Военная реконструкция: вперед, в прошлое!

Самым активным участником исторической реконструкции считается Россия. Исторический охват впечатляет. Российские реконструкторы заняты не только «своими» войнами — от древнерусских до Великой Отечественной, но и боями Европы, Америки Азии, Африки. Есть группы зулусов и воевавших во Вьетнаме «янки». По свежим следам реконструируют даже чеченские войны. О дно дело — моделировать фэнтезийные страны и сражения, другое — шаг за шагом восстанавливать реальные события былых баталий, вчитываясь в десятки исторических научных трудов. Одно дело — шить костюмы и размахи- вать бутафорскими мечами, другое — воссоздавать военные доспехи и форму, в деталях добиваясь соответствия эпохе (скажем, солдатская шинель образца 1812 г. должна быть на ощупь и даже по структуре «настоящей»). В начале лета «ВД» (см. №22) поведала о ролевых играх взрослых с переодеванием в рыцарей, воинов древних эпох, толкиенистов и т.п. Сегодняшний рассказ о реконструкторах, ключевое слово для которых — историческая правда. Если это битва при Ватерлоо, то восстановление событий должно происходить в том же месте, в те же календарные даты и, понятно, в той же последовательности, как это было в 1815 г. Совпадение погодных условий приветствуется! Если это освобождение Киева в 1943-м, то необходимо форсировать Днепр, сражаться на Лютежском плацдарме в окопах, с техникой и оружием того времени. Реконструкция — это слишком серьезно, чтобы называть ее игрой взрослых мужчин. Но все же это игра — причем в нее все с большим энтузиазмом включаются мемориальные музеи, мэрии городов, профильные департаменты военных ведомств, промышленники, специализирующиеся на выпуске военной продукции. Подтягиваются спонсоры, учуяв свежую инвестиционную нишу.

Поклонение военному искусству

Военно-историческая реконструкция — тема крайне узкая и, по сути своей, клубная. Взрослые, как правило, состоявшиеся и преуспевающие люди, объе-диняются для того, чтобы сообща воссоздавать военное событие. Знать, что происходило в далекое время, — для этих людей мало. Им хочется чувствовать, КАК все было. В клубы они объединяются по направлениям — эпоха, страна, война и так далее — до конкретной воинской части. Привязка к местности значения не имеет. В Англии «воюют» французы, во Франции — шотландцы, в США — самураи, в России — немцы и так далее. ВИКи — военно-исторические клубы — сливаются в общества и ас- социации, что помогает организационно и материально держаться на плаву и развиваться.

В 1960-е гг. в Англии появились первые энтузиасты воспроизведения значимой для британцев гражданской войны 1642-1651 гг. Это были историки, желавшие уточнить детали «на местности» и проверить гипотезы. Привлеченные ими добровольцы-любители заразились оригинальной идеей, дополнив перечень истинно английских хобби еще одним видом. Прак-тически в то же время на другой стороне планеты — в США — совсем по другим причинам (для красочного празднования 100-летнего юбилея своей гражданской войны) организовали театрализованные представления с воссозданием батальных сцен. Экипировка, техника, построение армий — все как было в реальности. Впечатлило и понравилось! И уже не отпускало. На начало XXI в. американских «солдат», восстанавливающих события лишь гражданской войны, нас-читывалось более 15 тыс. человек. Британская «армия» реконструкторов скромнее — 5-6 тыс.

Увлечение оказалось весьма захватывающим, да и материала было хоть отбавляй, и Европа за полдесятка лет сплошь покрылась военно-историческими клубами. Каких только армий из различных эпох не создано! Реконструкция прорвалась даже в Советское государство — комсомол поддержал движение как действенную меру военно-патриотического воспитания молодежи. В конце 1980-х первые группы появились и в Украине. Пара десятков наших клубов увлечены наполеоникой, Великой Отечественной войной, казатчиной.

Чистота достоверности

На вопрос «ВД», почему бы не реконструировать, скажем, осаду Киева ханом Батыем, киевский «командир саперного взвода Рабоче-Крестьянской Красной Армии киевского клуба «Красная звезда» Владимир Савельев возразил: «Мы сейчас просто не готовы воссоздать в удовлетворяющем нас объеме ситуацию, соотвествующую Киевской Руси XIII в. Фортификационные сооружения, комплексы вооружений русских дружинников и многонационального воинства Батыя (при этом очень важно помнить — это были конные армии), масса предметов материальной культуры, прочие имеющиеся в нашем распоряжении интеллектуальные и материальные ресурсы пока не позволяют говорить о серьезной массовой военно-исторической реконструкции той эпохи…»

Весьма примечательно, что такие высокие требования к имитации подлинности отличают именно российских и украинских реконструкторов. На интернет-форумах часто можно встретить критику европейских «одежек» и товаров, производство которых поставлено на поток для удовлетворения армий всех эпох и народов. «Чистота» до- стоверности регламентируется специальными уставами и правилами. На «поле боя» и в лагере не должно быть вещей из современной жизни — электронных часов, солнцезащитных очков, мобильных телефо- нов, даже пластиковых пакетов и стаканчиков. В некоторых группах запрещены по- рой фото- и видеосъемка. Продукты питания — и те должны соответствовать. Чтобы достигать столь сложной цели, современные реконструкторы вооружаются не только ружьями и пушками, но и томами литературы. Они могут часами сидеть в научных библиотеках, вчитываться в исторические труды. Потом «вбрасывают» почерпнутые сведения в интернет — так появились уже сотни виртуальных библиотек. Реконструкторы атаковали музеи, где получают доступ к одеждам, делают кальки и выкройки, срисовывают орнаменты и рисунки тиснения на оружии.

На «войну» начала работать индустрия. Сначала кустарники-одиночки вручную шили униформу под заказ, ткали «исторические» ткани, красили их старинными методами, почерпнутыми в архивах. Но сегодня, скажем, драп образца XVIII в. ткут на со- временных фабриках. Оружие — холодное и огнестрельное — изготавливают на современных оружейных заводах. В Украине реконструкторы не только покупают за границей необходимые вещи или обращаются к частным мастерам, но и договариваются с тем же Черниговским суконным комбинатом, который выпускает небольшие партии сукна эпохи Крымских или наполеоновских войн.

Но Европу, конечно, нам пока не догнать. Там фирма Dixie gun works предлагает каталог товаров для реконструкторов объемом в 700 страниц! Это одежда и аксессуары. И подобных фирм на Западе десятки. В среднем «одеть и вооружить» реконструктора-наполеониста можно за $1,5 тыс., солдата Вермахта — за $600-800, Советской армии — от $300. Наконец, для «умного» муниципалитета реконструкция становится весьма выигрышным и, во многих случаях, прибыльным делом. Ведь зрелищные представления влекут зрителей, хорошо разрекламированные акции — туристов.

О чем они молчат

Нет-нет, да и возникает вопрос: а зачем? Владимир Савельев привык к таким вопросам, поэтому отвечает, как по писаному: «Кому-то очень важно приобщиться к духовным ценностям прошлого. Кто-то любит тусовку с интересными людьми. Одних привела к нам романтика и героика. Других, как меня, например, — уважение к памяти и славе предков». Но психологи и социологи копают глубже: военно-исторические игрища разыгрываются мужчинами, которым требуется острое эмоциональное переживание боя. Осознают они это или нет, но им не хватает… войны. Не крови и не жертв, не убийств и не зверств, а — войны как проявления мужской силы духа, героизма, патриотизма, ощущения себя защитником родного дома и всего отечества.

В сегодняшней жизни с быстрыми автомобилями, ноутбуками, интернетом, обедом из супермаркета и прочим не хватает экшена. Нормальный ген воина, как пепел Клааса, стучится в грудь мужиков. Зовет в бой. Кнопки — вот чем сегодня «воюют» современные мужчины. А хочется сжать в руке винтовку, «понюхать пороху» не только иносказательно…

В конце концов, военная реконструкция — это снятие стресса и релаксация. Агрессия, как естественный продукт жизнедеятельности человеческой психики, должна иметь выход. Участие в войне понарошку — одна из благородных возможностей такого выхода. Кстати, лозунг движения «Дорогами прошлых войн — к миру» родился в Европе именно как ответ на упреки в пристрастии к войне.

Скажи-ка, дядя, ведь не даром…

В истории нет скучных боев. Но наполеоновские битвы — это еще и красиво. Разноцветные мундиры, позолоченные эполеты, необычные головные уборы. Нынче наполеоника — одно из самых массовых предпочтений реконструкторов во всем мире, наиболее благодатная почва для организации шоу. Даже в России показательные бои под Бородино идут с 1980-х. В Европе ежегодные исторические мероприятия и праздники собирают тысячи зрителей, туристов и любителей военной истории на местах знаменитых битв Наполеона — Маренго, Аустерлиц, Иена, Ваграм, Бородино, Лейпциг, Ватерлоо. Иногда реконструкторов записывают в коллекционеры. Что ж, у некоторых имеются вещи, которым позавидовали бы исторические музеи. Но если коллекционеры пылинки сдувают с формы, то реконструкторы с наслаждением сидят в ней и в грязи. Киевский наполеонист, гренадер Старой французской гвардии Владимир Назарчук поведал, что в 1995 г. реконструкция последней битвы императора под Ватерлоо проходила в точно такую же дождливую погоду. Солдаты, как и 180 лет назад, месили ботинками желтую глину полей. «Мои ботинки и гетры были мокрые и грязные. Но мы были рады такому совпадению — все точь-в-точь повторялось, даже солнце выглянуло из-за туч ровно в десять утра… После боя я сложил вещи в кулек, а вернувшись в Киев, высушил и аккуратно соскреб грязь Ватерлоо и ссыпал ее в коробочку. Теперь у меня есть уникальный «экспонат».

Самым крупным актом реконструкции, к проведению которого подключились государственные ведомства нескольких стран, был проект «Аустерлиц-2005». Грандиозное событие привнесло в жизнь Европы неизмеримый геополитический отпечаток. Это было познавательно с исторической точки зрения и просто зрелищно. Всех вместе насчитывалось 3585 реконструкторов, из которых 1981 сражался на стороне Великой армии Наполеона и 1557 — в союзной русско-австрийской армии. Наибольшее количество участников пришлось на чешские группы (около 20%), далее — на группы из России и Германии (по 15), затем — французские и итальянские (по 10%). Прибыли клубы из Великобритании, Бельгии, Украины, Польши, Беларуси, Нидерландов, Австрии и Словакии. Частные группы и отдельные лица прибыли из Литвы, Латвии, Мальты, Испании, Люксембурга, Швеции, Норвегии, а также из Соединенных Штатов и Австралии. Обе армии насчитывали две сотни офицеров и столько же кавалеристов, 3 тыс. солдат и унтер-офицеров, имелось 2 тыс. ружей и 25 орудий. В субботней реконструкции сражения использовали почти 1 т черного пороха. Как итог, праздник дал толчок туристическому развитию Южно-Моравского региона Чехии, о чем говорится в официальном отчете о событии.

«Фрицы» и «наши»

Французы для русской армии были врагами. Немцы для советских солдат были врагами. Но когда французов и немцев предпочитают реконструировать ВИКи в странах бывшего СССР (Латвии, Литве, Беларуси, России, Украине), это воспринимается неоднозначно. Реконструкторы считают, что все дело в стереотипах, которые мешают увидеть просто увлечение немецкой формой и оружием как одним из направлений изучения военной истории. Один из руководителей Санкт-Петербургского ВИКа говорит, что «пойти в немцы» его вынудило… отсутствие противника во время реконструкции боев за Ленинград, в которых он участвовал на стороне «наших». Группа военно-исторической реконструкции «22-й пехотный полк» — это немцы, но гражданская позиция этих людей «правильная». Есть группы, в которых вместе работают «фрицы» и «наши», помогая готовить форму, восстанавливать оружие и т.п. И только «в бою» ребята расходятся по разные стороны линии фронта.

Воссоздавать форму периода Второй мировой, конечно, легче и проще. Можно даже найти еще «живые» образцы — это высший класс. С боевой техникой и оружием тоже попроще — их дают напрокат или в аренду на киностудиях. Киевские группы, реконструирующие битвы за Киев, стали уже постоянными клиентами довженковцев. Там они получают не только технику военных лет, но и подчас шьют форму. И Музей освобождения Киева в селе Новые Петривцы стал им надежным спонсором и консультантом. Ярлыки «память» и «патриотизм» включают зеленый сигнал, когда группы обращаются за помощью в органы власти. Не получают отказа и реконструкторы казатчины, главное и пока единственное место показательных боев которых — Каменец-Подольский.

Это было всегда

Современная военно-историческая рекон- струкция, как некий оригинальный живой организм, имеет своих предков. Сегодняшнее воспроизведение событий — результат длительной эволюции жанра. Показывать яркие победные эпизоды было принято в Древней Греции, Древнем Риме и Древнем Египте. Для этого строились специальные арены, а для реконструкции морских сражений — даже корабли. В средние века тоже демонстрировали публике то, что случалось в далеких битвах. Эдакое «живое телевидение». В Соединенных Штатах еще в 1850-х — накануне гражданской войны — была разработана целая агитпрограмма, во время которой солдаты показывали сценки боев из недавней войны с Мексикой.

Ну а нынче самым активным участником исторической реконструкции считается Россия. Удельный вес ВИКов здесь быстро растет, причем исторический охват впечатляет. Российские реконструкторы заняты не только «своими» войнами — от древнерусских до Великой Отечественной, но и боями Европы, Америки Азии, Африки, есть группы зулусов и воевавших во Вьетнаме «янки». По свежим следам реконструируют даже чеченские войны.

Современные исследования утверждают, что за последние 5 тыс. лет произошло приблизительно 14-15 тысяч войн. Так что у реконструкторов непочатый край работы!

Галина Головлева, ВЛАСТЬ ДЕНЕГ

Читайте также: