Как суд отпустил пятерых полицейских, обвиняемых в пытках жителя в Черкасской области: «Били, пока кровь изо рта не полилась»

Рисунок: Анна Щербина, Ґрати

В феврале житель города Городище в Черкасской области Виталий Бердник пожаловался, что его жестоко пытали полицейские в местном участке. По его словам, двое участковых несколько часов избивали его руками, ногами, стулом, бутылкой и шлангом от огнетушителя, требуя признаться в краже. Госбюро расследований сразу объявило участковым подозрение в пытках, суд их арестовал. Еще троим полицейским вменили сокрытие преступления и отправили под домашний арест.

Однако через полгода суды отпустили на свободу всех подозреваемых, а трое из пяти полицейских восстановились на службе. Издание «Ґрати» напоминает, как и почему это произошло, и какое отношение к этому делу имеет убийство лидера районной «Самообороны Майдана» семилетней давности.

ЧП в Городище: полицейские пытали задержанного, но вышли на свободу, а избитый стал обвиняемым

«Извини, что так получилось»

Морозным вечером 4 февраля 28-летний житель Городища Виталий Бердник ремонтировал машину в гараже вместе с братом и другом. Вдруг к ним подъехала патрульная машина. Из нее вышли трое оперуполномоченных полиции, которые в тот день расследовали кражу автомагнитолы.

До этого Бердник дважды привлекался к ответственности за похожие преступления, и полицейские решили проверить его. В 2017 году он получил три года условно за то, что вместе с подельниками обокрал гараж в селе Млиев. Они вынесли оттуда болгарки, сварочные аппараты, другие инструменты и гимнастическую гирю весом 24 кг. А в 2020 году прокуратура обвинила Бердника в мошенничестве. Он работал на местного провайдера и, по версии следствия, брал деньги с местных жителей за подключение к интернету, но услуги на самом деле не оказывал.

Полицейские осмотрели машину в гараже и нашли в ней краденую магнитолу. После этого они предложили Берднику поехать с ними.

«Говорят: поехали в райотдел, поговорим. Ну сели, поехали», — вспоминает Бердник — светловолосый крепкий мужчина с длинным острым подбородком.

Около восьми вечера полицейские доставили его в здание городищенского сектора полицейской деятельности. По словам Бердника, оперуполномоченные завели его в кабинет, где находился исполняющий обязанности начальника сектора Виталий Мошенец. Тот спросил, имеет ли он отношение к краже. Бердник ответил, что нет. По его словам, машина, в которой нашли магнитолу — чужая. Накануне знакомый отдал ему с братом этот автомобиль на ремонт.

Начальник сектора выслушал Бердника и вместе с одним подчиненным отправился проверять его версию к владельцу машины. Тем временем двое других полицейских отвели Бердника в другой кабинет, чтобы опросить.

Как позже выяснило Госбюро расследований, в это время в здание сектора зашли двое участковых Руслан Линник и Роман Шпак. Как заявляет ГБР, они узнали от коллег, что Бердник не признается в краже, и решили вмешаться.

«Пришли работники полиции Шпак и Линник. Зашли, ничего не говорили, и просто начали бить», — рассказал Бердник.

По его словам, они повалили его на пол и били руками и ногами. Увидев это, двое других полицейских, которые до этого опрашивали Бердника, вышли из кабинета. А участковые, по словам задержанного, избивали его еще около двух часов. Он заявляет, что полицейские били его, в том числе, металлическим стулом, так что тот сломался. По словам Бердника, участковый Руслан Линник также избил его шлангом от огнетушителя и 5-6 раз ударил по голове двухлитровой пластиковой бутылкой с водой.

«Я два раза сознание терял. Привязали наручниками. Перестали бить, когда увидели, что у меня кровь изо рта льется. И сказали: если я неправдивые показания дам, они вернутся», — сказал Бердник.

По его словам, после этого Шпак и Линник ушли и другой полицейский — оперативник Ярослав Оверченко — снял с него наручники и опросил по другому делу о мошенничестве.

Бердник утверждает, что после допроса он провел в коридоре еще два часа, пока около полуночи в здание не вернулся начальник сектора Виталий Мошенец. По словам задержанного, он нашел владельца автомобиля и понял, что Бердник, как и говорил, не причастен к краже.

«Сказали, что все нашли, что к чему. Я попросил начальника милиции отвезти меня домой. По дороге мы ехали, он говорил: «Извини, что так получилось». Деньги предлагал. Я сказал, что наберу с утра», — рассказал Бердник.

Зуб в сугробе

На следующий день он поехал в больницу. Врачи диагностировали перелом челюсти, многочисленные ушибы и ссадины. Кроме того, ему выбили четыре передних верхних зуба.

Рисунок: Анна Щербина, Ґрати

Бердник решил не брать деньги и пожаловаться на дежурную линию «102».

«Какие деньги? Меня так в жизни никто не бил. И обидно, что [когда били], я ничего не мог сделать», — объяснил он свое решение журналистам.

Все звонки на «102» о злоупотреблениях полицейских автоматически передаются в Госбюро расследований (ГБР). Таким образом сотрудники ГБР быстро узнали о случившемся, открыли уголовное производство и отправились из Киева в Городище. Вместе с ними прибыли прокуроры из департамента по противодействию нарушениям прав человека в правоохранительной системе Офиса генпрокурора.

Один из них — Александр Житник — рассказал «Ґратам», что они нашли много следов крови в кабинете, где, по словам Бердника, его избивали.

«Парни-следователи ночь не спали. Они сутки на месте сразу собирали доказательства, чтобы это все зафиксировать, чтобы это не было уничтожено. Потому что они (полицейские  Ґ ) уже начали… Они много где вытерли кровь. Мы вырезали куски линолеума [для экспертизы], потому что он был помыт», — рассказал прокурор.

Следы крови криминалисты также нашли на наручниках. Эксперты определили, что они принадлежат Берднику и еще одному неизвестному человеку. По мнению прокурора Житника, это говорит о том, что городищенские полицейские не первый раз применили пытки.

В участке сотрудники ГБР нашли двух свидетелей, которые, по словам прокурора, подтвердили показания Бердника. Первый — оперуполномоченный полиции Александр Медведев. Это один из трех полицейских, которые приезжали за Бердником в гараж, а потом опрашивали в отделении. Он рассказал: когда участковые начали избивать задержанного, он вышел из кабинета, сообщил по телефону начальнику сектора о происходящем и демонстративно покинул отделение.

«Он молодой, пошел по добору. Человек, которого мне удивительно было увидеть и пообщаться. Человек — довольно образованный и творческий. Он в музее работал, журналистом в местной газете. И как был добор в полицию, пошел и начал работать. Человек — очень принципиальный, потому что дал показания на своих коллег», — сказал Житник.

По словам прокурора, потом сослуживцы критиковали и давили на Медведева за то, что он дал показания. Сам он в переписке с «Ґратами» отказался от комментариев.

Второго свидетеля зовут Роман Горобец, и это не менее интересный человек. Местный житель, неоднократно судимый за кражи и страдающий алко- и наркозависимостью. По словам прокурора, он жил в полицейском участке и выполнял мелкие поручения.

«Он убирал территорию, до этого у Шпака (участкового, который, по словам Бердника, его избивал  Ґ )  чистил снег. Ему давали там жить, чем-то подкармливали, как технический работник был. Он злоупотреблял спиртными напитками. По нему было несколько производств, они его держали. В суд производства не направляли и держали его в райотделе», — рассказал прокурор.

Рисунок: Анна Щербина, Ґрати

По его словам, Горобец на допросе рассказал, что убирал кабинет после того, как там избили Бердника.

«Он говорит, что нашел зуб, показал Оверченко (оперуполномоченному, который, по словам Бердника, допрашивал его после избиения  Ґ ). А он говорит: так выкинь его. Он взял на бумажку и выкинул в райотделе. Тогда было много снега, и сугробы стояли во дворе. И он в эту кучу выкинул. Снег белый, зуб белый, мы его искали, но не нашли», — сказал прокурор.

Аресты и отстранения

Через три дня после задержания Бердника Госбюро расследований объявило подозрение в  ( часть 2 статьи 127 Уголовного кодекса) участковым Линнику и Шпаку. За это предусмотрено от 5 до 10 лет лишения свободы.

Руководство полиции не стало выгораживать своих сотрудников и сразу их уволило. Ведомство начало внутреннюю проверку, на время которой отстранило еще четверых сотрудников из Городища, включая начальника сектора Мошенца.

Следователь ГБР подал ходатайства об аресте участковых Линника и Шпака. 11 февраля их рассмотрел Голосеевский районный суд Киева. На заседании оба подозреваемых отрицали вину и просили оставить их на свободе. В итоге судья арестовала Линника, но Шпака оставила на свободе. Следователь неверно указал его имя в подозрении, и по этой технической причине суд отказался отправлять его в СИЗО.

Позже в ГБР исправили ошибку и объявили Шпаку новое подозрение. Через месяц, 4 марта суд отправил в следственный изолятор и его. «Ґрати» предлагали обоим участковым высказать свою позицию по делу, но они и их защитники отказались от комментариев.

В начале апреля Госбюро расследований привлекло к ответственности еще троих полицейских из Городища. Начальник сектора Виталий Мошенец получил подозрение в  ( часть 2 статьи 146-1 УК. Предусматривает от 5 до 7 лет лишения свободы) Бердника. За эти преступления предусмотрено до семи лет колонии. Мошенцу вменяют в вину то, что, он заставил Бердника расписаться в журнале доставленных об отсутствии у него претензий. А также то, что он не доложил о пытках в ГБР.

Оперуполномоченный Ярослав Оверченко, который, по словам Бердника, допрашивал его после пыток, получил подозрение в  ( часть 1 статьи 396 УК. Наказание: арест до трех месяцев, ограничение или лишение свободы до трех лет) .

По версии ГБР, после избиения Оверченко сказал Берднику выйти во двор, где тот снегом смыл с лица кровь. Затем, по данным следствия, оперативник «воспользовался беспомощным состоянием и подавленной волей» Бердника и получил от него признательные показания. После этого Оверченко вывел его из кабинета в коридор и заставил сидеть там до приезда начальника сектора.

И последний пятый подозреваемый — еще один оперативник Иван Гриненко. По версии следствия, он вместе с начальником сектора выезжал к владельцу автомобиля с украденной магнитолой, пока участковые избивали Бердника.

ГБР утверждает, что, когда Гриненко вернулся в участок, он увидел кровь на жалюзи, где пытали задержанного. Тогда он снял жалюзи и спрятал во внутреннем дворе отделения. Позже сотрудники ГБР нашли их при обыске под досками. Следователь объявил Гриненко подозрение в  ( часть 1 статьи 396 УК. Наказание: арест до трех месяцев, ограничение или лишение свободы до трех лет) .

Рисунок: Анна Щербина, Ґрати

Подозреваемых Мошенца, Оверченко и Гриненко взялся защищать один адвокат — Федор Костюкович. Он не захотел комментировать дело «Ґратам».

«Комментарии преждевременны. Есть презумпция невиновности. Никто не может быть признан виновным не иначе как по приговору суда. То, что есть дело, еще не значит, что люди виноваты», — сказал Костюкович.

В середине апреля суды отправили всех троих его клиентов под ночной домашний арест. На заседаниях полицейские отрицали вину.

В отличии от участковых Шпака и Линника руководство полиции не стало увольнять остальных подозреваемых. Но ГБР подало ходатайства об их временном отстранении, и в середине апреля суд удовлетворил эту просьбу.

Однако через три месяца все изменилось. Все подозреваемые оказались на свободе, а трое из них даже восстановились на службе.

Трюк судьи Синицы

В июне ГБР завершило расследование. Дело попало в Городищенский районный суд, к судье Людмиле Синице. Она назначила подготовительное заседание на начало августа — за несколько дней до истечения срока ареста двух главных обвиняемых и отстранения от службы трех остальных. За несколько недель до заседания прокуратура подала ходатайство о продлении этого срока еще на два месяца.

Но на заседании судья Синица их не рассмотрела и взяла самоотвод. Она обосновала это тем, что знакома с одним из обвиняемых — экс-начальником городищенской полиции Виталием Мошенцом и часто общалась с ним по служебным вопросам. Также она хорошо знакома с адвокатом Сергеем Василенко, который защищает участкового Линника. Раньше он работал прокурором в Городище, и, как заявила судья Синица, они общались «как в рамках судебных процессов, так и за их рамками».

По Уголовно-процессуальному кодексу, заявление о самоотводе должен был рассмотреть судья того же суда. Кроме Синицы в Городищенском суде работают еще трое судей, и все они в тот момент были в отпуске. Через неделю вышестоящий Черкасский апелляционный суд 11 августа решил, что в связи с этим заявление об отводе рассмотрят судьи в другом районе — Шполянском.

Но к тому времени было уже поздно — срок ареста и отстранения от должности всех обвиняемых полицейских истек. Участковые Линник и Шпак вышли на свободу, а Мошенец, Оверченко и Гриненко вернулись на работу.

Прокурор Александр Житник уверен, что судья Синица специально взяла отвод незадолго до окончания сроков ареста, чтобы подыграть обвиняемым.

«Процессуально я не могу этого ни подтвердить, ни опровергнуть. Но выглядит это именно так. Мне лично кажется, что это было сделано именно с этой целью — чтобы слетели эти меры пресечения», — сказал прокурор «Ґратам».

По процессуальному законодательству, только Синица могла продлить домашний арест и сроки отстранения для троих обвиняемых. Но в ее отсутствие ходатайство о продлении содержания под стражей мог и другой судья. Поэтому Черкасский апелляционный суд направил материалы о продлении ареста участковых Линника и Шпака в Корсунь-Шевченковский районный суд. Пока ходатайства туда дошли, срок ареста уже закончился поэтому и продлевать было нечего. Но прокуроры подали в Корсунь-Шевченковский суд новые ходатайства об аресте.

Судья Галина Литвинова рассмотрела их в начале сентября. «Ґрати» побывали на заседании с участием обвиняемого Романа Шпака. На нем прокурор Александр Житник вместе с коллегой просили вернуть Шпака за решетку, поскольку он, как бывший полицейский, «осознает неотвратимость строгого наказания» и знает, как можно скрыться, чтобы его не нашли. По мнению прокуроров, на свободе Шпак также может влиять на потерпевшего и свидетелей с помощью старых связей в полиции.

Адвокат бывшего полицейского Богдан Сухомудренко другого мнения. На суде он заявил, что его клиента обвиняют необоснованно, и многие доказательства собраны с нарушениями. Например, по его мнению, ГБР необоснованно провело неотложный обыск в полицейском участке, не имея санкции суда.

«Основные доказательства построены на показаниях потерпевшего, который сам причастен к совершению уголовных правонарушений. И в связи с этим может быть заинтересован», — заявил адвокат.

Сам Шпак напомнил суду, что в феврале после ареста его напарника он почти месяц оставался на свободе, но не пытался скрыться.

«Зная, что мой напарник под стражей, я осознавал, что меня ждет то же самое. Осознавая это, я приезжал на все судебные заседания и не препятствовал следствию. В это время не общался ни со свидетелями, ни с потерпевшим. То есть цели скрываться у меня не было, нет и не будет», — настаивал он.

Шпак добавил: после увольнения из полиции он устроился подсобным рабочим в бригаду строителей, чтобы обеспечить жену с годовалым ребенком. Параллельно он судится за восстановление в полиции, как и его бывший напарник Линник.

В итоге судья Корсунь-Шевченковского суда Литвинова сочла недоказанным то, что обвиняемый может скрыться, но согласилась с прокурорами, что он все же может повлиять на потерпевшего и свидетелей с помощью бывших коллег. Она отказалась арестовывать Шпака и назначила ему личное обязательство являться на заседания и сдать загранпаспорт. Такое же решение она приняла и в отношении второго обвиняемого Линника.

Начальник полиции

Городище находится в 60-ти километрах от Черкасс и в самом географическом центре Украины. По виду больше похоже на поселок, чем на город. Тут почти нет многоквартирных домов, и на всю округу работает только два кафе.

В центре — просторная площадь, по которой разбросаны здания горсовета, суда, дома культуры, того самого полицейского участка и бывшей районной администрации. Бывшей, потому что в 2020 году Городище лишилось статуса районного центра в связи административной реформой. Теперь город входит в Черкасский район.

Рисунок: Анна Щербина, Ґрати

До реформы в здании полиции был полноценный райотдел, а потом его статус понизили до сектора полицейской деятельности. В апреле, после того как суд отстранил от службы начальника сектора Виталия Мошенца, его место занял следователь из соседнего города Корсунь-Шевченковский Максим Охрименко.

А в конце августа руководство полиции решило еще раз реорганизовать городищенский участок. Число его сотрудников сократили с 35 до 19-ти, а сам сектор подчинили Корсунь-Шевченковскому отделению полицию. Максима Охрименко сняли с поста начальника и отправили руководить всем Корсунь-Шевченковским отделением, пока в статусе временно исполняющего обязанности.

«Ґрати» встретились с ним в Городище в первые дни работы на новом посту и попросили прокомментировать дело о пытках. Охрименко отказался давать оценку случившемуся. Он сказал, что в тот день не был в Городище, не руководил тогда обвиняемыми полицейскими и знает о произошедшем только с чужих слов.

«То, что я слышал на улицах, мнения людей, которые работали в Городище и Корсуни, мнения руководства — это все слова, и они ничем не подтверждаются. Комментировать само событие я не могу, потому что это предмет расследования в уголовном производстве, которое проводит Государственное бюро расследований», — сказал он.

Начальник отделения признает, что после февральского случая местные жители стали хуже относиться к полиции. Но Охрименко настаивает, что не стоит судить по этому инциденту обо всех полицейских. По словам начальника, его подчиненные — это адекватные люди, которые стараются соблюдать закон. Охрименко отметил: ежегодно его сотрудники проходят осмотр у психиатра, постоянно проводятся инструктажи по соблюдению прав человека и антикоррупционных законов.

«На инструктажах и перед исполнением заданий говорю коллегам, заступающим на службу: придерживайтесь законодательства! Как бы не хотелось, но указываю на негативный пример, произошедший в феврале, и обращаю внимание на последствия — парни отсидели в СИЗО. У всех сотрудников семьи, у большинства — дети. И никто такой судьбы не хочет. Если человек сознательный, вряд ли он хочет попасть в СИЗО», — заявил Охрименко.

По его словам, бывший начальник сектора Мошенец, оперативники Оверченко и Гриненко ушли из городищенского участка и перевелись в отделение в Корсуни. Каждого из них начальник характеризует положительно.

«Чтобы ни случилось: грабеж, кража, телесные повреждения, у Мошенца нет позиции — извините, я сейчас после суточного дежурства, сейчас меняюсь и иду домой. У него нет такого: что есть работа, он ее бросит и пойдет. У него другой темперамент и стиль жизни: он работает, работает, работает, не жалея себя. И я могу сказать, не кривя душой, я в этом уверен. Потому что Виталия Васильевича я знаю с 2009 года, когда я пришел сюда на практику как курсант», — сказал Охрименко.

По его словам, второй обвиняемый Оверченко — «совсем молодой парень, который только пришел из университета».

«Он только пришел, только начал что-то делать, и тут такая ситуация сложилась негативная, плохая. Он, возможно, ее не хотел, возможно, он ее не планировал. Возможно, человек оказался не в то время не в том месте. Огонек в глазах пропал. Хотя сейчас его переназначили в Корсунь. А это новая территория, новые люди. Вижу, что желание работать у него снова поднимается», — отметил начальник.

У третьего обвиняемого Ивана Гриненко, по словам его руководителя, жена и маленький ребенок, и он не «будет делать глупостей, чтобы оставить семью на произвол судьбы».

Охрименко не согласен с прокурорами, по мнению которых, обвиняемые полицейские будут использовать свои полномочия, чтобы надавить на Бердника. По словам начальника, его подчиненные на такое не пойдут, поскольку знают: за это можно попасть под стражу.

Оперативник Александр Медведев, который дал показания против коллег, также ушел из городищенского сектора, но перевелся не в Корсунь, а дальше — в Черкассы. По словам Охрименко, перед этим он подходил к нему и советовался, что делать.

«Он спросил, как дальше работать. Я ему сообщил, что лично у меня к нему никакого предвзятого отношения не будет. Поскольку опять-таки я не знаю, кому и что он сообщал, и какое участие принимал в тех событиях. Я не могу утверждать, что он в чем-то виноват и кого-то сдал или выгородил», — сказал Охрименко.

Обитель правосудия

Суд над полицейскими до сих пор не начался. Хотя судья Синица и взяла самоотвод, но в августе Шполянский районный суд его отклонил. То есть дело осталось у нее.

Синица сама уже больше года находится под следствием. Раньше она возглавляла судейскую коллегию по громкому делу об убийстве лидера Евромайдана из Корсунь-Шевченковскогои Василия Сергиенко. В 2014 году его выкрали из собственного дома, а потом его соратники нашли тело с многочисленными ножевыми ранениями закопанным в лесу. В организации и исполнении убийства обвиняются пять человек из уголовной среды, а заказчик до сих пор не установлен.

Летом 2019 года, по данным прокуратуры, один из обвиняемых согласился дать показания на заказчика. Прокурор подал ходатайство о том, чтобы ради безопасности подсудимого его перевели в другое СИЗО, подальше от других обвиняемых. Об этом ходатайстве не должны были узнать другие подсудимые, но судья Синица огласила его при всех на открытом судебном заседании. В итоге сделка с обвиняемым сорвалась. Через год за это Госбюро расследований объявило Синице подозрение во вмешательстве в работу правоохранителей и разглашение тайны досудебного расследования. Сейчас ее саму судят.

По иронии судьбы подозрение Синице зачитывал тот же прокурор, который представляет обвинение в деле о пытках Бердника. Оба производства ведет один и тот же департамент прокуратуры.

7 октября в Городище должно было состояться подготовительное заседание по делу Бердника. Но прокуроры заявили отвод Синице из-за конфликта интересов. По мнению прокуратуры, судья не может быть беспристрастной, если прокуроры по этому делу в другом производстве обвиняют саму Синицу. Ходатайство об отводе рассмотрел другой судья того же суда Владимир Черненко и отклонил его.

Он счел недоказанным то, что его коллега может быть предвзята. Судья Черненко указал в решении: прокуроры по делу Бердника могут сами выйти из дела Синицы, и таким образом конфликта интересов не будет. Судья также отметил, что подозрение Синице подписывал заместитель генпрокурора Андрей Любович. В деле Бердника он не участвует, поэтому, по мнению судьи, отводить Синицу нет оснований.

Прокурор Александр Житник был удивлен этим решением. По его мнению, судья отказал в отводе по надуманным причинам. Прокурор считает, что конфликт интересов не исчезнет, даже если сотрудники его отдела выйдут из дела Синицы, как посоветовал ее коллега в решении.

«Из группы прокуроров по обвинению Синицы выйти то можно. Но все равно мы ей сообщали о подозрении. Мы уже присутствовали на нескольких заседаниях. Это уже произошло. Поэтому логично было бы сменить именно судью, а не прокуроров. Потому что она уже будет предвзята. Ее уже обидели тем, что объявили подозрение», — сказал прокурор.

По словам Житника, его коллеги планируют снова заявить отвод Синице по схожим основаниям. Согласно Уголовно-процессуальному кодекса, отвод не может рассматривать тот же судья. Если ходатайство будет отклонено, прокуратура собирается подать еще одно. Так скоро в Городище закончатся судьи, которые могут рассматривать отводы Синице. Тогда ходатайство должны направить в другой суд. Прокуроры надеются, что там судьи не будут предвзяты и удовлетворят отвод.

«На сегодняшний день я вижу только такой путь: закидать их отводами, чтобы забрать дело из этого прекрасного места, из этой обители правосудия», — съязвил прокурор Житник.

Если этот план не сработает, то процесс может затянуться на долгие годы. Дело попало к Синице еще в июне, но до сих пор не прошло даже подготовительное заседание.

Проблемы для судебного процесса может создать и сам потерпевший Бердник. Весной городищенские полицейские объявили ему новое подозрение в мошенничестве. По данным следствия, Бердник взял по 1200 гривен с двух жителей Городища за подключение к интернету, но не сделал этого. В 2020 году ему уже объявляли подозрение в такой же афере, но с другими потерпевшими.

Оба дела переданы в тот же Городищенский суд. Недавно Бердник исчез и перестал являться на заседания. В том же месяце суд объявил его в розыск, а прокурор подал в суд ходатайство о заочном аресте. На момент выхода этой статьи Бердник не объявлялся и не отвечает в том числе на звонки прокурора по делу о пытках.

Он не выходит на связь и с «Ґратами». В начале сентября мы договорились о встрече в Городище, но в назначенный день он отключил телефон. Его рассказ пришлось восстановить из интервью другим телеканалам и из материалов дела.

О случившемся в Городище мог вообще никто не узнать, ведь, по словам Бердника, полицейские предлагали ему деньги за молчание. Но в феврале его отец Виктор Бердник настоял, чтобы сын все же подал заявление. Он жаловался журналистам, что  у них с женой маленькая пенсия и сыну не на что вставить выбитые зубы. Но, по его мнению, соглашаться на деньги от полицейских нельзя, потому что виновные должны быть наказаны.

«Что такое деньги? Сегодня его избили, завтра второго изобьют, послезавтра третьего изобьют, — возмущался Бердник-старший в разговоре с журналистами. — Если наказания не будет, они так и будут продолжать издеваться над людьми. Потому что они думают, если они форму одели, они боги».

Автор: Алексей Арунян; Ґрати

Читайте также: