![Каких реформ все еще требует МВД Украины?](https://cripo.com.ua/wp-content/uploads/261610.jpg)
Удерживая правоохранительную систему по форме, власть давно потеряла ее по сути. Никакая новая или старая фамилия министра не может автоматически заполнить образовавшийся в системе вакуум.
5 июня в парламенте по инициативе фракции “Голос” было зарегистрировано постановление об отставке министра внутренних дел Арсена Авакова. Как заявил глава профильного комитета по вопросам правоохранительной деятельности Денис Монастырский, комитет Верховной Рады согласился внести в повестку дня сессии парламента постановление об увольнении министра МВД Авакова, пишет ZN.ua.
Однако, по нашей информации, на сегодня голосов за отставку Авакова в парламенте нет. Безусловно, одному “Голосу” с поставленной задачей не справиться, принимать решение придется “слугам”. И здесь есть нюансы.
На Банковой мнения разделились. Глава ОПУ Андрей Ермак, давно уставший от довлеющей тени Авакова, настаивает на хайпе и жертве, которой давно требует общество. Это, по мнению Ермака, разрядит ситуацию и даст Зеленскому дополнительный рейтинг аккурат к местной избирательной кампании. А также, по информации наших источников, отодвинет главу МВД не только от уха Зеленского, но и с пути переговоров в Минске, где позиция Авакова не совпадает со стратегией Ермака. Интересы группы Ермака сегодня в парламенте лоббирует нардеп Евгений Шевченко, который, напомним, параллельно акции “Голоса” с парламентской трибуны критиковал деятельность Авакова на посту главы МВД и призвал депутатов отправить действующего министра в отставку.
В то время как первый помощник президента Сергей Шефир, успевший попасть под жесткое обаяние Арсена Борисовича, придерживается противоположной позиции. Совладелец Банковой находится в прекрасных отношениях и с Ахметовым, и с Коломойским. Как, впрочем, и сам Аваков. А договор о взаимовыгодном сотрудничестве не предусматривает отставки бизнес-партнеров.
И подавляющее большинство политической элиты скорее на стороне Шефира, нежели Ермака. В старую парламентскую гвардию Аваков врос корнями, бизнесом и “вагонами” компромата, что собственно и сдерживает опытных политиков от наступления на задержавшегося на своем посту министра. Поэтому отнюдь не удивляет позиция ЕС, предусмотрительно занятая “в кустах” командой Порошенко, периодически выкрикивающей оттуда пустой месседж, что если уж и менять, то все правительство сразу.
Депутаты ОПЗЖ? С радостью примкнут к большинству, а, значит или воздержатся от того, чтобы нажать на кнопку за отставку человека, к которому еще не раз придется обратиться за помощью, или нажмут, если ветер переменится и можно будет красиво рассказать своей аудитории, как они наконец-то сняли Авакова.
Что касается непосредственно фракции-застрельщика антиаваковской кампании в парламенте, то локомотив партии “Голос” Святослав Вакарчук, на днях заявивший о сложении депутатского мандата, — единственный из фракции, кто не подписал постановление об отставке Авакова. Вчера парламент не удовлетворил просьбу Вакарчука о сложении полномочий, что конечно не изменит его намерения уйти из парламента и реальной политики. И, да, голоса у фракции не стало, зато танцоры из них теперь препаршивейшие.
Молодые же политики из “слуг народа”, которым и предстоит принимать итоговое решение, в большинстве своем говорят об Авакове шепотом, пребывая в полной уверенности, что только он в состоянии удержать раскачивающуюся в стране ситуацию. Ну, а некоторые вообще помалкивают из-за банального страха с ним связываться.
Сейчас сложно предположить, какой из вариантов в итоге выберет президент. Поначалу Зеленский был настроен на лояльную отставку, желая обменять добровольное заявление об отставке на определение Аваковым своего преемника и пост посла в Италии. Но Арсен Борисович не того полета птица, чтобы согласиться на такой скромный подарок.
Да и события, разворачивающиеся в стране, снова поколебали уверенность Зеленского в правильности стратегии главы своего офиса Ермака. Когда у тебя под окнами дежурят уже не только условные радикалы, но и сторонники новорожденных пророссийских партий, открыто противостоящие друг другу (в среду произошли серьезные стычки представителей Нацкорпуса и партии Шария в метро), хочется еще крепче сжать руку взрослого Арсена Борисовича.
Но Зеленский завис. Потому что предстоящее голосование слишком наглядный маркер для общества и, как следствие, хороший инструмент давления на свою фракцию. На фоне достаточно четко артикулированных в медийном пространстве дела о демонстративном затягивании расследования убийства Екатерины Гандзюк, а также больше похожего на безосновательное содержание под стражей подозреваемых в убийстве Павла Шеремета ветеранов АТО, можно красиво занести дубинку над непроголосовавшим за отставку Авакова парламентом. И даже распустить этот плохой парламент. Иначе, вынеся постановление в зал и не проголосовав его силами собственной фракции, Зеленский рискует получить достаточно ощутимый удар по личному рейтингу и репутации.
Однако последние публичные заявления Зеленского в адрес Авакова как “самого компетентного министра” свидетельствуют, что страх окончательной дестабилизации ситуации в стране все-таки перевешивает. Слабый президент, аккумулирующий всю власть в стране, но не умеющий правильно ею распорядиться, нуждается хотя бы в видимости существующего силового хребта государства. Плюс — на скамейке запасных у Зеленского пусто. Думаем, что как раз в этот момент Банковая решает стратегическую задачу, как правильно медийно пояснить или даже наглядно обеспечить сохранение Авакова на посту.
О перегруженности следователей слышали все, так что для решения этой проблемы с 1 июля наконец начнет действовать институт уголовных проступков. Следующим шагом должно стать создание заменителя безнадежно устаревшего Кодекса об административных правонарушениях, который приняли еще в 1984 году и изменяли более 600 раз. Без нового кодекса у полиции и других чиновников не будет эффективных инструментов привлечения нарушителей к ответственности. А большинство нарушений все-таки не уголовные, а административные.
В полиции, прежде всего, реформы требует уголовный блок. Следует наконец объединить оперативников и следователей и сделать из них детективов. Для противодействия издевательствам — в полном объеме запустить систему “протокол опеки” (custody record) и видеофиксацию всего, что происходит в отделениях полиции. Негласная следовательская (сыскная) деятельность должна быть приведена в соответствие европейским стандартам. Министру следует перестать контролировать следствие и влиять на него. Комментируя уголовные производства, должностным лицам следует быть очень осторожными, чтобы не нарушать презумпцию невиновности и не давить на следствие и суд.
Нужно обеспечить должное участие общественности в предотвращении и выявлении издевательств и ненадлежащего обращения с задержанными в отделениях полиции. Больше десяти лет назад это эффективно обеспечивали мобильные группы мониторинга соблюдения прав человека, действовавшие на основании ведомственного приказа МВД, что было выразителем доброй воли ведомства и стремления к должному общественному контролю.
Но с приходом к власти Виктора Януковича деятельность мобильных групп свернули, а затем и общественность утратила возможность осуществления надзора за деятельностью милиции. Сейчас есть необходимость в том, чтобы представители независимых правозащитных организаций могли мониторить подразделения полиции в отношении надлежащего оформления задержанных, выявления издевательств, непредоставления медпомощи и т.п.
Полиция охраны должна перестать быть привилегированной охранной фирмой (вспомним о перестрелке в Княжичах), должна охранять исключительно государственные структуры и отобрать охранные полномочия у Нацгвардии. Полицию особого назначения, треть которой составляют бывшие беркутовцы, следует присоединить к подразделениям тактико-оперативного реагирования (ТОР), чтобы в полиции не было двух разных структур, заточенных под конфликтные ситуации. Для эффективного обеспечения публичного порядка на мирных собраниях нужно утвердить ведомственную инструкцию, которая отвечала бы европейским и национальным стандартам.
В конце концов должен быть создан единый независимый орган финансовых расследований с упором на аналитику, а не на обыски “маски-шоу”. Это касается не только компетенции МВД, но и налоговой милиции и СБУ. Роль министра внутренних дел в этой реформе значительна, ведь большинство уголовных производств в отношении экономических преступлений сосредоточено именно в Нацполе. Безуспешные попытки создать то ли Службу финансовых расследований, то ли Национальное бюро финансовой безопасности натолкнулись на сопротивление силовиков и политиков. Но без этой реформы Украина останется менее привлекательной для инвесторов, а бизнес будут кошмарить три органа досудебного расследования одновременно. Следствие в отношении экономической преступности должно быть только у этой новой структуры.
Необходимо создать интегрированную систему безопасной страны: видеонаблюдение за публичным порядком и связанная с ним аналитическая деятельность должны быть урегулированы законом, в частности в аспекте соблюдения права на приватность и защиты персональных данных. Нынешняя неэффективная модель — когда распорядителями систем видеонаблюдения являются органы местного самоуправления, которые по собственному желанию дают или не дают полиции доступ к информации, следует трансформировать в целостный информационный комплекс под крылом МВД или Минцифры.
Напоследок (хотя с этого можно было бы начать) надо совершенствовать деятельность полицейских и дисциплинарных комиссий, а именно: ввести конкурс на все должности, кроме перевода на равнозначные, а также начать наконец привлекать общественность к деятельности дисциплинарных комиссий, что уже предусмотрено законом, однако на практике не работает даже в самых резонансных случаях.
Полицейские комиссии сейчас являются хорошим и действенным инструментом отбора на службу в полицию, но лишь для тех, кто приходит туда не из системы. А карьерные продвижения тех, кто уже служит в полиции, происходят без должного общественного контроля, исключительно по решению начальников. Поэтому более 400 человек в 84 полицейских комиссиях приобщаются к “отсеиванию” кадров на очень узком участке работы — нужно вводить конкурсную процедуру почти во всех случаях перестановки полицейских между подразделениями, а часто и внутри их.
Закон 2018 года тоже предусматривает возможность привлечения общественности к дисциплинарным комиссиям, но мы не знаем ни об одном эффективном случае участия правозащитников. Преимущественно дисциплинарные комиссии формируют лишь из полицейских, хотя введение представителей правозащитных организаций, например, в дисциплинарные комиссии, которые занимались вопросами убийства Кирилла Тлявова в Переяславе, изнасилования в Кагарлыке, стрельбы в Броварах и т.п., повысило бы доверие общественности к внутренним процессам в полиции.
Странно, что власть до сих пор не поняла: создание действующих механизмов общественного контроля лишь повысит доверие к ней, а некоторые полицейские все еще продолжают убивать, насиловать, препятствовать мирным собраниям и пренебрегать правами человека. В МВД не желают признавать пользу от сотрудничества с общественностью. Важно, чтобы механизм привлечения общественности был грамотный, чтобы в такие структуры не попадали неадекватные персонажи или сугубо карманные активисты силовых структур, чье участие сведется к “одобрямсу”.
АВТОРЫ: эксперт Ассоциации украинских мониторов соблюдения прав человека, Исполнительный директор Правозащитной инициативы; юрист, председатель Фонда региональных инициатив; ZN.ua