Европа: новый Исход

В первой половине 20-го века трудные времена вынудили покинуть родину и направиться в Северную Америку миллионы итальянцев, ирландцев, греков. Сегодня все повторяется: – молодые европейцы покидают родину из-за сомнительных перспектив у себя на работе, и ищут удачи за рубежом.

 Эта новая волна миграции отличается от предыдущих. На этот раз Европу покидают люди с хорошим образованием и квалифицированные работники.

В Испании, где уровень безработицы среди молодежи достиг 45%, многие из тех, кто ищет работу, вынуждены смириться с низкой зарплатой (таких здесь зовут «мильеуристас», поскольку их зарплата составляет всего тысячу евро, от испанского miles de euros – тысяча евро).

Те, кто решает уехать за границу, чтобы найти работу, прежде всего, едут в Германию и Британию, чьи экономики относительно благополучны. Однако некоторые едут дальше. Дубай, Бразилия, США, это только некоторые из стран, которые выбирают трудовые эмигранты. Как следствие, одна только Испания лишится в ближайшее десятилетие, по моим расчетам, более 500 тысяч человек, и в страну въедет меньше людей, чем из нее уедут. И хотя эти цифры нельзя сравнить с показателями эмиграции 1960-х (когда в поисках лучшей доли страну покинуло 1,5 миллион человек), их никак не назовешь незначительными.

Очевидно, что это явление свойственно и Греции. Молодые специалисты покидают страну в поисках работы. Некоторые покидают Афины и отправляются обратно в провинцию. В Греции, более чем где-либо, будущее выглядит мрачным, и в лучшем случае – неопределенным.

Из Европы – в Африку

Однако главное, что побудило меня написать эту статью, это случай Португалии. С ее небольшим населением и положением на краю Иберийского полуострова на нее часто не обращают внимания. Однако эта страна также переживает трудные времена – ее экономика в прошлом году сократилась на 2,8%, а безработица достигла 13,4%. В свою очередь, исход португальцев в другие страны весьма значителен. Каждый год, по официальным данным, уезжает около 70 тысяч человек.

Большинство из уехавших предпочитает бывшие колонии Португалии, такие как Бразилия и… Ангола, где уже поселилось 100 тысяч португальцев! Да, Ангола, в которой темпы экономического роста в прошлом году составили 12%, в основном благодаря нефтяной промышленности. У людей с высшим образованием зарплаты здесь выше, чем в Португалии, да и рабочие условия лучше.

В этой африканской стране условия жизни для эмигрантов из Европы довольно неплохи. Они живут на роскошных виллах, ездят на машинах с личными шоферами, имеют прислугу, и могут позволить себе веселую ночную жизнь. Даже местные «крутые» не имеют таких привилегий – ведь большинство населения страны по-прежнему живет в бедности (средняя продолжительность жизни здесь всего 40 лет), проживание обходится дорого, и к тому же свирепствует коррупция.

Жизнь в Бразилии также далека от совершенства: коррупция, насилие и бедность по-прежнему являются частью повседневной жизни бразильцев. Однако быстро развивающаяся экономика страны уже привлекла около 213 тысяч португальцев, которые выбрали Бразилию новым местом жительства, и многие тысячи тоже собираются приехать.

Есть много и других примеров «утечки мозгов» из Европы. Являясь французским иммигрантом, живущим в Канаде, я хорошо знаю, что молодые французы глубоко разочарованы своими перспективами в родной стране, и что ежегодно тысячи из них переезжают во франкоязычную провинцию Канады, Квебек. Британия также поставляет массу иммигрантов в Канаду. Тем временем Соединенные Штаты привлекают плохо оплачиваемых профессоров из Европы. Европа теряет свои умы… и продолжает терять.

Французский «брейн дрейн» в США

Как утверждает доклад независимой аналитической группы, французские ученые все чаще покидают Францию, и переезжают в США, что создает для страны риск потери квалифицированных кадров. Эта группа под названием «Institut Montaigne», выяснила, что ученые составляют гораздо больший процент среди французских эмигрантов в Соединенных Штатах, чем это было 30 лет назад. Как выяснилось, между 1971 и 1980-м люди с учеными степенями составляли всего 8% французских эмигрантов. Между 1996 и 2007 годом эта цифра повысилась до 27 процентов.

«Увеличение числа французских ученых, эмигрирующих в Соединенные Штаты, это новое и тревожное явление», говорится в докладе под названием «Уехавшие в поисках лучшей доли? Французские экспатрианты с высшим образованием в США». Из числа 2745 французских граждан, получивших в США ученую степень с 1985 по 2008 год, около 70% остались в Соединенных Штатах, говорится в исследовании.

Хотя количество французских ученых, уезжающих в США, относительно невелико, однако исход самых талантливых представителей ученого мира вполне может повредить экономике страны, говорится в докладе.

«Те, кто покидает Францию это самые лучшие, самые плодотворные и наиболее известные ученые», говорится в докладе, в котором рассматривается около сотни французских исследователей и профессоров, работавших в лучших французских университетах и вузах.

Многие французские биологи и экономисты уже оказались в Соединенных Штатах. По данным исследования, проведенного в 2007 году «École des Mines», четыре из шести лучших французских экономистов уже уехали в Соединенные Штаты.

«Биология и экономика во Франции находятся в загоне», сказал Томас Филиппон, французский экономист, который с 2003 года преподает в бизнес-школе университета Нью-Йорка. И его словам есть подтверждение. Двое самых известных французских экономистов преподают в Массачусетском Технологическом Институте, и получили здесь свои ученые степени. Один, Оливье Бланшар, также является главным экономистом в Международном Валютном Фонде. Другой, Эстер Дюфло, в этом году получила медаль имени Джона Бейтса, одну из самых престижных наград в научном мире.

Европейские трудовые мигранты в США

Европейцы, живущие в США, явно выделяются среди остальных эмигрантов – они имеют лучшее образование, зарабатывают больше других, лучше устраиваются, да и более предприимчивы, чем их американские или европейские коллеги. И если лучшие представители Европы ныне живут в Америке, то для Старого Света это плохая новость – его перспективы выглядят неблестяще.

После 1995 года Америка развивалась быстрее, чем страны Европы, имея при этом меньший уровень безработицы. К этому надо добавить опасения по поводу старения населения Европы, его консерватизм и неготовность принять технологические изменения, налоговое бремя, а также проблемы с дерегуляцией рынка труда.

Особую обеспокоенность вызывает утрата Европой своих самых талантливых работников, уезжающих в Штаты. Можно рассказать сколько угодно историй успеха, достигнутого европейскими эмигрантами, осевшими в Силиконовой долине, или успеха на научном поприще. Европейские политики и бизнесмены жалуются, что они не могут конкурировать с американцами из-за налогов и законодательных ограничений.

Люди, считающие что «утечка умов» это не значительная проблема, доказывают, что по отношению ко всей массе населения за границу отправляется весьма незначительная часть, и что это практически ничего не значит для экономики. Более того, во многих европейских странах отток квалифицированных кадров компенсируется их притоком. Однако даже беглый взгляд на проблему знающим человеком, взгляд изнутри, открывает то, что приток специалистов извне компенсирует только количественные, но не качественные потери, ведь уезжают лучшие кадры. К примеру, из Франции уехала половина лучших экономистов.

Более того, хотя масштаб проблемы очень трудно оценить и представить в полной мере, эта проблема становится еще более важной, если взять во внимание научный вклад уехавших экономистов, важность их публикаций. Таким образом, даже потеря всего 2%, но самых лучших специалистов никак не покажется незначительной, а может оказаться и критически важной, если учесть, что именно эти 2% были важнейшими новаторами в своей сфере.

В действительности, мы имеем все свидетельства, что «утечка умов» имеет сложную, фрактальную природу. Так, считается, что лучшие специалисты более мобильны и больше склонны к эмиграции, по сравнению со всеми остальным населением в целом. Однако «брейн дрейн» покажется куда более суровым и масштабным, если рассматривать четко определенные слои общества.

То есть, если сравнить бакалавров и обладателей ученой степени доктора наук, то среди вторых «брейн дрейн» заметно сильнее. И хотя выделить из прослойки докторов некий высший слой лучших ученых довольно трудно, у нас есть основания думать, что опасения по поводу затухания экономического роста и технологического обновления из-за оттока лучших кадров отнюдь не беспочвенны.

Демография эмиграции

По данным переписи населения США по гражданам трудоспособного возраста (25-64 года), уроженцев 6 стран Европы, макроэкономический эффект «брейн дрейна» не очень велик, но его и не назовешь незначительным.

Сравнение между двумя переписями показало, что скорость «утечки умов» увеличилась (хотя и не очень сильно) изо всех стран, за исключением Италии. Это говорит о завершении фазы эмиграции низкоквалифицированных работников из Италии в Штаты.

Что касается занятости, то выходцы из Европы, оказавшись в Штатах, лучше устраиваются на работе – уровень безработицы среди них ниже, чем в среднем по стране, и значительно выше, чем у них на родине. Для женщин здесь немного другая картина – уровень безработицы среди них ниже, чем у них на родине, хотя и несколько выше, чем в среднем по Штатам.

Эти данные не удивительны: те, у кого нет хороших перспектив трудоустройства в США, как правило, туда и не едут. Однако, это также говорит и о востребованности экспатриантов на рынке труда Америки, и о влиянии «утечки умов» на ВВП страны.

Уровень образования среди эмигрантов из Европы также заметно выше среднего по Америке и среднего уровня в их родных странах. Например, в 2000 году 56% уроженцев Франции, живших в США, имели высшее образование; во Франции таковых всего 2%. Что особо интересно, уровень образования экспатриантов, похоже, со временем становится выше, причем с темпами, превышающими темпы улучшения образования в их родной стране.

Все это говорит о том, что за границу выезжают самые образованные люди, и лучшие работники. Причем склонность к эмиграции увеличивается, по мере того, как повышается образование и квалификация работника. Так, процент эмигрантов с учеными степенями в 2-6 раз выше, чем в среднем по США. Европейцы также больше зарабатывают, чем их коллеги в Соединенных Штатах. В среднем их зарплата выше на 2-16%.

Поскольку выезжать или не выезжать за рубеж – это каждый решает сам, и среди эмигрантов немало крайних индивидуалистов, встает вопрос – сколько среди трудовых мигрантов предпринимателей? Если по США их 8-9%, то среди выходцев из Европы их в Америке 10-14%.

Таким образом, доля предпринимателей среди европейских эмигрантов тоже несколько выше среднего, и она не снижается. Глобальный Мониторинг Предпринимательства также приводит данные, что доля бизнесменов среди европейских эмигрантов в США в полтора раза выше, чем в среднем по Америке. Если отнестись к этим данным серьезно, тогда окажется, что европейские экспатрианты почти вдвое более предприимчивы, чем их соотечественники, оставшиеся на родине.

В заключение

Все говорит о том, что образование и квалификация экспатриантов гораздо лучше, чем у остальной массы населения их родных стран. О том, насколько они лучше – об этом можно спорить, поскольку общее число трудовых мигрантов из европейских стран в Америку оценивается в 0,5-1% населения.

Если оценивать суммарный экономический эффект трудовой миграции на экономику, тогда можно предположить, что «утечка умов» приводит к некоторому увеличению неравенства в распределении доходов в их родных странах: средняя зарплата оставшихся на родине квалифицированных работников возрастает примерно на 2-3%, а подушный ВВП снижается на 0,5-0,7%.

С другой стороны, нужно принять во внимание, что трудовой вклад это не просто сумма равноценных усилий, и что очень талантливые люди крайне важны для развития технологий, предпринимательства, и в сфере управления. Тогда окажется, что потеря лучших умов и рук более драматична, причем этот ущерб трудно оценить должным образом.

С моей личной точки зрения, пропорция европейцев, которые являются действительно ценными умами и выехали в США по отношению к тем, кто остался, примерно 50 на 50. Для Европы это огромная потеря, которая, в принципе, имеет серьезные последствия для будущего Европы – и хотя такая оценка остается спорной, есть немало свидетельств, что она верна.

Автор: Р.Флави Перевод А.Маклакова. Диалог

Источники: http://www.defiantimagination.com/

http://www.voxeu.org

http://www.nytimes.com/Читать целиком:http://dialogs.org.ua/ru/cross/page27793.html

Читайте также: