Мир тюремный: в тюрьму за продуктами во Франции и рост насилия в тюрьмах Канады

…Раньше родственники носили заключенным продуктовые передачи. Теперь же – наоборот! Многие заключенные пишут заявления на имя директора пенитенциарного учреждения с просьбой разрешить отправлять посылки домой.

Бразилия: тюрьма и орден Богоматери ангелов

Тюремная камера – это всего лишь несколько квадратных метров. И в нее набито не менее 10 заключенных. Они вместе днем и ночью, 24 часа в сутки. Их никогда из нее не выводят наружу, по крайней мере до того момента, как они услышат свой приговор. Они не ощущают на своей коже солнечных лучей. Они не могут просто размять ноги. Телевизор, книги? У них нет на это права. Повидаться с близкими? Невозможно.

Да, эти мужчины совершили преступления. Кто-то из них украл несколько долларов, кто-то проявил сексуальную агрессию, кто-то продавал наркотики. Есть и те, кто совершил насильственные преступления. В этой тюрьме заключенных не различают по составам преступления. Ты совершил преступление – тебя арестовали, осудили и посадили в камеру, в которой еще есть свободное место.

Эта тюрьма находится в деревне Туриасу, на севере Бразилии. В этой деревне живет и сестра Мажелла Бруссо, состоящая в католическом ордене Богоматери ангелов. А официальное месторасположение ордена – город Леноксвиль, Канада, откуда и приехала эта подвижница.

Среди многочисленных задач, которые выполняет в Бразилии сестра Мажелла, есть и миссия, которую она осуществляет с особым усердием: посещение в тюрьме этих людей, исключенных из общества.

– Они совершили преступления, но сейчас они находятся в жутких условиях. Мне становится плохо, когда я вижу все это, – рассказывает сестра Мажелла.

Каждую неделю она отправляется в тюрьму и разговаривает со всеми заключенными, содержащимися в битком набитых маленьких камерах. Она приносит им бумагу и клей. А они учатся делать кустарные изделия, которые затем могут продать за несколько монет. Это дает им возможность купить мыло или зубную пасту…

За каждым из обитателей тюрьмы числится какое-либо преступление. Но за пределами этого преступления есть человек со своей судьбой – и очень часто это страшные судьбы, особенно в этом глухом бразильском регионе, где бедность жителей просто поражает, где большинство и взрослых, и детей неграмотны и где наркотики текут рекой.

– В этой тюрьме, например, сидят трое братьев, которые убили мальчика. Их преступление ужасно, но кем станут эти три брата, когда выйдут из тюрьмы, из этих жутких условий, в которых они содержатся вместе с другими преступниками? Кем они будут, если здесь они не имеют никакой возможности учиться? Как и большинство других заключенных, они не умеют даже читать. Они и на свободе жили в очень тяжелых условиях. И выходя отсюда, они станут не лучше, а хуже, чем были, – с грустью говорит 77-летняя сестра Мажелла.

Видя огромное количество проблем, сестра Мажелла не всегда сама знает, как можно помочь этим людям выжить.

– Я чувствую себя абсолютно беспомощной в этой ситуации. Все, что я могу сделать, – это научить их любви к Господу, попытаться привнести в их жизнь немного нежности и наполнить их существование хоть каплей любви…

Сестра Бруссо, безусловно, преуспела в своей миссии, поскольку ее в тюрьме любовно называют «мама Мажелла»…

– Ну конечно, мне очень приятно! Заключенные дают мне больше, чем я даю им…

Наградой сестре Мажелле служат те моменты, когда кто-нибудь из заключенных выходит из темницы на волю и теперь будет видеть солнце, ощущать вкус свободы. При условии, конечно, что этот человек не совершит рецидив.

Потому что бывает, что мужчины возвращаются в тюрьму. Сестра Бруссо знает нескольких таких заключенных. Но обычно, освободившись, спустя несколько часов, заключенный приходит в представительство ордена и просит ему помочь деньгами, чтобы добраться до дома. Конечно, сестра Мажелла помогает. Потому что она помогает всем заключенным, наконец увидевшим солнце.

Но бывает и так, что спустя несколько часов после выдачи заключенному денег сестра Мажелла узнает, что он их потратил вовсе не на билет на автобус, а купил наркотики. А потом он опять приходит… И угрожает убить ее или кого-либо из других сестер. Был случай, когда бывший заключенный силой запер сестер в подвале, а затем обворовал миссию…

Он побыл на свободе всего лишь несколько часов и был вскоре арестован полицейскими и препровожден в ту самую тюрьму, откуда он только что вышел. Теперь он кается в содеянном.

– Сегодня я увижу этого человека. Он очень сожалеет о том, что сделал. Он любит меня и зовет «мамочкой». Я, конечно, простила его…, – улыбаясь, говорит сестра.

Из своих 77 лет сестра Бруссо 30 посвятила миссионерской деятельности в Бразилии. Она работала также в Конго и в Канаде, но сегодня она чувствует себя больше бразильянкой, чем жительницей Канады. Почему? Да потому что здесь, в Бразилии, она прожила дольше, чем в своей родной стране.

– Я обожаю Бразилию. Прекрасная страна, где всегда тепло…

Конечно, она соглашается, что жизнь здесь, в небольшой деревне Туриасу, в двух часах езды от ближайшего крупного города Пиньейру, нелегка.

– Во время сезона дождей, вот как сейчас, здесь, на севере Бразилии, очень тяжело передвигаться. Лишь год назад заасфальтировали дорогу, ведущую в Пиньейру. Раньше, чтобы добраться до города, нужно было потратить четыре-пять часов. Я стараюсь туда реже ездить, так как дорога очень утомительна. В принципе, все необходимое можно найти и здесь. Мне хватает…

Ну что можно пожелать? Здоровья сестре Мажелле и мира бразильцам…

– Пока хватает здоровья, пока я жива, я буду продолжать работать в миссии. Я очень люблю свою работу. Годы, проведенные в миссии, можно сказать, что это реализация моих желаний… – говорит прекрасная женщина, которая давно могла бы уйти на покой, но которая не желает ни на минуту оставить свою благородную работу.

Франция: в тюрьму за продуктами

Отныне в тюрьме около двухсот наименований товаров (продукты питания и предметы первой необходимости) стоят дешевле, чем в супермаркетах. Настолько, что некоторые заключенные отправляют домой посылки.

Заключенным не приходится стоять в очередях, чтобы что-то себе купить по более низкой цене, потому что в каждой тюрьме есть свой магазин, где они могут «отовариться» по ценам более низким, чем на воле. Это стало возможным, когда в тюремных магазинах на всей территории Франции были установлены одинаковые цены.

В июле 2010 года Счетная палата обвинила государство в «злоупотреблениях» в отношении заключенных. Имелось в виду, что цены в тюремных магазинах на ряд товаров, которые заключенные покупают, чтобы улучшить и разнообразить свое питание (кофе, минеральная вода, шоколад, пищевые добавки, предметы гигиены и т.д.), значительно превышают те, которые существуют в обычных магазинах. В докладе Счетной палаты указывалось, что на товары тюремной «отоварки» устанавливались значительные наценки – до 22%. К тому же цены на одни и те же товары, продаваемые в разных тюрьмах, различались кое-где на 50%.

После этого доклада в тюрьмах началась настоящая реформа цен. Начиная с весны были установлены единые расценки на 200 приоритетных товаров, которые и предлагаются теперь к продаже заключенным по очень привлекательным ценам. Началась эта «революция» в тюрьмах Лиона и Страсбурга. Например, банка «Нутеллы», которая в обычном супермаркете стоит 3,13 евро, в тюремном магазине продается за 1,11 евро. 500-граммовый пакет риса стоимостью 2,7 евро в тюрьме можно купить всего лишь за 0,36 евро. Стоимость 450-граммовой банки клубничного варенья упала с 1,45 до 0,67 евро, а стоимость очень популярного среди заключенных быстрорастворимого кофе «Рикоре» снизилась с 4,82 до 3,45 евро.

– Мы считаем, что это очень удачное решение, – говорят в пенитенциарной администрации. – Заключенные сразу бросились покупать эти товары.

По мнению администрации, «низкие тарифы – это результат не только политической воли, но и следствие того, что эти товары теперь закупаются не по отдельности в каждой тюрьме, а на национальном уровне, что позволяет вести с поставщиками более продуктивные переговоры».

– Все далеко не так хорошо, – считают в профсоюзе пенитенциарных работников (ППР). – Низкие цены в тюремных магазинах – это, конечно, давление государства, но в результате за все платит налогоплательщик.

Непосредственно работающим в тюрьмах сотрудникам также не нравятся эти «бросовые» цены.

– Чтобы все это доставить в магазин, теперь требуется гораздо больше времени, – поясняет представитель профсоюза Паскаль Шрек.

Более того, появилась новая тенденция.

– Раньше родственники носили заключенным продуктовые передачи. Это в принципе запрещено, но администрация закрывала глаза. Теперь же – наоборот! Многие заключенные пишут заявления на имя директора пенитенциарного учреждения с просьбой разрешить их родственникам воспользоваться столь низкими ценами. Для этого заключенные готовы отправлять посылки домой.

По мнению ППР, эта «политика скидок» обойдется государству в 20 миллионов евро ежегодно. На каждого заключенного необходимо выделить 296,68 евро год, а заключенных во Франции – 67 000.

– На самом деле сумма не будет так велика, – уверяют в пенитенциарной администрации. – Дело в том, что на все другие товары, кроме утвержденных, будет установлена наценка, что и позволит компенсировать потери.

Но, как считают тюремные работники, зарплата которых начинается с 1416 евро в месяц «чистыми» и заканчивается 2072 евро в месяц в конце карьеры, эти выделяемые государством деньги, за счет которых и происходит снижение цен, вполне могли бы быть пущены на повышение их невысокой заработной платы.

– Неприятно смотреть, что моя жена за те же самые продукты в супермаркете платит гораздо больше, чем заключенные во время своей «отоварки», – сказал корреспонденту один тюремный надзиратель, не пожелавший назвать свое имя.

США: пожизненное заключение для несовершеннолетних признано анитиконституционным

25 июня Верховный суд США постановил, что пожизненное заключение в отношении несовершеннолетних, признанных виновными в убийстве, противоречит Конституции страны. Это решение, затрагивающее систему правосудия в отношении несовершеннолетних, квалифицируется экспертами как «историческое».

Высшая судебная инстанция США вынесла решение по двум резонансным уголовным делам, обвиняемыми в которых были двое несовершеннолетних, приговоренные к пожизненному заключению без права на условно-досрочное освобождение. К такому наказанию оба подростка были приговорены за совершенные ими убийства. При этом на момент совершения преступления обоим еще не было 14 лет.

В первом случае юный житель штата Алабама, сам подвергавшийся дурному обращению в детстве, был приговорен за убийство в 2002 году соседа, которого он ударил бейсбольной битой, а затем поджег. Во втором случае несовершеннолетний из Арканзаса был приговорен за соучастие в убийстве работницы магазина, совершенное в момент ограбления в 1999 году. И хотя работница была застрелена другим несовершеннолетним, которому на тот момент исполнилось 15 лет, но пожизненный срок без права на досрочное освобождение получил и 14-летний соучастник.

Решение Верховного суда США было принято пятью голосами против четырех. Суд решил, что восьмая поправка к Конституции, запрещающая «жестокие и необычные наказания», имеет непосредственное отношение к несовершеннолетним, совершившим убийства в возрасте до 14 лет.

Верховный суд еще в 2005 году запретил применять смертную казнь в отношении тех лиц, которые на момент совершения преступления были несовершеннолетними, постановив, что «несовершеннолетие является смягчающим вину обстоятельством». Теперь по решению Верховного суда это обстоятельство должно учитываться и в приговорах судов, влекущих пожизненное заключение. Также в мае 2010 года Верховный суд принял решение, запрещающее вынесение приговоров к пожизненному заключению без права досрочного освобождения в отношении несовершеннолетних за совершенные ими преступления, не связанные с убийством.

Принятое 25 июня решение Верховного суда США отменяет все приговоры в отношении этих двух конкретных несовершеннолетних, вынесенные нижестоящими судами.

Как сообщил адвокат обоих несовершеннолетних Брайан Стивенсон, в свете этого решения Верховного суда США подлежат отмене все подобные приговоры, допускающие пожизненное заключение в отношении несовершеннолетних. Такие нормы уголовного правосудия закреплены в 29 штатах из 50.

– Это решение повлияет на судьбу сотен лиц, при вынесении приговоров в отношении которых не были приняты во внимание ни их возраст, ни другие смягчающие обстоятельства, – заявил Брайан Стивенсон. – Это важная победа, касающаяся прав детей. Суд добился значительного прогресса в деле признания фундаментальной несправедливости в том, что касается назначения в ряде случаев обязательного пожизненного заключения в отношении несовершеннолетних без учета того, что они являются детьми и способны в будущем измениться.

Г-н Стивенсон подчеркнул, что во время слушаний, проходивших в Верховном суде США в марте 2012 года, была озвучена статистика, согласно которой 2300 несовершеннолетних приговорены к пожизненному заключению без права досрочного освобождения, из которых 79 на момент совершения преступления не было 14 лет. А всего в США к такой мере наказания приговорены 41 000 заключенных.

Канада: избавиться от наркотиков в тюрьмах будет трудно

В исследовании, проведенном по поручению федерального министра общественной безопасности Вика Тоюза, указывается, что имеются значительные препятствия материально-технического и правового характера для ликвидации наркотиков в пенитенциарных учреждениях. Решение этой задачи по значительному снижению поступления наркотиков в тюрьмы было одним из предвыборных обещаний консерваторов.

В служебной записке, сопровождающей этот документ, утверждается, что пока еще ни одной тюремной системе в мире не удалось полностью решить проблему с поступлением запрещенных веществ в пенитенциарные учреждения.

В записке сказано также, что, несмотря на достигнутый в канадской исправительной системе определенный прогресс в борьбе с поступлениями наркотиков и алкоголя в тюрьмы и в реабилитации наркоманов и страдающих алкоголизмом, спрос на эти запрещенные препараты со стороны заключенных остается высоким.

В исследовании, выполненном Министерством общественной безопасности, Исправительной службой Канады и Советом по условно-досрочному освобождению, делается вывод, что в тюрьмах, как и в целом в обществе, полное искоренение наркотиков является недостижимым идеалом.

Интернет-порталу «Канадская пресса», в соответствии с Законом «О доступе к информации», удалось получить этот документ, правда, с большими купюрами.

По данным Исправительной службы, около 80% заключенных, содержащихся в тюрьмах федерального подчинения, имеют серьезные проблемы, связанные с наркоманией, и нуждаются в лечении.

Во время избирательной кампании 2011 года консерваторы утверждали, что заключенные, употребляющие наркотики, имеют гораздо меньше шансов в плане социальной реабилитации.

Консерваторы обещали, что все заключенные, находящиеся в федеральных исправительных учреждениях, будут проходить специальное тестирование не реже одного раза в год и те из них, кто его не пройдет, не будут иметь права на условно-досрочное освобождение, а те, у кого будут обнаружены наркотики, предстанут перед судом.

Как следует из проведенного исследования, тестирование в тюрьмах на предмет употребления наркотиков сейчас проводится довольно часто. Правда, их количество лимитировано, но те заключенные, которые были пойманы на употреблении наркотиков, подвергаются различным санкциям.

Примерно половина тюремного населения раз в год сдает анализ мочи. С 2006 по 2011 год этот тест не смогли пройти от 9,8% до 12,7% заключенных, а 12,6% вообще отказались подвергнуться этой процедуре.

Эти тесты, однако, не позволяют выявить абсолютно все употребляемые субстанции. Они также не могут ни точно определить, ни когда именно заключенный употребил наркотик, ни размер дозы, ни установить причиненный вред организму. Более того, некоторые наркотические вещества очень быстро выводятся из организма.

Если заключенный отказывается пройти тест или у него положительный результат, он может стать объектом мер дисциплинарного воздействия, таких как выговор, штраф или помещение в условия изоляции. Как и любому гражданину, находящемуся на свободе, заключенному также может быть предъявлено обвинение в соответствии с законодательством по борьбе с наркотиками.

В исследовании также говорится, что автоматическое исключение условно-досрочного освобождения для лиц, употребляющих наркотики, требует внесения изменений в действующее законодательство. Но попутно отмечается, что такие изменения будут несовместимы с деятельностью Совета по условно-досрочному освобождению, поскольку именно Совет решает вопросы, связанные с УДО, и его решения не зависят ни от каких обстоятельств.

По результатам этого исследования организации, принявшие в нем участие, представили министру общественной безопасности г-ну Тоюзу серию предложений. Эти предложения в опубликованной на интернет-портале «Канадская пресса» версии отсутствуют из-за цензурных соображений.

Тем не менее источник в канадском правительстве сообщил, что консерваторы рассматривают ряд предложений, в том числе возможные изменения в законах, предусматривающие автоматическое лишение права на условно-досрочное освобождение для тех заключенных, которые употребляют наркотики.

Канада: роста насилия в тюрьмах

Сотрудники исправительных учреждений все чаще и чаще вынуждены прибегать к применению силы в отношении заключенных. Эта ситуация в какой-то мере объясняется тюремной перенаселенностью и индивидуальными характеристиками содержащихся в пенитенциарных учреждениях лиц. Эти сведения, в соответствии с Законом «О доступе к информации», удалось получить телеканалу CBS.

Количество случаев, когда сотрудникам тюрем пришлось использовать средства усмирения в отношении заключенных, такие как слезоточивый или перечный газ, за 5 лет выросло на 37%. Если в 2007–2008 годах эти средства использовались 975 раз, то в 2011–2012 годах – 1339 раз. В Канадских Прериях [ Канадские Прерии – совокупность трех провинций: Альберта, Саскачевана и Магнитоба. ] рост составил 113%.

В 2011–2012 годах:

– слезоточивый газ использовался 292 раза, частота применения за 5 лет выросла более чем на 200%;

– перечный газ использовался в 400 случаев, рост – 115%;

– применение огнестрельного оружия зафиксировано в 32 случаях, рост – 25%.

Как следует из представленных правительством документов, в течение этих же пяти лет все большее число заключенных было вынуждено мириться с тем, что им приходилось делить свою камеру с подселяемыми лицами из-за нехватки мест. Так, количество заключенных, вынужденных проживать с другими лицами, в масштабах страны увеличилось с 9,6% до 17,4%, а в тюрьмах Канадских Прерий – с 11% до 26%.

По мнению Кевина Грабовски, представителя Канадского профсоюза работников исправительных учреждений в Канадских Прериях, рост количества тюремных бандитских группировок, перенаселенность пенитенциарных учреждений и сокращение реабилитационных программ – все эти факторы создают взрывоопасный коктейль в тюрьмах страны.

– Проживание вдвоем в одной камере никогда до добра не доводило, – считает г-н Грабовски. – Теперь у нас есть лица, имеющие тесные связи с бандами, и лица, у которых имеются проблемы с тем, что называется «управление гневом или насилием»… Они же за такие действия и попали в тюрьму. А теперь их помещают в очень ограниченное пространство и говорят: «Привыкай», – с сожалением констатирует профсоюзный активист.

Пока что, считает г-н Грабовски, улучшения ситуации не видно.

По его мнению, сложившаяся ситуация создает проблемы не только в том, что касается обеспечения безопасности тех, кто работает в тюрьмах, но и затрагивает безопасность всего государства, так как заключенные, проживающие в таких условиях, рано или поздно окажутся на свободе.

В оперативном управлении исправительной системы также полагают, что имеется взаимосвязь между нехваткой жилой площади для заключенных и ростом насилия. Перенаселенность, говорит следователь Говард Сэперс, создает целую серию проблем, особенно в том, что касается размещения в камерах.

Парламентский секретарь канадского министра юстиции Керри-Линн Финдлей, со своей стороны, считает, что совместное проживание в камерах и насилие – это две разные проблемы.

– В Канаде совместное проживание в камерах допускается только тогда, когда это безопасно и целесообразно, – заявила она во время телепередачи на канале CBS.

По ее мнению, рост насилия объясняется тем фактом, что сами преступники становятся более жестокими.

– Мы объясняем это тем, что за шесть прошедших лет борьбы с криминалом все больше преступников стало попадать за решетку… Но что это означает для исправительной системы? Это означает, что в тюрьмах стало больше опасных преступников, больше членов банд, увеличилось количество лиц, имеющих проблемы с психикой. Именно поэтому и отмечается рост насилия.

Официальный представитель Исправительной службы Канады Сара Паркер, со своей стороны, подчеркивает, что увеличения численности заключенных в связи с мерами по борьбе с преступностью, предпринятыми правительством, пока еще не отмечается, но министерство четко отслеживает ситуацию.

По ее мнению, применение силы в отношении заключенных объясняется также тем, что современное тюремное население по сравнению с тем, что было несколько лет назад, помолодело и в большей степени связано с криминальными сообществами. Кроме того, поясняет она, есть и проблемы, связанные с психическим здоровьем заключенных.

Ситуация в тюрьмах федерального подчинения вряд ли улучшится в ближайшее время. Правительство еще в апреле объявило, что расположенная в городе Лаваль тюрьма Леклерк, тюрьма города Кингстон и относящееся к ней психиатрическое учреждение для заключенных будут закрыты в течение 2014–2015 годов.

В правительстве также заявили, что пока строительство новых пенитенциарных учреждений не предусматривается.

Франция: рисование как способ отвлечься

Прекрасный способ убежать… В переносном смысле, конечно. Заключенные-женщины пенитенциарного учреждения Корбас два месяца трудились, расписывая историческую фреску в одном из коридоров тюрьмы, ведущем к комнатам свиданий. Эта кропотливая работа была выполнена в образовательных целях.

– Я заметил, что многие женщины и девушки ничего не знают о важных исторических событиях, – рассказывает Франсуа Гийуэ, преподаватель, обучающий заключенных. – Чтобы выполнить этот проект, надо было приложить много усилий всем – и администрации, и заключенным.

Как только не пытался этот молодой преподаватель научить заключенных запоминать важные исторические даты! Все напрасно. Но однажды, проходя по коридору, ему пришла в голову мысль расписать одну из бетонных стен в хронологическом порядке.

– Я тут же отправился в молодежную библиотеку и вернулся оттуда с рюкзаком книг по истории весом сорок семь килограммов, – смеется Франсуа.

У заключенных было шесть недель, чтобы проштудировать эти книги, осмыслить их, найти нужные факты начиная от истории Древнего мира, открытия Америки и отобрать наиболее значимые события.

– Сначала я хотела нарисовать средневекового всадника, всего в розовом, так как я обожаю этот цвет, – говорит Тауса. – Но, в конце концов, препод меня убедил, что всадников так рисовать нельзя.

Сама процедура росписи длилась двенадцать дней. Мари-Ноэль считает, что это очень быстро.

– К концу росписи я приходила работать дважды в день. А вечером так вообще уходить не хотелось, – смеется девушка.

А ее подруга Анисса добавляет:

– Работая, как бы забываешь, что ты в тюрьме. Вроде как на прогулке…

– Свободное время здесь мы проводим, смотря телевизор. А живопись дает возможность подумать о чем-то другом, более серьезном, – глубокомысленно говорит Тауса.

– Работая кистью, я становлюсь спокойнее, – признается Анна. – У меня и настроение поднималось, и чувствовала я себя лучше, и голова была занята. Ну и это нас, можно сказать, социализировало, потому что работали мы не по одному, а небольшими группами, по шесть человек.

– Я, когда теперь здесь прохожу, прямо гордость испытываю, – смущенно улыбается Тауса.

– Эта фреска сделана вовсе не для красоты, – вступает в разговор еще один преподаватель, Давид Дево-Тома, – а чтобы приобретать знания.

А по словам Даниэли Буайе, исполняющей обязанности директора тюрьмы, было «очень важно предложить женщинам поучаствовать в какой-либо деятельности, показать, что о них здесь не забывают».

Ведь в Корбасе женщины составляют примерно 10% от общего числа заключенных.

ЮАР: дети в тюрьме Полсмур

Женская тюрьма Полсмур значительно переполнена. Но некоторые ее «сиделицы» находятся в неплохих условиях. Это те, у кого есть дети. Камеры, в которых они сидят, не закрываются, и они могут воспитывать своих детишек.

Тюрьма находится в пригороде Кейптауна, столицы ЮАР. В стороне от основного корпуса, рассчитанного на 329 женщин-заключенных, в который на сегодняшний день буквально «впихнуто» 518 преступниц, находится что-то вроде яслей. Под это помещение переделали небольшую постройку. Сейчас здесь живут четыре молодые мамы, занимающиеся с помощью специально обученных медицинских сестер своими грудными младенцами. Эти ясли сделаны так, чтобы детям как можно меньше пришлось расплачиваться за грехи своих непутевых мамаш в душных и тесных камерах.

Чибуэз, сын Юнати Джек, очень сильно испугался, когда впервые в августе прошлого года, после нескольких месяцев, проведенных в переполненной камере основного блока тюрьмы, впервые попал в это отделение. Сейчас ему уже год, и он здесь обвыкся. Кажется, ему здесь нравится.

– Здесь достаточно места, чтобы он мог свободно двигаться. А когда мы выходим на улицу погулять, он категорически не хочет возвращаться, – говорит его мамаша, отбывающая пятилетний срок за хранение наркотиков.

Молодые мамы могут свободно выходить во двор, где имеется большая, засеянная травой игровая площадка. Здесь также оборудована и небольшая кухня, где они готовят пищу.

– Конечно, с камерой не сравнить, разница огромная, – замечает Рафика Раджаб, осужденная за магазинную кражу, дочери которой исполнилось три месяца. – Здесь почти семейная обстановка.

– Бывают моменты, когда я забываю, что нахожусь в тюрьме. Ощущение, будто я дома, – смеется она.

– Мы надеемся, что такие условия не дадут деткам почувствовать, что они все-таки находятся в тюрьме. А также что их мамы смогут вырваться из порочного преступного круга, – поясняет Нонтсикело Джолингана, заместитель начальника тюрьмы, которая является ответственной за этот участок.

Дети, растущие в камере, привыкают к тюремной жизни вплоть до того, что по выходе из пенитенциарного учреждения они получают психологические травмы.

– Что вы хотите, они ведь росли в ограниченном четырьмя стенами пространстве. Соответственно, такая обстановка влияет на психическое развитие ребенка, – подчеркивает заместитель начальника. – Мы подумали, что, организуя такие условия, дадим шанс малышам. Они ведь не совершали никаких преступлений!

Марлиз Ховелл, специалист по гимнастике новорожденных, приходит сюда обучать женщин, как правильно делать массаж грудничкам и развивать у них моторику движений.

– Я довольно давно начала приходить сюда, – рассказывает она, – и заметила, что в тюрьме дети развиваются не так, как на воле. Здесь все находится очень близко, и у них плохо развивается дальнее зрение, – продолжает Марлиз, – они не имеют возможности открывать для себя самые разные вещи, находящиеся за пределами тюрьмы. Да и в самой тюрьме они ограничены в пространстве. Здесь им даже дневного света не хватает. – Марлиз показывает на основной тюремный корпус, камеры в котором размером 3 на 4 метра. – В общем, сенсорная стимуляция здесь отсутствует.

На сегодняшний момент в южно-африканских тюрьмах находится около 70 младенцев и 20 беременных женщин, которые должны вот-вот родить. Все они отбывают наказания в разных пенитенциарных учреждениях, а не только в Полсмуре. В тюрьме Дурбан тюремные власти также открыли подобное отделение. А до конца 2012 года планировалось открыть еще два в других женских тюрьмах.

В ЮАР один из самых высоких в мире уровень преступности, и тюрьмы здесь переполнены. Но руководство пенитенциарной системы, будучи твердо убеждено, что дети не должны чувствовать себя осужденными, прилагает все усилия, чтобы создать для них пусть не роскошные, но приемлемые условия.

– Но правила внутреннего распорядка, – подчеркивает Нонтсикело Джолингана, – должны соблюдаться. Мы определяем, когда вставать, когда принимать пищу, когда мыться. Все расписано по часам. Здесь все-таки тюрьма. Если честно, то мамаши ведь не на свободе!

Тем женщинам, которые приговорены к длительным срокам заключения, через некоторое время придется вернуться в тесные и переполненные камеры. Их дети, когда им исполнится два года, будут переданы либо родственникам, либо в приемные семьи.

Канада: «туризм» за решеткой

В центрах заключения их называют «туристами». Это осужденные и подследственные, которые с рюкзаком за спиной, где находятся все их личные вещи, путешествуют из одного пенитенциарного учреждения в другое. Они спят на брошенных на пол матрасах в камерах или в неприспособленных помещениях. В это лето тюрьмы провинции Квебек переполнены, этот феномен уже никого не удивляет, перенаселенность продолжает расти, к большому сожалению сотрудников исправительной системы.

Еще 10 лет назад идея разместить заключенных на ночлег в этапной комнате или в других неприспособленных помещениях вызвала бы панику в Центре заключения города Сорель. Но сегодня это происходит так часто, что уже никого не удивляет. Численность заключенных зачастую превышает установленный здесь лимит наполнения – 89 человек. Среднедневное наполнение в 2011 году здесь составляло 96,1.

– Чтобы разместить всех, нам приходится использовать камеры, предназначенные для изоляции (карцеры), – говорит один сотрудник.

В эти маленькие камеры, размером 8 х 4 фута [ 1 фут равен 0,3 м. ], иногда на ночь размещалось несколько человек. А если туда поставить ведро с водой, то они буквально превращались в парные.

– Да, это ужасно, – признает на условиях соблюдения анонимности этот офицер, работающий в Сореле уже много лет. – Мы помещаем в эти карцеры людей без всяких на то оснований.

Но «туризм» вовсе не новая проблема.

– Это тянется уже много лет. Ситуация не меняется. Такой «туризм» становится обычным явлением, таким же, как поселение в камеру двоих или троих человек, – с сожалением говорит Эрик Белисл, ответственный за связи с общественностью ассоциации «Альтернативная юстиция», которая помогает тем, у кого возникают проблемы с правосудием.

В период с 1989 по 2009 год эту проблему более 15 раз озвучивал и Уполномоченный по правам человека.

За 4 года (2008–2011) средняя ежедневная численность заключенных в пенитенциарных учреждениях провинции Квебек возросла на 3% – с 4486 до 4634 человек.

Данные, свидетельствующие о хронической перенаселенности, были опубликованы на этой неделе профсоюзом пенитенциарных работников Квебека (SAPSCQ).

Тюрьмы в городах Римуски, Амос, Сен-Жером, Халл, Сорель, Ривьер-де-Прэри, Шербрук, Труа-Ривьер и в Бэ-Комо только за прошедшую неделю вынуждены были принять заключенных больше, чем позволяет их вместимость. И это не считая тех, кто ежедневно следует этапом из одной квебекской тюрьмы в другую или из зала суда в тюрьму.

В Центре заключения города Шикутими часты случаи, когда приговоренные к тюремному заключению в конце недели вынуждены в выходные спать прямо в камерах здания суда.

– В Квебеке это уже стало обычным явлением. Практически везде в камерах содержатся по два человека. Мы уже привыкли работать в такой кризисной ситуации, а она становится все хуже, – говорит президент SAPSCQ Стефан Лемэр. – Утром, когда администрация учреждения принимает пополнение и видит, что людей много и селить их некуда, начинаются переговоры с другими тюрьмами, чтобы разместить подопечных. В общем, каждый день происходит что-то типа торгов на тюремном фондовом рынке.

Парадоксально то, отмечает г-н Белисл, что тюремное население растет, тогда как уровень преступности в Квебеке снижается.

SAPSCQ полагает, что это происходит из-за того, что практически не применяются «временные отпуска» заключенных. Их перестали предоставлять после того, как Марио Бастейн, находившийся в таком краткосрочном отпуске, убил Александра Ливерноша. Именно отсутствие таких отпусков, по мнению SAPSCQ, и приводит к тому, что заполняемость квебекских тюрем постоянно превышает 100% .

Безусловно, камерная перенаселенность неблагоприятно отражается как на самих заключенных, так и на сотрудниках.

Например, опасно смешивать тех, кто находится в предварительном заключении: среди них могут быть лица, которые помещены под стражу на несколько дней до суда из-за вождения в состоянии алкогольного опьянения, и многократные рецидивисты в ожидании судебного процесса.

В тюрьмах, находящихся в юрисдикции провинции, в основном отбывают наказания лица, осужденные максимум к двум годам тюремного заключения. Но там же в ожидании судебного разбирательства содержатся и все подследственные вне зависимости от характера и тяжести совершенного преступления, в котором они обвиняются.

– Здесь вместе могут оказаться двадцатилетний парнишка, катавшийся на машине пьяным, и человек, совершивший тяжкие деяния. Соответственно, возникает напряжение, потому что молодежь не знает «тюремных правил», а когда они делают что-то не по правилам, с них за это «спрашивают», – объясняет еще один офицер, также на условиях анонимности.

В среде 2500 сотрудников исправительной службы Квебека ощущается напряженность и недовольство, несмотря на то что Министерство общественной безопасности за три прошедших года увеличило их число на 10,3%.

– Недавно заключенный организовал поджог мотоцикла одного сотрудника. Другому во время дежурства плеснули в лицо кипятком, а потом избили. Если бы это было днем, мы могли бы принять меры и предотвратить нападение. Но ночной смене вместе с обожженным офицером пришлось ожидать, пока прибудет подкрепление и вмешается, – рассказывает сотрудник тюрьмы города Сорель.

Несмотря на все это, Министерство общественной безопасности уменьшило выплаты за сверхурочные работы. В этом году на эти цели выделено лишь 18 миллионов долларов, тогда как в 2010–2011 годах выделялось 20 миллионов.

Сотрудники чувствуют себя обманутыми.

– В теории – да, мы должны реабилитировать заключенных. Но этого не происходит: все, что мы делаем, это изыскиваем свободные места, – полагает г-н Лемэр.

Например, сотруднику часто бывает трудно составить объективный доклад на заключенного, который должен предстать перед комиссией по условно-досрочному освобождению, потому что этот заключенный «гуляет» из одного пенитенциарного учреждения в другое. Соответственно, его освобождение откладывается.

– Это может продолжаться до тех пор, пока сотрудник не соглашается подписать отчет о наблюдении за тем или иным заключенным, которого он вообще-то не знает и наблюдать за динамикой исправления которого он попросту не мог. Сегодня это и называется социальной реабилитацией, – иронизирует г-н Лемэр.

– Сотрудники, конечно, делают свое дело. Но какой ценой? – задает сам себе вопрос Эрик Белисл.

На заданный нашей газетой по этому поводу вопрос в Министерстве общественной безопасности ответили, что уровень надзора в пенитенциарных учреждениях Квебека «адекватный», а социальная реабилитация заключенных является приоритетом в деятельности администрации тюрем. «Какое бы количество обходов, обысков, изъятий запрещенных предметов, бесед с заключенными ни проводилось, мы обеспечиваем постоянную безопасность как наших сотрудников, так и подопечных нам лиц», – так письменно ответил нашей газете сотрудник Министерства, ответственный за связи с общественностью.

***

Несколько лет назад правительство Квебека приняло решение о том, что оно намерено вложить значительные суммы в строительство новых центров заключения в Робервале, Сет-Иле, Сорел-Трэси. Они должны заменить старые тюрьмы в Сореле, Валлейфилде и в Амосе.

11 июля правительство уже объявило, что начинается строительство Центра заключения в Робервале.

Но между объявлениями и первыми вбитыми гвоздями, по мнению профсоюза, время тянется долго, слишком долго. Притом что в некоторых центрах заключения еще в 2009 году стали использовать «модульные здания» – вагончики, рассчитанные на 324 места.

– От одних выборов к другим дело потихоньку движется. Но уж очень маленькими шажками. Прямо сейчас нужно принять окончательное решение. И конечно, это не должны быть вагончики, – считает Стефан Лемэр.

– Насчет того, стоит ли еще добавить «модульные издания» или, наоборот, избавиться от них, никакого решения пока не принято, – отвечают в Министерстве общественной безопасности.

Со своей стороны в ассоциации «Альтернативная юстиция» выражают опасение, что введение дополнительных мест все равно не позволит решить проблему камерной перенаселенности.

– Все это печально. Мы высказали наше мнение министру, что дополнительные места не решат проблему. Это вроде как сказать: надо больше мест, потому что больше рождается народу. Странно: в Квебеке преступность резко упала, а народу в тюрьмах стало больше, – с горечью констатирует Эрик Белисл.

По материалам зарубежных СМИ составил и перевел Юрий Александров, альманах «Неволя»

 

Читайте также: