Наш Полиграфыч: прокурор, банкир, мэр

К нам возвращается Шариков. Тот самый, который Полиграф Полиграфович. Но такой юный, что и отчества пока не имеет. Просто — полиграф. И с маленькой буквы. Но зато начальник большой. Проверяет на предмет беззастенчивого вранья казнокрадов и взяточников. Он их сердцем чует, как и полагается товарищу Шарикову. Сердцем так сердцем. Но на дворе — XXI век, и наш полиграф сплошная электроника. Чудо-механизм, призванный на срочную государственную службу в киевскую мэрию ее головой Леонидом Черновецким.На мой взгляд, если новый мэр больше ничего так и не совершит для Киева, место ему в истории все равно обеспечено. Ибо до такого не смогли додуматься ни в царское время, ни в советское. Ни Малюта Скуратов, ни Лаврентий Берия.

Что было раньше? Скукота да самодеятельность! Ну, зальют в окаянную глотку расплавленное олово, на дыбу вздернут, руку берущую отсекут или голову, а то просто из партии исключат… Ни ума, как говорит молодежь, ни фантазии!

Сегодня будущую жертву вначале печатно пригласят в “камеру пыток”, беседу проведут о пользе чистосердечного признания, лекцию прочитают о самом полиграфе. А уже потом обклеют датчиками да детекторами.

Слабонервные начинают каяться еще на этапе подготовки, не дожидаясь нажатия кнопок. На всякий случай. И сознаются в грехах немыслимых, среди которых организация всемирного потопа и падение Тунгусского метеорита — суть зло не самое тяжкое. Говорят, Черновецкий этот хитроумный агрегат впервые применил еще в своем родном “Правекс-банке”. И ничего, все остались довольны. А недовольных в банке и вовсе не осталось. Что и требовалось доказать.

Теперь полиграф он решил внедрить в измученный тяжелыми поборами организм беззащитной киевской мэрии, которая уже по определению безусловно является осиным гнездом махровой бюрократии — в самом хорошем смысле этого слова.

Мне нравится подзабытый немецкий писатель Брехт, герой которого с порога честно говорил: “Беру!” и в киевской мэрии “берут”. При царе борзыми щенками. При советах — дефицитом. Чем берут сегодня, никто не знает — ни левые, ни правые. Молчат, по мудрому определению Попандопуло из “Свадьбы в Малиновке”, как рыба об лед.

Но косвенные свидетельства есть. Взять хотя бы вынесенную на суд Божий всеобщую декларацию доходов столичных чиновников за прошлый год. Вы, конечно, удивитесь — все миллионеры! Среди них даже сам Черновецкий — не супер-пупер, так, каких-то 6 миллионов! Помнится, в старом анекдоте утверждалось, что не надо смеяться, но и в Грузии есть бедные люди!

Как ни странно, есть такие и в киевской мэрии… Например, замглавы КГГА Виталий Журавский и Владимир Головач. Я чуть не заплакал, когда узнал, что их доходы колеблются в пределах жалких 50 — 60 тысяч. И если уже до конца быть принципиальным, то проверку на полиграфе начал бы именно с них: как, почему, не скрывают ли что?

Но у Черновецкого своя правда. И на передний край, под гусеницы бессердечной машины вытолкал своего юного друга секретаря Киевского Совета Олеся Довгого. Зачем — не знаю. Ведь ему в силу возраста еще и скрывать-то нечего. Он весь как на ладони. Родился, учился… Ему целых 26 лет, а объявленный доход всего ничего — каких-то 4 миллиона с копейками! Да кто их сейчас считает, эти копейки? Последняя старуха от мелочи наотрез оказывается — несолидно, и берет не меньше гривни. И кандидат наук, всего-навсего. У Максима Перепелицы дед допытывался: “Сержантские погоны в магазине свободно продаются? А генеральские? Так у тебя стало быть на генеральские денег не хватило?”.

Но в этой глупости Олеся никто упрекнуть не сможет. Денег, как мы понимаем, у него хватит и на генеральские, и на докторские. И еще и останутся. Значит, все честно!

И пошел начинающий секретарь на “допит” с высоко поднятой головой. Как его пытали, одному Богу известно. Журналистов забыли пригласить. Но, судя по тому, что агрегат не заклинило, не зашкалило, не зажало и не разорвало, наконец, с уровнем истины у юного бюрократа все в порядке.

И уже от эйфории, на очередную проверку тут же пригласили двух глав киевских районов — Владимира Мазепу и Ивана Сидорова. “Черная метка” пришла к ним неспроста: их почему-то переизбрали на второй срок. Что в наше время весьма и весьма подозрительно. Такая им выпала честь. Быть первыми. Всех остальных уже поставили в очередь. Бюрократов много, а полиграф один.

А чтобы они в порыве излишней правдивости на экзамене ничего не перепутали — провода всякие, датчики, — по киевскому ТВ прошла учебная передача “Как, типа, правильно применять детектор лжи, пацаны”. На глазах изумленных зрителей заплечных дел мастера вмиг поместили в паутину электрических нитей ведущего, попутно поясняя ему, почему их обмануть, в принципе, невозможно. А он и не пытался. Рассказал все, о чем его спрашивали. И даже больше. Чувствовалось, что он явно хотел в чем-то сознаться: журналистика — грязное дело, ребята! Но усилием воли, используя чисто профессиональные навыки, сумел выключить микрофон.

Эта передача наделала в Киеве много шуму. Руководители солиднейших фирм “ломанулись” за полиграфом. И где-то в глубине прокуренных офисов поставили под перо самописца бледных от страха уборщиц и дрожащих охранников. Саморазоблачения пошли косяком. Кто внуку “спер” импортный карандаш, кто виски хлебнул из хозяйской бутылки. И, пожалуй, на этом все и закончилось. Работники более высокого ранга дружно совали под нос озверевшим буржуа рабоче-крестьянские дули, и грозились “под током” такое рассказать широкой общественности, что те отступили. Тем более, что им самим есть, что скрывать!

Только Черновецкого такой поворот событий не смутил и не расстроил. Я вообще не понимаю, зачем ему была нужна эта страшно дорогая и бестолковая в наших реалиях машина, если он сам — ходячий детектор лжи? Не проходит и дня в Киеве, чтобы новый мэр, только что отметивший первые 100 дней своего правления, кого-то не разоблачил, не поймал за руку, не вывел на чистую воду. Говорят, у него глаз, как алмаз. А алмаз и стекло режет! Если прежний мэр Александр Омельченко каждый день бывал на стройке (он без нее не мог, окончил КИСИ, всю жизнь проработал прорабом), то новый, Леонид Черновецкий, — юрист и работал в прокуратуре. Как говорится в рекламе, почувствуйте разницу! Вот уж воистину: кто на кого учился!

Черновецкий занимается тем, чем умеет. То спускается в метро и гоняет теток с газетами, то посещает туалет в ботаническом саду и делает свое дело в условиях крайней антисанитарии. И везде находит “крайних”. С ними он беспощаден, как и полагается юристу с прокурорской жилкой.

Самые зрелищные передачи на киевских каналах — беседы Черновецкого с работниками жэков. Их смотреть без слез невозможно. А нервных врачи вообще просят удалиться от “голубых экранов”. Черновецкий своими удивительно детскими вопросами бьет заматеревших бюрократов не в бровь, а в глаз: “Почему в подъезде дома № до сих пор не вкручена лампочка?” — грозно вопрошает мэр. “Потому что нет денег!” — отвечают начальники. “А почему нет денег?” — возмущается Черновецкий. “Потому что не платят!” — не сдаются начальники. “Даю два дня, чтобы вкрутить лампочку”, — негодует мэр. “Хорошо, хорошо — вкрутим!” — соглашаются начальники.

Все это странным образом напоминает старинную детскую считалочку: “Вот хвост, вот мочало — начинай сначала!..”

Даже его знаменитые выходы “в народ” на Крещатике — театр абсурда. Бог из машины развитого социализма, творящий чудеса раздачи квартир. Принцип Черновецкого при этом понять невозможно. Он больше смахивает на сценарий старого мультика “Кто в лесу самый слабый?”

Полиграф Полиграфович Шариков свои шрамы объяснял врангелевскими фронтами. И Черновецкому также трудно. Людей много, бед много, а он один. А один в поле — не воин.

Но киевляне и таким довольны. “Хорошо, — говорят, — что три месяца назад мы Кличко не выбрали мэром…”

И задумчиво потирают подбородки!

Александр Полуцыганов, «Политикантроп»

Читайте также: