Бандитские бригады, как неосознанная попытка воссоздания общин

Прежде чем предложить в возможный способ формирования современной общины, хочу заметить, что в народе уже была стихийная попытка создать нечто подобное. Тому пример — бандитские бригады, которые получили в России широкое распространение начиная с 90-ых годов. Сейчас их уже почти не осталось. Поэтому я веду речь в прошедшем времени. 

Самое удивительное, что во многом бандитские бригады повторяли внутреннюю структуру кулачных артелей, — мужских общин довоенной России. Если коротко говорить о сходствах, то бандиты, как и артельщики, все делали сообща. А именно: вместе тренировались ( у бандитов: качалки, группы по карате и т.п., у артельщиков: тренировки по кулачному бою), вместе отдыхали (у бандитов: вечеринки в саунах, на дачах, в ресторанах, у артельщиков: церковные праздники, престольные праздники в деревнях, свадьбы), вместе работали ( у бандитов: рэкет, нападения на рынки, предпринимателей, у артельщиков: сенкос, строительство изб, сельскохозяйственные работы), вместе оборонялись ( у бандитов: противостояние милиции, разборки с конкурирующими бандами, у артельщиков: в случае войны быстрое формирование боевых рот).

И у бандитов и у артельщиков в группах был старший, были приближенные старшего, которые выполняли его важнейшие поручения, были бойцы, заводилы и так далее по структуре. (Более подробную информацию по кулачным артелям можно получить на сайте buza.ru, там выложены внушающие доверия полевые исследования, двольно уважаемых специалистов по русскому рукопашному бою.)

Помимо схожести бандитских бригад со структурой кулачных артелей, есть еще один любопытный момент. Многие участники русских преступных сообществ называли друг друга братьями, братками. То есть, в их среде словно бы само собой возникло слово, которое обозначает прямое родство. Таким образом, у них на уровне лексики появился институт побратимства. Так они обозначали свое родство в духе и в общем деле. Фактически, бандиты выстраивали свой род, братчину, дружину, семью.

Отклик в народе

Понятно, что бандитские бригады — явление исключительно отрицательное. Ясно, что дело их было неправое, а дух замутнен. Они стремились к личному благополучию за счет других людей, убивая и грабя их.

И всё же, в народе братки и бандисткие бригады обрели романтический ореол. Стало модно быть бандитом, говорить как они, жестикулировать. А почему ?! Да потому, что эти люди интуитивно нашли форму существования, которая очень-очень отдаленно, но напоминала русскую общину. А наша генетическая память зачастую диктует кого нам любить, а кого нет.

Потому-то такие фильмы как «Брат», «Бригада» и «Бумер» имели столь оглушительный успех.

Православие и бандиты

Впрочем, генетическая память сыграла с бандитами странную шутку. В бригадах неожиданно стала популярна идея очищения от грехов, которая с рождения живет в каждой русской душе. И вот в среде бандитов началось повальное увлечение православием.

Вдруг ни с того ни с сего убийцы вереницей потянулись в Храмы. И дело здесь не в том, что они насмотрелись фильмов Копполы из серии «Крестный отец». У них просто появилось ощущение внутренней пустоты. Они добились материального достатка, а на душе было муторно. Совесть-то не всем удавалось заглушить.

А в Храмах русские всегда отводили душу! В Храме – у Господа в гостях! А уж Он-то знает, какую тебе путь-дорожку постелить!

Впрочем, жизнь бандитов была так коротка, что большинство из них так и не сумели понять, что православие это не столько обряд, сколько Глубинное Знание, которое постигается в результате длительной работы над собой.

Бандитские бригады – тупик

В начале 90-ых бандитские бригады набирались в качалках. Я сам это видел. Выбирали самых лучших, самых сильных и активных ребят, которые ещё и школу-то не успели закончить. Вначале им говорили, что они будут работать охранниками в ночных клубах. Потом им говорили: «Будешь ездить на стрелки, — будешь получать в десять раз больше. Представь – машина, квартира, девочки!». Они это слушали и верили. И у многих из них не было никого, кто бы сказал, что это дорога на кладбище.

Так погибли несколько моих одноклассников. Я еще только поступал в институт, а один из наших парней уже ездил на новенькой БМВ. Мы сидели в сквере с приятелями, он подъехал и с чувством превосходства поздоровался с нами. Из затонированных окон автомобиля слышалась модная ритмичная музыка. Он был явно доволен. Потом я узнал, что его застрелили в упор.

Другой мой одноклассник попал в тюрьму на два или три года. Уже не помню. Затем, когда он освободился, его зарезали в подъезде. И таких историй масса.

Я не знаю, сколько мы потеряли наших мальчишек в бандитских разборках. Но уверен, что для мирного времени потери просто чудовищны.

Сейчас бандитских бригад, которые бы формировались интуитивно, на основе генетической памяти, уже нет. Им на смену пришли мощные ОПГ, которые занимаются продажей наркотиков, торговлей оружием, контролируют игорный бизнес и проституцию. Эти ОПГ связаны с бюрократией, правоохранительными органами, банками, белым бизнесом, а у некоторых есть влияние на политиков. Ни о какой общинности в этих преступных корпорациях нет и речи. Это скорее коммерческие транснациональные предприятия, только средствами производства у них являются автоматы-пистолеты и тому подобные штуки.

Так получилось, что те русские заблудшие малчишки из качалок постреляли-поубивали друг друга, так и не успев осознать своих ошибок. Печально!

Так что первый, стихийный, опыт воссоздания общин закончился провалом.  

Илья Першин, Army.lv 

Читайте также: