Грядет новый международный экономический порядок

«Лучшая альтернатива для всего мира – сломать мировой порядок, вращающийся вокруг США и его финансовой империи, подобной Римской, ведущей нас в нео-феодализм». Подробно.

«Глобальный разлом», это сиквел моей книги «Суперимпериализм», описывающий, как страны-дебиторы и экспортеры сырья пытались создать новый международный экономический порядок (НМЭП) еще в 1970-х. Как программа скорее националистических режимов, чем политически левых, НМЭП отстаивал некоммунистический «Новый курс», чтобы улучшить условия торговли и построить самодостаточное государство, чтобы избежать зависимости от торговли и не угодить в долговую яму.

Сегодня эта программа почти забыта. Былой оптимизм сменила жесткая финансовая экономия и приватизация, навязанная Мировым Банком и МВФ в 1980-е, после избрания М.Тэтчер премьер-министром Британии в 1979 и Р.Рейгана – президентом США в 1980-м. За два десятилетия после этих событий масса государств утратили значительную часть своего государственного сектора (развитие которого было важнейшей составляющей НМЭП) из-за приватизации.

Вместо того, чтобы искать альтернативу «вашингтонскому консенсусу» и глобальному развитию под дудку Соединенных Штатов, даже Европа приняла политику жесткой экономии, ранее проводимую только беспомощными странами-должниками.

Термин «вашингтонский консенсус» был придуман экономистом Мирового Банка, Джоном Вильямсоном, чтобы обозначить политику в ответ на падение стоимости ценных бумаг стран Третьего мира после мексиканского дефолта в 1982, что привело к появлению латиноамериканской «долговой бомбы».

Основным моментом этой неолиберальной (то есть про-кредиторской, и про-монопольной) программы была утечка капитала, которая вынуждала страны-должники продавать свою государственную собственность кредиторам и иностранным покупателям, чтобы «освободить приток капиталов».

Это давало капиталам безграничную свободу. Как писал один из экономических обозревателей «Файнэншл Таймс», «в сочетании с плохим управлением и коррупцией, вашингтонский консенсус за десятилетие подорвал десятки экономик. Такие страны как Аргентина и Индонезия обнаружили, что скорость современных финансов и жадность финансистов открыли ящик Пандоры».

Уже в 1970-е американские дипломаты стремились навязать разделение труда в тех странах, куда поставлялись дорогие высокотехнологичные товары и услуги, в обмен на дешевое сырье и товары широкого потребления, чтобы страны, с которыми они ведут торговлю, оказались в продуктовой зависимости и в итоге — не могли прокормить себя без Америки.

В 1980-х Мировой Банк и МВФ использовали свои возможности, чтобы навязать проведение приватизации государственных предприятий и социальной инфраструктуры. Это сделало десятки стран еще более увязшими в долгах, а их собственность – распроданной иностранцам. Страны, не подчинившиеся вашингтонскому консенсусу, были изолированы и сделаны париями, к ним применили санкции – Куба, Ливия, Северная Корея. Тем временем, Соединенные Штаты расширили внутренний протекционизм в сельском хозяйстве и промышленности, при этом, не позволяя другим странам делать тоже самое. Такие двойные стандарты, конечно, сильно мешали другим странам достичь успехов в развитии своей промышленности, сельского хозяйства или в торговле.

Не нашлось ни одного значительного лидера в Европе или странах Третьего мира, кто бы смог бросить вызов американскому мировому порядку. Трудовые партии в Новой Зеландии, Австралии, Британии, и даже в Бразилии при президенте Лула, проводили неолиберальную политику. (Есть ли в мире вообще какие-то «трудовые» партии, которые бы не предали своих избирателей?)

Даже Россия подчинилась вашингтонскому консенсусу в середине 1990-х, долларизировав свою экономику, и, позволив своему Центробанку подчиниться требованиям МВФ. Лишь Соединенные Штаты ощущали себя хорошо, насытив свою экономику инфляционными долларами, удвоив бюджетный дефицит и развязав себе руки.

Никто особенно не обсуждал, что значит для других стран утрата более справедливой альтернативы американскому мировому порядку, или к чему приведет их экономики постоянное финансирование дефицита федерального бюджета США, что делают как страны Азии, так и Европы.

Принято думать, что нации не могут получать что-то за ничто, поскольку эксплуатируемая сторона быстро выйдет из игры. Однако, как показала современная наука рекламирования, людей можно убедить, что плохое для них это вроде как хорошее. Вопрос лишь в том, как повлиять на процесс принятия решений.

Долларовый стандарт возник без особого обсуждения. Американские дипломаты настаивали на своем праве вето в любой организации, в которую они вступали. После того, как в 1971 году было покончено с золотым стандартом, Соединенные Штаты использовали свою власть, чтобы превратить прежнюю систему более-менее сбалансированного бюджетного дефицита в налог на весь мир, обменивая импортные товары на пустые бумажки, по которым они когда-то, в будущем, обещают расплатиться.

Как изменилась мировая экономическая философия после войны

По сути своей, американское правительство представляет интересы финансового капитала. Его экономическое господство возникло в межвоенный период, когда страна стала крупнейшим мировым кредитором.

Правительство США использовало свое влияние, свое право вето во всех организациях, куда оно вступало, чтобы отстаивать свои идеи, оглашенные после Второй Мировой войны:

  • стало все дальше отходить от валютной стабильности, чтобы топить обменный курс валют стран-должников;
  • стало отходить от полной занятости населения к политике экономии на его интересах;
  • перейти от использования бюджетного дефицита к экономической экспансии и валютным махинациям, по крайней мере, за пределами Соединенных Штатов;
  • произошел переход от международного законодательства к политике двойных стандартов в пользу США;
  • оно отказалось от правительственного регулирования в пользу контроля над экономиками стран-должников;
  • перешло от Холодной войны к манипулированию лидерами России через политику «неолиберализма»;
  • и наконец, от Холодной войны перешло к международной классовой войне капитала против труда, кредиторов против должников, и т.п.

Возможно, это неизбежно, что сегодня миром правят финансы, независимо от того, какая страна лидирует. Хотя поначалу финансы взращивались правительством, финансовый сектор, разрастаясь, перерос своего родителя.

Основной целью накопления стало приумножение финансового богатства, что позволяет инвестиционным банкирам смещать неугодное им правительство и контролировать недвижимость, землю и промышленный капитал.

Этот сдвиг сопровождался появлением неолиберальной этики, которая противостоит традиционным социальным ценностям, а прежде всего той старой надежде, что правительства все же приведут нас к эгалитарному обществу через регулирование экономики, прогрессивное налогообложение и развитие инфраструктуры.

Президент Рейган четко выразил суть неолиберальной доктрины: «правительство это не решение наших проблем; правительство и есть наша проблема». Хотя эта философия как будто бы опирается на ценности Просвещения и равенство возможностей, она дает беспрецедентную власть финансовому классу, чья философия не имеет ничего общего ни с демократией, ни с прогрессом. Это объясняет, почему первым неолибералом в мире стал в 1974 году генерал Пиночет с его «чикагскими мальчиками».

Веками идея экономического прогресса связывала рост производительности труда с улучшением жизненных стандартов. Однако сегодня программы жесткой экономии, навязанные МВФ и Мировым Банком снижают покупательную способность людей. Страны-должники вынуждены отдавать контроль над финансовой политикой, позволяя иностранным инвесторам расхватывать собственность подобно хищникам, доводя национальную валюту до коллапса.

Ахиллесовой пятой предложений создания лучшего экономического порядка является неспособность справиться с проблемами, которую создают современные финансы. Вместо того, чтобы финансировать новые производительные силы, банкиры действуют против государственной собственности. Приватизация превратила государственные предприятия в инструменты получения прибыли и дивидендов.

Что характерно, хотя Соединенные Штаты были основным кредитором Третьего мира, по отношению к Европе и Азии они проводили другую политику. Являясь крупнейшим мировым кредитором, Америка отказывалась следовать вашингтонскому консенсусу, который диктовала другим. Она поддерживала занятость и экономический рост, управляла бюджетным дефицитом, раздувала рынки капиталов, снижала учетную ставку и пыталась снизить обменный курс доллара, чтобы сделать своих производителей более конкурентоспособными на мировых рынках.

Если экономические модели и теория геополитической игры верно описывают поведение стран, преследующих свои интересы, Новый Международный Экономический Порядок должен возникнуть как система сдержек и противовесов, подобная той, что планировалась в 70-е.

Тогда была распространена надежда, что бедные страны могут догнать промышленно развитые нации. Также была надежда, что мир торговли и финансов должен быть симметричным, позволяя всем странам проводить схожую политику, а не применять двойные стандарты. Все страны должны иметь свою кредитную систему, а не позволять одной нации быть монопольным кредитором всех остальных.

Проблема в том, что в таком случае начнут расти цены на сырье, и страны мира начнут стремиться к самодостаточности, производя свое продовольствие и товары широкого потребления, а не полагаться на импорт.

Кроме того, Америке придется самой финансировать свой бюджетный дефицит. Учетная ставка в США начнет расти, а другие страны введут свои кредитные системы, и больше не будут полагаться на потребителей Соединенных Штатов, их инвестиционные потоки и военные расходы, которые сегодня являются «моторами развития».

Таким образом, Новый Экономический Порядок будет противоположностью тому, который господствовал ранее.

Дорога к пост-рантьерскому экономическому порядку

Нетрудно догадаться, что нужно делать, чтобы сгладить последствия неолиберальных реформ. Лучший мировой порядок даст правительствам возможность финансировать бюджетный дефицит, чтобы инвестировать развитие. Он деноминирует международные долги в национальные валюты и позволит их выплатить, подобно тому, что в 1920-е годы предлагали сделать по плану Дейвиса и Янга для германских репараций. Кроме того, он сместит налоговое бремя от труда и промышленности в сторону земли, ископаемых ресурсов и монополий.

Чтобы создать такой мировой порядок, необходимо создать новые международные институты, чья философия развития сменит МВФ, ВТО и Мировой Банк;

  • необходимо начать переговоры о создании альтернативы доллару;
  • отменить существующую систему тарифов и субсидий, созданную под диктовку США, чтобы провести земельную реформу;
  • остановить американский военный экспансионизм;
  • разработать пост-неолиберальную теорию, которая бы восстановила классическое разделение между заработанными, и нетрудовыми доходами.

Рассмотрим некоторые из этих основных моментов подробнее.

Налог на землю, ископаемые ресурсы и монополии

Сегодняшние глобальные финансовые круги, прежде всего, стремятся получать ренту с ресурсов (включая монопольные прибыли) через приобретение государственных монополий, сырьевых ресурсов и недвижимости, а не инвестирования в новые предприятия и зарабатывания денег через промышленность.

Получение ренты увеличивается до предела, когда правительству не позволяется взимать с нее налоги. Как знает любой финансист, то, что не забрано как налоги, можно выплатить как проценты, дивиденды и зарплату менеджеров.

Правительствам довольно легко перекрыть этот канал высасывания ресурсов. Все, что нужно, это ввести налог на землю, ископаемые и естественные монополии, которые уже приватизированы.

Достоинство такого налога в том, что он снизит налоговое бремя на промышленность и труд. Этот сдвиг в налоговой системе от налога на труд и промышленность на ренту, позволит правительствам оздоровить экономику, и умерить баснословные доходы монополий и рантье, которые они делают, буквально опустошая земные недра.

Такое налогообложение вполне законно с точки зрения международного законодательства. Оно имеет длинную историю, став ключевым моментом классической политэкономии, кульминацией которого стало учение Джона Стюарта Милля. Такие идеи отстаивало множество экономических реформаторов и политиков, от Карла Макса до Черчилля, Сунь-Ят-Сена, Хосе Марти или Льва Толстого.

Налог на ренту не означает национализации собственности, за которую, по международным законам, полагается компенсация. Каждое правительство имеет право управлять налогами по своему усмотрению. Даже Милтон Фридман и другие неолибералы признают, что налог на ренту это самая честная и наиболее справедливая форма налогообложения.

Тем не менее, западные страны после Второй Мировой войны постоянно снижают налоги на собственность. Налоговое бремя смещается на труд и промышленность. Эту тенденцию необходимо обратить вспять, если мы хотим создать такой экономический порядок, который будет направлен на развитие, а не обогащение рантье, использующих финансовые учреждения, чтобы получить контроль над собственностью и стать монополистами, из-за чего цены взлетают вверх.

Создать пост-неолиберальную теорию

Кажется абсурдным называть нынешнюю систему высоких налогов и государственных гарантий иностранным инвесторам «свободным предпринимательством». В таких условиях «рыночный фундаментализм» становится эвфемизмом для финансового господства капитала над правительствами. Это всего лишь еще одна форма централизованного планирования, а не отсутствие планирования. Это планирование для поддержания зависимости государств, а не их самодостаточности.

Более справедливый и мирный мировой порядок должен обратить вспять нынешние тенденции.Экономика должна стать производительной, а не средством обогащения и накопления капитала. Для финансирования экономического развития не нужны иностранные кредиты. Национальный кредит может быть создан в любой стране, и на самом деле это вопрос суверенитета.

Что нужно развивать, так это внутренние рынки, а не зависимость от американских потребителей и военных расходов США, которые выдаются за мировой «локомотив развития». Новая олигархия придумала термин «управляемая демократия», что противоположно демократии по самой ее сути. То же самое и с термином «постиндустриальный», как будто бы современные финансы ведут к прогрессу, а не регрессу.

Решение должно быть как политическим, так и экономическим. Америка навязала миру доктрину бюджетной экономии, вместо того, чтобы способствовать модернизации экономик, продвигая их по тому пути, по которому шли Соединенные Штаты к своему мировому господству.

С другой стороны, по этому пути пошел Китай, за ним Индия, и, вероятно, Венесуэла, Аргентина и Бразилия, да и Россия с введением налога на ренту может оживить свою промышленную базу. Лучшая альтернатива для всего мира – сломать мировой порядок, вращающийся вокруг США и его финансовой империи, подобной Римской, ведущей нас в нео-феодализм

Автор: М.Хадсон, оригинал michael-hudson.com 

Перевод Андрея Маклакова. Диалог 

Читайте также: