«Маленький комбинатор» Виктор Пинзеник

Говорят, что власть людей меняет. Не совсем правильно говорят: власть не столько меняет людей, сколько выпячивает прежде скрытые стороны характера и особенности поведения. Виктор Пинзеник вошел в украинскую политику как-то бочком. Всю жизнь Виктор Михайлович пытался бороться с советской инерцией – любовью к престарелым вождям. Но сколько он не доказывал преимущества молодости, так и оставался «казачком» – на третьих-четвертых ролях. Постоянная апелляция к «молодой крови» выработала у В.Пинзеника экономический инфантилизм. Его «прожекты» и «комбинации» в сфере государственной экономики неоднократно оборачивались плачевными результатами для граждан Украины.

У всех учился понемногу: чего-нибудь и как-нибудь…

Справка «УК». Виктор Михайлович Пинзеник родился 15 апреля 1954 года в селе Смогловица Иршавского района Закарпатской области. По окончании в 1975 году Львовского университета имени Ивана Франко работал там же ассистентом, заведующим кафедрой экономики и управления народным хозяйством экономического факультета. В 1991 году был избран в Верховную Раду Украины. Был основателем и первым директором Львовского института менеджмента (1989–1992 гг.).

С марта по октябрь 1992 года – заместитель председателя Коллегии по вопросам экономической политики Верховной Рады Украины. Затем – министр экономики и вице-премьер-министр по экономике. С сентября 1993 года возглавлял Фонд поддержки реформ. С октября 1994 по август 1995 года – первый вице-премьер-министр, а затем – вице-премьер. В 1994 году выдвигался кандидатом в Президенты Украины. Собрал около 200 тысяч подписей, но снял свою кандидатуру накануне регистрации. С октября 1997 года – председатель партии «Реформы и порядок» (ПРП). В марте 2002 года Виктор Пинзеник избран в Верховную Раду по партийному списку блока «Наша Украина». С февраля 2005 года – министр финансов Украины.

У Виктора Пинзеника второй брак. Жена – Мария (1969 г.р.), по специальности – экономист. Была его студенткой. Имеет троих детей: дочерей Ольгу и Юлию, сына Владимира. Виктор Михайлович, по собственному признанию, играет в преферанс на деньги.

Как видим, Виктор Пинзеник – правительственный старожил. В доющенковский период он пять лет (1992-1997 гг.) проработал в экономическом блоке «режимов» Леонида Кравчука и Леонида Кучмы. Глава ПРП заведовал экономической политикой в правительствах Витольда Фокина, Леонида Кучмы, Виталия Масола и Евгения Марчука. Пришлось «волынить» и в одной связке с премьер-министром Павлом Лазаренко. В.Пинзеник был в курсе всей деятельности своего начальника, но, даже уйдя в отставку, никогда не критиковал своего бывшего шефа по существу.

Увы, несмотря на столь солидный послужной список, за Пинзеником прочно закрепился имидж экономиста-теоретика, который несколько идеалистически подходит к воплощению книжных идей на практике.

Традиционно с именем Виктора Михайловича связывают просчеты экономической политики Украины 1990-х годов, особенно – в финансовой и приватизационной сферах. За ваучеризацию его ругают не меньше, чем россияне – своего «приватизатора» Анатолия Чубайса. Возможно, это и случайность, но с уходом Пинзеника из системы исполнительной власти в экономике государства начался процесс оздоровления и наметился прогресс.

«Трастовик», обманувший украинцев

Было время, когда Виктора Пинзеника в Украине вспоминали чаще, чем тех же Кучму и Кравчука. Причем – в самых нелестных выражениях. Причина – Виктор Михайлович был одним из инициаторов проведения так называемой «шоковой терапии» для украинской экономики, которая отбросила за черту бедности большинство граждан. Сам Пинзеник философски относится к прошлому: «Очень плохо, что 1993 год был экспериментом. Но без этого ужасного эксперимента, я уверен, не было бы стабильности». («День», № 195, 1999 год).

Политолог Михаил Погребинский когда-то нелестно отозвался об экономическом «таланте» лидера партии «Реформы и порядок»: «Нашим либерал-реформаторам, Лановому и Пинзенику, реальной власти никогда не доверяли, хотя свои глупости они успели сделать».

«Глупости» — слишком толерантное выражение, которое смог подобрать Погребинский для характеристики горе-реформатора. Представители левых сил были менее сдержаны в словах и считали, что за экономические «эксперименты» Пинзеник должен сесть на скамью подсудимых.

Выделим два существенных момента «вредительства». Первый – налоговая реформа. Принцип налогообложения, предложенный Пинзеником в начале 90-х годов, позволил состояться позднейшему налоговому беспределу, который Верховная Рада и правительство не могут урезонить по сей день.

Второй – декрет по трастам от 17 марта 1993 года, проведенный В.Пинзеником с подачи его тогдашнего заместителя и нынешнего ближайшего соратника по партии Сергея Терехина. Трастовый декрет был крайне несовершенен. В нем не оговаривались необходимость лицензирования валютных и доверительных операций. Все указанные ведомства – Фонд государственного имущества, Министерство финансов, Минэкономики, ГНАУ – практически не осуществляли контроль за деятельностью трастов. Привлекая валюту под 7-12% ежемесячно для реализации мифических проектов, мошенники просто держали деньги в арендованных банковских сейфах. И потом, забрав их, «смывались».

Декрет тихо «почил в Бозе» 26 июня 1995 года, благодаря Постановлению Кабинета министров «О недостатках в работе доверительных обществ». Но было поздно: за это время серьезно пострадало благополучие сотен тысяч граждан Украины. В итоге, за два года трастового шабаша население «облегчилось» на 400 миллиардов карбованцев и 40 миллионов долларов.

Потом были демонстрации обманутых вкладчиков, следственная комиссия Верховной Рады и несколько уголовных дел. Большинство «трастовиков» скрылось. А злые языки утверждали, что на деньгах доверчивых граждан построили благополучие многие финансовые монстры, а также авторы мошеннического трастового декрета.

Виктор Пинзеник не любит вспоминать об этом «эксперименте». И не случайно. Потому что львиная доля ответственности за финансовые пирамиды лежит персонально конкретно на нем. Об этом свидетельствует и такой факт. В Указе Президента Украины № 793/94 от 5декабря 1994 года «О мерах по предотвращению недобросовестной рекламы и ее прекращению» был четко регламентирован порядок размещения рекламы и ответственность за ее распространение. Тем ни менее, первый вице-премьер-министр В.Пинзеник фактически под авторитет своей должности призывал людей доверяться трастам, обещая сказочную выгоду им и украинской экономике. Ответственности он не понес никакой. Зато через пару лет его партия «Реформы и порядок» получила отличную экономическую базу для развития.

Пинзеник и жертвы нацизма

До сих покрыта мраком скандальная история с исчезновением 86 миллионов немецких марок, выделенных правительством ФРГ для украинских жертв нацизма. О том, что к этой махинации мог приложить руку Виктор Пинзеник, писала газета «Киевские ведомости». В частности, по информации издания, в ноябре 1994 года Пинзеник, занимая должность вице-премьер-минстра, разрешил открыть в «Градобанке» специальный счет для выплаты дойчмарок отечественным остарбайтерам. На этот счет и поступили германские деньги. Но «Градобанк» вскорости рухнул, «похоронив» так и не розданные жертвам нацизма деньги. Грянул международный скандал.

За исчезнувшие компенсации, предназначенные остарбайтерам, «ответило» руководство банка – уже в германском суде. Пинзенику – ничего не было.

Виктор Михайлович категорически отрицал свою причастность к воровству компенсационных выплат. Свою честь ему пришлось отстаивать вплоть до Верховного суда, который подтвердил непричастность лично Пинзеника к исчезновению денег остарбайтеров в «Градобанке». Тем не менее, у журналистов и экспертов остались масса вопросов относительно профессиональной компетенции нынешнего министра финансов. Например, из пяти украинских банков, которые в 1995 году прошли международный аудит (в их числе и пресловутый «Градобанк»), четыре благополучно рухнули. Что свидетельствовало, в общем, о низком качестве аудиторских заключений и «приземленном» профессионализме экономического блока украинского правительства, который возглавлял В.Пинзеник, в частности.

Кроме того, в политических кругах еще довольно активно муссировались слухи и о том, что часть денег остарбайтеров все же пошла через различные фонды на финансирование партии «Реформы и порядок».

25% «навара» с каждой гривны

Сегодня очень часто можно услышать вопрос: как так получилось, что в средине 90-х некоторые украинцы сумели заработать миллионы, а другие прозябают в нищете? Частичный ответ на этот вопрос кроется в денежной реформе, осуществленной правительством Украины в 1996 году. Одним из вдохновителей которой являлся тогдашний вице-премьер Виктор Пинзеник.

На проведении денежной реформы настоял не кто иной, как Павел Лазаренко. Причем настоял в самой жесткой форме. Именно П.Лазаренко стал Председателем Государственной комиссии по проведению денежной реформы, где В.Пинзеник был ее «реализатором».

Все привыкли, что государство их обманывает, поэтому каждый, кто мог, прослышав о предстоящем обмене купоно-карбованцев на гривны, кинулся переводить свои небольшие сбережения из купоно-карбованцев в доллары. Некоторые так боялись быть «кинутыми», что спускали накопления по спекулятивному курсу: за 1 доллар давали от 200 тысяч карбованцев – в Киеве, до 250 тысяч карбованцев – на периферии.

Однако, как и было обещано, в течение двух недель сентября 1996 года все старые дензнаки были обменяны на новые — без каких-либо ограничений, по курсу 100 тысяч карбованцев = 1 гривна. И все очень удивились и даже возгордились, дескать, какое честное у нас правительство.

Однако эксперты были очень удивлены, когда 2 сентября 1996 года курс гривны был обозначен не по тому рыночному курсу, который сложился на момент обмена, а по искусственно установленному заблаговременно Нацбанком при помощи драконовских ограничений на торгах УМВБ. Было объявлено, что гривна не будет слишком дорогой по отношению к доллару, а «потянет» всего по курсу 1 доллар = 1,76 гривен. Это означало, что 1 гривна = 0,5681 доллара США. Все захлопали в ладоши – как хорошо, что наша гривна приравнена к немецкой марке.

И только специалисты обратили внимание и поняли, почему это вдруг за считанные дни до обмена купонов на гривны не только в Украине, но и на московских биржах некоторые темные личности скупали купоно-карбованцы по самым бросовым ценам.

Интересно, сколько заработал тот, кто продал свой доллар за 1-2 дня до реформы на бирже в Москве или на «черном рынке» в Киеве, в среднем, как минимум, за 220 тысяч крб., потом обменял эти 220 тыс. крб. на 2,2 грн., а затем на полученные гривны опять купил доллары по курсу, установленному комиссией Лазаренко? Вот какая цепочка получается: $1 = 220 тыс. крб. = 2,2 грн. = (2,2 х 0,568) = $1,250. Неплохо за неделю «приварить» к имеющейся тысяче долларов еще 250. А если учесть, что в оборот были пущены не тысячи, а миллионы долларов США? Получить на каждом миллионе дополнительно $250 000 всего за несколько дней, – это здорово. Доходность в 7-9% годовых во все мире считается очень даже неплохим вложением капитала, а тут – прирост целых 25% в течение каких-то двух недель!

По официальным данным за первые две недели «реформы» в наличный оборот было введено 313 000 000 гривен, что равно 177 784 000 долларов. Таким образом, доход участников операции под названием «денежная реформа» приблизительно равен 44,5 миллионов долларов! Но это – всего лишь доходы от обмена наличной массы. Что касается безнала, – там цифры на порядок выше, но они – тайна за семью печатями. И, похоже, один из авторов гривневой реформы В.Пинзеник будет о ней молчать до конца своих дней…

Сегодня склонность к комбинаторству вновь толкает В.Пинзеника на рискованные шаги – теперь уже в большой политике. Возглавляемая им партия с претензионным названием «Реформы и порядок» (ПРП) «откололась» от НСНУ Виктора Ющенко, и намерилась самостоятельно штурмовать парламент, заручившись поддержкой не менее амбициозной «Поры». Помимо этого, ПРП намерена «поставить» на пост киевского городского головы – один из ключевых в политической системе координат Украины – своего ставленника. Несмотря на то, что очередной «эксперимент» В.Пинзеника вызывает у отечественной политической элиты лишь презрительный скептицизм, сам Виктор Михайлович, похоже, полон оптимизма. В конце концов, жертвами всех его смелых экспериментов всегда становились другие.

Александр Романив, специально для «УК»

Читайте также: