ГЕОРГИЙ ГОНГАДЗЕ. 21/05/1969 — 16/09/2000. УБИТ СЛУЧАЙНО?

Если внимательно анализировать разговоры, состоявшиеся на Банковой после исчезновения Гонгадзе, становится очевидно, что выяснить истинную меру причастности Президента к расправе над журналистом реально.

Расследование исчезновения Георгия Гонгадзе, которое три года назад привело к крупнейшему политическому кризису в истории независимой Украины, похоже выходит на финишную прямую. Сразу три организации — Генпрокуратура, парламентская следственная комиссия, а также таинственная «анонимная группа журналистов» приготовились обнародовать имена исполнителей расправы над основателем «Украинской Правды». Однако каждая из этих инстанций, по-видимому, имеет собственное мнение о заказчиках этого преступления и его причинно-следственной связи с появлением записей разговоров Президента.

Наиболее популярным объяснением трагедии с Гонгадзе является так называемая версия об «эксцессе исполнителей». Согласно ей, редактора «Украинской Правды» убили «случайно» в ходе акции по устрашению журналиста, предпринятой «орлами Кравченко» в соответствие с настоятельными пожеланиями Президента. А уже после этого неожиданного «эксцесса» ситуацией воспользовались «добрые» люди, которые подвигли майора Мельниченко на известный героический поступок. Согласно этой версии, обнародование подслушанных разговоров Президента о Гонгадзе есть следствие (а не причина) убийства журналиста.

Подтверждением этой теории принято считать свидетельства отставного офицера УБОП Игоря Гончарова. После кончины Гончарова в распоряжении СМИ попали его письменные обращения к Генпрокурору, в которых были указаны фамилии вероятных убийц редактора «Украинской Правды».

Как свидетельствует Гончаров, Гонгадзе похитила банда неких Свердлова и Нестерова из т.н. «группировки Киселя» при участии действующих сотрудников УБОП. Место нахождения журналиста перед захватом было отслежено силами службы криминального поиска МВД. При задержании Гонгадзе оказал преступникам сопротивление и его пришлось задушить. Голову журналиста при этом отрезали с целью шантажа какого-то видного политика. Впоследствии выяснилось, что водитель автомобиля в котором вывезли схваченного журналиста, сотрудничал с СБУ. С помощью этого человека тело убитого журналиста было обнаружено и перезахоронено уже иными заинтересованными силами.

Гончаров утверждает, что преступления банды Свердлова — Нестерова, включая расправу над Гонгадзе «совершались по прямому указанию министра МВД Кравченко, а впоследствии Смирнова. К этим похищениям и убийствам причастны знавшие о них высшие должностные лица нашего государства, и наш президент».

Такова версия исчезновения и убийства журналиста Гонгадзе в изложении человека, которого Генпрокуратура, в свою очередь, считает преступником-убийцей и активным участником той самой банды «оборотней». Известно, что причастность Гончарова к деятельности группы Свердлова — Нестерова не отрицают адвокаты экс-убоповца. Да и сам он признает в письмах, что «невольно оказался втянут в совершении ряда преступлений».

Вообще, фигура покойного отставника УБОП, который, как оказалось, был неплохо знаком с вероятными убийцами Гонгадзе, выглядит весьма загадочно. Журналист Олег Ельцов, с которым Гончаров длительное время поддерживал доверительные отношения, свидетельствует: «Игорь Гончаров неоднократно говорил мне, что он работает с Марчуком. Впервые я услышал это примерно в 1999-2000 году, вскоре после того, как Гончаров ушел на пенсию из рядов УБОП Киевской области».

Сегодня уже не вызывает сомнений тот факт, что дело Гонгадзе непосредственно связано с журналистской деятельностью Олега Ельцова. Именно Ельцов являлся автором скандальных статей, которые перепечатывала «Украинская Правда». В сентябре 2000 г. фамилия Ельцов звучала в кабинете на Банковой одновременно с фамилией Гонгадзе. В день исчезновения Гонгадзе за Ельцовым велось наружное наблюдение, а накануне неизвестные угрожали ему по телефону. Ельцов допускает, что мог стать в то время объектом расправы со стороны лиц, недовольных его публикациями.

Начиная с мая 2000 г. Ельцов подготовил для российского Интернет-сайта «ФЛБ» ряд публикаций, посвященных коррупции в высших эшелонах власти Украины. Уже тогда журналист общался с Гончаровым, который снабжал его разнообразными сведениями из недр силовых структур. Ельцов рассказывает:

«Порой я обращался за помощью к Гончарову, даже подготовил по его информации пару статей. Попутно он говорил, что пытается «мониторить» ситуацию, обещал в случае реальной опасности предупредить меня и по возможности обезопасить».

В апреле 2000 г. стартовал Интернет-проект Георгия Гонгадзе «Украинская Правда». (Заметим: при материальной поддержке человека, которого также ассоциировали с фигурой Е.Марчука). Наряду с собственными авторскими материалами «УП» часто перепечатывала статьи из других источников, включая публикации Ельцова на «ФЛБ».

С начала лета 2000 г. фамилия Гонгадзе стала активно упоминаться в президентском кабинете. Доступные записи разговоров на Банковой показывают, что внимание Президента к творчеству Гонгадзе привлек тогдашний глава СБУ Л.Деркач, предложив почитать тому какую-то «грязь». Поначалу реакция Леонида Даниловича была вполне адекватной. Он потребовал уточнить «кто грузину бабки дает?». Однако в дальнейшем Президент перешел к изощренной брани в адрес Гонгадзе и приказал главе МВД разобраться с журналистом.

Реальным следствием угроз на Банковой стала демонстративная слежка, которую редактор «Украинской Правды» заметил за собой в середине июля 2000 г. и справедливо приписал козням МВД. ( В период «кассетного скандала» Ельцов обнародовал через газету «Грани» список сотрудников МВД, которые следили за Георгием Гонгадзе. Эти сведения были переданы журналисту Игорем Гончаровым). Спустя некоторое время Кучма уехал на отдых в Крым, и Гонгадзе никто не беспокоил до осени.

5 сентября 2000 г. «Украинская Правда» перепечатала очередную публикацию Ельцова — статью про Александра Волкова, которая спровоцировала новую порцию разговоров на Банковой. В понедельник 11 сентября Кравченко в очередной раз пообещал Президенту «сделать что-то с Гонгадзе», а Леонид Деркач предложил Президенту подробное досье на Ельцова и получил установку «навести с ним порядок». При этом у Кучмы сложилось стойкое впечатление, что Ельцов работает « в команде этого грузина».

Вечером в субботу 16 сентября Георгий Гонгадзе бесследно исчез, а Ельцов отправился поездом в российский город Армавир. Олег утверждает, что железнодорожные билеты были куплены им заблаговременно, и отъезд не был связан с поступившими в его адрес накануне угрозами.

Исчезновение Гонгадзе, кампания по его поискам в СМИ и отъезд Ельцова активно обсуждались в кабинете Президента. Как явствует из записи разговора, имевшего место во вторник 19 сентября, на Банковой знали, что автором злополучной статьи про Александра Волкова был Олег Ельцов. Сам Волков был склонен приписывать провокацию против себя проискам Деркачей, а Президент придерживался мнения что «всё что они делают» направлено против него лично.

— Волков: Леонид Данилович, я не понимаю, что происходит.

— Кучма: Что?

— Волков: Ну, с этим Гонгадзе, с этими вот… Вы ж понимаете, что я ж не тот человек. — Я эту, б…ь, фирму в жизни не видел! Я его видел один раз в своей жизни.


( Дает Кучме что-то читать)

Кучма: Ельцов. Ну что — стыдно. Это кто сделал? Деркач?

— Волков: Ну, я не знаю, Леонид Данилович. По моей всей информации, всё что по мне делается, это работа Деркачей

— Кучма: Это значит, это они по мне делают, а не по тебе. Ты читал же? Там не против тебя, там всё направлено против меня.

В дальнейшем к разговору Кучмы и Волкова присоединился Леонид Деркач, который сообщил, что место пребывания Ельцова установлено и за ним присматривает Служба. При этом глава СБУ предложил дождаться возвращения Олега из России, чтобы затем «придавить» его и выйти на заказчика его публикаций:

Кучма: Так что с цим Ельцовым?

— Деркач: Вот, значит. Его напугали там. Звонили, значит, сказали, что голову оторвут. И он убежал в Армавир к маме. Сейчас находится там..

— Волков: Ага, ну, значит, это уже. Уже не так сказать… Деркач: Вот. И с Армавира он когда звонил несколько раз жене, говорит: я не знаю, но, может быть, через неделю, но с учетом этого Гонгадзе, не знаю. Мы дали в ФСБ ориентировку туда. Прямо в Краснодарский край.

— Деркач: Нет, просто надо разобраться с Гонгадзе и этому Ельцову кто-то дал деньги чтоб пошла эта публикация. Она им нах.й не нужна эта публикация просто так, правильно?

— Кучма: Конечно, кто-то платит деньги.

— Деркач: Самое главное сейчас его придавить, чтобы он сказал кто деньги давал…

— Кучма: Вот это вот да.

— Деркач: Да. Все остальное это уже…

— Кучма: Конечно. Они зарабатывают, они занимаются бизнесом. Грязным бизнесом! Не журналистской деятельностью, а грязным бизнесом.

Из содержания этого разговора складывается впечатление, что на тот день (вторник 19 сентября 2000 г.) собеседники на Банковой не знали, что на самом деле произошло с Георгием Гонгадзе и предполагали, что отъезд Ельцова и исчезновение Гонгадзе могут быть связаны между собой.

Деркач: Ну, а вчера по телевизору, я когда посмотрел, как жена по СТБ говорила…

— Кучма: Слушай, она как будто бы, б.ь, знает, где он находится!

— Деркач: А вы слышали, как она говорит: Ты если слышишь нас, так мы тебя ищем! То есть, она не то что там всхлипывала со слезами, а так…

— Кучма: Не видно, что удрученная.

— Деркач: Не видно.

— Кучма: Любовница выглядела хуже, чем жена.

Если внимательно анализировать разговоры, состоявшиеся на Банковой после исчезновения Гонгадзе, становится очевидно, что выяснить истинную меру причастности Президента к расправе над журналистом реально. Для этого необходимо обнародовать все записи разговоров на Банковой, сделанные после 16 сентября 2000 г. В первую очередь, самые ключевые из них — разговоры между Президентом и главой МВД Юрием Кравченко. Из них станет понятно, знал ли глава МВД о том, что Гонгадзе убит и соответствуют ли действительности заверения Кучмы, что он постоянно требовал от силовиков найти пропавшего журналиста. Или прав Мельниченко, который утверждает, что Президент был вскоре проинформирован об убийстве Гонгадзе.

До тех пор, пока записи этих разговоров не обнародованы, можно допускать, что убийство Гонгадзе было не результатом случайности, а, наоборот, результатом холодного расчета и настоящими заказчиками этого преступления были лица, причастные к прослушиванию кабинета Президента. И именно поэтому заинтересованные силы скрывают записи тех разговоров, которые не вписываются в нужную схему: «Кучма заказал — Кравченко убил».

Дополнительным аргументом в пользу такой версии служит дата начала монтажа так называемой «кассеты Мороза» — понедельник 18 сентября (в этом может легко убедится любой обладатель компакт-дисков от Мельниченко). Следовательно, комбинация с обнародованием записей Мельниченко стартовала буквально сразу же после исчезновения журналиста.

Есть ли шанс, что истина о мере причастности Президента Украины к убийству Георгия Гонгадзе будет когда-либо установлена? К сожалению, надежда на это весьма мала.

Генпрокуратура предпочитает вообще игнорировать содержание записей Мельниченко, считая их скомпонованными (на самом деле факт разговоров Президента о Гонгадзе не вызывает сомнений и речь может идти лишь о порционном обнародовании отрывков этих записей и об отдельных моментах монтажа в них).

Что касается стороны, которая в свое время взяла на себя ответственность за обнародование разговоров о Гонгадзе (об этом уверенно заявлял Александр Мороз), то она в силу известных политических соображений, вполне согласна на версию «эксцесса исполнителей». Схожую позицию занимает и парламентская комиссия Верховной Рады. Григорий Омельченко давно и уверенно «шьет» дело Гонгадзе Кучме и не намерен отвлекаться на противоречащие этой задаче обстоятельства.

А тем временем, останки Георгия Гонгадзе до сих пор не захоронены. Но это, похоже, уже мало кого интересует.

Алексей Степура, специально для «Обозревателя» Перепечатка статьи — только с согласия автора

Читайте также: