К чему привела реформа МВД 1956 года

55 лет назад, в 1956 году, в ходе реформы МВД были приняты серьезные меры для усиления борьбы с преступностью. Однако после этого количество преступлений не только не уменьшилось, но и начало стабильно расти.

«МВД СССР оказалось несостоятельным»

В том, что реформа МВД СССР необходима, не сомневался никто из членов правительственной комиссии, в феврале-марте 1956 года проверявшей министерство в ходе приема дел его новым главой Николаем Дудоровым. Понимали необходимость радикальных перемен и сами сотрудники МВД: за последние годы министерство несколько раз сливалось и разделялось с госбезопасностью, из ведомства в ведомство передавались различные службы, так что даже годы спустя в составе МВД существовали многочисленные подразделения с аналогичными функциями, но с разной подчиненностью.

Партия и правительство констатировали, что в милиции кто-то кое-где порой не хотел честно блюсти социалистическую законность Фото: ИТАР-ТАСС

Партия и правительство констатировали, что в милиции кто-то кое-где порой не хотел честно блюсти социалистическую законность
Фото: ИТАР-ТАСС

Самым удивительным примером подобного параллелизма оказалось то, что в каждой области СССР одновременно существовали управления МВД и управления милиции. Такая структура сложилась после того, как в 1949 году министр госбезопасности СССР Виктор Абакумов настоял на передаче милиции из МВД в МГБ.

Затем, в 1953 году, ведомства вновь объединил Берия, а после разделения на МВД и КГБ в 1954 году милиция осталась в МВД, но менять существующую систему управлений в областях не стали. Скорее всего, руководство МВД, приученное к постоянным переменам, решило не бежать впереди паровоза и дождаться решения партии и правительства. Однако не такого разгромного, как проект, подготовленный правительственной комиссией.

О деятельности бывшего министра Сергея Круглова и коллегии МВД СССР в нем говорилось:

«Бывший министр внутренних дел СССР т. Круглов, находясь продолжительное время у руководства министерством, не вникал глубоко в деятельность центрального аппарата и местных органов МВД, свыкся с крупными недостатками в их работе, в ряде случаев неправдиво информировал ЦК КПСС и Правительство о положении дел в органах МВД. Коллегия МВД СССР, по существу, была отстранена от обсуждения многих важных вопросов деятельности министерства, которые, как правило, решались министром единолично».

А с учетом того, что и работа по борьбе с преступностью признавалась в проекте постановления неудовлетворительной, окончательный вывод более всего походил на приговор:

«Все это свидетельствует о том, что МВД СССР оказалось несостоятельным в выполнении поставленных перед ним задач».

Подобная категоричность правительственной комиссии не понравилась многим членам Президиума ЦК КПСС, где решались все важнейшие вопросы жизни страны. Ведь если бы постановление было принято и тем более опубликовано, у советских трудящихся мог возникнуть вопрос: как стражи порядка докатились до такой жизни? Но главное, куда смотрела руководящая и направляющая все партия? Именно поэтому на заседании президиума членам комиссии, включая министра внутренних дел Дудорова, поручили доработать проект и внести его на новое рассмотрение.

Обычно такого рода документы перерабатывались в течение нескольких дней, максимум недель. Но доработка постановления «О крупных недостатках в работе Министерства внутренних дел СССР и мерах по их устранению», а по сути, разработка реформы МВД растянулась на несколько месяцев.

Николай Дудоров (на фото — слева) за время работы министром внутренних дел убедился в том, что его подчиненные слабо используют силы и средства в борьбе с постоянно крепнущей преступностью

Николай Дудоров (на фото — слева) за время работы министром внутренних дел убедился в том, что его подчиненные слабо используют силы и средства в борьбе с постоянно крепнущей преступностью
Фото: РГАКФД/Росинформ

«Оперативная работа поставлена плохо»

Новый проект реформы, подготовленный к октябрю 1956 года, хотя и включал в большей или меньшей степени предложения правительственной комиссии, по форме радикально отличался от первого варианта постановления. Теперь проект реформы именовался «О недостатках в работе Министерства внутренних дел СССР и мерах по их устранению». Однако во время обсуждения на заседании Президиума ЦК недостатки совершенно исчезли из названия постановления, и его решили озаглавить «О мерах по улучшению работы Министерства внутренних дел СССР».

Столь же радикально изменилась и вводная часть текста. Вместо прежнего начала, где говорилось, что «Министерство внутренних дел СССР на протяжении многих лет плохо выполняет свою основную функцию — обеспечение охраны общественного порядка в стране, допускает в этом деле крупные недостатки и ошибки», читателям документа нарисовали совершенно иную картину, снимающую ответственность с ЦК и правительства:

«Центральный Комитет КПСС и Совет Министров СССР отмечают, что за последние годы проделана большая работа по укреплению социалистической законности в стране. Приняты меры к строгому соблюдению прав граждан, гарантированных Конституцией СССР. Восстановлен и усилен прокурорский надзор. XX съезд КПСС обязал все партийные и советские органы бдительно стоять на страже законности, решительно пресекать проявления беззакония, произвола, нарушения социалистического правопорядка.

В деле дальнейшего укрепления социалистической законности и усиления охраны общественного порядка в стране важное значение имеет всемерное улучшение деятельности Министерства внутренних дел СССР, министерств внутренних дел союзных и автономных республик, а также краевых, областных, городских и районных учреждений внутренних дел. Однако эти учреждения еще не приняли всех необходимых мер к повышению качества своей работы».

А вся вина за рост преступности в стране распределялась между Министерством внутренних дел и местными советскими и партийными органами. Про МВД в постановлении говорилось:

«Оперативная работа по предупреждению и раскрытию преступлений поставлена плохо… Работа уголовного розыска находится в запущенном состоянии. Министерство внутренних дел СССР и министерства внутренних дел союзных республик не ведут должной борьбы с установившейся антигосударственной практикой, когда местные учреждения внутренних дел в ряде случаев укрывают от учета совершенные преступления и часто необоснованно отказывают в возбуждении уголовных дел по заявлениям граждан».

Столь же низко оценивалась и работа с заключенными, находившаяся в ведении МВД:

«Министерство внутренних дел СССР и министерства внутренних дел союзных республик не обеспечивают выполнения важной государственной задачи — исправления и перевоспитания преступников и возвращения их к честной трудовой жизни. Работа по воспитанию заключенных в духе строгого соблюдения советских законов и правил социалистического общежития, честного отношения к труду, государственной и общественной собственности продолжает находиться на низком уровне. Трудовое использование заключенных в исправительно-трудовых лагерях организовано неудовлетворительно. Большинство заключенных используется на общих работах, без учета имеющихся специальностей. Обучение заключенных массовым профессиям и повышение их трудовой квалификации поставлены крайне слабо… Уголовно-бандитские элементы, пользуясь отсутствием надлежащей охраны и изоляции, создают в лагерях преступные группировки, участники которых совершают в местах заключения грабежи, убийства, побеги, нападения на работников мест заключения, провоцируют неповиновение заключенных администрации, ведут паразитический образ жизни».

Особой оценки удостоился кадровый состав милиции:

«Неудовлетворительно поставлено дело подбора и расстановки кадров как в Министерстве внутренних дел СССР, так и в министерствах союзных республик. Во многих случаях на важные участки оперативной и следственной работы в милиции и на работу в исправительно-трудовых учреждениях назначаются лица без надлежащей подготовки. Значительная часть работников городских и районных отделов, отделений милиции, а также участковых уполномоченных, начальников лагерных пунктов и отделений не отвечает предъявляемым к ним требованиям. Имеет место засоренность кадров милиции и лагерей морально неустойчивыми людьми».

Доля ответственности возлагалась и на местные власти:

«Партийные и советские органы в областях, краях и республиках не осуществляют должного руководства работой учреждений внутренних дел по улучшению дела подбора и воспитания кадров личного состава, укреплению общественного порядка, по перевоспитанию заключенных и слабо контролируют практическую деятельность этих учреждений».

С 1956 года поступление в школы милиции освобождало от прохождения срочной службы в армии Фото: РИА НОВОСТИ

С 1956 года поступление в школы милиции освобождало от прохождения срочной службы в армии
Фото: РИА НОВОСТИ

«По-настоящему возьмутся за искоренение убийств»

Основные положения реформы, если отбросить идеологические штампы и призывы к единению милиции с народом, сводились к достаточно ограниченному кругу мероприятий. Прежде всего, партия и правительство решили вернуть опытных работников милиции с руководящей работы на оперативную:

«Высвободить из управленческого аппарата и канцелярий квалифицированных работников и направить их на укрепление важнейших участков службы милиции, вменить в обязанность начальникам учреждений внутренних дел лично направлять и контролировать работу уголовного розыска».

А также дали указание местным властям всерьез заняться пополнением рядов милиции:

«Обязать ЦК компартий союзных республик, крайкомы, обкомы КПСС и Министерство внутренних дел СССР укрепить кадры милиции и исправительно-трудовых колоний, подобрать и направить на работу в эти учреждения политически подготовленных коммунистов и комсомольцев; всемерно привлекать на работу в милицию и исправительно-трудовые учреждения офицеров, сержантов и солдат, уволенных из Советской Армии в запас. На работу в милицию принимать, как правило, лиц, имеющих образование не ниже семи классов средней школы».

Причем тем, кто соглашался учиться в школах милиции, давали неслыханные льготы:

«Принять предложение Министерства внутренних дел СССР о комплектовании средних школ милиции из числа сотрудников МВД и лиц призывного возраста, имеющих среднее образование. Министерству обороны СССР снимать с военного учета лиц призывного возраста, принятых на учебу в школы и учебные пункты милиции».

Кроме того, милиционерам пообещали квартиры:

«Госэкономкомиссии СССР предусматривать в годовых народно-хозяйственных планах на 1957-1960 годы выделение МВД СССР отдельной строкой капиталовложений на строительство жилой площади для работников милиции».

Но главное, милицию решили реорганизовать и для улучшения контроля подчинить одновременно МВД и местным органам власти:

«Считая неправильной существующую централизацию руководства местными учреждениями внутренних дел со стороны Министерства внутренних дел СССР, а также деление на органы МВД и органы милиции, признать целесообразным реорганизовать управления МВД и управления милиции в областях и краях в единые управления внутренних дел исполнительных комитетов областных (краевых) Советов депутатов трудящихся, а отделы (отделения) милиции в городах и районах преобразовать в отделы (отделения) милиции исполнительных комитетов городских и районных Советов депутатов трудящихся. Установить, что начальники областных и краевых управлений внутренних дел, а также министры внутренних дел автономных республик одновременно являются начальниками милиции области, края, автономной республики».

А чтобы милиции не мешало отсутствие техники и связи, партия и правительство пообещали резко улучшить оснащенность органов внутренних дел:

«В целях дальнейшего улучшения работы милиции по борьбе с преступностью и по поддержанию общественного порядка признать необходимым улучшить оснащение милиции автотранспортом, средствами связи, а также оборудованием служебных помещений».

Однако все эти положения реформы меркли по сравнению с тем, как собирались реформировать систему наказания. Исправительно-трудовые лагеря заменялись колониями, где главной целью вместо выполнения производственных планов объявлялось перевоспитание заблудших советских граждан:

«Считать основной задачей исправительно-трудовых учреждений перевоспитание заключенных на основе приобщения их к общественно полезному труду. Организовать работу в трудовых колониях таким образом, чтобы каждый заключенный в период нахождения его в колонии мог получить трудовую квалификацию и по отбытии срока наказания быстрее приобщиться к честной трудовой деятельности… Установить, что лица, отбывшие наказание в местах заключения, должны быть трудоустроены не позднее двухнедельного срока со дня прибытия их к месту жительства с учетом имеющихся у них специальностей. Местные советские органы обязаны в необходимых случаях предоставлять лицам, освобожденным из мест заключения, жилую площадь, а также заботиться о том, чтобы они быстрее включались в общественно-трудовую жизнь».

В дополнение к этому в колониях предлагалось ввести контроль наблюдательных комиссий, созданных при советах депутатов. Общественность же должна была контролировать процесс досрочного освобождения осужденных. План реформы заканчивался патетически:

«Центральный Комитет КПСС и Совет Министров СССР выражают уверенность в том, что партийные и советские органы, общественные организации и работники учреждений внутренних дел по-настоящему возьмутся за искоренение убийств, разбойных нападений, краж, хулиганства — этого нетерпимого зла в нашем социалистическом обществе, наведут необходимый общественный порядок и тем самым создадут нормальные условия жизни, труда и культурного отдыха советских людей».

Жаль, что в реальности все вышло по-другому.

В Кремле полагали, что осужденные, получившие рабочую специальность, после выхода на свободу перестанут добывать средства к существованию уголовно наказуемыми способами Фото: РГАКФД/Росинформ

В Кремле полагали, что осужденные, получившие рабочую специальность, после выхода на свободу перестанут добывать средства к существованию уголовно наказуемыми способами
Фото: РГАКФД/Росинформ

«Возбуждено 814 886 уголовных дел»

В апреле 1958 года в МВД СССР был подготовлен отчет о состоянии преступности в стране за 1944-1957 годы. Причем цифры в нем свидетельствовали о том, что с 1955 года, когда МВД руководил Круглов, показатели преступности в Советском Союзе значительно ухудшились. Если в 1955 году общее число преступлений равнялось 554 155, то в 1956-м — 717 582. Конечно, можно было бы счесть, что с приходом нового руководства преступления перестали скрывать от учета. Но в 1957 году их стало еще больше.

По некоторым видам преступлений статистика выглядела еще хуже. Так, убийств и покушений на убийство в 1955 году учли 8004, в 1956 году — 9670, в 1957-м — 12 230. Изнасилований в те же годы насчитали 4882, 6993 и 10 207. По некоторым видам преступлений, правда, после резкого роста в 1956 году фиксировались стабилизация или даже некоторое снижение. Однако для того времени и той ситуации вокруг МВД картина выглядела удручающе, и от министра внутренних дел Дудорова потребовали объяснений.

«Министерство внутренних дел СССР,— сообщал он в ЦК КПСС 28 апреля 1958 года,— докладывает, что, руководствуясь Постановлением Совета Министров СССР и ЦК КПСС от 25 октября 1956 года N 1443-719, МВД СССР в целях усиления борьбы с преступностью разработало и осуществило ряд мер по улучшению организации постовой и патрульной службы, подготовке и переподготовке работников милиции в учебных заведениях МВД; с помощью партийных и советских органов проведена работа по укреплению милиции кадрами и усилен контроль за работой местных органов милиции, больше стало оказываться им практической помощи. Особое внимание органов милиции обращалось на усиление борьбы с уголовной преступностью. В 1957 году милицией было возбуждено 814 886 уголовных дел на 758 098 обвиняемых.

Только по линии уголовного розыска за различные преступления было привлечено к уголовной ответственности 502 270 человек, из них 197 388 человек за хулиганские проявления. Кроме того, за мелкое хулиганство арестовано народными судьями в административном порядке 1 525 724 человека. В сопоставимых данных количество преступлений по сравнению с 1956 годом увеличилось, в том числе убийств — на 20,1%, разбойных нападений — на 1,9%, изнасилований — на 37,6%, умышленных тяжких телесных повреждений, повлекших за собой смерть,— на 8,7%, краж государственного и общественного имущества — на 8,8%, краж личной собственности граждан — на 4%».

В отчете говорилось и об успехах, достигнутых министерством после смены руководства:

«Общая раскрываемость преступлений в 1957 году составила 90,4% — на 2,3% больше, чем в 1956 году. В 1957 году милицией ликвидировано около 8000 разбойных, грабительских и бандитских групп, в которых участвовало свыше 20 000 человек, по линии БХСС разоблачено 24 000 организованных групп расхитителей социалистической собственности, спекулянтов и других преступников с числом участников 62 211 человек. О социальной опасности таких групп можно судить по приводимым ниже примерам.

В Грузинской ССР ликвидирована бандитская группа Гигаури, совершившая ряд дерзких ограблений и убийств пассажиров рейсовых автобусов, а также краж из магазинов и домов в Ахметском районе Грузинской ССР. По делу арестовано 18 человек. В Армянской ССР ликвидирована бандитская группа Рафаэляна, совершившая в 1955-1957 годах несколько убийств и 7 вооруженных нападений на магазины в городе Ереване, во время которых было похищено более чем на 350 000 рублей материальных ценностей и наличных денег.

Разоблачена группа расхитителей социалистической собственности в количестве 74 человек, занимавшаяся изготовлением граммофонных пластинок из похищенного сырья. Преступники действовали и реализовывали свою продукцию более чем в 14 городах Советского Союза. Только по двум предприятиям пластмасс местной промышленности гор. Москвы преступники нанесли государству ущерб более чем на 2 миллиона рублей.

Всего в течение года у разоблаченных органами милиции расхитителей и спекулянтов было изъято на 152 708 860 рублей различных товаров, ценностей и описано имущества на 166 019 788 рублей».

«Много крупных организованных хищений»

Но все же в докладе признавалось, что ситуация складывается не самым лучшим образом:

«Несмотря на ряд мер, принятых милицией, а также местными партийными и советскими органами, по усилению борьбы с уголовной преступностью и охраны общественного порядка, преступность в стране продолжает оставаться высокой».

При этом часть ответственности за высокий уровень преступности переносилась на само население СССР:

«Проводимых только Министерством внутренних СССР мероприятий по улучшению деятельности милиции далеко не достаточно для решительного искоренения преступности в стране. Большинство уголовных преступлений совершается людьми с низким культурным уровнем, зачастую не имеющими никакой специальности; как правило, преступления совершаются лицами, находящимися в нетрезвом состоянии. МВД СССР в первом полугодии проверило содержащихся в исправительно-трудовых учреждениях Свердловской и Калининской областей 2249 преступников, осужденных за хулиганство.

Оказалось, что 73% этих лиц имеют низшее образование, 94,3% совершили преступления в нетрезвом состоянии, а среди убийц, содержавшихся в местах заключения в Свердловской области, 80% с низшим образованием, не имевших никакой специальности. В ряде случаев пьянство приводит к тому, что преступления совершают люди, которых невозможно было ранее заподозрить в чем-либо предосудительном.

В Чусовском районе Пермской области, например, секретарь комсомольской организации строительной школы N 6 Главного управления трудовых резервов Целоусов, 1934 года рождения, будучи пьяным, похитил из школы малокалиберную винтовку с патронами, из которой затем 8 человек убил и пятерых ранил. В городе Днепродзержинске бригадир слесарей предприятия «Укрвторчермет» Сридний, 1927 года рождения, в нетрезвом состоянии выстрелом из охотничьего ружья тяжело ранил своего соседа Коваленко, а затем, выйдя на улицу, открыл стрельбу по прохожим и ранил еще 17 человек».

Главным средством борьбы с ростом преступности, как считало МВД, является подъем грамотности и трезвости населения Фото: РГАКФД/Росинформ

Главным средством борьбы с ростом преступности, как считало МВД, является подъем грамотности и трезвости населения
Фото: РГАКФД/Росинформ

Кроме малограмотных и пьющих людей ответственными за высокий уровень преступности в МВД считали производственные коллективы:

«Несмотря на явный вред и общественную опасность пьянства, борьба с этим злом ведется крайне слабо. На многих предприятиях, в учреждениях, совхозах и колхозах все еще мало уделяется внимания вопросам организации быта трудящихся и их досуга в нерабочее время. Особенно неблагополучно обстоит дело с воспитательной работой среди рабочих, проживающих в общежитиях.

Рабочие, проживающие в общежитиях Облстройтреста (город Сталино), строительного управления N 5 треста «Шахтерскжилстрой» 2, 3 и 6 шахтоуправлений, треста «Советскуголь» (город Макеевка), в свободное от работы время предоставлены самим себе. Культурно-массовая и воспитательная работа среди них не ведется. В этих общежитиях неоднократно имели место коллективные пьянки, азартные игры, драки и поножовщина».

Плохо, по мнению МВД, работали и организации, которые тогда было принято именовать очагами культуры:

«Многочисленные факты показывают, что клубы, дворцы культуры, стадионы и другие спортивные сооружения плохо используются для организации культурного отдыха рабочих и служащих, нередко в их деятельности преобладает коммерческий подход, преимущественно проводятся платные мероприятия».

А организации, школы и сама молодежь обвинялись в высоком уровне детской и подростковой преступности:

«Обращает на себя внимание такой факт, что около 50% привлеченных уголовным розыском к уголовной ответственности составляет молодежь в возрасте от 12 до 25 лет; из общего числа привлеченных к уголовной ответственности 36 742 человека состояли в комсомоле. Всего в 1957 году подростками в возрасте до 18 лет самостоятельно и при участии взрослых совершено 49 780 преступлений. Преступности несовершеннолетних во многом способствует наличие большого количества подростков, не занятых учебой и общественно полезным трудом. В целом по стране за год привлечено к уголовной ответственности неучившихся и неработавших 17 957 подростков (33,9% к общему числу привлеченных подростков)…

Руководители отдельных предприятий и строек под различными предлогами отказывают в приеме на работу и обучении юношей и девушек, в особенности не достигших 13-летнего возраста и имеющих право на сокращенный рабочий день. Многие подростки, выйдя из-под влияния школы, оказавшись без дела, становятся на преступный путь.

Применяемые к подросткам меры уголовного наказания за совершенные преступления путем осуждения их к лишению свободы с содержанием в местах заключения в некоторых случаях являются нецелесообразными и не служат целям исправления и перевоспитания несовершеннолетних. Например, несовершеннолетние комсомолки Чухлебова и Клиндухова, работавшие нянями детских яслей N 42 в городе Нижний Тагил Свердловской области, были осуждены к одному году исправительно-трудовых работ только за то, что они похитили в этих яслях несколько детских игрушек».

А руководители торговых организаций и кооперативных предприятий, как следовало из доклада МВД, сами создают условия для хищений:

«На предприятиях, в организациях торговли, промысловой кооперации, местной промышленности и в сельском хозяйстве имеют место многочисленные случаи хищения социалистической собственности, спекуляции и взяточничества, причем совершается много крупных замаскированных организованных хищений сырья, материалов, готовой продукции и денежных средств за счет ухудшения качества продукции, обворовывания сдатчиков и поставщиков сырья. Наблюдаются многочисленные случаи обмана потребителей путем обмера, обвеса, обсчета в магазинах, ресторанах, ателье и в мастерских бытового обслуживания. Эти преступления во многих случаях являются результатом неудовлетворительного положения с подбором кадров, имеющих отношение к материальным ценностям, запущенности в учете этих ценностей, слабой контрольно-ревизионной работы».

«Плохо организуют агентурную работу»

Ко всем прочим бедам, как следовало из доклада МВД, статистику преступности портили многочисленные преступники-гастролеры и бродяги, личность которых из-за пробелов в законодательстве не всегда удается установить. Из-за несовершенства законодательства в число преступников попадали те, кого и вовсе не должно было быть среди судимых:

«Произведенной МВД СССР проверкой 236 лиц, привлеченных к уголовной ответственности в Свердловской области за мелкие кражи и мелкие хищения, установлено, что среди них 59 колхозников, осужденных за хищение и кражи сена и соломы, совершенные ими вследствие того, что они абсолютно не имели кормов для скота, находящегося в их личном пользовании. Так, колхозник деревни Рябни Сажинского района Свердловской области Мухин, 1908 года рождения, имеющий на иждивении 5 детей, работавший в колхозе с первых дней коллективизации и характеризовавшийся все время положительно, не имея кормов для своей коровы, совершил кражу одного воза соломы с поля колхоза, за что был осужден к 6 месяцам исправительно-трудовых работ. Колхозник деревни Бишково Красноуфимского района Свердловской области Гарипов, 1914 года рождения, член КПСС с 1950 года, депутат сельского Совета, имеющий на иждивении 7 детей, также характеризовавшийся положительно, украл в феврале 1957 года для кормления личного скота с поля колхоза один воз сена, был привлечен к уголовной ответственности и осужден к 3-м месяцам лишения свободы. В связи с этим следовало бы ускорить рассмотрение вопроса об изменении уголовного законодательства и установить за некоторые преступные действия не уголовную ответственность, а меры административного и общественного воздействия».

Своевременный прием подростков в трудовые коллективы считался лучшим средством от безудержного роста молодежной преступности Фото: РГАКФД/Росинформ

Своевременный прием подростков в трудовые коллективы считался лучшим средством от безудержного роста молодежной преступности
Фото: РГАКФД/Росинформ

Однако в докладе МВД приводились причины роста преступности, которых после постановления ЦК и Совмина 1956 года не могло и не должно было быть:

«Значительное количество преступлений (до 25% от их общего числа) совершается лицами, ранее судимыми. Этому способствует то, что многие освобождаемые из заключения лица, особенно не имеющие семей и жилья, испытывая затруднения в трудоустройстве, оказываются в тяжелом материальном положении и вновь становятся на преступный путь».

А претензии к самой милиции оказались теми же, что фигурировали в списке нетерпимых недостатков МВД во время приема и передачи дел в министерстве:

«Большая преступность в известной мере объясняется тем, что органы милиции все еще плохо организуют агентурную работу, недостаточно уделяют внимания подбору, изучению и воспитанию агентов, контролю за их поведением; допускают медлительность в агентурной разработке преступного элемента; мало предупреждают и не обеспечивают раскрытие всех совершенных преступлений; слабо используют имеющиеся силы и средства для борьбы с преступностью. Со стороны некоторых работников милиции допускаются нарушения социалистической законности — незаконные задержания, обыски граждан, укрытие от учета преступлений, необоснованный отказ в возбуждении уголовных дел и прекращение их без достаточных на то оснований и другие. МВД СССР принимает меры к устранению указанных недостатков и дальнейшему улучшению руководства деятельностью местных органов МВД».

Собственно, все это свидетельствовало о том, что реформа МВД не дала ожидаемых результатов. Но ничего странного в этом не было. Во второй половине 1950-х в стране разворачивался серьезный экономический кризис с социалистическими дефолтом (см. «Подписка о невыплате», «Власть» N 10 за 2007 год) и безработицей (см. «Среди безработных отмечено много самоубийств», «Власть» N 47 за 2006 год). И именно он определял уровень преступности. Впрочем, как и во время других советских экономических кризисов. А вот структурные изменения, смена вывесок и кадрового состава правоохранительных органов никогда и ни на что существенно не влияли.

Автор: Евгений Жирнов, журнал «Коммерсантъ Власть», №10

Читайте также: