Общество нетрезвости (фото)

В день получки у проходной Балтийского судостроительного завода в Петербурге не проскользнешь мимо строгих женских рядов. Это матери и жены ждут своих близких на пути с работы к банкомату и в кабак. Периметр у завода – несколько километров, и способов сбежать много – например, через грузовые ворота. Время перевалило за 17 часов, и некоторые женщины уже обсуждают, с какого заведения начать инспектирование окрестных территорий. Одна предлагает отправиться в подпольный бордель на 5-ю линию и поцарапать лица контингенту, который ближе к вечеру принимает у себя разогретых и щедрых пролетариев. Другая женщина решила сразу пойти в вытрезвитель – все равно через несколько часов туда привезут.

Холодный душ и не только

Вытрезвители создавались когда-то не для собирания штрафов с пьяниц, а для того, чтобы спасти бедолаг от неприятностей, которыми чревато алкогольное опьянение. Первый вытрезвитель открыл в 1902 году тульский врач Федор Архангельский. После Гражданской войны приюты для алкоголиков исчезли, но в тридцатые годы были возрождены. Есть легенда, что по личному распоряжению Сталина. Единственной медицинской процедурой здесь было помещение под холодный душ. А в последние годы все чаще слышишь о поборах.

– В вытрезвителе, признаюсь, бывал неоднократно, – рассказывает 44-летний водитель Василий. – Но если раньше это грозило неприятностями в виде сообщения на работу и небольшого штрафа, то сейчас сотрудники обирают пациентов до нитки. В последний раз я попал в вытрезвитель после новогодних праздников. Возвращался домой сильно навеселе, уже подошел к парадной, когда услышал сзади приказ остановиться. Увидев сотрудников милиции, я поспешил в подъезд и уже открыл ключом дверь своего жилища, когда милиционеры догнали меня, вытащили обратно на лестницу и стали заковывать в наручники. На мои крики прибежали жена и сын, спросили, в чем я провинился.

Попавших в вытрезвитель заботливо раздевают и укладывают спать

Все прочие пьяные вынуждены трезветь где придется

Милиционеры ответили, что отвезут меня в вытрезвитель. Я спросил, какой в этом смысл, если я уже дома, опасности ни для кого не представляю. Моя семья уговаривала милиционеров оставить меня дома, но те потащили меня в машину. Уже наученный горьким опытом, я изловчился в наручниках вытащить из куртки бумажник и бросил его на лестницу супруге. Но кошелек подобрали милиционеры и положили его обратно мне в куртку, не обращая внимания на возмущение жены. Естественно, обратно я вернулся без денег. Забрали даже кожаный ремень из брюк и сигареты.

Медвытрезвитель при Василеостровском РУВД на 17-й линии – один из старейших в Петербурге. Первых посетителей принял еще в довоенные времена, а старожилы помнят в этих стенах немало известных артистов, академиков, высоких чинов, мелькающих на телеэкранах по сей день. Нынче свои «звезды». В шесть часов вечера в палате на 25 коек – пятеро задержанных: трое спят, двое стучат в дверь и заплетающимся языком пытаются выяснить, за что их сюда забрали.

– Все – с Балтийского завода, – поясняет начальник Василеостровского вытрезвителя Владимир Иванов. – Сегодня там зарплата. До вечера почти наверняка доставят еще столько же «балтийцев». Завтра будет спокойный день, а послезавтра зарплата на заводе имени Калинина – будет та же история.

Пьянством грешат, главным образом, простые работяги и бомжи. Для последних в вытрезвителе существует отдельная камера, чтобы оградить остальной контингент от вшей и вирусных болезней. Через зарешеченное оконце «бомжатника» постоянно несется мат и требования выпустить покурить. Но в вытрезвителе курить запрещают, потому что никотин усиливает действие алкоголя, и протрезвевший было клиент снова возвращается в первоначальное состояние.

«Я тебя найду!» – завывает один из страждущих. Иванов никак не реагирует. Привык.

– Самая распространенная ситуация, – рассказывает наш собеседник, – это когда с утра протрезвевший гуляка орет дурным голосом: «У меня был с собой портфель! Немедленно отдайте! Я буду жаловаться!» Какое-то время он портит нервы окружающим, переводит бумагу на жалобы, а потом выясняется, что портфель он оставил дома (или отдал другу), но сего факта не помнит. Радует в этой ситуации только одно: еще сохранились люди, которые, поняв свою неправоту, звонят и извиняются.

При нас регистрировали очередного пьяного. Лысоватый дядечка с выпирающим из-под задравшейся футболки животом и в перепачканной грязью куртке беспомощно возлежит на топчане в дежурке.

– Вы понимаете, где вы? – спрашивает его сотрудник.

– А где я?

– Вы помните, кто вы?

– А кто я?

В год через районный вытрезвитель про ходит около пяти тысяч человек. Почти поло-вина из них не в состоянии самостоятельно раздеться, и это приходится делать сотруд-никам вытрезвителя. Последние ежедневно видят людей, потерявших человеческий облик, слышат оскорбления в свой адрес. Иногда им достается от буйных.

Заработная плата сотрудников вытрезвителей – 7-8 тысяч рублей. Закон над ними пос-меивается. Например, согласно «Положению о медицинских вытрезвителях» от 1970 года пациент должен быть доставлен домой, если он в состоянии сообщить свой адрес! Сегодня административно задержанный имеет право на телефонный звонок. В варианте с вытрезвителем пьяный может, например, сообщить домочадцам, что его похитила мафия, и люди не будут спать всю ночь.

Не так давно в вытрезвителе сломалась единственная «хмелеуборочная» машина. За те два дня, что ее чинили, число тяжко избитых в районе выросло вдвое. Сильно пьяный человек, тем более прилично одетый, – легкая добыча для мелкоуголовного элемента, которого пруд-пруди на линиях Васильевского. Кроме того, гуляку может потянуть на подвиги: лезть в окно к любимой женщине, биться на кулаках с первым встречным. В дежурке Василеостровского вытрезвителя – выжженная в стене дыра величиной с кулак. Рассказывают, что одного пьяного невнимательно обыскали перед доставкой сюда, и он, уже в помещении, отметил «новоселье» запуском осветительной ракеты.

На глазок

Медицина считает, что содержание алкоголя в крови от 0,5 грамма на литр (промилле) соответствует легкой степени опьянения, 1-3 промилле – средней, 3-5 промилле – тяжелой. Концентрация свыше пяти промилле считается смертельной. Но все эти нормы в законодательстве не закреплены, трубок контроля трезвости в вытрезвителях нет. Конечно, если вы не выпили ни грамма, вы можете при выходе из вытрезвителя отказаться подписывать протокол. Тогда сотрудник будет обязан отправить вас на экспертизу, где по совокупности признаков (поведение, походка, речь и содержание алкоголя) будет вынесено заключение. Но совершенно трезвых людей в вытрезвитель редко забирают, поэтому заключение, скорее всего, будет не в вашу пользу.

Даже если вы проверили принятое у вас имущество по описи, наутро вам все равно могут вернуть не все вещи, предъявив новую опись. И снова вы ничего не докажете. Но чем меньше вы будете буянить, тем быстрее выйдете из учреждения: сотрудники вытрез-вителя могут по своему усмотрению держать вас от 3 до 12 часов. Если вы их особо «достанете», они могут привлечь вас к административной ответственности, например, за мелкое хулиганство, и отправить в суд.

Если же вас избили или обокрали в вытрезвителе, ни один адвокат не возьмется доказать, что произошло это именно в стенах учреждения. По закону, в вытрезвителе вас могут связать («фиксировать») в случае буйства, но обязаны снять путы через два часа. В любом случае вы не докажете, что вас связали беспричинно и продержали в зафиксированном состоянии не два, а пять часов. И самое главное: степень вашего опьянения устанавливает не беспристрастная экспертиза, а дежурный сержант с фельдшером – «на глазок».

Неудивительно, что некоторые сотрудники вытрезвителей пользуются ситуацией в корыстных целях. В МВД признают, что, бывает, в вытрезвителях воруют, но, говорят, масштаб преступлений преувеличен. За год на все петербургские вытрезвители подано чуть более полусотни жалоб, из которых прокурорская проверка не подтвердила ни одной. И хотя жалуется лишь один человек из тысячи, каждая жалоба фиксируется и раз-бирается. Иванов говорит, что если на одного и того же сотрудника постоянно жалуются – это повод для подозрений, а как только они перерастут в уверенность, с таким коллегой стараются расстаться. Ни один начальник вытрезвителя не захочет неприятностей из-за вора под своим крылом. Таким образом, система не позволяет поставить воровство на поток.

Водка – женского рода

Число вытрезвителей в Петербурге в последние годы сократилось до 13, но это все равно больше, чем в Москве или любом другом российском городе. Зато недавно закрыли единственный в городе женский медвытрезвитель на Дровяной улице, который ежегодно принимал около трех тысяч загулявших фурий. В восьмидесятые годы их было в два-три раза меньше. Тенденции женского алкоголизма в городе угрожающие: 60–70 процентов клиенток попадали сюда не один раз. Тем не менее власти решили, что наличие подобного учреждения не к лицу культурной столице. Сейчас перебравших барышень развозят по отделениям милиции на радость коротающим дежурство сотрудникам.

Мы посетили вытрезвитель на Дровяной улице, когда уже было известно о его скором закрытии. В учреждении мне рассказали, что веселых историй здесь не так много, потому что простой человек даже не в состоянии себе представить, до какого состояния доходят настоящие алкоголички.

– В палате все голые женщины под белыми простынями равны: от преуспевающих коммерсанток до бомжих, – повествует одна из сотрудниц вытрезвителя. – Самая распространенная категория – работницы торговли. Час-пик – шесть вечера, когда доходят до кондиции те, кто начинает пить с утра. Одну пьяную дамочку прохожие выну-ли из мусорного бачка. Она искала там закуску и громко выкрикивала формулу…

этилового спирта. Оказалось, в прошлом была кандидатом химических наук. Когда ее уволили по сокращению штатов, устроилась менеджером по продаже инкрустированных гробов. Товар шел нарасхват, и регулярно было что отмечать. Другая наша постоянная клиентка мучилась около открытого канализационного люка. Свесив ноги в отверстие, требовала, чтобы люк налил ей «стопарик».

Успокоилась только в вытрезвителе за решеткой, где очень скоро нашла понимающую собеседницу.

Как утверждают работницы вытрезвителя, все чаще к ним попадают психически нездо-ровые молодые женщины. Например, одна недавняя школьница, напившись у магазина, изображала собаку: ползала на четвереньках, выла и лязгала зубами.

Как правило, если женщины пьют, то забывают закусывать. Однажды сотрудники мили-ции вытащили из подвала оборванную бомжиху и изъяли у нее из рук задушенную крысу. Ночью из комнаты, где «клиентки» отсыпаются, раздалось чавканье. Оказалось, бомжиха отобрала у местного кота миску и с жадностью стала есть кошачью похлебку. Самого кота тут же убрали, от греха подальше.

– Бывает и вполне приличных дам привозят, – делится воспоминаниями сотрудница. – Однажды привезли трех сорокалетних бухгалтерш, которые по пути от дежурной машины до топчана оставляли густой шлейф купюр. Одна из них тупо на нас смотрела и пыталась спрятать золотые украшения в трусики. А утром эта дама потребовала кви-танцию об оплате штрафа: «А как я перед мужем отчитаюсь, где ночь провела?»

Почти каждый день у дверей вытрезвителя собирается цветастая компания мужчин разных возрастов, национальностей и степеней опьянения. Объединяет их желание вер-нуть своих подруг в лоно семьи. Некоторые пары синхронно попадают в вытрезвители, а потом ищут друг друга. Бывают случаи, когда жена не торопится уходить из вытрезвителя, боясь встречи с мужем. А самые послушные клиентки – бомжихи и бывшие уголовницы.

Чтобы работать в вытрезвителе, женщины-милиционеры должны быть хорошо подготов-лены физически. Особенно опасны молодые девушки. Есть персонажи, которые употребляют наркотики и запивают их водкой. Эта «гремучая смесь» вызывает страшную агрессию. Летят в клочья не только простыни и форма сотрудниц вытрезвителя. В момент «ломки» самое хрупкое создание способно сломать кровать и вышибить дверь.

Развлечения ради сотрудницы записывают фразы своих постоялиц в толстую тетрадь в клеточку: «Где вы прописаны? – Врать не буду, прописана здесь». «У вас на теле есть татуировки? – Пойдем ко мне домой, покажу! Дома есть». «С кем живете? – Со всеми».

Все это было бы смешно, когда бы не было так грустно, как сказал поэт по поводу, правда, совершенно другой ситуации. Лермонтов, как известно, не пил.

Денис ТЕРЕНТЬЕВ, Мария ШЕНДЕЛЬ, Санкт-Петербург, «Совершенно секретно»

Читайте также: