Российский ЗРК «Тор». Как иранцы сбили украинский «Боинг» с помощью русского оружия

Российский ЗРК "Тор". Как иранцы сбили украинский "Боинг" с помощью русского оружия

Иран признал, что его военные «непреднамеренно» сбили украинский самолет.​ Еще до этого заявления западные политики и эксперты говорили, что по «Боингу» была выпущена ракета зенитно-ракетного комплекса «Тор-M1» российского производства. Это уже второй случай за последние 6 лет, когда гражданский авиалайнер терпит крушение после поражения ракетой российского производства.

В чем основные отличия ЗРК «Тор» от «Бука», из которого, как считает международное следствие, был сбит «Боинг» «Малазийских авиалиний» над Донбассом? Как он обнаруживает цели и может ли оператор установки отличить гражданский самолет от военного? Какова роль этих систем в ПВО Ирана? На эти и другие наши вопросы отвечает пользователь Твиттера @ain92ru, посвятивший немало времени изучению ракетных систем советского и российского производства и согласившийся поделиться своими знаниями с Радио Свобода на условиях анонимности. Интервью было записано 10 января, до признания властей Ирана.

– Что такое зенитно-ракетный комплекс “Тор”? Это машина на гусеничном ходу с ракетами и локаторной установкой?

– Да, два радиолокатора и два блока по четыре ракеты, но, кстати, не обязательно на одном шасси и не обязательно гусеничном, это зависит от модификации. Из 29 купленных Ираном машин только 12 гусеничных, а еще 17 установок на колесном шасси («Тор-М1Т», – прим. РС), и антенно-пусковой пост в этой модификации перевозится на прицепе. Для такой местности, как, например, в Донбассе (по многочисленным свидетельствам, российскими военными там также использовались комплексы «Тор», – прим. РС), больше подходит гусеничный вариант, для пустыни хватит и колёсного, но это не принципиально с той точки зрения, что следы от передвижения комплекса вряд ли будут заметны, особенно со спутника, уже на следующий день, если кто-то захочет потихоньку эвакуировать установки. Учитывая особенность местности, тот факт, что там была ясная погода, там было сухо, если иранцы оперативно все убрали, вряд ли мы обнаружим следы этого шасси, будь оно гусеничное или колесное.

– Если комплекс используется в составе батареи, может ли при нем быть дополнительная машина?

– Да, для обеспечения координации работы установок, но мы не знаем, была ли в нашем случае одна установка или батарея.

– Как «Тор» обнаруживает цели?

– На каждой боевой машине есть две радиолокационные станции. Одна сканирует воздушное пространство вокруг себя чуть больше чем на два десятка километров, это станция обнаружения цели. У нее параболическая антенна, которая поднимается над машиной, делает оборот в 360 градусов примерно за 3 секунды в обычном режиме и видит где-то на 25 километров. Вторая радиолокационная станция предназначена для наведения ракеты на цель, грубо говоря. Она называется «станция наведения».

– То есть «Тор», если он находится в активном положении, постоянно сканирует всё небо в радиусе 20 километров и отображает все возможные цели?

– Да, для достаточно больших для обнаружения объектов указывается их скорость, координаты, высота, которая на небольших расстояниях наверняка измеряется достаточно точно. Может примерно предугадываться траектория. Пока является загадкой, что было в голове у оператора того “Тора”, если там был оператор, как я предполагаю. За какой объект он мог принять гражданский самолет — за крылатую ракету, за истребитель, может быть, за беспилотник? Вряд ли это могла быть крылатая ракета типа «Томагавка», она не будет лететь на высоте 2,5 километров. Скорость у самолета была, по-моему, 140 метров в секунду, истребители так медленно не летают. Беспилотник тоже обычно так не летает в чужом воздушном пространстве, хотя всякое бывает. В принципе, если у оператора была голова на плечах, и он достаточно выспался и находился в достаточно адекватном состоянии, мне кажется, он должен был прийти к выводу, что ничем кроме гражданского воздушного судна это быть не могло.

– Тем более, что он находится недалеко от аэропорта. Если эта система стоит на боевом дежурстве именно в этом месте — а предполагается, что там находится какой-то важный ракетный центр — то они должны регулярно наблюдать такие цели?

– Кирилл Михайлов из расследовательской группы Conflict Intelligence Team предположил в Твиттере, что эта система могла там оказаться буквально за несколько часов до того, как самолет был сбит. То есть срочно подняли по тревоге каких-нибудь замученных пэвэошников, перебросили, выдвинули именно затем, чтобы подготовиться, когда запустили свои ракеты. Это, кстати, были аэрокосмические силы Корпуса стражей исламской революции (КСИР), эти «Торы» находятся именно на вооружении КСИР (КСИР не входит в структуру Вооруженных сил Ирана, являясь полностью независимой структурой, – прим. РС). Незадолго до запуска баллистических ракет по американской авиабазе в Ираке, этой иранской «ответки» за убийство генерала Сулеймани, за которой должна была последовать американская «ответка на ответку», КСИР как-то расставил те комплексы, которые у него есть, по тем местам, которые он считал важным защитить. Это произошло буквально за несколько часов до поражения самолета (ракеты были запущены двумя волнами между 1:30 и 2:15 МСК, а украинский лайнер взлетел в 5:43 МСК с почти часовым отставанием от графика, — прим. РС). Сервис Flightradar24 опубликовал информацию о том, какие самолеты взлетали там в предыдущие шесть часов до падения этого самолета, их было не так уж и много.

– В ранних модификациях Тора решение о поражении принимает командир на основе имеющейся информации о целях?

– Да.

– Как происходит наведение на цель?

– Комплекс «Тор» использует довольно простую ракету, у которой нет своего бортового компьютера, своей головки самонаведения. Она получает команду компьютера, который находится в боевой машине и наводит ее. На боевой машине достаточно хороший радиолокатор, та самая станция наведения, который обсчитывает траекторию цели и определяет, каким оптимальным образом направить к ней ракету, чтобы в момент срабатывания радиовзрывателя на этой ракете промах был в норме, то есть взрыв был в тех пределах, которые обеспечат поражение цели.

– Может ли по одной цели быть выпущено сразу несколько ракет? Американские СМИ со ссылкой на свои источники в силовых структурах говорят о двух ракетах.

– В теории да, но из-за особенностей запуска этих ракет они не могут, насколько я понимаю, быть запущены с интервалом меньше, чем 4 секунды из одной установки. Понятно, что если это батарея, она может со всех машин отстреляться одновременно. В нашем случае, если бы ракеты летели, грубо говоря, одним залпом, с интервалом 4 секунды, мы бы это слышали на видео, были бы два хлопка с интервалом такого же порядка. Видео длится 12 секунд и там слышен только один хлопок. Человек, который снял это видео, сообщил The New York Times, что он слышал какой-то выстрел или хлопок до того, как начал снимать.

То есть нужно к 12 секундам прибавить еще несколько секунд на то, что он достал телефон, открыл камеру и так далее, интервал, видимо, был порядка 20 секунд. На мой взгляд, это больше похоже на то, что оператор выпустил первую ракету, убедился, что цель не сбита, и выпустил вторую. Может быть, первая ракета пролетела мимо и самоуничтожилась, что, конечно, было бы странно, учитывая, что пассажирский самолет — это легкая цель для такого зенитно-ракетного комплекса. Либо первая ракета все-таки поразила самолет, например, она могла обесточить его, в результате чего у него пропала связь и перестал работать транспондер, но оператор счел это недостаточным.

Потом взрыв этой ракеты услышал сторож на стройке, который достал свой телефон, потому что подумал, что это летят американские ракеты, или что-то такое. Достав телефон и приготовив камеру, он, возможно, увидел вторую ракету и снял ее попадание, которое уже подожгло самолет. Но это пока очень гипотетические рассуждения, транспондер самолета мог пропасть из эфира и по другим причинам. Может быть, это случилось из-за средств радиоэлектронной борьбы системы ПВО. Мы знаем только, что три приёмника Flightradar24 приняли последний сигнал, а следующий сигнал, который должен был прийти через 6 секунд, не пришел. Что-то вот в эти 6 секунд произошло. Это могло быть последствие взрыва боевой части первой ракеты — мне кажется, самый вероятный вариант, но это могло быть и что-то, связанное с радиоэлектронной обстановкой в этом месте, хотя это и менее вероятно.

Место крушения украинского "Боинга" 8 января. Сейчас большая часть обломков убрана бульдозерами, порой вместе с пластом земли.
Место крушения украинского «Боинга» 8 января. Сейчас большая часть обломков убрана бульдозерами, порой вместе с пластом земли.

– Судя по открытым источникам, на некоторых версиях ЗРК «Тор» установлена система, которая позволяет осуществлять противовоздушную оборону определенного участка в автоматическом режиме: то есть система сама обнаруживает цели, выделяет из них «вражеские» и уничтожает. Похоже, что такая автоматизация появилась только начиная с версии «Тор-М2», тогда как на вооружении Ирана стоит более ранняя версия “Тор-М1”. В то же время, в 2015 году были сообщения, что Россия может модернизировать иранские комплексы.

– Я нашел в «Живом журнале» пост военного эксперта Юрия Лямина пост о некоторой модернизации, которую он заметил еще в 2013 году. По фотографии модернизированной установки сложно сказать, что именно, какие характеристики изменились — чисто внешне видно, что добавилась небольшая фазированная антенная решетка рядом со станцией наведения. Мы не знаем, какого рода была та модернизация, да и заявление чиновника из «Алмаз-Антея» я бы не стал переоценивать, тем более, что он говорил только о переговорах о модернизации. Даже если она и была произведена, совсем не обязательно, что комплекс был автоматизирован.

– При этом, комплекс оборудован системой «свой-чужой», которая действует и в автоматическом и в ручном режиме, определяя потенциально враждебные цели и отделяя их от остальных?

– Да, она должна работать во всех случаях, но судя по поражению российского Ил-20 сирийскими ПВО, работает она не всегда так, как должна. Технические детали ее устройства я не знаю, подробностей, по понятным причинам, в открытых источниках нет.

– Но во всяком случае, гражданские воздушные суда она должна воспринимать как не враждебные?

– Не уверен. Стандартный алгоритм работы подобных систем — пароль, высылаемый в ответ на запрос с земли (и эти пароли, конечно, регулярно меняются), такой системы может не быть на гражданских самолетах. Скорее я склоняюсь к тому, что если операторы “Тора” не получали сигналы транспондера самолета и не получали информацию из аэропорта о вылетающих бортах, они могли по умолчанию не знать, что этот самолет – «свой». На такой случай в этой боевой машине есть телевизионно-оптический визир, который позволяет вести оптическое наблюдение с захватом цели. Если этот визир работал, и оператор умел им пользоваться, то наверное, по процедуре, он должен был бы посмотреть, что летит, и увидеть бортовые аэронавигационные огни пассажирского лайнера.

– В 2010 году вроде бы «Тор» уже сбивал «свой» самолет в небе над Бушером — иранский истребитель, случайно попавший в защитную зону над АЭС.

– Источник этой истории, израильское информационное агентство «Дебка», не самый надежный. Я бы к их сообщению относился с очень большой осторожностью, тем более, что независимых подтверждений не было. При этом в 2012 году газета The New York Times писала, что в первые годы освоения комплекса иранцами, в 2007 году, «Тор» Корпуса стражей исламской революции уже стрелял по гражданскому самолету.

– Какова роль комплексов типа “Тора” в системе противовоздушной – обороны?

– По назначению и дальности действия они сравнимы с «Буками», хотя последние все же могут поражать цели на расстоянии в 2-3 раза больше. Исторически оба ЗРК разрабатывались для защиты наступающих механизированных, бронетанковых соединений, в том числе и на марше, в движении. Отсюда и гусеницы: комплексы должны были пройти там, где проходят танки. «Буки» должны были использоваться на более высоком уровне соединений, «Торы» – на более низком. При этом по своим характеристикам «Тор» хорошо подходит и для прикрытия неподвижных точечных целей вроде того объекта КСИР, который находится в нескольких километрах от места поражения украинского лайнера. Он как раз находится примерно в той стороне, откуда, судя по видео, прилетела ракета. Благодаря тому, что в ролике заметно, что двигатель ракеты еще работал, мы можем оценить максимальное расстояние от места пуска, и оно тоже соответствует положению объекта.

– Насколько «Торы» эффективны? Год назад они не помогли иранским военным отразить израильские ракетные удары.

– Это вечное противостояние меча или щита. Эффективность «Торов», конечно, сильно зависит от количества установок и объектов, которые нужно защитить, от способности противника ввести средствами радиоэлектронной борьбы эти комплексы в заблуждение, так что однозначного ответа на ваш вопрос нет.

– Как вы думаете, высока ли квалификация операторов ЗРК в такой структуре, как КСИР? Можно ли говорить, что для них политическая подготовка важнее военной?

– Думаю, что на низовом уровне их военная подготовка может быть достаточно адекватной, они им все-таки нужна. Судить об этом сложно, поскольку КСИР – очень закрытая структура. С одной стороны, сирийский опыт говорит о том, что там может царить довольно сильное раздолбайство. С другой стороны, Иран все же не находится в таком кадровом кризисе, как Сирия, и дисциплина в соответствующих структурах КСИР может быть лучше. Вопрос в том, какие приоритеты ставит их начальство. Кто знает, может быть оператору в ту ночь не дали спать, заставляя слушать лекцию о мученике Сулеймани и том, как Иран должен за него отомстить.

Автор: Сергей Немалевич; Радио Свобода


Выводы по ситуации с гибелью украинского «Боинга» в Иране

Российский авиаэксперт, кандидат технических наук Вадим Лукашевич, на своей странице в Фейсбук, анализирует те выводы которые можно сделать после признания Ирана.

Власти Ирана признали, что ПВО страны по ошибке («непреднамеренно») сбили украинский самолет в Тегеране. При этом в заявлении не обошлось без вранья.

В заявлении Генштаба Ирана, процитированном иранскими СМИ говорится, что «Во время полёта самолёт оказался в непосредственной близости от одного из важных военных объектов Корпуса стражей исламской революции и по форме и высоте полёта напоминал вражеский объект».
Министр иностранных дел Ирана Мохаммад Джавад Зариф написал в своем «Твиттере», что катастрофа произошла из-за «человеческой ошибки в период кризиса, спровоцированного авантюризмом США».

Президент Ирана Хасан Роухани пообещал, что расследование крушения «Боинга» будет продолжено для установления причин «этой огромной трагедии и непростительной ошибки». В своем заявлении Руохани также подчеркнул, что необходимо «устранить все слабые точки комплексов противовоздушной обороны и принять необходимые меры, чтобы такие катастрофы никогда не повторялись». Он также принес свои соболезнования и извинения семьям погибших и распорядился принять меря для компенсации за сбитый лайнер.

Глава судебной власти Ирана Ибрахим Раиси, в свою очередь, распорядился ускорить судебные разбирательства вокруг сбитого украинского самолета и потребовал представить ему результаты.

Итак, какие выводы:

1. Иран оказался куда разумнее и дальновиднее России, чей «Бук» из состава 53-й зенитно-ракетной бригады 20-й общевойсковой гвардейской армии Западного военного округа сбил 17 июля 2014 года рейс МН17 «Малазийских авиалиний» с украинской территории. Иран четко взвесил все «за» и «против» варианта признания вины за непреднамеренное уничтожение лайнера с выплатами компенсаций сейчас против глухого непризнания ничего с очень большими проблемами потом. Пять лет назад я неоднократно говорил, что и для России то был бы приемлемый выход — по крайней мере, не было бы третьей волны санкций (из-за которых за прошедшие годы потеряны сотни миллиардов), стагнации экономики и международной изоляции с имиджем «империи зла» и «источника международного терроризма». Еще раз подчеркну — главная цель Ирана — это обладание ядерным оружием, и ради нее можно и признать гибель лайнера. Попутно возникает вопрос, на который у меня нет ответа — признал бы свою вину за гибель лайнера Иран, если бы уже имел ядерное оружие. В современных условиях ядерное оружие это уже не средство защиты или нападения, а гарантия безнаказанности при проведении самой авантюрной политики.

2. Техническое расследования, начавшееся Ираном в сотрудничестве с Украиной и другими странами в лице их полномочных представителей согласно Приложения 13 к Чикагской конвенции гражданской авиации (ICAO), во многом теряет смысл. Потому что пункт 3.1 четко определяет цель проводимого расследования как » Единственной целью расследования авиационного происшествия или инцидента является предотвращение авиационных происшествий и инцидентов в будущем. Целью этой деятельности не является установление доли чьей-либо вины или ответственности». Иначе говоря, это расследование должно ответить на вопрос «что случилось?» (это уже ясно, остались мелкие технические детали типа куда попала ракеты, что горело, кто и до какого момента был жив и т.д.), а не самый важный сейчас вопрос «Кто виноват?» Точно также уже очевидны и меры по предотвращению подобных авиационных происшествий на будущее — полное закрытие воздушного пространства там, где ожидается массированный (по десяткам объектам) воздушный удар с неограниченным использованием всех имеющихся средств ПВО.

Признание Ираном вины — это уже решение основной задачи расследования, которое теперь предстоит «упаковать» в деталях в итоговый отчет. Вместе с тем это одновременно и вывод обвиняемых из-под международного расследования, потому что поиск виновных будет вестись в рамках уголовных расследований по национальным уголовным законодательствам стран, их возбудивших. Как и судебное преследование. И если техническое расследование по нормативам ICAO строго регламентировано и его сложно сделать необъективным (ICAO его не примет), то закрытое уголовное расследование внутри страны можно вести как угодно. В данном случае виновных будет искать сам Иран, формировать обвинение — иранские следователи, и суд будет в Иране по иранскому законодательству. Нет никакой гарантии, что они найдут действительно виновных, следствие будет вестись как надо и суд будет правомерным. К примеру — Украина возбудила уголовное дело по факту гибели самолета и людей на его борту. — ну и как украинские следователи будут осуществлять следственные действия на территории Ирана, допрашивать иранских военных, изымать и изучать их секретные документы?

Иначе говоря, признание Ираном своей вины — это способ перевести дело с международного на внутренний, закрытый и контролируемый Ираном уровень, а выплата компенсаций — приемлемая для Ирана плата за это.

России, кстати, этого очень бы хотелось — как уже заявил глава Комитета Совета Федерации по международным делам Константин Косачев: «Признание Ираном вины в крушении украинского «Боинга» должно закрыть этот трагический инцидент». Понятно? ЗАКРЫТЬ. Дальше Косачев сморозил откровенную глупость (это у него случается часто): «…всем сторонам следует извлечь уроки из этой трагедии». Ну и какие уроки из этого должна извлечь Украина?

3. Прямая вина Ирана за незакрытие воздушного пространства очевидна. В своем заявлении Иран попытался оправдаться, сославшись на США: «…ошибка, ставшая причиной гибели 176 человек, произошла на фоне повышенной боевой готовности в свете угроз ракетных ударов со стороны США и возросшей интенсивности полетов американской военной авиации вблизи иранских границ. Военные находились на высочайшем уровне готовности на фоне усиления напряженности в отношениях с Соединенными Штатами» (https://www.cp24.com/…/iran-state-tv-says-ukrainian-jet-was…).

В этом есть попытка подмены понятий — нельзя путать рост международной напряженности по чьей-то вине и непреднамеренной убийство пассажиров. Это две большие разницы. Разумеется, США в лице Трампа несет свою долю моральной ответственности за трагедию эскалацией напряженности, и в первую очередь заявлением об ответном ударе по 52 целям на иранской территории, но именно ракетная атака Ирана по американским военным базам в Ираке сделала этот ответный удар почти неизбежным. В этих условиях Иран должен был закрыть свое воздушное пространство для гражданской авиации, и прямая вина Ирана в уничтожении лайнера не сопоставима с моральной ответственностью американцев. Похожую картину мы видим и в деле МН17: в то время как Россия обвиняет Украину в моральной ответственности в незакрытии воздушного пространства над зоной АТО, судить будут Россию за то, что ее «Бук» сбил малазийской «Боинг», убив 298 человек на его борту. Почувствуйте разницу. И обратите внимание, что у нас даже никто ни пискнул о вине Ирана за незакрытие воздушного пространства — умаю, что и вопрос с украинской ответственностью в июле 2014 года закрыт, слишком уж у Ирана рыло в пуху.

4. Российская позиция в этом деле заключается в поддержке Ирана. Сначала мы топили за официальную иранскую версию «пожар двигателей как техническая причина», теперь, не сомневаюсь, будем завуалированно обвинять США, потому что все, дескать, началось с убийства Сулеймани. В огороде бузина, а в Киеве — дядька…

Но давайте начистоту — если мы признаем вину США в эскалации напряженности в ирано-американских отношениях, то тогда нужно признать и нашу моральную ответственность за поставки оружия полным мудакам, способным сбивать гражданские самолеты на вылете из собственного столичного аэропорта. Мы реально помогаем оружием всякой международной швали, отмороженным режимам, которые, по нашему примеру, и сами не живут, и не дают жить другим.

Иранцы уже заявили, что «обновят свои системы ПВО, чтобы предотвратить подобные «ошибки» в будущем». Т.е. закупят у нас новые, больше им никто не продаст. Что там Косачев говорил про «извлечением уроков из этой трагедии»? Извлечение уроков — это не про нас.

Читайте также: