«ЧЕРНОЕ» ЗОЛОТО УКРАИНЫ

От преступного своеволия “угольных баронов” до самовольных разработок угольных копей бомжами — такова мимикрия криминогенных процессов в угольной отрасли Украины за последнее десятилетие.

На смену вороватым “генералам” отрасли пришли тысячи “копальцев”-расхитителей; ранг субъектов криминальной активности в угольной промышленности явно мельчает. Чего не скажешь о по-прежднему грандиозных масштабах преступной деятельности в этой стратегически важной для государства отрасли. Ущерб – в десятки, если не сотни, миллионов гривен в год.Приватизация как благо

Летом нынешнего года стало частным одно из крупнейших угледобывающих объединений Украины – “Павлоградуголь”. Шквал публикаций в отечественных и зарубежных СМИ сопутствовал этому процессу. Еще бы: о значимости события для экономики страны говорит “цена вопроса” – “Павлоградуголь” “ушел с молотка” в пользу Авдеевского коксохима за 1,4 миллиарда гривен.

Сумму, вторую по величине в истории отечественной приватизации. Частными стали десять шахт, две углеобогатительные фабрики, одинадцать ОАО, занимающихся обслуживанием и сбытом, и 11 структурных подразделений холдинга “Павлоградуголь”. Всего холдинг добывает Украине около 15% наиболее ценного коксующегося угля, предназначенного для нужд стратегически важной металлургической промышленности.

Приватизация “Павлоградугля” положила конец системному разворовыванию этого некогда “народного достояния” нечистым на руку директоратом. От лица государства управлявшим компанией.

Когда уголь — золото

Еще свежи в памяти регулярные шахтерские походы на Киев – отчаявшиеся от безденежья горняки шли в столицу “выбивать” зарплату. Задолженность по выплате которой регулярно образовывалась даже на вполне рентабельных шахтах, регулярно выполнявших и перевыполнявших планы добычи.

“Заварухи” расхлебывал Киев, Кабмин срочно изыскивал средства для погашения задолженности, изымая огромные суммы из прочих статей бюджета. А в это время…

Вот как выглядела насквозь криминализированная ситуация в шахтерских регионах.

“…Выявлен факт перечисления, по инициативе должностных лиц Управления по обогащению угля Государственной холдинговой компании (ГХК) “Ровенькиагнтрацит” Явных И.В.и Плахотникова Е.В. средств в сумме 70 000 гривен ($ 35 000 на тот момент – «УК»), якобы для приобретения оборудования. Деньги перечислены на частную коммерческую структуру (…), после чего обналичены и присвоены указанными лицами. Оборудование в ГХК “Ровенькиантрацит” так и не поступило…Задолженность по этой ГХК составляет 107 млн. гривен.”

“…Директором шахты им. Сташкова ГХК “Павлоградуголь” Шептуцовым Ю.А. и главным экономистом Хамазой В.В. преднамеренно заключен убыточный договор с коммерческой структурой на реализацию угля на сумму свыше 100 тыс. гривен. С этой же шахты было отгружено в адрес МЧП (малого частного предприятия) “АБС” 48,7 тыс. тонн угля на общую сумму свыше 2 млн. гривен (на тот момент – около $ 1 млн.; к тому же цена отгруженного угля была занижена едва ли не на порядок – «УК»). Расчеты за уголь не производились. Через некоторое время фирмой были выставлены претензии в адрес угольного предприятия относительно качества отгруженного угля. Фактически 50% угольной продукции было забраковано. Руководство шахты с претензией согласилось…”

Хотя при проведении экспертизы качества отгруженного угля представители шахты не присутствовали – ни разу. Руководство шахты лишь соглашательски визировало поступающие в его адрес претензии, продолжая отгружать “требовательному” покупателю ценный коксующийся уголь. В результате шахта понесла – только официально – убытки на сумму свыше 1 млн. гривен.

Ясно, что за нехитрой схемой “забраковки” угля крылось обыкновенное хищение в особо крупных размерах и преступное злоупотребление служебным положением в корыстных целях директората шахты.

К слову: на тот период задолженность по зарплате в ГКХ “Павлоградуголь” достигла 173,3 млн. гривен. Результат: в 1998 году коллектив этого холдинга инициировал очередной шахтерский поход “на Киев”. При этом экономические требования уступили место требованиям уже политического характера. В то время как виновные в бедственном положении шахтеров находились у них под боком – в Павлограде. Но именно вороватый директорский корпус, опасаясь непредсказуемых последствий , фактически подстрекал шахтеров к “поискам правды” в Киеве, тем самым катализируя “предреволюционную” ситуацию.

В середине 90-х эта схема обворовывания государства и шахтеров была общепринятой.

Еще один образчик паразитирования руководства угледобывающих предприятий на каторжном шахтерском труде – событие на шахте “Новодзержинская” (г. Дзержинск). Директор шахты Лисинский В.А. в сговоре с руководителем производственно-коммерческой фирмой “Возрождение” Жилой И.В. сотворили фиктивный акт выполненных работ на сумму 300 тыс. гривен. Деньги обналичили и “подеребанили”. На тот момент задолженность по зарплате на этом предприятии достигла 3,2 млн. гривен.

На шахте “Россия” ГХК “Селидовуголь” правоохранители выявили на складе неучтенное оборудование на сумму свыше 130 тыс. гривен, доставшееся шахте еще с советских времен. Управленцы среднего звена “России” во время проверки пытались оформить найденное проверяющими неучтенное оборудование как недавно приобретенное у некоей частной коммерческой структуры. Как выяснилось – чтобы присвоить себе деньги от его “реализации”. В это время угольная отрасль, где износ основных фондов достиг катастрофических величин, остро нуждалась в новом оборудовании, запасных частях и комплектующих.

Исправно “доила” бюджет государства и схема умышленного авансирования угольными предприятиями коммерческих структур. Нужно ли говорить, что все эти частные фирмы имели самое непосредственное отношение к руководящим сотрудникам шахт и холдингов, при которых “кормились”? Например, ГХК “Артемуголь” отгрузило МЧП “Созидание” угля на 400 тыс. гривен. И денег в оплату даже не требовало! На момент заключения “сделки” задолженность по зарплате – 74 млн. гривен…

В то же время на шахте “Комсомольская” ГХК “Антрацит” “химичили” более “наукоемко”. Бухгалтер шахты Маслова Л.И. скрыла от налогообложения 300 тыс. гривен: на эту сумму в отчетности не было указано оборудование, переданное в аренду вместе с лавой МЧП “Карбон” (г. Торез). Государственное же оборудование же исправно “молотило” уголь во благо частных предпринимателей. “Антрацит” также был должен своим работникам: 39,9 млн. гривен.

Более того, в 1996-1998 гг. руководители угольных предприятий вовсе не демонстрировали желания добиваться возврата средств за отпущенный уголь, тем более – через суды. Так по управлению материально-технических поставок ГХК “Павлоградуголь” (на тот момент – руководитель Черненко В.П.) задолженность достигла 3 млн. гривен. На шахте им. Артема – 600 тысяч. Суммарная задолженность коммерческих структур по Минуглепрому – свыше 200 млн. гривен (или без малого $ 100 млн.). Вот так обогащались “угольные бароны”, всячески препятствуя приватизации предприятий отрасли. У частника ведь не украдешь. А украдешь – так сядешь.

Хищения в отрасли носили тотальный характер. Например, в 1997 году Бугаев И.В., директор ГХК “Добропольеуголь”, приобрел у коммерсантов пансионат “Волга” в Крыму. Купил, не имея на то никакого права, ибо денег в общественном фонде компании не было вовсе. Объект в курортной зоне обошелся ничего не ведающему о покупке горняцкому коллективу в 3 миллиона гривен. Которые и были перечислены частной фирме “Экспо”. Сама “Экспо” приобрела пансионат буквально накануне продажи его государственному холдингу за 1,6 миллиона гривен (по документам). Но сама не рассчиталась по контракту и никаких имущественных прав на пансионат не имела. Таким образом, фирма сторговала “воздух”. Трудно поверить, что многоопытный директор холдинга, имеющий под рукой солидную юридическую службу предприятия, не ведал, что и для чего приобретал. Когда афера приобрела резонанс, директор лишь разводил руками. А фирма денег так и не вернула – баловство с “купи-продай” равнялось двухмесячному фонду оплаты труда всего коллектива холдинга. В 1997 – 1998 гг. задолженность ГХК “Добропольеуголь” колебалась у отметки в 64 – 84 млн. гривен. Неудивительно, что горняки шахт “Белозерская”, “Пионер”, “Червоноармейская” и “Новодонецкая” периодически останавливали работу своих предприятий, отказываясь спускаться в забой. Они элементарно голодали, когда их руководство обогащалось. Задолженность по заработной плате в отрасли с 800 млн. гривен в 1996-м увеличилась к 1999-му до 2,4 млрд. гривен. Львиная доля этой задолженности была сформирована “благодаря” именно криминальной деятельности руководителей шахт, холдингов и коммерческих структур, действовавших в сговоре и наживавшихся на шахтерском труде.

“Голодный марш” шахтеров ГХК “Павлоградуголь” на Киев в 1998 году стал уже историей. Но тогда о нем писали газеты всего мира! Вот во что вылилось банальное воровство, разорявшее отрасль. Тривиальный криминал регионального уровня привел к потрясению государственных устоев и стал фактором большой политики. Правда, государство сумело переломить ситуацию, по сути, в критической точке. К уголовной ответственности были привлечены десятки руководителей угледобывающих компаний, разрушены схемы незаконного обогащения. Но вернуть украденные сотни миллионов гривен так и не удалось. Эти миллионы и легли в основу множества крупнейших в Украине состояний.

Конец “угольных баронов”

Конец всевластию “угольных баронов” положило принятие государственной программы “Украинский уголь”. Которая явилась следствием осознания в государственном масштабе стратегической важности угольной отрасли для экономики (и внутренней политики) Украины. Еще бы: уголь в стране – единственное энергетическое сырье, запасов которого потенциально достаточно для обеспечения энергетической безопасности государства. Программа была призвана пресечь тенденцию к снижению добычи угля в Украине (с 1991 по 2000 годы добыча сократилась с 135,6 до 80,3 млн. тонн!), реорганизации отрасли с последующим наращиванием объемов производства. Приватизация ряда предприятий отрасли и была одним из факторов, нормализирующих и оздоравливающих ситуацию в углепроме.

Давно не бастуют работники “Павлоградугля” – недавние зачинщики большинства шахтерских волнений. Обеспеченность работой, стабильно выплачиваемые зарплаты и растущая открытость деятельности компании лишают забастовочное движение всякого смысла. Куда делась излишняя политизация шахтерских масс, еще вчера подогреваемая “левыми” всех мастей. С приходом частного инвестора тот же “Павлоградуголь” пребывает в ожидании “второго дыхания”. Согласно условиям приватизации, покупатель взял на себя значительные инвестобязательства, суммарно составляющие 600 млн. гривен до 2008 года. При этом 50 млн. грн. будут вложены в развитие предприятий холдинга уже до конца нынешнего года. До конца года новый собственник обязан погасить и задолженность по зарплате.

Реорганизуется и государственный сектор угольной промышленности. На смену многочисленным разрозненным ГХК, каждое из которых, по сути, было “государством в государстве” во главе с “баронами” и их “вассалами” – директорами шахт, пришла Национальная акционерная компания “Уголь Украины”. Согласно постановлению Кабмина, компания создана в форме открытого акционерного общества. Уставный фонд компании формируется путем передачи в него 100% акций открытых акционерных обществ, которые создаются на базе имущества 113 государственных прибыльных и потенциально прибыльных угольных предприятий. В уставный фонд компании также войдут госпакеты акций 50 угольных компаний в размере 37,25% — 100%. Согласно постановлению, 100% акций, которые будут выпущены на величину уставного фонда компании, будут находиться в собственности государства. Акции и другое имущество, переданное компании, не может отчуждаться или использоваться для формирования уставных фондов других предприятий. Эпоха феодального засилья “угольного директората”, похоже, закончилась.

Но болезненная реструктуризация отрасли стала мощным фактором, стимулирующим мимикрию криминальных процессов в Донбассе. Одно из проявлений – возникновение на его территории около 6000 (!) “партизанских” шахт и копей. Где ежегодно нелегально добываются миллионы тонн угля. На смену “угольным баронам” пришли “генералы угольных копей” – со своими “уставами”, “службами безопасности” и “налогообложением”. Тысячи шахтеров сегодня добывают “неучтенный” уголь на свой страх и риск, спускаясь в “самопальные” забои, один из которых вы можете видеть на наших снимках. Каковы обороты этого бизнеса – «УК» расскажет в ближайшем будущем.

Георгий Киквидзе, «УК»

Читайте также: