«Отсидите пожизненное, а там посмотрим…» Новый УПК: Апокалипсис уже сегодня

2012 год ознаменовался принятием нового Уголовного процессуального кодекса. Призванного улучшить эффективность регулирования деятельности государственных органов, осуществляющих расследование и рассмотрение вопросов, связанных с привлечением лиц к уголовной ответственности. Гладко было на бумаге.

Невзирая на 3755 поправок, принятых законодателем, ряд положений нового УПК вызвал обеспокоенность отдельных категорий лиц, так или иначе имеющих отношение к уголовному судопроизводству. На проблему доминирования стороны обвинения в уголовном процессе, а также на произвол правоохранительных органов обратил внимание комиссар ПАСЕ, выразив свои опасения по поводу неспособности нового УПК разрешить эту непростую ситуацию. Не осталась в стороне и оппозиция, указав на такие недостатки, как чрезмерно преувеличенная роль прокуратуры, нивелирование самостоятельности следователя и неоднозначность в определении принципа состязательности.

Присяжные лица

Множество нареканий вызвал новообразованный институт суда присяжных, откровенно напоминающих народных заседателей УПК 1960 г. Он стал предметом обсуждения не только специалистов, но и простых украинцев, на плечи которых законодатель возложил груз правосудия.

Согласно Закону Украины «О судоустройстве и статусе судей», списки желающих выразить волю Фемиды формируются местными органами управлениями из граждан Украины, достигших 30 лет, постоянно проживающих на территории распространения юрисдикции суда. Примечательным является отсутствие в перечне требований, выдвигаемых к данной категории лиц, упоминания о наличии какого-либо образования. Это, в принципе, является основанием для вопроса, желают ли обвиняемые и потерпевшие, приоритетность прав которых всячески подчеркивается авторами нового УПК, доверить свою судьбу инженерам, программистам, домохозяйкам. Кроме того, способны ли эти самые инженеры и домохозяйки «казнить и миловать» (а возможно, только «казнить») с юридической, а главное – с психологической точки зрения?

«Отсидите пожизненное, а там посмотрим…»

Откровенной угрозой правам потерпевших стала так называемая сделка с прокурором, позволяющая преступнику путем переговоров и незначительных уступок существенно уменьшить срок возможного наказания. Кроме того, усовершенствование положений о примирении с потерпевшим на законодательном уровне закрепило перспективу неправомерного давления, подкупа, шантажа или запугивания последнего.

В то же время, сам преступник, получая статус обвиняемого, лишился возможности использования права на правовую помощь в объеме, предусмотренном ст. 59 Конституции Украины, а именно права на привлечение в качестве защитников лиц, не обладающих адвокатским свидетельством. Подобная норма прямо противоречит решениям не только Конституционного суда Украины (например, №13-рп/2000 от 16.11.2000), но и Европейского суда по правам человека, предусматривающим право «специалиста в области права» выступать защитником в уголовном процессе. Более того, число защитников-адвокатов оказалось ограниченным, что позволяет сделать вывод о создании помех в использовании лицом всех возможных, на его взгляд, средств для своей защиты.

Бесплатный сыр получает только вторая мышка

Не остались в стороне и сами адвокаты. Принцип состязательности, провозглашенный ст. 7 и подкрепленный ст. 22 нового УПК, положения которой закрепляют равные возможности сторон уголовного производства в сборе и исследовании доказательств, на деле оказался лишь фикцией, поскольку далее в кодексе, а именно в ст. 93 речь идет о примате обвинения в работе с доказательственной базой, тогда как защита имеет право только на требование о проведении такой работы.

Кроме того, авторы УПК «забыли» об отдельной статье, определяющей, собственно, права защитника. Вместо этого защитнику делегируются права лица, интересы коего он представляет в уголовном процессе, без четкого указания возможности их реализации. Адвокаты, согласно ст. 159 УПК, не только утратили возможность беспрепятственного доступа к имеющимся вещам и документам, признанным доказательствами в уголовном деле, но и лишились права на самостоятельное получение такого, безусловно, важного доказательства, как свидетельские показания в ходе досудебного и судебного следствия.

Вместо этого ч. 8 ст. 95 предлагает защитнику получать от свидетелей (причем исключительно по их согласию) пояснения, которые не могут быть использованы в качестве доказательств. В то же время, как показывает юридическая практика, подобные нюансы отнюдь не создают помех в предъявлении доказательств стороной защиты непосредственно в судебном заседании.

Копаем отсюда и до обеда

Существенный минус нового УПК состоит в отсутствии четкого разграничения полномочий следствия и прокуратуры, а также в значительном их расширении. Прокуратуре теперь позволяется не только собирать информацию о правонарушении и причастных к нему лицах, но и оценивать ее как доказательственную, что является поводом для вынесения обвинительных актов, а также для самостоятельного привлечения подозреваемых к проведению следственных действий.

Хочется отметить, что подобная самодеятельность является недопустимой как в европейской, так и в международной судебно-следственной практике, согласно которой право присваивать полученной информации статус доказательства имеет исключительно суд. Противоречит международной практике и практическое уравнивание объема полномочий руководителя органа досудебного расследования, следователя и прокурора, что является поводом для опасений относительно прозрачности и быстроты проведения расследования.

Нельзя исключить и того, что ликвидация института доследственной проверки, которая сама по себе является плюсом, поскольку значительно разгружает номенклатуру органов внутренних дел, может привести не только к катастрофическому возрастанию количества уголовных дел, но и к массовым беспочвенным обвинениям, причем при отсутствии у обвиняемого возможности их опровергнуть. Таким образом, потенциально уязвимыми перед уголовным законодательством становятся не только лица, преступившие закон, но и вполнее законопослушные граждане.

Безусловно, в новом УПК заложены и прогрессивные, по меркам украинского законодательства, позиции. К примеру, ликвидирована норма о возврате уголовного дела на дополнительное расследование, что придает определенность судебному процессу. Установлен порядок задержания лица на основании предварительного решения, вынесенного судом. Предусмотрена возможность назначения дополнительной экспертизы, что, вопреки мнению некоторых специалистов, следует считать новеллой положительной, обеспечивающей установление объективной истины.

Сделана попытка усовершенствования общих принципов досудебного расследования. Оптимизирована система мер пресечения. Уменьшены сроки уголовного производства. Введен особый вид производства для обеспечения эффективного и оперативного рассмотрения уголовных дел, а также ряд других существенных новаций, действительно приближающих уголовное законодательство Украины к европейским и международным стандартам. В то же время, указанные выше недостатки дают серьезные основания для сомнений в результативности нового УПК, которые могут быть развеяны исключительно посредством применения его норм на практике.

Автор: Беляева Катерина, Судебно-Юридическая газета

Читайте также: