Ползучий террор. Исламский радикализм перебирается с Северного Кавказа в Поволжье

Татарстан и Башкирия находятся на особом счету у сил международного терроризма. Радикальное исламистское террористическое подполье для этих республик – такая же данность, как и существование традиционного ислама. А рецептов борьбы с идеологическими бомбами, заложенными в головы неокрепшей молодёжи, пока не существует.

Исламский радикализм медленно, но верно переползает из республик Северного Кавказа в Поволжье и далее на восток России. Террористов-мусульман, среди которых немало этнических русских, правоохранительные органы ухитряются находить даже в Сибири и на Дальнем Востоке – пока, правда, как нечто экзотическое.

Явление ширится, прирастая недовольными всех мастей, криминальным элементом и даже представителями самой власти, стремящимися рассовать снесённые яйца благополучия по разным корзинкам. Среди недавно застреленных при задержании башкирских радикальных исламистов были чиновник городской администрации, два милиционера, два уголовника-рецидивиста и студент-недоучка, вчерашний неформал – пёстрая публика подобралась в рядах исламского террористического подполья.

Оценить возможные последствия воздействия инфекции под названием «исламский радикализм» нашему обществу ещё предстоит, пока же мы можем, не делая далеко идущих выводов, рассказать о том, что происходит сегодня. Корреспондент «Нашей Версии» получил шокирующие данные о разгуле исламского экстремизма в, казалось бы, далёком от Дагестана и Чечни Поволжье.

Недавно в Татарстане и Башкирии чуть было не разразился крупный скандал. Новые власти сумели его замять, списав на прежнее руководство, отправленное на почётную пенсию. Вдруг выяснилось, что в республиках вовсю действуют шариатские суды, как в мятежной Чечне середины 90-х. Незаконные судебные инстанции функционировали под маской различных внешне безобидных неправительственных структур, а их представители выезжали в Турцию и Саудовскую Аравию, где тесно общались с руководством радикальных исламских организаций.

Ещё немного, и местным властям пришлось бы встать перед выбором: либо узаконить деятельность судов шариата, либо принять самозваных судей на работу в соответствующие государственные структуры. Скандал в итоге замяли, а судей-общественников разогнали, соблюдя видимость наведения порядка. Тем временем у местных правоохранителей появились другие проблемы, посерьёзнее.

Международные террористы уже объявили «башкирских партизан» своими братьями, а их преступления – местью «оккупационным властям» «Великого исламского халифата» на территории Поволжья. «Салафитская идеология (в переводе с арабского «салафи» – «чистый», так предпочитают именовать себя ваххабиты. – Ред.) проникла на территорию Поволжья давно, но прежние власти усиленно делали вид, что угрозы она не представляет…

17 августа на территории Архангельского района Башкирии сотрудники ФСБ и МВД России провели совместную спецоперацию, в ходе которой были ликвидированы шесть террористов, а ещё несколько их сообщников захвачены живыми. Сколько именно участников бандформирования удалось задержать – не уточнялось, по слухам, несколько десятков человек. Все они подозреваются в совершении преступлений и планировании терактов на территории республики. В лагере боевиков – а это был именно лагерь, в котором могли одновременно проживать по меньшей мере две сотни человек, обнаружен склад боеприпасов и арсенал огнестрельного оружия. Там же нашлись и россыпи радикальной исламской литературы – что характерно, на русском языке.

Всю информацию об инциденте 17 августа немедленно засекретили, и пресса о нём узнала лишь три дня спустя. Да и сообщили нам, собственно, всего ничего, по крайней мере официально. Зато неофициально удалось узнать много занятного и одновременно шокирующего. Оказывается, ещё полгода назад башкирские правоохранители считали, что раздавили местную террористическую сеть раз и навсегда.

В марте этого года на территории Альшеевского района республики уже проводилась масштабная спецоперация по пресечению деятельности международной группы членов религиозно-экстремистского бандподполья. Те занимались похищением людей и разбойными нападениями с целью получения материальных средств для последующего финансирования аналогичных бандгрупп в Северо-Кавказском регионе.

Тогда местные правоохранители даже создали единый оперативный штаб по аналогии со своими кавказскими коллегами – шаг доселе беспрецедентный. Итогом спецоперации стал захват 30 марта в Челябинской области уроженца Ингушетии Башира Плиева по кличке Эмир Башкирский, которого считали организатором и духовным лидером бандитского подполья в Башкирии и Татарстане. Его подельнику, Владимиру Тураеву, возглавлявшему боевое крыло группировки, удалось бежать. Другого соратника Плиева, Александра Яшина, нашли в больнице, куда он с огнестрельными ранениями обратился за помощью.

Первые допросы Плиева и его подельников повергли правоохранителей в шок. Настолько глубокий, что прессу, а заодно и граждан решили оставить в неведении: меньше знаешь – крепче спишь. Помимо того, что задержанные бандиты провели диверсию на трассе магистрального газопровода высокого давления в Бирском районе Башкирии, за ними числился ещё ряд других громких преступлений, считавшихся нераскрытыми. Впечатляла география: террористы успели отметиться в добром десятке республик и областей Поволжья! Какой же должна быть численность организации, одновременно проводящей акции в Башкирии, Калмыкии и Пермском крае? И кто мог руководить такой махиной: ведь ясно, что одному человеку это было бы просто не под силу.

Правоохранители хранили молчание четыре месяца, и лишь в конце июля руководитель Следственного управления СКП по Пермскому краю Марина Заббарова пролила немного света на тёмную историю с пленением группы Плиева. Оказывается, плиевская группировка была не самостоятельной, как думали правоохранители, а подчинялась указаниям единого центра, расположенного… в Сургуте! Глубоко же окопалось террористическое подполье…

Родственники подозреваемых подтвердили, что молодые люди из группы Плиева – Тураева действительно частенько бывали в Сургуте, якобы ездили туда на заработки. Одновременно сделал официальное заявление муфтий духовного управления мусульман Ханты-Мансийского автономного округа Тагир Хазрат Саматов: он подтвердил местному агентству СИА-пресс существование в Сургуте подпольного радикального течения: «Года два назад ваххабиты пытались пропагандировать в сургутской мечети своё учение, но мы этого не допустили. Но где сейчас эти люди, мы не знаем, мы же не дублируем функции правоохранительных органов и не следим за потенциальными террористами…»

В общем, Плиева с сообщниками задержали, но террористическое подполье не ликвидировали. 12 июня некие безымянные на тот момент террористы совершили нападение на пост ДПС в Пермском крае (украденный там автомат Калашникова позже обнаружат в лагере боевиков в Архангельском районе Башкирии), а три недели спустя – новый теракт на газопроводе в Башкирии. Атака поста ДПС «Ирень» произошла на 154-м километре трассы Пермь – Екатеринбург, в третьем часу пополуночи. К месту отдыха сотрудников ГИБДД близ Суксуна подъехала машина, из которой выскочили пятеро в масках и камуфляже. Бандиты открыли огонь по милицейской легковушке, убив наповал сотрудника ГИБДД.

Преступники подожгли авто, а в это время коллеги убитого услышали шум и выбежали на улицу. Завязалась перестрелка. Бандитам удалось прорваться в здание поста и завладеть автоматом Калашникова и пистолетом ПМ, а трём милиционерам – забаррикадироваться на втором этаже. Из четырёх милиционеров один был убит, ещё один – ранен. Преступники скрылись на автомашине ВАЗ-21140 тёмно-зелёного цвета. В воздух тут же поднялся вертолёт, местность прочёсывали сотрудники милиции с собаками, но по горячим следам задержать никого не удалось.

Вторым преступлением этой же террористической группы стало минирование магистрального газопровода высокого давления Челябинск – Петровск в Бирском районе Башкирии. Самодельная бомба мощностью 5 килограммов в тротиловом эквиваленте (взрывчатка и детонаторы в пластиковой канистре) была обнаружена 4 июля под трубой газопровода. Устройство обезвредили, а правоохранители устроили рядом с закладкой засаду. Через пару дней боевики вернулись на место, завязалась перестрелка, но террористам удалось скрыться и на этот раз. После этого за розыск банды взялось спецподразделение «Альфа».

Правительство Пермского края предлагает 1 млн рублей за информацию о террористах. Ставки растут, и сумма увеличивается до 5 млн, но преступников отыскать не удаётся. Министр общественной безопасности Пермского края Игорь Орлов обещает удвоить сумму вознаграждения, и тогда кое-что начинает проясняться. Неделю спустя сотрудники краевого ГУВД публикуют разыскные ориентировки на подозреваемых в нападении на пост ДПС в Суксунском районе: Нафиса Шаймухаметова, Ильшата Шафиева и Ирека Гайнуллина. Вот что значит вознаграждение в таком тонком вопросе, как поимка террористов: удаётся получить даже особые приметы – шрам от операции по удалению аппендицита у Шаймухаметова и 5-сантиметровое родимое пятно на левой ягодице у Шафиева.

Тем временем выяснилось, что задержанные ещё в марте башкирские экстремисты работали на местный филиал «Аль-Каиды» – организация называлась «Уйгуро-Булгарский джамаат». Двое ранее обезвреженных её членов, Рустем Зайнагутдинов и Павел Дорохов, готовили масштабные теракты на территории республики.

В их планах значились, например, выведение из строя станции водозабора «Салаватводоканала» и хранилища жидкого аммиака на предприятии «Салаватнефтеоргсинтез». Террористы намеревались захватить отдел ФСБ Салавата и совершить нападение на передвижной пункт ГИБДД, чтобы завладеть оружием. Зайнагутдинова судили, дали 15 лет. Дорохова, оказавшего сопротивление работникам правоохранительных органов, расстреляли на пороге его дома при попытке провести обыск. Оба террориста были религиозными фанатиками, как и все члены банды Плиева.

Члены организации исповедовали идеологию «Ат-такфир уа-ль-хиджра» («Переселение для борьбы с неверными»). Это одно из самых радикальных направлений в исламе, пропагандирует партизанскую войну – действуют его приспешники точечно и небольшими группами. Зайнагутдинов, Плиев и Яшин рассказали немало такого, что не оставило сомнений: правоохранителям придётся проводить новую спецоперацию, и, вероятно, не одну.

Боевиков брали ранним утром 17 августа: в лагере неподалёку от деревни Кургаш их находилось как минимум два десятка, в том числе 32-летний Нафис Шаймухаметов, 28-летний Ирек Гайнуллин и 23-летний Ильшат Шафиев, засветившиеся в нападениях на пост ДПС и трубопровод. Стоянку бандитов обнаружили участковые милиционеры, получив «сигнал» от местного населения. В пять утра диверсанты совершили намаз и отправились спать, выставив часового, а через два часа их лагерь окружили спецназовцы. Террористам предложили сдаться, те ответили огнём из автоматов, и в итоге отстреливавшихся боевиков ликвидировали из гранатомётов – слишком велика была опасность, что террористы уйдут в деревню и захватят заложников.

Но и на этом история не заканчивается, отнюдь. Ниточка, потянувшаяся за башкирскими террористами, привела в соседний Татарстан. И неожиданно всплыло дело трёхлетней давности. В августе 2008 года Верховный суд Татарстана приговорил к 17 и 12 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима двух участников террористической организации «Исламский джамаат» Вильсура Хайруллина и Рауфа Зиннурова.

Ещё два участника организации, Саид-Мохмад Дангаев (уроженец Чечни) и Лема Атуев (уроженец Алма-Атинской области), приговорены к трём с половиной годам колонии общего режима. Следствие установило, что за осуждёнными тянется целый шлейф разнообразных преступлений. На их счету подрывы линий электропередачи и газораспределительных станций, посредничество между членами организованных преступных группировок Поволжья и чеченскими бандформированиями, покупка в республиках Северного Кавказа оружия и взрывчатки, а также подготовка серии терактов накануне празднования 1000-летия Казани. В 2004–2005 годах преступники орудовали на территории Татарстана, а также в Кировской и Ульяновской областях и Башкирии.

Тогда исламские радикалы пошли под суд, но своих многочисленных подельников не сдали. Теперь они, по нашей информации, дают новые показания. В них фигурируют умопомрачительные факты: тысячи боевиков – членов организации по всей России, миллионы долларов финансовой помощи от организованной преступности Дагестана, Самары и Тольятти, сотни тысяч долларов зарубежных подачек, связь с одиозным Хож-Ахмедом Нухаевым, финансистом чеченского сепаратизма, бежавшим в Турцию и считающимся организатором ряда громких преступлений, в частности убийства в Москве американского журналиста Пола Хлебникова.

Центры исламских террористов отыскались не только в Сургуте и Тюмени, но даже на Дальнем Востоке. По итогам допросов татарских и башкирских боевиков в начале августа во Владивостоке была ликвидирована группировка местных радикальных исламистов. Милиционеры изъяли взрывные устройства, оружие, религиозную литературу. Два участника банды сегодня под следствием, ещё несколько человек в розыске. Среди них – милиционер, бизнесмен и два бывших чиновника. К слову, среди задержанных башкирских исламистов также были милиционеры, бывший сотрудник прокуратуры и бывшие чиновники городской администрации.

Международные террористы уже объявили «башкирских партизан» своими братьями, а их преступления – местью «оккупационным властям» «Великого исламского халифата» на территории Поволжья. «Салафитская идеология (в переводе с арабского «салафи» – «чистый», так предпочитают именовать себя ваххабиты. – Ред.) проникла на территорию Поволжья давно, но прежние власти усиленно делали вид, что угрозы она не представляет, – пояснил корреспонденту «Нашей Версии» первый зампред думского Комитета по безопасности Михаил Гришанков.

– Те, кто разделяет салафитскую идеологию, согласно своей вере обязаны вести вооружённый джихад. Боевая программа идеолога ваххабизма Абу Мусаба ас-Сури гласит, что «терроризм является одной из важных обязанностей любого мусульманина», так как «территория ислама находится в положении оккупации, агрессии и завоевания врагами».

Врагами объявляются все: единоверцы, не поддерживающие экстремистских идей и сотрудничающие с «неверными» – представителями федеральных властей, религиозные деятели, журналисты, политики. Методы борьбы – мелкие и крупные диверсии, расшатывание устоев власти. Молодёжь клюёт на романтику, чувствует себя при этом чуть ли не богоизбранной. Чтобы хоть как-то противостоять угрозе, необходимо единство действий правоохранительных органов, школ, учебных заведений и общественных организаций – такого единства на сегодняшний день нет». А значит, угрозу обществу пока не устранили, лишь нейтрализовали нескольких причастных к нарастанию этой угрозы».

Сложно сказать, когда и чем закончится расследование деятельности татаро-башкирского террористического подполья, где найдутся очередные базы и сколько приспешников бандитов в итоге пойдёт под суд. Следователи, как оказалось, лишь в самом начале пути. В сухом остатке – информация о том, что Северным Кавказом деятельность исламских сепаратистов, увы, не ограничивается. Зараза распространяется по Поволжью и далее, в глубь страны. Уже ни для кого не секрет, что Татарстан и Башкирия находятся на особом счету у сил международного терроризма. Приходится признать, что радикальное исламистское террористическое подполье для этих республик – такая же данность, как и существование традиционного ислама, а рецептов борьбы с идеологическими бомбами, заложенными в головы неокрепшей молодёжи, пока не существует.

Автор: Руслан Горевой, Наша версия

P.S.

Энциклопедия столичного терроризма: «Кавказский след» в Москве

1) 27 декабря 1994 года Взрыв в автобусе №33 на остановке «ВДНХ-Южная»

Теракт произошел через 16 дней после ввода федеральных войск в Чечню. Бомба была заложена на задней площадке рейсового автобуса и приведена в действие дистанционным управлением. Пострадал только водитель. В 1999 году был осужден исполнитель Владимир Воробьев. По данным следствия, чеченская преступная группировка предложила ему уплатить долг терактом.

2) 11 июня 1996 года Взрыв в вагоне поезда на перегоне метро «Тульская»–«Нагатинская» четверо погибших

До сих пор неизвестны ни заказчики, ни исполнители этого теракта. На следующий день в службу «02» позвонил аноним и заявил, что взрыв – это месть чеченцев. Этот теракт стал началом полномасштабной «транспортной войны» в Москве.

3) 11 июля 1996 года Взрыв в троллейбусе №12 на Страстном бульваре

4) 12 июля 1996 года Взрыв в троллейбусе №48 у станции метро «Алексеевская»

Взрывы произошли по одному сценарию – устройство с часовым механизмом, оставленное в «забытой сумке».

5) 27 июня 1997 года Взрыв в скором поезде «Юность» Москва – Санкт-Петербург пятеро погибших

Бомба взорвалась в руках 24-летнего торговца из Дагестана Гаджи Магомеда Халилова, когда тот пытался спрятать взрывное устройство в туалете.

6) 1 января 1998 года Взрыв в вестибюле станции метро «Третьяковская»

Утром первого дня нового года машинист в вестибюле станции обнаружил бесхозную дамскую сумочку. Открыв ее, он увидел подозрительные провода и батарейки и сразу же отнес находку дежурной по станции. Вскоре прогремел взрыв. Дежурная и две уборщицы получили легкие ранения. О результатах следствия ничего не известно.

7) 26 апреля 1999 года Взрыв в гостинице «Интурист»

8) 31 августа 1999 года Взрыв на Манежной площади в ТЦ «Охотный ряд» один погибший

Взрывом бомбы на 20-м этаже гостиницы были ранены 11 человек. Через четыре месяца взорвалась бомба, заложенная на нижнем этаже торгового центра «Охотный ряд». Погибла одна женщина, пострадали более 40 человек. Организатору-чеченцу и исполнителю-дагестанцу дали 25 и 15 лет. Материалы дела засекречены.

9) 22 июня 1999 года Бомба в здании МВД РФ на Житной улице

При разминировании бомба взорвалась, но никто не пострадал.

10) 8 сентября 1999 года Взрыв жилого дома на улице Гурьянова 100 погибших

11) 13 сентября 1999 года Взрыв жилого дома на Каширском шоссе 124 погибших

12) 13 сентября 1999 года Обнаружена взрывчатка в жилом доме на Борисовских прудах, 16/2

13) 13 сентября 1999 года Обнаружена взрывчатка в жилом доме в Капотне на улице Чагина

В сентябре в трех российских городах произошла серия взрывов жилых домов: в Буйнакске погибли 64 и были ранены 146 человек, в Волгодонске погибли 19 и более 1000 были признаны пострадавшими. В Москве были взорваны дома на улице Гурьянова и на Каширском шоссе. Взрыв еще двух домов в Москве – на Борисовских прудах и в Капотне – удалось предотвратить. В организации терактов был обвинен Ачимез Гочияев, который до сих пор находится в розыске.

14) 8 августа 2000 года Взрыв в подземном переходе на Пушкинской площади 13 погибших

Виновными в разное время назывались Ачимез Гочияев, а также Арби или Мовсар Бараевы. В 2006 году расследование было приостановлено.

15) 5 февраля 2001 года Взрыв на станции метро «Белорусская»

Побывавший на месте происшествия мэр Москвы Юрий Лужков сказал, что это «однозначно теракт», однако никакой информации о ходе и итогах расследования нет.

16) 19 октября 2002 года Взрыв у «Макдоналдса» на улице Покрышкина один погибший

17) 19 октября 2002 года Заминированный автомобиль у Концертного зала им. Чайковского

18) 23 октября 2002 года Несостоявшиеся взрывы смертниц на Пушкинской площади

19) 23-26 октября 2002 года Захват заложников на Дубровке 130 погибших

Захват заложников в Театральном центре должен был стать кульминацией серии терактов в Москве (см. №№16, 17, 18). Террористов, по официальным данным, было 41 человек. Их застрелили. 19 из них были женщины. Погибли 130 заложников. Участники захвата прибыли в Москву несколькими группами на автобусах из Махачкалы, Хасавюрта, Шали. 21 октября у них был общий сбор в Лужниках – там, куда прибывают междугородние автобусы.

20) 5 июля 2003 года Взрыв на рок-фестивале «Крылья» в Тушине 14 погибших

21) 9 июля 2003 года Арест на 1-й Тверской-Ямской Заремы Мужахоевой один погибший

На рок-фестивале «Крылья» взорвались две смертницы с интервалом в 12 минут. Обе – родственницы убитых боевиков. У одной из них нашли авиабилет Тбилиси–Москва, но потом установили, что она прилетела в столицу из Ингушетии накануне теракта и ночевала в подмосковном Толстопальцеве. Там же вместе с обеими «тушинскими террористками» находилась и 24-летняя Зарема Мужахоева, прилетевшая 3 июля из Ингушетии во Внуково. Она должна была совершить взрыв в центре Москвы, но ее задержали, а при разминировании бомбы погиб взрывотехник ФСБ.

22) 9 декабря 2003 года Взрыв у гостиницы «Националь» шестеро погибших

Смертница – уроженка чеченского села Курчалой – 25-летняя Хедижи Мангериева, жена боевика, убитого в Чечне через три месяца после их свадьбы.

23) 6 февраля 2004 года Взрыв на перегоне метро «Автозаводская»–«Павелецкая» 42 погибших

«Живой бомбой» стал 21-летний житель Карачаево-Черкесии Анзор Ижаев, один из боевиков Шамиля Басаева. По одним данным, в Москву Ижаев приехал поездом, по другим – автобусом из Нальчика.

24) 24 августа 2004 года Взрыв на автобусной остановке на Каширском шоссе, 28-30

Четыре человека получили ранения. Дело было переквалифицировано с хулиганства на терроризм с учетом того, что шоссе ведет в Домодедово, откуда в тот же день вылетели два самолета, взорвавшиеся в воздухе (см. №№26, 27). Были составлены фотороботы мужчины и женщины, причастных к взрыву на Каширке, но их не нашли.

25) 24 августа 2004 года Взрыв самолета ТУ-134, рейс Москва – Волгоград 43 погибших

26) 24 августа 2004 года Взрыв самолета ТУ-154, рейс Москва – Сочи 46 погибших

Смертницы – 30-летняя незамужняя Амнат Нагаева и 37-летняя разведеная Сацита Джебирханова. Обе не были замечены в связях с экстремистами, но обе потеряли своих братьев.

27) 31 августа 2004 года Взрыв у станции метро «Рижская» десять погибших

Личность смертницы не установлена. Теракты совершались по заказу Басаева и Хаттаба.

28) 13 августа 2007 года Взрыв поезда «Невский экспресс» Москва – Санкт-Петербург

Пострадали 60 человек. Организатором и непосредственным исполнителем преступления считается находящийся в розыске житель Волгограда Павел Косолапов, принявший ислам и воевавший на стороне боевиков в Чечне. Заказчиком считается Доку Умаров.

29) 27 ноября 2009 года Взрыв поезда «Невский экспресс» Москва – Санкт-Петербург 28 погибших

В марте 2010 года глава ФСБ Бортников доложил президенту Медведеву о ликвидации в Чечне Саида Бурятского (Александра Тихомирова) и четырех братьев Картоевых, а также об аресте еще десяти человек. Их всех и обвинили в подрыве поезда.

30) 29 марта 2010 года Взрыв на станции метро «Лубянка» 27 погибших

31) 29 марта 2010 года Взрыв на станции метро «Парк культуры» 13 погибших

«Русский Newsweek»

Читайте также: