В Дании даже грузинские воры становятся русскими

Корреспондент во время визита в Данию расследовала проблемы, связанные с так называемой русской мафией. И даже побывала на допросе. В качестве переводчика. Редакция предупреждает, что для датчан русские – как для нас японцы – все на одно лицо. Трудности перевода

– СКАЖИ этому барану, чтобы не нервировал мою тетю…

…Нас в комнате старшего следователя криминальной полиции Дании четверо. Тетя Жаннет – 42-летняя гражданка Грузии. Ее племянник, 20-летний Гоча. Автор этой статьи, в качестве переводчика. И сам следователь по уголовным делам. На полу десять огромных, вскрытых на финской таможне и переданных датской полиции ящиков с одними и теми же адресами отправителей и получателя: «Жаннет-Гоча-Тамара». «Дания-Грузия…». С 8 утра следователь в поте лица извлекает и записывает в протокол дорогую ультрамодную женскую, мужскую, детскую одежду, а также обувь разных размеров и фасонов от всемирно известных фирм; парфюм, игрушки, косметику, видеокамеры, фотоаппараты, утюги, кофеварки, соковыжималки, кухонные комбайны, массажеры, электробритвы…

Упитанная, с сочно накрашенными губами тетя Жаннет ревет ручьем. Сквозь вопли на грузинском прорываются причитания на русском: «Караул! Грабят!» Ей обидно, что все это имущество не попало в Грузию по назначению, в «обездоленное голодающее» семейство. И по всему видно, что ее несчастная сестра – Тамара, мать Гочи, непременно скончается, если не будет взбивать яйца миксером Braun.

За добро платят воровством

ГОЧА, в спортивном костюме Adidas, развалившись, сидит на казенном стуле. Он в упор смотрит на следователя, без перерыва что-то жует.

– Так что он сказал? – переспрашивает меня следователь после вынужденной паузы.

– Чтобы вы не нервировали его тетю.

– Спросите, а когда он и его тетя воруют в датских магазинах, они тоже нервничают и громко кричат?

Я перевожу. В ответ Гоча долго и нудно, не стесняясь моего женского происхождения, перечисляет все матерные слова и выражения на могучем русском языке…

– Записывать нечего, кроме жаргона, вульгаризмов и брани, не имеющих эквивалента в датском языке и отношения к делу, – объясняю я следователю.

Следователь поднимает с пола кожаное пальто производства Италии, цена которого более 1500 евро. Такой одежды с бирками и ценниками на полу много…

– Сколько выдают вам в азюль-центре?

Справка:

«Азюль-центр» – временный приют для политических беженцев.

– СлЮшай! Мало! Ничего не купишь! Только покушать. А на дЫскотеку? А выпить, а покурЫть? Кстати, курЫть хАчу. Дай сЫгаретку!

У «политического беженца» из Грузии Гочи даже не хватает ума сообразить, что раз у них с тетей нет больших денег, значит, и купить все то, что лежит на полу, они никак не могли. Разве что украсть!

Презрение – еще не статья?

КАК ни печально, история племянника Гочи и его тети Жаннет типична для выходцев из бывшего СССР в Скандинавии. Так называемые политические беженцы за последнее десятилетие толпами ломились через границы к лучшей, уже построенной чужими руками сытой жизни. Для получения здесь вида на жительство до недавнего времени было достаточно сочинить страшилку об издевательствах россиян над национальными меньшинствами. В Данию «униженные и оскорбленные» проникали в основном через Москву. Договаривались с российским дальнобойщиками, и те за 1000 «зеленых» с носа доставляли их на родину викингов.

Веря на слово, здесь принимали практически всех «несчастных», не проверяя достоверность излагаемой ими информации. Они получали денежное пособие, достаточное, чтобы, не работая, каждый день сыто кушать, мягко спать, покупать вещи и предметы первой необходимости, обеспечивались бесплатным жильем. Многие за время пребывания в азюль-центрах обзаводились личными авто, на которых и совершали кражи из магазинов, как Гоча и Жаннет. После притока «беженцев» скандинавы, ранее никогда не закрывавшие двери своих домов, стали обзаводиться охранными замками, сигнализациями, а в магазинах усилили контроль за покупателями.

В начале 2000 г. принят закон, по которому «азюлянтов», пойманных на криминале, высылали на родину. Такая судьба ожидает и Гочу с Жаннет. Их имена будут «вбиты» в компьютер, и они уже в течение долгих лет не смогут посетить ни одну из стран Евросоюза.

Но вернемся к нашим баранам, то бишь в датскую полицию. В ее протоколах сотни и даже тысячи нелепых оправданий человеческой непорядочности, неблагодарности и бесчестия. У скандинавов воровство – явление нераспространенное, и поэтому уголовный кодекс не предусматривает здесь серьезного наказания за этот библейский грех. Самым страшным наказанием считается презрение. Как ни печально, оно распространяется на всех граждан СССР, включая рядовых россиян, которые несут на себе все грехи своих бывших собратьев.

Светлана КРАВЧЕНКО, Дания, «Аргументы недели»

Читайте также: