Стадион так стадион: годовщина дебатов Зеленского и Порошенко. Что с обещаниями?

Стадион так стадион: годовщина дебатов Зеленского и Порошенко. Что с обещаниями?

Ровно два года прошло со дня феерического шоу на стадионе «Олимпийский». И речь не о футболе, хотя участники того мероприятия «футболили» друг в друга обвинения, а о дебатах между Петром Порошенко и Владимиром Зеленским.

Кандидаты в президенты тогда четко распределили роли: действующий глава государства говорил о некомпетентности и неопытности своего соперника, а Зеленский задавал Порошенко «неудобные вопросы от людей». Издание «Слово и дело» предлагает вспомнить некоторые претензии Зеленского и разобраться, изменилась ли ситуация за время его президентства.

«Могли ли мы тогда представить, что его «жить по-новому» станет наше «выживать»?»

Обвинение, конечно, пафосное, проще всего в этом вопросе ориентироваться на данные по уровню бедности.

Действительно, с 2014 года, по данным ЮНИСЕФ, уровень бедности в Украине начал расти: в 2014-м он составлял 28,6%, а в 2015-м уже 58,3%. В 2016 году уровень бедности составил 58,6%. Затем несколько лет подряд было снижение.

В 2019 году, когда президентом был уже Владимир Зеленский, уровень бедности был 37,8%. Но эксперты прогнозируют, что по итогам 2020 года, он значительно вырастет – все из-за пандемии и карантина. Так что показатель вполне может вернуться на уровень «порошенковских» времен.

«Могли ли мы с вами тогда представить, что ваше «я закончу войну за 2 недели» станет наше Иловайск и Дебальцево?»

Во время дебатов Зеленский не раз укорял Порошенко в продолжающейся войне на Донбассе. После победы на выборах Зеленский заявил, что во время его каденции война закончится: «Я уверен в том, что во время моей каденции мы закончим эту войну. Уверен лично. Я говорил, что готов ждать один год, готов работать один год. Если не будет работать Минский процесс, то мы будем менять тактику». Также он обещал продолжать работу в минском и нормандском форматах.

Что же происходит теперь. Трехсторонняя контактная группа периодически проводит онлайн-встречи, правда, безрезультатно – даже о временном перемирии не удается договориться. Один раз лидеры Украины, Германии, Франции и РФ собирались на встречу в нормандском формате, но половина тех договоренностей не выполнена. Таким образом, от этих форматов переговоров толку нет.

В июле прошлого года на Донбассе было объявлено перемирие, но его таковым сложно назвать – с того времени в ООС погибли больше 20 военных.

В последнее время ситуация на Донбассе обострилась. Зеленский практически каждый день ведет переговоры с международными партнерами, чтобы заручиться их поддержкой. Но российского президента Владимира Путина на телефонный разговор вытянуть не удается.

Буквально на днях Зеленский дал интервью французскому изданию Le Figaro, в ходе которого сказал, что Украина в наступление на Донбассе не пойдет: «Они стреляют и ждут, что мы будем отвечать так же. Мало того, они «ждут», что мы пойдем на востоке Украины в наступление. Но мы не дадим им «такого счастья».

Как и Порошенко, Зеленский следует по дипломатическому пути в вопросе российской агрессии, и признал, что Россия не хочет заканчивать войну: «Я запросил (телефонный разговор с Путиным – ред.), когда погибли четверо наших воинов и двое были ранены. Я попросил руководителя Офиса связаться, я хотел поговорить с Путиным. Но они не подтвердили разговор – разговора не было. Это, кстати, показатель. Потому что меня спрашивают, хочет ли Россия закончить войну. На этот вопрос можно ответить действиями: я позвонил – мне не ответили. На сегодня такой ответ».

«Почему поджигателей магазина Roshen нашли за четыре часа, а поджигателей военных складов и подрывников машины Шеремета не могут найти несколько лет?»

Разделим этот укор Зеленского на две части. В рамках расследования взрывов на военных складах в последнее время было несколько подозрений. Например, в феврале Государственное бюро расследований сообщило о подозрении двум военнослужащим ВСУ за непринятие мер по сохранению военного имущества в связи с пожаром на складах в Сватово (октябрь 2015-го).

В марте прокуратура сообщила о подозрении майору ВСУ в деле о взрывах на складах в Балаклее. Так что расследование инцидентов на военных складах продолжается, промежуточные результаты есть.

А вот с делом об убийстве Павла Шеремета все сложно. В декабре 2019 года полиция задержала по подозрению в убийстве военного медика Яну Дугарь, волонтера и детского врача-кардиохирурга Юлию Кузьменко, музыканта и участника АТО Андрея Антоненко. По версии следствия, убийство было спланировано с целью дестабилизировать ситуацию внутри Украины.

Но спустя полтора года после задержания в деле больше вопросов, чем ответов. Сейчас идет суд, подробнее об аргументах сторон защиты и обвинения можно прочитать здесь. Но задержать людей и обвинить их мало – вину еще нужно доказать.

«Почему никто не сидит за Иловайск и Дебальцево?»

За события в Иловайске и Дебальцево и сейчас никто не сидит. В августе прошлого года в Офисе президента состоялась встреча представительниц объединения матерей и жен погибших бойцов-участников АТО с представителями ОПУ. Они договорились создать рабочую группу по расследованию военных преступлений в Иловайске и Дебальцево.

В начале апреля стало известно, что Офис генерального прокурора направил в Международный уголовный суд в Гааге сообщения о нарушениях международного гуманитарного права во время событий в Иловайске. «Вероломное убийство в условиях вооруженного конфликта является военным преступлением и нарушает статью 37 Дополнительного протокола к Женевским конвенциям 1949 года, запрещающий «убивать, наносить ранения или брать в плен противника, прибегая к вероломству». Таким образом, ответственность за эти события переложили на Россию.

«Почему через 5 лет мы не знаем имена убийц на Майдане?»

Как во время каденции Петра Порошенко шло расследование преступлений на Майдане, так оно идет и во время каденции Владимира Зеленского. Отметим, что он пообещал эти расследования завершить, а генпрокурор Ирина Венедиктова – уже в этом году передать в суд материалы по «основным производствам».

Лучше всего сейчас расследуется эпизод 20 февраля 2014-го. По словам Артема Яблонского из Госбюро расследований, по эпизоду предъявлено обвинение 5 бывшим «беркутовцам», еще 21 экс-сотрудник «Беркута» и командир роты специального назначения находятся в розыске.

В целом, по словам того же Яблонского, за год ГБР передали 10,7 тыс. томов по делам Майдана.

«Почему не наказаны сторонники Януковича?»

Именно во время каденции Порошенко суд вынес Виктору Януковичу заочный приговор за государственную измену – 13 лет лишения свободы.

Под председательством Зеленского недавно Совет нацбезопасности решил ввести санкции против Януковича и других экс-чиновников и правоохранителей, в частности, против Николая Азарова, Сергея Аксенова, Сергея Курченко, Дмитрия Табачника.

Сейчас суд рассматривает еще одно дело в отношении Януковича – об узурпации власти. Таким образом, идет процесс заочного наказания бывшего президента и его сторонников.

«Сколько лично вам занесли с «Роттердам +»?»

Это обвинение Зеленского в адрес Порошенко все еще бездоказательно. Но уже во время президентства Зеленского прокуратура несколько раз возобновляла и закрывала дело о формуле «Роттердам +». В третий раз это случилось недавно, 9 апреля. Национальное антикоррупционное бюро снова будет обжаловать закрытие.

В общем, Зеленский упрекал Порошенко, но и при нем правоохранительные органы никак не могут провести расследование.

«Почему вы отменили закон о незаконном обогащении?»

Ответственность за незаконное обогащение Конституционный суд отменил в феврале 2019-го. Среди авторов соответствующего представления, кстати, были, в том числе, депутаты от «Блока Петра Порошенко».

В октябре 2019-го парламент вернул уголовное наказание за незаконное обогащение. Преступлением считается приобретение активов, которые более чем на 15 тысяч необлагаемых минимумов доходов превышают законные доходы. За необоснованное обогащение грозит от 5 до 10 лет лишения свободы с лишением права занимать определенные должности и заниматься определенной деятельностью.

Так что президенту и его парламенту плюсик.

«Почему не снята неприкосновенность с депутатов?»

И здесь Зеленскому плюсик – он в отличии от Порошенко выполнил обещание отменить депутатскую неприкосновенность. В сентябре 2019 года Верховная рада внесла изменения в Конституцию и отменила положения, по которым нардепам гарантировалась неприкосновенность и их нельзя было без согласия парламента привлечь к уголовной ответственности. Закон вступил в силу с 1 января 2020 года.

В принятии конкретно этого закона была некоторая ирония – его автором был Петр Порошенко.

«Помните ли вы такое слово, как люстрация?»

Именно президент Порошенко подписал закон «Об очищении власти» (люстрации), а вот Зеленский в первые же дни на посту провалил обещание о назначении «новых» людей.

Зеленский назначил Андрея Богдана руководителем своей администрации. Богдан уже был заместителем министра юстиции в правительстве Юлии Тимошенко и заместителем министра КМУ в правительстве Николая Азарова. Теоретически Богдан подпадал под действие закона о люстрации, но его должность вывели из-под действия закона о госслужбе.

«Скажите мне, пожалуйста, если лекарств качественных нет, раз доступных цен для лекарств нет, если нормальных условий в больницах нет, если нормальных зарплат у врачей нет, какая это нафиг реформа?»

Медицинская реформа, которую начал Кабмин Гройсмана, конечно, не доведена «до ума». Но в Офисе президента в начале этого года подтвердили, что намерены продолжать ее.

У самого Зеленского по медицине пока только обещания: ввести страховую медицину, сделать профессию врача престижной и высокооплачиваемой, поставлять больницам современное оборудование. А все несовершенства медицинской системы мы увидели, когда началась пандемия коронавируса.

«По поводу дорог мне нечего сказать, потому что нет дорог»

Здесь все понятно. У нас теперь есть программа «Большое строительство» и все от президента до министра инфраструктуры дают обещания по ремонту дорог.

При этом километраж отремонтированных за год дорог увеличивается. Например, если в 2017-2018 годах тогдашний министр инфраструктуры Владимир Омелян выполнил обещание отремонтировать 2-3,5 тысячи километров дорог, то Владимир Зеленский выполнил обещание до 2021-го отремонтировать 5 тысяч километров. Правда, к дороговизне этого строительства, есть вопросы.

Автор: Александра Худякова, Виктор Гаврилюк, «Слово и дело»

Читайте также: