МЕДИКИ И УЧИТЕЛЯ ПОПАЛИ В ТЮРЬМУ, А СТРОИТЕЛЬ ПЫТАЛСЯ ПРОДАТЬ ПОЧКУ

Только каждый пятый украинец, уехавший зарабатывать деньги за границу, возвращается с деньгами, целым и невредимым, без отметки в паспорте, запрещающей ему на ближайшие годы въезд в западные страны. Он — живая реклама успешности этого нелегального предприятия, и ничего удивительного, что знакомые, примеряя ситуацию на себя, тоже решают: надо рискнуть.Деньги занимали у всего села

Нельзя сказать, что в Ароматном Бахчисарайского района люди живут богато. Скорее наоборот: считают каждую копейку, поскольку добывают ее трудно. Поэтому можете сами представить, какую бурю вызвало возвращение односельчанки, которая с год назад отбыла в неизвестном направлении. Оказывается, была она за границей, ухаживала за прикованными к постели старичками. За такую работу нелегалам-украинцам платят вполовину меньше, чем местному медперсоналу, труд это тяжелый, и постоянно приходится опасаться полиции. Может быть, эти детали удачливая «заробитчанка» в своих рассказах опустила, может быть, слушатели пропустили их мимо ушей, но в Ароматном и нескольких соседних селах тут же появились желающие отправиться за границу.

Две кумы — Любовь Коровкина и Елена Фалько — уволились из хозяйства и отыскали в Бахчисарае некую туристическую фирму «Лео», хозяйка которой обещала отправить их в Италию. Рассказывала, что беспокоиться о работе не надо, женщин встретят и устроят в семьи, где требуются работницы. И нужно для этого всего-то загранпаспорт и… тысяча сто евро. Нужную сумму смогли набрать девять человек. Как добывали деньги остальные, Любовь Коровкина понятия не имеет, сама она обошла все село, умоляя дать взаймы только на два месяца. По ее расчетам, к этому времени она получит первую зарплату и вышлет деньги переводом.

Четыре женщины, которые быстрее остальных смогли вручить хозяйке «Лео» евро, уехали первой партией. Трое из Красного Мака и Елена Фалько из Ароматного. С кумой они договорились так: по прибытии сразу же напишет, что и как. Но никакой весточки Любовь Коровкина не получила — как и объявления даты собственного отъезда. Руководительница турфирмы успокаивала: дескать, некоторые осложнения с визой, но все будет в порядке, ваши знакомые уехали, благополучно добрались, работают. Так прошло два месяца.

Наконец женщины поняли: никакой отправки на работу за границу не будет — и стали требовать свои деньги. Понятно, что предпринимательница с ними расставаться очень не хотела, и свои кровные (точнее, занятые) сельчанкам пришлось выцарапывать с помощью СБУ: они решили, что только эта организация может помочь. Совпадение — но и деньги, и уехавшая первая партия женщин вернулись в один день.

На работу… в камеру

Елена Фалько решилась податься на заработки не от хорошей жизни. Тяжело заболел муж: грыжа позвоночника, понадобились деньги на операцию. Ехала не совсем на авось, в Италии жили и работали две племянницы, они писали: приезжай, поможем устроиться. Примерно на полгода растянулся процесс «отправления». Но вот наконец — день отъезда.

Украинско-польскую границу путешественницы пересекли благополучно, пропустили их и в польском Колбаскове, граничащем с Германией. А вот немецкие пограничники высадили женщин из машины и закрыли в камере на сутки. Вклеенные в паспорта визы оказались фальшивыми. За попытку нелегального перехода границы с крымчанок взяли по 150 евро штрафа и передали женщин польским властям. Так на следующие четыре месяца польская тюрьма, а потом депортационный лагерь стали для них домом.

Это у себя в Ароматном Елена Фалько — уважаемый человек, фельдшер-акушер, проработавшая 30 лет на одном месте, депутат сельского совета. И ее спутницы — два педагога и медработник — тоже не последние люди в родном селе. А для поляков они были четырьмя нарушительницами из Украины, каких ежедневно задерживают десятками. Проведенное в тюрьме время Елена Николаевна вспоминает с ужасом. Не потому, что там плохо кормили или издевались. Условия — как в любой другой тюрьме, а к крымчанкам заключенные — от таких же нелегалов до убийц и наркоманок — относились даже с сочувствием. Но давили сами стены изолятора временного содержания и осознание того, что относятся к тебе, как к преступнику.

По букве закона, так оно и было. А по совести женщины оказались жертвами обмана и собственной доверчивости. Схема давно отработана и по-прежнему редко дает осечки. Для «туроператоров» главное — набрать партию желающих и взять с них деньги. Проскочит кто-то по фальшивой визе, устроится самостоятельно — его счастье. Остальные вернутся не скоро и уже не найдут ни тех, кто их отправлял, ни самой фирмы. Так случилось и с «Лео». Говорят, что после ликвидации фирмы предпринимательница перебралась в Киев и снова занимается «турбизнесом».

В рабстве не только девушки

Возможно, несостоявшийся отъезд и даже заграничная тюрьма лучше, чем жизнь нелегала, полностью зависящего от работодателя, которого порой правильнее назвать рабовладельцем. Рабовладельцы заинтересованы не только в девушках для борделей. Женщины средних лет и мужчины тоже приносят доход. Им можно платить в несколько раз меньше, чем обычным наемным работникам, а то и вообще не давать денег. Или сдать в полицию, когда нелегал перестал быть полезен.

Интересно, что при сотнях (если не тысячах) пострадавших уголовные дела против самих торговцев людьми единичны. Бывшие рабы не желают, а иногда не могут наказать вербовщиков и работорговцев.

Руководитель правозащитной организации «Содружество» Людмила Черняк рассказала, что за последние два года больше 50 жертв работорговли обратились к ней за помощью. Но далеко не всем можно помочь, потому что часто сами пострадавшие не знают, кто их продал. Бывает, что выезд осуществляется по поддельным документам — тут уже уголовная ответственность грозит и самой жертве.

Нередко людям предлагают выезд за границу якобы по контракту с тем, чтобы деньги за проезд и оформление документов они отдали потом. И заставляя отрабатывать долг, используют на самых тяжелых работах. Людмила Черняк рассказала о двух братьях из Севастополя, попавших в подобную ситуацию в Португалии. Их определили на птицефабрику, где им пришлось трудиться чуть ли не по двадцать часов. Севастопольцам удалось вернуться домой без денег и с подорванным здоровьем, каждый из братьев получил 2-ю группу инвалидности.

Контракт на ферме

40-летний Игорь Николаевич Т. из Ялты тоже подписал контракт: работа на стройке в Греции. Рассчитывал заработать, чтобы рассчитаться с кредиторами, — слишком много денег занимал, когда заболела жена. Контракт подписал на полгода и очень радовался, что в фирме, отправлявшей его на работу, не попросили денег, все якобы делалось за счет принимающей стороны. Игорю Николаевичу задуматься бы: отчего такое внимание к нему, каменщику и штукатуру? Но он подмахнул все бумаги, признав долг в 600 евро, которые обязан отдать из заработанного.

На стройку Игорь Николаевич не попал. Его вместе с двумя другими украинцами увезли на ферму. Паспорта отобрали еще на границе, хозяин жестами объяснил, что рабочие должны вести себя тихо и появляться на улице только вместе с ним или его сыновьями. Сыновей он использовал еще как средство убеждения: нарушившего правила Игоря Николаевича однажды избили так, что тот два дня лежал пластом.

Потекла сельская жизнь: на работы в поле или в саду рабов выводили вечером и отпускали с рассветом. Если нужно было что-то сделать в помещении, то запирали снаружи дверь. Жили все трое украинцев в сарае. Однажды один из рабов серьезно повредил лопатой ногу, несколько дней ковылял, а потом слег окончательно, да еще с высокой температурой. Раздосадованный хозяин велел перенести больного в дом — и больше Игорь Николаевич никогда его не видел. Себя убеждал, что товарища отправили в больницу или сдали в полицию, где больному тоже окажут помощь.

Однажды на ферме появился человек, говоривший по-русски, назвался представителем фирмы и сообщил, что свой долг Игорь Николаевич отработал. Теперь мог бы действительно зарабатывать. Но вот беда — оставаться ему в стране больше нельзя, через несколько недель его могут переправить домой, а больших денег за это время не заработать. Но выход есть: можно продать свою почку. Игорь Николаевич сначала принял это за плохую шутку: разве можно в цивилизованной стране распродавать себя по частям? Ему объяснили, что надо подписать бумагу: мол, я, родственник такого-то, добровольно и безвозмездно хочу спасти жизнь близкому человеку. А настоящие родственники больного вручат пять тысяч евро после операции. Сломанному тяжелым трудом и скотскими условиями существования мужчине показалось, что это действительно выход: все-таки вернуться — и с деньгами.

Операция состоялась. На счастье Игоря Николаевича, не та, о которой ему говорили. То ли реципиент умер, то ли его родственники передумали. Но крымчанин успел подмахнуть другую бумагу — что добровольно и безвозмездно готов пожертвовать кожу для пересадки пострадавшему при пожаре человеку. У Игоря Николаевича взяли два лоскута кожи с бедер. Он признается, что только в больнице отдохнул и поел по-настоящему. Представитель «турфирмы» вручил ему тысячу евро, паспорт и билеты на автобус. С 300 евро пришлось расстаться на границе из-за просроченной визы, а остальное он привез домой.

Жену эти деньги не спасли, теперь Игорь Николаевич с ужасом думает: а если бы состоялась операция, на которую он в отчаянии согласился? Разве мог бы инвалид содержать двоих детей? Обманувших его людей он искать не пытался: доказать обман невозможно. Игорь Николаевич хочет как-нибудь съездить в Луганск, наведаться по адресу, который оставил один из товарищей по несчастью, работавший на греческой ферме. Тот, который повредил ногу и заболел. Вернулся ли он домой?

Наталья Якимова Первая Крымская

Читайте также: