мусави; телеканал «Настоящее Время»

 

Читайте также: