Седьмая весна необъявленной войны

ФОТО АЛИНЫ КОМАРОВОЙ

Шесть лет назад, 14 апреля 2014 года, началась антитеррористическая операция по освобождению Донецкой и Луганской областей от террористов, поддерживаемых путинской Россией.

ХРОНИКА НЕОБЪЯВЛЕННОЙ ВОЙНЫ

Февраль 2014-го. В Крыму появляются так называемые зеленые человечки — неизвестные лица в камуфляжах, а на самом деле российские спецназовцы. Они захватывают админздания, в частности парламентско-правительственные, блокируют части Вооруженных сил Украины. А 16 марта проходит так называемый референдум за присоединение Крыма к России. Результат прогнозируемый — «90 процентов крымчан пожелали жить в единой, дружной российской семье», как сообщило российское ТВ.

Но одного полуострова кремлевскому людоеду мало: для удовлетворения амбиций нужна вся Украина, которая давно уже мозолит ему глаза. А ее, конечно, можно взять только силой. И он получает разрешение у марионеточного Совета Федерации, возглавляемого, кстати, уроженкой Шепетовки Валентиной Матвиенко, право на использование войск.

Но применять их открыто пока что не спешит, надеясь, видимо, что разная сволочь вроде Гиркина и его подручные «местного разлива», одурманенные российскими пропагандистами, справятся самостоятельно. И они начинают действовать: уже в марте начинаются их масштабные акции, охватившие Донецк, Луганск, Харьков, Днепропетровск, Запорожье, Николаев, Херсон и Одессу — практически весь юго-восточной регион.

Их активно поддерживают «дружественно настроенные россияне», которые массово прибывают в Украину. Путин готов в любой момент поддержать их, выжидая удобного момента для широкомасштабного вторжения. Но новая украинская власть не дает для этого повода, зная, что на границе сосредоточены мощные армейские группировки: позже Путин будет утверждать, что его «войска могли быть в Киеве через две недели»…

Впрочем, в апреле все же происходит стремительное обострение ситуации: при поддержке российских спецслужб и «добровольцев-волонтеров» сепаратисты заняли Донецк, Луганск, Горловку, Краматорск, Славянск, Лисичанск, Мариуполь; под их контролем оказалась половина Донбасса и Луганщины. Становится понятно, что силами милиции делу не поможешь, и 14 апреля исполняющий обязанности Президента Украины Александр Турчинов подписывает Указ о выполнении принятого на заседании СНБО решения «О неотложных мерах по преодолению террористической угрозы и сохранению территориальной целостности». Начинается антитеррористическая операция по освобождению захваченных террористами-сепаратистами территорий.

Вооруженные силы, Национальная гвардия, добровольческие батальоны начинают освобождать города и села Донбасса, продвигаясь до областных центров. В частности, уже при следующем президенте Петре Порошенко 5 июля силы АТО начинают масштабную операцию по установлению контроля над российско-украинской границей, создавая силами нескольких бригад 15-километровую зону вдоль границы.

Одновременно начинается операция по разблокированию Луганского аэропорта, который был захвачен боевиками, и окружение самого города: кажется, еще несколько недель — и с сепаратистами будет покончено. Но в войну вступает регулярная российская армия, нанеся 11 июля со своей территории ракетный удар по украинским формированиям под Зеленопольем — селом в нескольких километрах от российско-украинской границы. С тех пор обстрелы становятся систематическими, приведя, в конце концов, к перерезанию линий снабжения украинской группировки.

ПОСЛЕДСТВИЯ ГИБРИДНОЙ ВОЙНЫ

По последним официальным данным, в результате боевых действий на Донбассе погибло около 13 тысяч граждан. По информации Министерства обороны, украинская армия, начиная с апреля 2014-го, потеряла более четырех тысяч человек. О материальных потерях Украины и говорить нечего…

Необъявленная война заставила многих жителей Донбасса покинуть свои дома: по словам бывшего заместителя министра по делам оккупированных территорий и внутри перемещенных лиц Георгия Туки, сегодня на соответствующем учете находятся более полутора миллиона беженцев. Выступая на заседании ООН, ее координатор в Украине Нил Уокер отметил, что более 600 тысяч человек, в том числе 100 тысяч детей, испытывают на себе влияние войны вдоль 457-километровой «линии разграничения».

Ежемесячно более миллиона человек вынуждены пересекать «ничью землю» через контрольно-пропускные пункты, многие из них это делают только для того, чтобы получить доступ к основным гуманитарным и социальным услугам. От гуманитарного кризиса страдают почти 3,5 млн жителей Донетчины и Луганщины.

«УКРАИНСКОЕ ВОЙСКО ФАКТИЧЕСКИ ВОЗРОЖДАЕТСЯ ИЗ ПЕПЛА…»

Кому, думаете, принадлежат эти слова? Главнокомандующему Вооруженных сил, секретарю СНБО или руководителям Министерства обороны и Генерального штаба ВС? Нет, такой вывод высказал Генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг после ознакомления с докладом своих коллег по Альянсу, которые изучали положение дел в нашей армии.

Они были правы. Несмотря на огромные расходы, понесенные в этой так называемой гибридной войне, наше войско возрождается. В подтверждение сказанного буду апеллировать не эмоциями, а фактами. Так вот, по состоянию на сегодня численность Вооруженных сил составляет более 250 тысяч человек, из которых почти 50 тысяч находятся в районе Операции Объединенных сил.

В ходе боевых действий на востоке страны было сформировано 15 новых бригад, два оперативных управления — «Север» и «Восток». За последние пять лет наша армия получила более 1500 единиц нового и модернизированного вооружения и военной техники, порядка 800 единиц стрелкового оружия, свыше 500 единиц средств разведки и наблюдения, а также поставлены ракеты и боеприпасы. В состав ВМС зачислено четыре малых бронированных артиллерийских катера.

ВМЕСТО ПОСЛЕСЛОВИЯ

К сожалению, пока не видно ни конца ни края этой так называемой гибридной войне, которая чуть ли не каждый день отнимает жизни у наших соотечественников, нанося огромный материальный ущерб Украинскому государству. Но сегодня мы, украинцы, уже не те, какими были шесть лет назад. Ведь тогда, откровенно говоря, было немало людей, которые считали, что существовать независимой Украине осталось несколько недель, а то и меньше. Так же не было боеспособного войска, способного надежно защитить и государство, и народ от агрессора. Сегодня оно есть. Несмотря на все те проблемы, которые существуют в нем, оно тоже не то, что было в начале 2014-го: не голодное и не раздетое, а накормленное и обмундированное, вооруженное и обученное воевать.

Через боевые действия на Донбассе прошли сотни тысяч украинцев. Украина потеряла более четырех тысяч своих сыновей, которые отдали свои жизни за родную землю. Им бы жить и жить, рожать и растить детей. Ради того, чтобы мы, наши дети и внуки, никогда больше не чувствовали себя «младшими братьями». Сегодня нам, украинцам, трудно. Но за сумерками всегда восходит солнце. Взойдет оно и над Украиной.

«УКРАИНА В ОГНЕ» / ФОТО ЕВГЕНИЯ МАЛОЛЕТКИ

«УКРАИНА В ОГНЕ» / ФОТО ЕВГЕНИЯ МАЛОЛЕТКИ

«ТРУДНЕЕ ВСЕГО БЫЛО В АВГУСТЕ, КОГДА В УКРАИНУ ВТОРГЛАСЬ РЕГУЛЯРНАЯ РОССИЙСКАЯ АРМИЯ»

Игорь БИЗГАН, подполковник запаса:

— Сначала наше подразделение обеспечивало проведение выборов в поселке Новоалександровка, затем несли службу на блокпостах в районе городов Старобельск и Беловодск, что в Луганской области. Спокойной ее назвать трудно: каждый день проверяли десятки автомобилей, сотни граждан. Что искали? Оружие, взрывчатку, наркотики и прочий криминал. Находили немало этого «клада». Нас «угощали» снарядами как боевики «местного разлива», так и «братья-россияне» со своей территории.

Но труднее всего было в августе, когда в Украину вторглись несколько батальйонно-тактических групп регулярной российской армии: только в течение одного дня 17 бойцов получили ранения, а двое погибли.

Зимой 2015-го боевики пытались устроить украинцам второй Иловайск. Правда, уже под Дебальцево. И вчерашние трактористы, учителя и строители с честью выполнили свой долг. В частности, несмотря на систематические артобстрелы, эвакуировали немало поврежденной огнем врага автомобильной и другой техники. В феврале они уже помогали нашим воинам в Артемовске, которые выходили из-под Донецка.

Дебальцево. Фото: Виталий Лазебник / Сегодня

«НАШИ «УРАГАНЫ» УКОРОТИЛИ ЖИЗНЬ НЕ ОДНОМУ ТЕРРОРИСТУ…»

Александр СЛАВКО, сержант запаса:

— В марте 2014-го, после переподготовки на военном полигоне в Черниговской области, вместе со своими земляками отправился на Донетчину. Служить пришлось в дивизионе, местом дислокации которого был Мариуполь, а на вооружении в наличии были реактивные системы залпового огня «Ураган». Несмотря на то, что им по 30 — 40 лет, они и сегодня являются сверхмощным оружием. Каждая из них имеет 16 снарядов весом почти в 300 килограммов, а время залпа составляет не более 20 секунд. Экипаж — четыре человека.

После нанесения удара по целям, обозначенным корректировщиком, мы немедленно покидали свои позиции. Потому что через минут восемь-десять боевики могли узнать наше местонахождение и нанести удар в ответ. Однако за все время им это сделать не удавалось. Из общения с нашими разведчиками, из перехваченных радиопереговоров боевиков знаю, что наши «Ураганы» не одному из них укоротили жизнь…

«У НАС НЕ БЫЛО АНЕСТЕЗИОЛОГА, И МЫ ОПЕРИРОВАЛИ ПОД МЕСТНЫМ НАРКОЗОМ»

Денис ЗАКУСИЛОВ, подполковник медицинской службы:

— 24 августа 2014 года боевики решили «поздравить» нас с Днем Независимости и нанесли по нам несколько мощных ударов «Градами». В тот день многие погибли, но еще больше было раненых: пытаясь спастись от смерти, они прятались кто где и потом, получив повреждения, не могли самостоятельно добраться до медпункта. Поэтому нам, медикам, пришлось их разыскивать и, оказав прямо на месте неотложную помощь, доставлять к месту своей дислокации. Там уже их оперировали.

У нас не было анестезиолога, и мы оперировали под местным наркозом. Эвакуировать раненых наземным путем не было никакой возможности, поскольку вокруг нас находились боевики, а вертолеты не летали, потому что террористы уже получили от «старших братьев» переносные зенитно-ракетные комплексы и могли их сбивать…

Мы, как и немало других подразделений, попали в печально известный Иловайский котел. Выходили из него «зеленым коридором». Российские военные пообещали не открывать огонь, поэтому мы чувствовали себя в относительной безопасности. Но нежданно и негаданно их артиллерия открыла по нам ураганный огонь. Это был огонь на физическое уничтожение людей, которые никак им не угрожали…

Автор: Сергей Зятьев; ДЕНЬ

Читайте также: