Зачем был нужен расстрельный пистолет? 22 года назад в Беларуси пропали Гончар и Красовский

Виктор Гончар и Анатолий Красовский

Оппозиционные беларуский политик Виктор Гончар и бизнесмен Анатолий Красовский пропали вечером 16 сентября 1999 года. Это был четверг. Каждую неделю по четвергам они ходили в баню. В одну и ту же — при Мотовелозаводе. В одно и то же время, пишет  ЕВРОРАДИО.

Гончар уехал из дома около 20:00. Должен был вернуться в 23:30 — на это время у него был запланирован важный разговор с кем-то в Москве. Около 21:00 он позвонил жене, попросил записать выпуск новостей — там показывали совещание Александра Лукашенко с силовиками. Речь шла и об оппозиции.

Около 22:45 Гончар и Красовский вышли из бани, сели в джип бизнесмена и пропали. Вместе с джипом.

Кризисный контекст 1999-го

Летом 1999 года истекал первый срок президентства Александра Лукашенко. Его выбрали в 1994-м, через пять лет должны были пройти новые выборы. Но в 1996-м, поругавшись с парламентом (тогда он назывался Верховный Совет), Лукашенко провел конституционную реформу. С принятием новой Конституции президент оказался «над» другими ветвями власти.

А заодно Лукашенко решил, что референдум «обнулил» его президентский срок, и начал отсчитывать пять лет с момента принятия новой Конституции — то есть с 1996 года. Поэтому никаких выборов в 1999-м он проводить не планировал.

По Конституции 1994 года в 1999-м году должны были состояться очередные выборы президента Беларуси / «Народная воля»

Мятежный Верховный Совет тогда, в 1996-м, распустили. А вместо него сформировали Национальное собрание. В него вошла часть депутатов ВС. Но часть продолжала стоять на своём: референдум был незаконным, проведён с многочисленными нарушениями, новая Конституция недействительна, а единственный легитимный парламент — это Верховный Совет. В 1999-м эта часть депутатов, считающая себя легитимной законодательной властью, попробовала провести выборы президента Беларуси.

Гончар был первым заместителем председателя ВС (а потом и и. о. председателя) и главой альтернативного ЦИК. Из выборов президента (их устроили в мае 1999-го) ничего серьёзного не получилось. Кандидатов изначально было двое — экс-премьер Михаил Чигирь (в мае уже сидел в рамках уголовного дела) и Зенон Позняк (в эмиграции). Участков не было, члены комиссий просто ходили с урнами по домам. Понятно, что результаты такого голосования вряд ли бы кто-то признал.

Михаил Чигирь / «Белорусская деловая газета»

Но летом снова поднялся вопрос о законности нахождения Лукашенко на посту президента. Запад настаивал на переговорах между властью и оппозицией. На 19 сентября была запланирована внеочередная сессия не желавшего распускаться Верховного Совета под председательством Виктора Гончара. На повестке был вопрос о шагах по отстранению Лукашенко от власти. А 16 сентября — за три дня до сессии ВС — Гончар пропал.

Осколки стекла и фар

Недалеко от бани, где в тот вечер были Гончар и Красовский, нашли осколки стекла и фар. А ещё пятна крови на асфальте. Прокуратура начала проверку.

«Белорусская деловая газета» в те дни писала, что в редакцию лично позвонил руководитель пресс-службы КГБ: «КГБ не имеет никакого отношения к исчезновению Виктора Гончара и обеспокоен его судьбой». Дело в том, что за несколько месяцев до этого так же непонятно пропал ещё один яркий оппонент Лукашенко — экс-глава МВД Юрий Захаренко. Вечером 6 мая он шёл домой и исчез.

Юрий Захаренко пропал 6 мая 1999 года

«Александр Григорьевич! Я за Вас два раза голосовала. Мне говорили, мол, этот президент твоего Юру снял, а ты всё равно за него голосуешь. Но я как думала? Лукашенко из деревни, простой человек, значит, хорошим президентом будет…» — писала тем летом в письме к Лукашенко мать Захаренко Юлия Григорьевна. Просила только об одном: «Отпустите вы его, дайте такую команду. Христом-Богом молю».

А потом с таким же письмом к Лукашенко обращалась уже мать Гончара Валентина Адамовна: «Обращаюсь к вам, господин Лукашенко: вспомните мою доброту, простоту и гостеприимство по отношению лично к вам. Помогите мне вернуть моего сына».

Первые версии

Власть сразу заявила, что она ни при чём. В интервью «Интерфаксу» замглавы Администрации президента Иван Пашкевич предположил, что Гончар инсценировал своё исчезновение, потому что о нём стали забывать.

«Чтобы привлечь к себе внимание, он, скорее всего, подобно экс-министру внутренних дел Юрию Захаренко, выехал за рубеж или на одну из дач своих знакомых, где в настоящее время пребывает в полном здравии», — рассуждал Иван Пашкевич.

Журналистам независимых медиа уже тогда эта версия показалась сомнительной. У Гончара были большие планы на политическую осень. Исчезать в этих условиях было глупо.

Глава Верховного Совета 13 созыва Семён Шарецкий связал исчезновение Гончара с грядущей сессией: «Это то же самое, что произошло со мной. Накануне сессии я был предупреждён, что на меня готовится то же самое, и был вынужден покинуть страну…  Лукашенко испугался сессии и в целом оппозиции. И потому попытался обезглавить ВС».

Семен Шарецкий летом 1999-го года вынужден был уехать из страны / «Белорусская деловая газета»

Председатель ОГП Станислав Богданкевич заявил, что исчезновение Гончара выгодно прежде всего власти: «Очевидно, что власти настроены на срыв переговоров. Я убеждён, что переговоры не состоятся. Лукашенко не способен к диалогу, в его стиле только монолог».

Беспокойство за судьбу Гончара высказали посол и Госдепартамент США и руководство ОБСЕ.

Александр Лукашенко, комментируя исчезновения людей в Беларуси, на это отвечал: «Я бы попросил Запад поискать их у себя, прежде чем делать громкие заявления».

«Бросьте искать Захаренко и Гончара»

В ноябре 2000 года был задержан командир роты СОБРа Дмитрий Павличенко. За что, станет ясно ещё через год — летом 2001-го.

Задержание Павличенко инициировал Владимир Мацкевич, на тот момент — глава КГБ. Он мотивировал это тем, что «в материалах оперативной разработки имеются достоверные данные о том, что Павличенко Дмитрий Валерьевич является организатором и руководителем преступной группы, занимающейся похищениями и физическим устранением граждан». Прокурор Олег Божелко дал санкцию на задержание.

Но уже спустя несколько дней Павличенко освободили, а Мацкевича и Божелко отправили в отставку. Позднее Божелко как будто бы рассказывал экс-министру сельского хозяйства Василию Леонову о своём разговоре в те дни с Лукашенко.

«Ты довел меня до истощения. Я ночами не сплю, глотаю горстями таблетки. А ты копаешь, копаешь под меня. Бросьте искать Захаренко и Гончара. Вам что, нужно, чтоб оппозиция носила гробы с их телами по Минску? Ищите Диму!» — якобы говорил тогда Лукашенко генпрокурору. Дима — это оператор российского ОРТ Дмитрий Завадский, он бесследно исчез летом 2000-го.

Дмитрий Павличенко в 1999 году был командиром роты СОБРа / газета «Свабода»

Всё это Божелко, по словам Леонова, рассказывал ему весной 2001-го. А летом 2001-го в прессу попали отдельные материалы уголовного дела о пропавших политиках. В том числе два рапорта: начальника СИЗО полковника внутренней службы Олега Алкаева и начальника главного управления криминальной милиции МВД Николая Лопатика.

Расстрельный пистолет

Из этих документов выходило, что за месяц до первого исчезновения, то есть в апреле 1999-го, госсекретарь Совета безопасности Виктор Шейман дал указание тогдашнему главе МВД Юрию Сивакову допустить Дмитрия Павличенко в СИЗО №1 «во время исполнения процедуры расстрела» приговорённых к смертной казни — посмотреть, как это происходит и что потом делают с телом. Позднее — 6 мая 1999 года — Шейман дал указания Сивакову выдать Павличенко пистолет, которым приводится в исполнение приговор.

Документы из уголовного дела о пропавших политиках попали в прессу в 2001 году / газета «Свабода»

Далее, пишет в своём рапорте глава ГУ КМ МВД, «Шейман В. В. дал указания Павличенко физически уничтожить бывшего министра внутренних дел Захаренко». Лопатик описывает, кто следил и кто проводил «акцию захвата и последующего уничтожения». 8 мая пистолет вернули в СИЗО. А в сентябре снова взяли. Тогда, напомним, пропали Гончар и Красовский.

«Место захоронения трупов Захаренко Ю. Н., Гончара В. И., Красовского А. С. — спецучасток последних могил на Северном кладбище», — завершает свой рапорт Лопатик.

Рапорты были настоящие, это косвенно подтвердил уже следующий министр внутренних дел Владимир Наумов. «Нечистоплотные в моральном плане деятели используют фрагменты документов из уголовного дела, которые при определённой форме подачи могут недостоверно интерпретироваться», — говорил он в те дни журналистам. То есть, выходит, такие документы в уголовном деле были.

БДГ удалось поговорить с Олегом Алкаевым. Летом 2001-го, когда его рапорт попал в газеты, он оперативно уехал из страны — увольнялся уже с безопасного расстояния. «Я подтверждаю: рапорт подписан моей рукой, протокол допроса, естественно, следователь печатал, но с моих слов. Я расписался под каждым листом. Сами документы, судя по всему, уничтожены. Но копии сняты с подлинных документов», — говорил он.

Алкаев рассказал и как впервые заподозрил что-то неладное: увидел в газете фото пропавших политиков и сопоставил даты. «Позвонил своему оружейнику и попросил принести журнал учёта выдачи оружия. Посмотрел и ужаснулся. 30 апреля выдан пистолет, 14 мая — возвращён, а 7 мая исчезает Захаренко. Потом 16 сентября утром у меня получает пистолет адъютант министра внутренних дел, 18-го пистолет возвращают, а 16-го вечером пропадают Гончар и Красовский. Один раз может быть совпадение, но дважды — это очень подозрительно», — рассказывал бывший начальник СИЗО №1.

Статья, посвященная пропавшим политикам, в газете «Свабода», 2001 год

По словам Алкаева, тот пистолет, которым в СИЗО приводятся в исполнение смертные приговоры, предназначен только для поражения в упор, «то есть на расстоянии, на котором может работать обычный пистолет, наш не годится. У него низкая убойная сила».

Но зачем было так усложнять, говорили тогда критики этой версии. Почему для убийства — если речь об убийстве — не использовали любое другое, более доступное оружие? Об этом, в частности, говорил тот же Сиваков — один из фигурантов схемы, как следовало из рапорта Лопатика.

«Если исходить из умозаключений, которые делаются сейчас в прессе, то, извините, на хрена мне нужен был этот пистолет? Что, в МВД мало оружия, в том числе конфискованного?» — говорил Сиваков. Но у Алкаева было объяснение и на этот счёт.

«Могу сказать об одной из собственный версий, для чего брался пистолет. Он был нужен, чтобы придать убийству ритуал приведения в исполнение приговора. Чтобы снять часть груза ответственности с лиц, которые это дело делали: вот вам специальное оружие — это не убийство, это приведение в исполнение приговора. Возможно, был и приговор. Фальшивый. Сиваков любит всякие ритуалы», — говорил он.

Спустя пару лет прокуратура Минска приостановила расследование уголовных дел по фактам исчезновения Юрия Захаренко, Виктора Гончара и Анатолия Красовского.

Новые свидетельства?

Спустя почти 20 лет — в 2019 году — озвученная выше версия исчезновения оппонентов Александра Лукашенко нашла новое подтверждение. Немецкая DW пообщалась с Юрием Гаравским, бывшим собровцем, который признался, что был в группе, которая ликвидировала политиков. И подробно рассказал, как следили, задерживали и убивали. Командовал, по словам Гаравского, Дмитрий Павличенко.

Он, кстати, до сих пор в строю. В минувшую избирательную кампанию агитировал за Лукашенко и, как сам говорит, «не остался в стороне и был участником разгона протестующих с первых минут». Отставного офицера видели среди официальных лиц на огороженной территории возле Дворца Независимости. В официальных СМИ Павличенко — председатель Совета Белорусской ассоциации ветеранов подразделений специального назначения войск МВД «Честь».

Дмитрий Павличенко на провластном митинге в октябре 2020 года / фото читателя Еврорадио

Виктор Шейман до недавнего времени тоже был у власти. Лишь пару месяцев назад Лукашенко отпустил его в отставку с поста руководителя Управления делами президента. Но тут же попросил «далеко не уходить».

Сиваков и Наумов — в отставке. Но молчат. Хотя что тут уже скажешь.

Источник: ЕВРОРАДИО

Читайте также: