Бедная милиция. Покалеченный на службе милиционер не нужен ни МВД ни государству?

Пуля прошла через горло милиционера, задела спинной мозг и позвоночник. В 29 лет он оказался полностью обездвиженным. Потом появилась надежда, но операции, которые нужно делать каждые полгода, стоят 4 тысячи долларов. В 2005 горотдел и власти Краматорска выделили деньги, а потом руководство и там и там поменялось и возможности для лечения иссякли. МВД, государство и благотворительные фонды разных олигархов тратиться на лечение раненного милиционера не хотят. Семья из четырех человек с лежачим больным и школьницей живет на 2000 гривен в месяц…

Невыносимые боли в спине, беспомощные руки и повисшие, как неживые плёточки, ноги. А рядом – убитые горем мать с женой, и дочь, чье детство вынужденно проходит без активного отеческого внимания и заботы.

Разве о такой доле для себя и своей будущей семьи мечтал Андрей Бобринев, когда предлагал руку и сердце красавице Елене? Разве думал когда-нибудь, что его работа принесет им всем столько горя? Хотя, даже сейчас видя его глубоким инвалидом, лежащим вниз лицом на кровати, понимаешь, что дай ему жизнь такую возможность, вряд ли он бы выбрал себе другую профессию.

Выстрел в ночи

В один из жарких июльских вечеров 2000 года сотрудники патрульно-постовой службы Краматорского горотдела милиции совершали свой традиционный рейд по городу. Когда стрелки часов приблизились к часу ночи, 29-летний прапорщик Андрей Бобринев вместе с напарником направились в горотдел, чтобы сдать табельное оружие и доложить начальству об окончании несения службы.

На перекрестке улиц Ленина и Шкадинова, в районе парка Пушкина, они заметили мужчину, прятавшегося среди елей. Тот явно за кем-то наблюдал. Да и одет был не по сезону: в плотно застегнутой кожаной куртке.

Заподозрив неладное, милиционеры подошли к нему и спросили, что он здесь делает. «Гуляю! А что?», — дерзко ответил незнакомец. Когда же его попросили предъявить документы, мужчина полез во внутренний карман куртки и… вдруг тишину прорезал хлесткий звук выстрела. В ту же секунду Андрей Бобринев упал на землю с простреленным горлом.

Попытка напарника догнать преступника успехом не увенчалась. Стрелять в темноту милиционер тоже не мог, ведь поблизости могли находиться люди. По рации он вызвал скорую помощь и сообщил о происшедшем в дежурную часть. Подмога подоспела быстро – благо горотдел находится в пяти минутах ходьбы от места происшествия.

Бандитская пуля прошла через горло прапорщика, повредила гортань, задела спинной мозг и позвоночник. В местной больнице Андрею провели срочные реанимационные мероприятия, а утром ввиду его тяжелого состояния отправили в Донецк. Жене Елене сказали, что ее муж срочно уехал в командировку. «Только бы выжил», — сказала она тогда. «Хоть бы поднялся», — мечтает сегодня.

В беде познавались друзья

С тех пор минуло 8 лет. Кому-то они могли показаться одним мигом, а кому-то — мучительно долгим столетием. «Сколько всего уже пройдено, — вздыхают сегодня Елена и Юлия Ивановна. – Было фантастически трудно. Мы даже не знали, справимся ли со всем этим. Но в беде познавались друзья Андрюши. И, честно признаться, без них нам и сегодня не выжить…».

Несмотря на пессимистичные вначале прогнозы врачей, Андрей выжил. Невероятным усилием воли он сумел убедить себя в том, что обязательно поправится. Пусть не сейчас, не завтра и даже не через пять лет. Но – обязательно!

Конечно, в первое время у всех сдавали нервы. Ведь невозможно представить себе до конца, что чувствуют люди, когда в их дом приходит такая беда. Когда жизнь их самого близкого и любимого человека висит на тонком волоске. Невозможно. Пока не столкнешься с этой бедой сам.

Пока каждой клеточкой собственного тела и каждой нервной стрункой не прочувствуешь, как нещадно обволакивает боль, как застилает глаза плотной пеленой соленых слез, как мучительно сдавливает сердце, выкручивает в нервном напряжении руки и в буквальном смысле подкашивает ноги. И при всем при этом ты должна выглядеть сильной, спокойной и уверенной в себе. На лице – ни единой слезинки.

Он перенес множество операций. И в конце концов услышал, что раз чудо с его вторым рождением уже произошло, то и выздоровление возможно. Но при нынешней жизни за все нужно платить. Как только произошла беда, с деньгами на реанимацию сильно помогли сослуживцы. Ребята просто скинулись, кто сколько мог, и привезли в больницу.

Очень помог тогдашний командир роты ППС Владимир Мелещенко: его заботу о подчиненном, как говорят родные, деньгами невозможно измерить. Какую-то сумму выделило руководство ПКиО «Юбилейный», где тогда работала Елена, стали выделять средства на лечение горотдел милиции и мэрия.

Благодаря этой помощи и своей изначально хорошей физической подготовке, прапорщик постепенно пошел на поправку. Вставать с постели он, конечно, еще не мог, но двигать руками, лежа на животе, пусть еще и не очень уверенно, но понемногу начал.

Деньги присылали инкогнито

Родные благодарны всем, кто помогал им тогда. Добрым словом вспоминают и знакомых, и совершенно не знакомых людей, которые присылали и передавали деньги, даже не называя себя.

«Как бы нам хотелось всем этим незнакомцам сказать спасибо! — говорит Юлия Ивановна. — Но из них мне удалось, пускай не встретиться, но хотя бы поблагодарить по телефону, только одного. Это предприниматель из Донецка Арарат Дириникович Бурутян. Тогда статья об Андрюше в «Комсомолке» вышла. Он прочел и решил помочь. Целый год выделял деньги – ежемесячно, по-моему, по 600 гривен».

В Донецке им сразу сказали, что если в течение 5 лет с момента ранения не восстановить хотя бы частично двигательные функции, то потом спасать его от глубокой инвалидности будет уже невозможно. Уповать в этом смысле только на нашу медицину, говорили, бесполезно. Мол, больному нужны хорошие операции на дорогостоящем оборудовании, которые делают за рубежом, например, в Германии.

Но спустя три года после ранения пенсия у Андрея составляла всего лишь 350 гривен. Супруга, естественно, не работала, а ухаживала за лежачим больным, и ее пособие добавляло к их семейному бюджету аж 5 грн. 60 коп. в месяц. Не много было надежд и на пенсию мамы. При этом женщинам нужно было поднимать на ноги Катюшу – дочь Андрея, которой на тот момент исполнилось 8 лет. В таких условиях рассчитывать приходилось только на помощь неравнодушных людей.

«В 2004 году, как раз перед выборами, по-моему, к нам приезжала целая делегация во главе с Близнюком, Скударем, Кривошеевым. Привезли пылесос новый, несколько комплектов постельного белья и продукты. Все спрашивали, чем еще помочь. Мы заговорили о санаторных путевках для Андрюши, и потом нам действительно стали их выделять».

В то же самое время в горотделе милиции поменялось руководство. Но новым начальником Краматорского ГО Олегом Солодуном семья Бобриневых осталась довольна. До сих пор вспоминают, как просьбы помочь больному милиционеру с указанием его расчетного счета тот публиковал в прессе лично под своим именем. Это тогда очень им помогло.

Стволовые клетки: такие нужные, и такие дорогие

Тогда же забрезжила надежда и на полное восстановление здоровья Андрея. Добрые люди, знакомые Солодуна, подсказали Бобриневым, что в московской клинике восстановительной интервенционной неврологии и терапии «Нейровита» делают операции по пересадке больным людям стволовых клеток, причем, не донорских, а их собственных, которые могут со временем полностью восстанавливать двигательные функции организма.

Эта весть буквально сорвала с места Елену и Юлию Ивановну. Практически ежедневно они встречались с руководством ГО, вместе читали медицинскую литературу, лопатили Интернет. Когда четко убедились в том, что чудо снова возможно, обратились за помощью к тогдашнему городскому голове Виктору Кривошееву.

«Кривошеев и Солодун очень нас тогда поддержали. Ведь, поймите, столько времени мы старались обходиться хотя бы малыми средствами, чтобы облегчить Андрюше боль, чтобы понемножку научить его двигать пальцами рук, опираться на локти, пробовать сидеть в инвалидном кресле. А тут – такое известие! Мы были просто ошарашены – это же такая возможность!», — на одном дыхании чеканит Юлия Ивановна.

Но поездку раненого, к этому времени уже 35-летнего, милиционера на лечение в Москву постоянно откладывали. Причина была банальна – всё та же нехватка денег. Но теперь свои коррективы в его судьбу внесла… налоговая инспекция. Вот в жизни не подумаешь, что в такой ситуации государство заинтересуют копейки, собранные краматорчанами всем миром на лечение и реабилитацию милиционера, потерявшего здоровье на боевом посту!

Но увы. Порядка 60 тыс. грн. выделил тогда городской бюджет, несколько тысяч собрали коллеги по горотделу, еще какая-то сумма «набежала» от простых, не равнодушных к чужому горю, граждан. Из этого всего державе должны были отойти в виде подоходного налога около 8 тыс. гривен! Казалось бы – это государство должно платить милиционеру, потерявшему здоровье на службе, но… Почему государство не страхует наших правозащитников на такие случаи – вопрос из той же серии, что и «почему государство все беднее, а чиновники все богаче?».

Но как бы то ни было, а заветная поездка в белокаменную у Андрея все-таки состоялась. В первый раз, по рассказу его жены, у него взяли 20 пробирок с кровью, из которой потом лабораторно выделили стволовые клетки. Трижды за этот период ему в спинной мозг их уже вводили. Последний раз – осенью 2007 года.

«Двадцать тысяч долларов мы сразу заплатили. Потом нужно было вносить еще по 4 тысячи долларов за каждую новую «подсадку». Врачи сказали, что эти операции следует делать каждые полгода, но денег у нас уже не осталось. Прошло 6 месяцев, и в начале лета мы должны были снова ехать в Москву, но, как видите, сидим дома, так как денег нет…», — едва сдерживая слезы, тихо произносит Елена.

Две тысячи гривен – на четверых

Новая операция Андрею действительно нужна. И наверняка, мировые светила в области и нейрохирургии и микробиологии не зря едят свой хлеб. После введения стволовых клеток в спинной мозг Андрей на самом деле почувствовал себя лучше.

У него укрепились мышцы поясничного отдела и восстановилась работа почек. Соответственно, нормализовалась работа мочеполовой и выделительной систем. Он стал лучше сидеть в коляске, активнее двигать руками и даже терзать свое парализованное тело на купленном в кредит тренажере.

«Нас в больнице сначала пугали, что с таким диагнозом он нам всю жизнь только и будет истерики нам с Леной закатывать.

А получилось наоборот: как только мы с ней от бессилия ныть начинаем, он сам нас успокаивает и даже, как теперь говорят, строит, чтоб мы духом не падали!», — сжимая натруженную и мозолистую кисть в кулак, с неподдельной гордостью за успехи сына произносит его мама.

Сейчас Андрею 37. Его пенсия, пособие жены (теперь уже 9-гривенное) и мамина пенсия в совокупности составляют около 2000 гривен. Много это или мало для месячного проживания семьи из 4-х человек, в которой есть прикованный к постели инвалид, его мать-пенсионерка и дочь-школьница, стремительно теряющая зрение?

Им уже стыдно признаваться людям, что не хватает денег. Лена уже и просит свекровь не ходить и не просить, но та всё ходит и просит. А что остается делать, раз бандитская пуля досталась именно Андрею, и членов именно его семьи судьба теперь проверяет на прочность?

Четыре тысячи долларов — сумма для них непосильная (и то, это еще по осенним ценам). А таких поездок нужно еще 3 или 4. Но нельзя же взять и вот так всё бросить! Тем более, раз уже начали введение стволовых клеток, тем более, заранее такую сумму оплатили, то неразумно, да и, в общем-то, жестоко по отношению к больному лишать теперь его последней надежды!

В мечтах – коляска и подъемник

Нет денег не только на операцию. Они не могут позволить себе купить даже новую инвалидную коляску! Срок эксплуатации старой — 8 лет, а проработала всего 4. Ломается постоянно: то колеса лопнули, то джойстик сломался, то ручка расшаталась.

Приезжали специалисты, колеса заменили и аккумулятор новый поставили. Но проездить на нем суждено было всего-то около месяца. Теперь стоит эта коляска мертвым грузом, только коридор загораживает. А ведь как она нужна инвалиду!

Что еще нужно? Им бы подъемник для Андрея купить, чтобы ему легче было с кровати в кресло пересаживаться. И дверной проем на балконе расширить, порог оттуда убрать. Чтоб, если новая коляска благодаря какой-нибудь доброй душе все же появится, Андрей мог выезжать на ней на балкон и дышать свежим воздухом. Ведь кроме единичных поездок по больницам и раз в году — на Славкурорт, на улице он практически не бывает.

Горотдел милиции централизованно больше ничего для помощи Андрею не выделял – новое руководство возможности такой не находит. А месяц назад 1000 гривен дал ему город. Родные просили помочь собрать оставшуюся для операции сумму, а по возможности, и помочь с поездкой в Германию, сильных мира сего из Донецка. Но в их «департаментах» Бобриневым ответили, что деньги на лечение за границей никому не дают. Лечитесь, мол, здесь и за свои.

С зарплат милиционеров бухгалтерия ГОВД отчисляет по 7-10 гривен на помощь их бывшему коллеге. Капля в море, но всё-таки. Сослуживцев, знавших самого Андрея, в горотделе уже мало осталось. Отток кадров сейчас – сумасшедший! Многие уходят на пенсию или просто увольняются.

Друзья часто навещают Андрея. Устраивают ему вечеринки и маленькие праздники — словом, морально поддерживают. «Мы понимаем, что у каждого из них свои семьи, и зарплаты маленькие, — говорит Елена Бобринева. — И нам стыдно, что они для нас эту копейку от семей отрывают… Но спасибо им большое за эту помощь, и пускай их такая беда никогда не коснется».

Елена Савченко, «ОСТРОВ»

Деньги на лечение и реабилитацию Андрея Бобринева можно перечислить на расчетный счет: № 29244235040007 Краматорского филиала АКБ Укрсоцбанк; МФО 334486 код ОКПО 09334487. Получатель платежа – Бобринева Елена Витальевна 

Читайте также: