«Майор Вихрь»: реальные имена и события. Часть 2

…Выброс разведгруппы «Голос» в тыл противника был проведен в ночь с 18 на 19 августа 1944 года. Летчики, возвратившись на фронтовой аэродром, рапортом доложили, что выбросили десант в указанном квадрате, парашюты десантников раскрылись. Все было так, за исключением того, что квадрат был все-таки не тот… В докладе начальника ГРУ министру обороны СССР Маршалу Советского Союза Р.Я. Малиновскому указывалось, что «…Разведывательный отдел штаба 1-го Украинского фронта передал в состав резидентуры «Голос» самостоятельно действовавшую в районе Кракова радистку младшего сержанта (ныне сержант запаса) Вологодскую Елизавету Яковлевну. Оставшуюся от выброшенной 27 апреля 1944 года в тыл противника разведывательной группы «Львов», руководитель которой совершил предательство и был убит польскими партизанами…»

Секретный сотрудник Елизавета Вологодская

Разведывательный отдел штаба 1-го Украинского фронта, несмотря на ограниченное количество в его составе офицеров-разведчиков, смог направить в тыл противника несколько разведывательных и разведывательно-диверсионных групп. В ходе подготовки к Висло-Одерской операции агенты и разведчики 1-го Украинского фронта вскрыли районы расположения штабов группы армий «А», оборонительные рубежи на ченстоховском, кельце-бреславском и краковском направлениях. Эти сведения добывала и секретный сотрудник Лиза Вологодская.

Справка. Вологодская Елизавета Яковлевна родилась 7 ноября 1922 года в Киргизской ССР в городе Кара-Кол, русская, беспартийная. Окончила в 1941 году алма-атинский коммунально-строительный техникум. С ноября 1941 г. по июнь 1943 г. проходила службу в Особом женском запасном строевом полку. В июле 1943 г. отобрана сотрудником ГРУ подполковником Коноваловым для работы в военной разведке. Окончила школу радиотелеграфистов. 15 апреля 1944 г. прибыла в распоряжение разведывательного отдела штаба 1-го Украинского фронта. Заброшена в составе разведывательной группы «Львов» на территорию Польши. Легализовалась в г. Краков. Псевдоним «Комар».

Сержант Елизавета Вологодская отличалась от многих девушек-радисток, с которыми она обучалась. Хорошая техническая подготовка, полученная в годы учебы в алма-атинском техникуме, позволяла ей без особого труда осваивать программы подготовки. Радиодело тоже давалось ей легко. Лиза обладала хорошо развитым музыкальным слухом, любила петь, умела танцевать. Она свободно чувствовала себя в любой компании, быстро устанавливала контакты с незнакомыми ей людьми, очаровывала мужчин и могла добиваться выполнения своих желаний. Эти качества были замечены преподавателями в школе радиотелеграфистов и отмечены в ее выпускной аттестации. Поэтому Вологодскую направили для обучения и в Спецшколу Разведывательного управления Красной Армии. С 2 марта по 15 апреля 1944 г. она получила более широкое представление о разведывательной работе и могла выполнять обязанности не только радиста, но и заниматься сбором и обработкой разведывательных сведений.

Роковая ошибка пилота

Выброс разведгруппы «Голос» в тыл противника был проведен в ночь с 18 на 19 августа 1944 года.

Летчики, возвратившись на фронтовой аэродром, рапортом доложили, что выбросили десант в указанном квадрате, парашюты десантников раскрылись. Все было так, за исключением того, что квадрат был все-таки не тот.

Березняк приземлился в 7-8 километрах северо-восточнее польского города Сосновцы. Попытки найти членов разведгруппы ни к чему не привели. Закопав парашют, разведчик сориентировался и направился на юго-восток, в сторону Кракова, где он должен был найти радистку «Комар», которая уже работала в Кракове несколько месяцев.

Лесом разведчик прошел километров десять. Спрятав в ельнике все свои вещи, передохнул. На рассвете зашел в небольшое польское село. У одного из местных жителей узнал, что село называется Псары и оно находится километрах в ста северо-восточнее Кракова.

«Голос» возвратился в лес, забрал свои вещи и двинулся к городу Олькуш. Прошел еще 10—12 километров. Возле села Войковец-Костельный в лесу решил передохнуть. Устроился в ельнике. Усталость давала себя знать. Сжав в кармане брюк рукоятку револьвера, закрыл глаза. В голове метались беспокойные мысли: «Где «Груша»? Где «Гроза»?» Прикинув, что прыгали разведчики с высоты не менее двух тысяч метров, Березняк пришел к выводу, что это была еще одна ошибка летчиков. Сильные порывы ветра разбросали членов разведгруппы на значительное расстояние. Поэтому они и не смогли сразу после приземления найти друг друга.

Березняк понял, что если они не встретятся, то замысел Центра по внедрению разведчиков в Краков может оказаться под угрозой срыва. Такое начало операции «Голос» могло сорвать замысел командующего 1-м Украинским фронтом.

Обдумывая все, что произошло, и пытаясь предугадать, что еще может произойти, Березняк не терял самообладания. Он верил в успех операции и готов был сделать все, чтобы выполнить задание начальника разведывательного отдела штаба фронта генерал-майора Ленчика.

У Березняка был еще один вариант, который должен был помочь ему. Если не удастся встретить ни Шаповалова, ни радистку Жукову, он должен был найти радистку младшего сержанта Елизавету Вологодскую (псевдоним «Комар»), которая уже действовала в Кракове. В Центре ему сообщили условия встречи с этой разведчицей, он хорошо запомнил место встречи, пароль и отзыв, а также во что он должен быть одет. Темно-синий костюм лежал в его рюкзаке. Опознавательные признаки – там же.

«Комара» он найдет. Она обеспечит связь с Центром, сведения о противнике он добудет сам. Главное – благополучно добраться до Кракова и найти радистку. Эти мысли немного успокоили разведчика, и он решил отдохнуть, чтобы набраться сил для длительного перехода. После короткого отдыха разведчик решил двигаться по направлению к Кракову. Он был уверен, что точно так же поступят «Гроза» и «Груша». Он все еще надеялся встретить их…

Березняк закрыл глаза. Думал расслабиться на пару минут. Получилось больше. Усталость взяла свое. Открыть глаза его заставил сильный удар в бок. Он сразу же понял, что попал в беду: на него смотрели черные зрачки стволов трех автоматов…

«Комар» встречает друзей

Радистка Лиза Вологодская по рекомендации польских партизан обосновалась в доме поляка Михаила Врубеля. В семье Врубелей было две дочери Розалия и Стефания, которые, как и их отец, оказывали помощь девушке из Москвы. Так Врубели между собой шепотом называли эту незнакомку, приют которой они дали по просьбе командира партизанского отряда Герольда Возница.

Вологодская поддерживала радиосвязь с разведывательным отделом фронта и стремилась выполнять его задания. Первое время возможности ее были ограничены. Предательство резидента «Львова» лишило ее свободы передвижения. Самостоятельно собирать сведения о противнике Вологодская не могла. Появление ее в Кракове неизбежно привлекло бы внимание жандармов или гестаповцев. «Комар» должна была находиться в укрытии. Поляки обещали подготовить для нее новые документы. Но это требовало времени.

На помощь советской разведчице пришли поляки Юзеф Францишкович Заенц и его жена Валерия Яновна. Юзеф имел богатый жизненный опыт и понимал, какой опасности подвергал себя и свою жену. Но выбор свой он сделал давно и сознательно шел на риск.

В радиограммах Вологодской Юзеф Францишкович упоминается под псевдонимом «Заяц». Упоминается много раз и, как правило, в одной и той же формулировке: «Заяц» сообщил…»

Заенц сообщал много. Сведения его высоко оценивались в штабе фронта.

Юзеф Заенц был неутомимым, осторожным и наблюдательным помощником Елизаветы Вологодской. Он родился в 1905 году в населенном пункте Рейчи Живицкого уезда Краковского воеводства. Рабочий-горняк, Заенц принимал участие в польском рабочем революционном движении, был членом компартии Польши, затем стал активным членом Польской рабочей партии. В 1939 году Заенц был мобилизован в польскую армию. В боях под Львовом перешел на сторону Красной Армии.

Заенц не хотел воевать против русских. Он знал, что в России рабочим жилось значительно лучше, чем в Польше.

В 1941 году накануне нападения фашистской Германии на СССР Юзеф Заенц возвратился в Краков. Видимо, он был на примете у советской военной разведки. Об этом говорит такой факт. В 1941–1942 годах он оказывал помощь в легализации в Кракове советскому разведчику Л.М. Четырко и по его указанию собирал разведывательные сведения.

В 1943 году Заенц организовал побег группы советских военнопленных из краковского концлагеря. Спасенные советские солдаты, бежавшие из плена, ушли в партизанский отряд и сражались вместе с поляками против оккупантов.

Всех этих деталей биографии Юзефа Заенца радистка «Комар», естественно, не знала. Не ведала она и о том, что Заенц был командиром Х округа Армии Людовой. Впрочем, об этом в те годы не знала и жена Юзефа, которую звали Валерия Яновна. Активная и волевая женщина, она помогала Вологодской решать многие вопросы.

Центр сообщил Вологодской, что скоро к ней прибудут друзья с Большой земли, которым она должна оказать помощь. Все указания о последующей работе Вологодской должен был сообщить разведчик «Голос», с которым она должна была встретиться на западной окраине села Чулув в 22.00. С этой целью «Комар» должна была ежедневно начиная с 20 августа выходить на место встречи.

20 августа на встречу никто не прибыл. Так продолжалось несколько дней. Только на пятые сутки Вологодская встретилась с Асей Жуковой. Разведчица устроила Жукову на конспиративную квартиру, подобрать которую помогли поляки.

26 августа 1944 года Вологодская встретилась с Евгением Березняком. Гость из-за Вислы прибыл на встречу не в темно-синем костюме, о котором сообщал Центр. Однако он правильно назвал пароль и предъявил главный опознавательный признак – розовый носовой платок. О том, где он потерял свой темно-синий костюм, Березняк, который называл себя Винцентием Казимировичем Патковским, Елизавете Вологодской не сообщил. Об этом она узнала уже после выполнения разведывательного задания, когда возвратилась к своим и попала в следственный изолятор военной контрразведки «Смерш»…

Березняк и Вологодская ждали Алексея Шаповалова. Как выяснилось позже, он приземлился неудачно, подвернул ногу, вынужден был скрываться в лесу, передвигался только по ночам. Несмотря на трудности, Шаповалов все-таки смог добраться до Кракова.

Где «Голос» «потерял» темно-синий костюм?

Задержанного в лесу Винцентия Патковского, как он сам назвался, жандармы доставили в село Войковец-Костельский. В их руки попал и весь багаж, который принадлежал Патковскому. В портфеле, который был польского производства, жандармы обнаружили много интересных вещей, которые говорили о том, что в их руках оказался советский разведчик. Доллары, немецкие марки, польские злотые, пистолет, питание для радиостанции и в том числе темно-синий костюм.

Патковского (а это был разведчик Березняк) бросили в холодный темный погреб.

20 августа арестованного никто не беспокоил. Ему дали кусок хлеба и кружку воды: на завтрак, обед и ужин. У Березняка было более двадцати часов, чтобы оценить обстановку, в которой он неожиданно оказался, и попытаться найти выход из безвыходного положения. На первый взгляд выхода не было. Вещи и деньги, которые оказались в руках жандармов, позволяли сделать только один вывод: арестованный – разведчик, который прибыл с восточного берега Вислы.

В годы войны с захваченными разведчиками поступали сурово. Если они не соглашались на сотрудничество с германской контрразведкой, их либо расстреливали, либо вешали. Березняк об этом знал, но он не хотел умирать. Ему было немногим более тридцати лет, и он очень хотел жить. Возможно, находясь в погребе, Березняк вспомнил освобожденный от фашистов Днепропетровск, где он работал заведующим сектором областного комитета Компартии Украины. Дел в разрушенном городе было предостаточно. Никто не заставлял Березняка менять свое нелегкое, но вполне безопасное место работы на службу в военной разведке, которая предложила ему отправиться в тыл противника для выполнения специального задания. Но, видимо, таков был в молодости Евгений Степанович Березняк, который стал секретным сотрудником военной разведки «Голос», заброшенным во главе группы разведчиков в Польшу.

Для того чтобы вырваться из создавшейся ситуации, Березняку необходимо было придумать нестандартное решение труднейшей задачи, которую ему подбросила жизнь. Разведчик лихорадочно искал этот выход, сидя в сыром погребе со связанными руками и ногами…

21 августа был проведен первый допрос. Арестованный сообщил начальнику жандармерии, что он был выброшен с самолета в районе населенного пункта Псары. Цель его появления в Польше – встретиться с советским разведчиком, который действует в Кракове, передать ему деньги и питание для радиостанции.

По данным, которые сообщил арестованный Патковский, он должен выйти на встречу с разведчиком с 26 по 28 августа в Кракове у входа на рынок «Танденте». Время встречи – с 14 до 18 часов по местному времени.

Легенда появления на рынке – продажа ручных часов, которые продавец должен был держать в правой руке. Из левого кармана темно-синего пиджака продавца неизвестный разведчик должен был увидеть розовый платок. Краковский незнакомец, покупая часы, обязан был спросить: «Когда вы выехали из Киева?» Ответ: «В среду». Передав деньги и питание для рации, Патковский должен был получить пакет с секретными документами, которые затем предстояло доставить за линию фронта во Львов.

Комендант жандармерии внимательно выслушал арестованного. Все казалось вполне правдоподобным. Жандарм сам хотел захватить краковского разведчика, что принесло бы ему повышение по службе и, возможно, орден. Но он не мог этого сделать. Арестованного следовало передать в военную контрразведку.

На следующий день Патковского под усиленной охраной доставили в Краков и передали в гестапо. Краковское управление государственной тайной полиции занимало мрачное четырехэтажное здание на улице Поморской, 2. Камеры смертников – в подвальных помещениях. Сидя в одной из них, Евгений Березняк прочитал надпись на латыни, сделанную кем-то из узников: «Дум Спиро Сперо», что по-русски означает: «Пока дышу – надеюсь, живу, борюсь».

(Продолжение следует)

Владимир ЛОТА, кандидат исторических наук, Красная Звезда

Читайте также: