Джинсы в СССР. Настоящие «ковбои» за 300 «деревянных»

«Мечтой современного молодого человека» называл джинсы в 1960-е годы киевский писатель Виктор Некрасов. Еще бы! Ковбойские брюки цвета индиго с кожаной нашивкой и торчащим из шва фирменным лейблом делали их обладателя если не Крисом из «Великолепной семерки», то, во всяком случае, завидным кавалером. Процветала «фарцовка», виною которой был… ГОСТ!

А вот советская власть не любила плотные, сидящие в облипку синие штаны — они неизбежно ассоциировались с Америкой и ее классово чуждыми капиталистическими идеалами. Поэтому предприятия одной шестой части суши не баловали граждан идеологически вредным текстилем, а магазины, соответственно, таковой не продавали.

Уже потом, во времена «перестройки», один директор магазина заявил во всеуслышание, что раньше джинсы не продавали просто потому, что… не было спроса.

В том смысле, что покупатели, подходя к прилавку, не интересовались у продавцов: а нет ли, мол, в продаже джинсов? И в «Книге жалоб и предложений» почему-то не сетовали на их отсутствие. И письменно не просили наладить торговлю подобной продукцией.

Формально директор был прав: не просили, не сетовали и не спрашивали. Да и зачем, коль и так было известно, что их там нет и быть не может. Замкнутый круг.

USA на Крещатике

При «развитом социализме» (острословы дразнили его «недоразвитым») джинсы приходилось «доставать». Стать настоящим ковбоем можно было за 300 «деревянных» (так иронически называли советские рубли), а ненастоящим — за 120. Разница в цене заключалась в географической долготе и широте.

Если брюки были произведены западнее Атлантического океана, то за одну пару надлежало отстегнуть три сотни кровно заработанных (а это, между прочим, две ежемесячные зарплаты инженера). «Коттон» из Европы или Азии хоть внешне и смахивал на Made in USA, но стоил дешевле — вышеупомянутые двенадцать червонцев с овальным портретом Ильича (месячное жалованье молодого специалиста).

Теперь практический момент: где? То есть где взять такие деньги и где потом «достать»? Перейдем сразу ко второму вопросу. Наивно было надеяться, что вожделенными джинсами — настоящими или не очень — можно обзавестись где-нибудь в маленьком городке. Там ни иностранцев, ни фарцовщиков было днем с огнем не сыскать. А других поставщиков ковбойской униформы тогда не существовало. Так что ориентироваться следовало либо на крупный портовый город (например, Одессу), либо на Киев.

В столице УССР фарцовочная публика тусовалась на Крещатике, в знаменитой кофейне «Грот», расположенной у подножия лестницы, ведущей к кинотеатру «Дружба». На крещатикском жаргоне сие заведение с пижонскими летними столиками называлось «Мичиган». Его атмосферу Виктор Некрасов охарактеризовал коротко, но емко: «Большинство посетителей друг друга знают. Сидят компаниями. Время от времени кто-нибудь бежит в гастроном».

Сюда-то и направлялись обладатели энных сумм в надежде законтачить с кем-либо из «фарцы» и приобрести джинсы. Но «мичиганцы» держали ухо востро. Если было заметно, что покупатель — «лох», запросто могли ему всучить «палёнку». А вот чтобы приобрести настоящие американские штаны, надо было иметь знакомых среди здешних завсегдатаев, поскольку чужому человеку фарцовщики не спешили продавать заокеанскую контрабанду: подобная сделка легко могла потянуть на целый букет статей Уголовного кодекса.

Штаны везти не обязательно

Студенты Киевского университета (тогда в городе был только один университет — им. Т. Шевченко, все прочие вузы пребывали в статусе институтов) имели собственные «джинсовые ресурсы». Во-первых, их однокурсники-иностранцы (прежде всего выходцы из арабских стран), возвращаясь с каникул, везли на продажу десятки пар джинсов — по 80 руб.

Цена, прямо скажем, умеренная (это две стипендии), но ведь и штаны так себе… Во-вторых, учившиеся в университете дети «партийных шишек» сравнительно недорого продавали чеки валютных магазинов. Если идти по этому пути, джинсы обходились рублей в 160. Дороговато, конечно (вы еще не забыли, сколько зарабатывал в месяц инженер?), зато штаны — фирменные, причем вдвое дешевле, чем в «Мичигане».

Наиболее продвинутые студенты университета создали собственную фарцовочную команду, скупая джинсы у туристов из Румынии. Конечно, такие штаны были не «фирма» — и строчка «левая», и краска лезла, но все же лучше, чем ничего. Юноши и в таком прикиде пользовались большим успехом у девушек.

Иностранцы продают фарцовщикам джинсы, зараженные сифилисом. А те продают их ничего не подозревающим совгражданам.
В догонку к джинсам — там не сифилис, а пакетик с типа блохами (вшами) в заднем шве — при первой стирке вылезают и ка-а-ак ПРЫГНУТ!

Советские городские легенды: джинсы с сифилисом и смерть интеллигента

Затем жить стало веселее: в соседней Польше наладили полукустарное джинсовое производство. Основными поставщиками ковбойского дефицита стали братья по социализму с берегов Вислы. Останавливаясь в киевских гостиницах (преимущественно почему-то в «Москве»), они через дежурных и горничных сбывали мелкооптовые партии синего товара.

Вскоре оказалось, что самодеятельным коммивояжерам вовсе не обязательно везти через границу штаны — достаточно закупить джинсовую ткань, заклепки и лейблы. Остальное довершат киевские мастера кройки и шитья. Не все, конечно, а только те, у кого техника «умела» прошивать очень плотную ткань.

Наконец, подпольный выпуск джинсов наладили местные цеховики — из собственных материалов. И вот на киевских улицах, в том числе и на Крещатике, цыганки начали предлагать «настоящие американские» джинсы… за 70 руб. Заинтересовавшихся отводили в укромный дворик, подальше от людских глаз и милиции, и там за указанную сумму втюхивали наивным гражданам жуткую «палёнку».
Джинсы «в законе»

А что же государство? Нельзя сказать, что оно совсем не замечало проблему. Замечало.

И даже по-своему реагировало — боролось. Например, в школу не пускали учеников в джинсах. В государственных учреждениях отделы кадров, особенно «первые отделы», косо глядели на местных «ковбоев» — случалось, любовь к буржуазным штанам перечеркивала человеку дальнейшую карьеру.

А по радио каждую субботу известный украинский поэт воевал с джинсами как с проявлением чуждого образа жизни. Правда, злые языки поговаривали, что это вовсе не мешало ему привозить из Штатов своему горячо любимому отпрыску те самые ковбойские брюки, которыми он стращал других.

Когда борьба с модным и удобным видом одежды потерпела сокрушительное фиаско и стало ясно, что плотные брюки нравятся не только молодежи, но и людям среднего возраста, власть решила легализовать ситуацию, заодно лишив ее ненавистного проамериканского оттенка. Были закуплены большие партии болгарских джинсов «Рила» и индийских — неизвестной марки.

Это были первые в СССР «официальные» джинсы: их приобретали не «с рук», а, например, на «обслуживании» (это когда на предприятие в обеденный перерыв приезжала машина с промтоварами), где за ними была, разумеется, давка, и где они стоили 40 руб. Индийские джинсы однажды «выкинули» и в легендарном «Подарочном» на ул. Карла Маркса, 9 (ныне ул. Городецкого). Страсти вокруг зарубежного дефицита достигли такого накала, что ошалевших покупателей утихомиривал вызванный директором магазина наряд милиции.

Понятно, что победители «рукопашной битвы» в «Подарочном» были рады осчастливить своих чад джинсами — с заклепками, кожаным лейблом и ярко-желтой двойной строчкой. Но их ждало жестокое разочарование. У будущих строителей социализма привет с родины Джавахарлала Неру не котировался: сшитые из грубоватой ткани подозрительного небесно-голубого цвета, к тому же достаточно широкие, джинсы индийского разлива сидели мешковато и смотрелись довольно нелепо.

ГОСТ одолел ковбоев

Давно напрашивается вопрос: а не проще ли было наладить выпуск своих, советских джинсов? Ведь и хлопка в Узбекистане — завались, и ткачихи в Иваново, «городе невест», не прочь взяться за выпуск продукции для настоящих мужчин. А уж о покупателях и говорить нечего — всё разметут подчистую за полчаса.

Оказывается, одним из главных препятствий являлся ГОСТ — Государственный стандарт. А он сурово требовал от всей производимой в Советском Союзе мануфактуры соответствия единому критерию — «цветостойкости». Но что хорошо для обычных тканей, то для джинсов — смерть. Ну зачем, спрашивается, ковбойским брюкам, весь кайф от которых именно в том, что они трутся, эта самая цветостойкость?!

Разрешить выпуск сомнительных штанов власть еще, по всей видимости, смогла бы, но переписывать из-за них ГОСТ — это уж слишком! Поэтому стандартизаторы остались при своем интересе, а потребители — при своем. Полный статус-кво.

Большинство промышленных товаров, которые покупаем мы, а также американцы, немцы и весь остальной мир, сделаны в Китае. Символично, что и джинсы, символ американского образа жизни, тоже пропели «Гудбай, Америка, о…» и в массовом порядке эмигрировали в Поднебесную. Перенос производств в Китай стал основным трендом корпораций развитых стран. Промышленный рабочий в Китае получает в 30 раз меньше, чем в Америке, и в 10 раз меньше, чем в среднем по Юго-Восточной Азии. В современном мире лозунг «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» стремительно теряет смысл: настоящий мировой пролетариат — это китайцы.

Китайский ад: как делаются джинсы

«Перестройка» подняла железный занавес, и джинсы потекли в Советский Союз полноводной рекой. Помню, знаменитый кинорежиссер Сергей Параджанов рассказывал в конце 1980-х на киевской премьере своего фильма «Ашик-Кериб», что многочисленные родственники и соседи в Тбилиси умоляли его, ехавшего на кинофестиваль в Голландию, привезти из-за границы лишь одно: джинсы, джинсы, джинсы… И он вез — чемоданами! Для всей улицы!

Радикально изменили ситуацию отечественные «челноки», сумевшие насытить рынок до такой степени, что потребители начали интересоваться уже не только самим фактом покупки джинсов, но также их качеством. И только после этого в мутном потоке ковбойского ширпотреба стала увеличиваться доля настоящих фирменных изделий.

Автор: Станислав Цалик, ВЛАСТЬ ДЕНЕГ

Читайте также: