ПУМБ — ДАВНО УЖЕ НЕ ПЕРВЫЙ

С недавних пор в банковских кругах пополз упорный слух, что Первый Украинский международный банк скоро прикажет долго жить. На самом деле прекратить свое существование самый элитарный отечественный «кошелек» должен был еще два года назад, превратившись в филиал загадочного транснационального гиганта по имени «Fortis», поглотившего почти все финучреждения Восточной Европы. Сейчас причина другая. ПУМБ просто больше никому не нужен. У него еще есть честное имя, под которое можно заработать денег. А потом продать или обанкротить. Или обанкротить, потом продать. Тайны ПУМБа в версии «УК» выглядят следующим образом…Подготовка к отступлению

Зимой нынешнего года Первый Украинский международный банк (ПУМБ) выбыл из списка десяти крупнейших банков Украины, уступив место Брокбизнесбанку. О чем НБУ уведомил своей телеграммой прочие банковские учреждения. Событие это было встречено в украинских банкирских кругах с пониманием, в котором сквозила легкая снисходительность: такое перемещение вниз в публичной “табели о рангах” было объективной закономерностью. Журналисты объясняли это приходом в банк новых акционеров, тех, чья клановая принадлежность “распальцованному” стилю жизни вызывает закономерную неприязнь у оперативных работников МВД и СБУ старой школы.

Формально ПУМБ от “опущения” не многое утратил. Ну, покинул группу крупнейших банков с активами свыше 2-х миллиардов гривен (по новой классификации НБУ). Ну, переместился в группу крупных банков — с активами от 1 до 2 миллиардов гривен. Ведь по западным меркам, наши “крупные” и “крупнейшие” – все одно мелюзга даже в сравнении с банками той же соседней Польши. И все же потери ПУМБА ощутимы – это первый шаг к уходу в небытие.

ПУМБ для стали

История создания ПУМБа уходит корнями в те времена, когда “красный директорат” гигантов еще государственной промышленности оценил всю прелесть бесхитростного личного обогащения, извлекая сверхприбыль из экспортных контрактов. Схема была проста, но действенна. Ликвидная продукция отечественных предприятий, пользующаяся спросом в зарубежье еще с советских времен, имела низкую себестоимость. Но реализовывалась на внешних рынках по мировым ценам. С распадом Союза в 1991-м директорат крупных заводов и комбинатов имел существенную фору перед зубастым, но молодым частным бизнесом – он имел в своем распоряжении квалифицированные отделы сбыта и наработанные десятилетиями связи с международными трейдерами. Проблем со сбытом и своевременной оплатой за отгруженный товар – не имел.

Такими директорами были и директор “Азовстали” Александр Булянда, и его старый знакомый Ефим Звягильский, директор шахты им.Засядько. Именно этим двум “китам” донецкого бизнеса приписывают авторство следующей схемы. Шахта добывает высоколиквидный коксующийся уголь. Неучтенные “излишки” которого, пройдя коксохим, поступают на “Азовсталь”. Что разительно удешевляет выплавку металла. Металл отгружается на экспорт – по цене чуть ниже мировой. Часть выручки оседает на Западе на личных счетах “затейников”. Это – миллионы, десятки миллионов долларов. Единственная заковыка – финансовые схемы таковы, что доверять их “чужим” банкам – непростительная беспечность.

Создание в ноябре 1991 года директором “Азовстали” А.Буляндой и директором шахты им.Засядько Е.Звягильским Первого украинского международного банка имело целью взятие под контроль обслуживание именно экспортных контрактов меткомбината, шахты и дружественных им предприятий. Возможно, задачи, которые ставили перед собою основатели ПУМБа, были гораздо амбициознее: контролирование финансовых потоков всего металлургического Мариуполя (10% валютной выручки всего украинского экспорта и 40% экспорта черных металлов). Предпосылки для реализации столь амбициозных планов были – в июле 1993 года Е.Звягильский стал членом правительства в ранге первого вице-премьера. А с сентября того же года по июль 1994-го возглавлял правительство, пребывая в статусе “и.о.” премьер-министра. Но победа Леонида Даниловича на президентских выборах дорого обошлась Ефиму Леонидовичу; он даже был вынужден вместе с семьей скрыться в Израиле. Какие уж тут долгосрочные планы!

Но жизненные пертурбации Звягильского мало сказались на активности ПУМБа, состав респектабельных учредителей которого являлся лучшей защитой от “наездов” властей. “Азовсталь”, FortisBank (Netherlands)N.V., шахта им.А.Засядько, Азовское морское пароходство (АМП), Международная финансовая корпорация, Немецкая корпорация инвестиций и развития и ЕБРР.

И банк старательно блюл репутацию надежного финансового учреждения, наследующего лучшие образцы банковской культуры в работе с клиентами. Во всяком случае, таким представлялся имидж банка стороннему наблюдателю. Что происходило за кулисами – знали только посвященные…

Учредители “с душком”

Скандал вокруг Азовского морского пароходства, одного из учредителей ПУМБа, выплеснулся на публику во второй половине 90-х. Руководство этого арендного предприятия, львиную долю перевозок которого составляла продукция украинской металлургии, и в первую очередь – все той же “Азовстали”, было обоснованно обвинено в сокрытии за рубежом валютной выручки, неуплате налогов и разбазаривании флота. Картину этого тотального расхищения в интересах частных лиц поведал Виктор Алексеевич Дука, капитан дальнего плавания АМП, в своем письме на имя Генерального прокурора Украины. Вот лишь несколько выдержек из этого документа, красноречиво характеризующие положение дел в те годы в АМП.

“…Будучи абсолютно уверенным в излагаемых ниже фактах о постоянном и планомерном сокрытии от государства фактических доходов в иностранной валюте моим родным предприятием — АП АМП, я принял для себя однозначное решение: сообщить в прокуратуру Украины многие известные мне факты, говорящие о том, что примерно 1/3 всех доходов, которые фактически зарабатывает морской транспорт Украины, находящийся под оперативным руководством Арендного Предприятия АМП, в Украину не поступают…

Для неуязвимости своих преступных действий, но якобы для оперативной работы транспортного флота АП АМП, его руководители (начальник АМП в те годы — Бандура Анатолий Иванович — «УК») начали ускоренными темпами создавать совместные предприятия во многих странах мира /Турция, Греция, ОАЭ, Ливан, Италия, Индия, Англия, США и др./.В этих совместных предприятиях учредителями, а следовательно, и руководителями являются наши же работники АП АМП. Работа флота, во вновь созданных совместных предприятиях, а точнее работа флота АП АМП с вновь созданными совместными предприятиями, приняла следующую схему: между АП АМП и совместным предприятием заключается договор /тайм-чартер/. По подписанному сторонами чартеру, тот или иной грузовой теплоход, на определенное время и определенных условиях, юридически, переходит, временно /год или более, затем срок заново переоформляется/ под якобы оперативное руководство совместным предприятием. Однако, это совместное предприятие лично не занимается оперативной работой того или иного теплохода, который оговорен в чартере, а само находится где-то в Европе, Азии или Америке брокера, который, под определенный процент от прибыли, в свою очередь находит груз для перевозки, и непосредственно руководит оперативной работой того или иного теплохода. Все валютные средства, которые зарабатывает теплоход, перечисляются на расчетный счет совместного предприятия, которое, в свою очередь, согласно условиям основного чартера, перечисляет АП АМП строго оговоренную договором фиксированную сумму. Для примера: в настоящее время, т.е. август 1996 года, в АП АМП перечисляется 3100 американских доллара. Казалось бы, все хорошо, если бы фактическая прибыль от работы того или иного теплохода была хотя бы близка к перечисляемой в АП АМП сумме. Следовательно, на те, оставшиеся денежные средства, на расчетном счете в иностранном банке, украинское налогообложение не распространяется.

По моему глубокому убеждению, основанному на знании международного фрахтового рынка, моих личных расчетах, Украина недополучает минимум 1/3 доходов, а в некоторых рейсах и того больше, которые зарабатывает транспортный флот АП АМП, плавающий под флагом Украины и с украинским экипажем. Для сокрытия этих фактов даже от капитанов судов АП АМП, руководство АП АМП скрывает условия чартера /договора/ на ту или иную перевозку, того или иного груза, именно те разделы его/договора/, которые касаются ставок фрахта. Но чтобы “убедить” капитана в том, что договорная ставка фрахта существует и какая именно, иногда на судно приходят радиограммы, телексы или факсы с заведомо ложной информацией о величине ставки фрахта в данном рейсе /смотри прилагаемые документы/. В ложности этих преднамеренных действий можно легко убедиться после посещения любого иностранного судна в иностранном порту, который так же как и мое судно грузит тот же груз и следует в том же направлении, в тот же порт выгрузки.

Если коротко и доступно к пониманию для неспециалиста, то взаимоотношения между своим же совместным предприятием, находящимся заграницей, и АП АМП, необходимо понимать следующим образом: Арендное Предприятие АМП заключает договор на перевозку с самим собой, а для взаиморасчетов и сокрытия доходов использует иностранный банк. Для правдоподобности и четкости этой работы, фиксированные, значительно заниженные доходы в виде 3100 ам. долларов в сутки, четко и регулярно перечисляются на расчетный счет АП АМП в Первый Украинский международный банк. Тот же высокопоставленный чиновник или чиновники, которые являются учредителями или соучредителями того или иного совместного предприятия, имеют свои личные валютные счета во многих странах мира…

В марте 1995 года т/х “Крымск”, которым я в то время командовал, находился в чартере совместного украинско-ливанского предприятия /Ливан, Бейрут/. Руководитель этого предприятия от АП АМП госп. Шаповалов В.С. Судно было погружено стальной /железной/ катанкой в порту Мариуполь назначением на порт Бейрут. В предъявленных мне на подпись грузовых документах частной фирмой “Маринеко” указывалось количество груза, значительно, т.е. на 100 тонн меньше, чем показывали мои расчеты. В этих документах мною была сделана соответствующая оговорка, и по прибытию в порт Бейрут я пригласил независимых сюрьвейеров для определения фактического количества груза доставленного мною в порт Бейрут. Мои расчеты подтвердились, о чем был составлен соответствующий акт независимых сюрьвейеров. Однако, каких бы то ни было документов по возмещению Украине стоимости 97 тонн катанки, а так же стоимости за ее перевозку госп. Шаповалов В.С. оформлять не стал, а мне заявил, что дальнейшая судьба этих убытков меня не должна интересовать.

Апрель 1995 года. При стоянке т/х “Крымск” в порту Беджая /Алжир/, генеральный фрахтователь тот же, груз аналогичный. Судно после окончания выгрузки было подвержено аресту, т.к. доставленный мною груз на взгляд получателя, не соответствовал запродажному контракту. В процессе ведения переговоров и выполнения определенных, в этом случае, формальностей, я часто находился в офисе судового агента /порта Беджая/. В один из таких рабочих дней агент показал мне телекс от брокерской фирмы из Пирея /Греция/, в котором говорится о том, что этот брокер выплачивает госп. Шаповалову В.С., т.е. совместному предприятию в Бейруте, 4500 ам. долларов в сутки и поэтому он/брокер/ просит агента ускорить освобождение судна из под ареста. Эта сумма меня крайне удивила, т.к. я знал, из имеющегося у меня на судне договора /чартера/, что совместное предприятие из Бейрута в Арендное Предприятие “Азовское морское пароходство” перечисляет только 2400 ам. долларов в сутки. Поэтому, когда я лично встретил в июле месяце 1995 года госп. Шаповалова В.С. в Мариуполе, непосредственно у здания АП АМП, я задал ему эти непонятные для меня вопросы, связанные с большими расхождениями между зарабатываемыми судном средствами и перечисляемыми его фирмой на расчетный счет АП АМП. Ничего вразумительного он мне не ответил, но ясно и четко рекомендовал лично мне не вникать в эти вопросы, поменьше появляться у здания АП АМП и ни с кем не “болтать” на эту тему…

Теплоход “Комсомолец Аджарии” под моим командованием, 17 мая 1996 года, практически не получив никаких запасных частей, даже аварийного характера, а тем более бытового, снялся в рейс из порта Мариуполь в порт Варна /Болгария/, для погрузки соды в мешках, назначением на порт Элесмир /Англия/. Для сведения: до настоящего рейса я уже выполнял аналогичный рейс, с аналогичным грузом и в том же направлении, т.е. в порт Элесмир на т/х “Крымск” осенью 1994 года. Следовательно, ставку фрахта на предстоящий рейс я знал точно, т.к. в тот период еще не скрывали этих данных от капитанов, и она равнялась 81 ам.доллар за 1 тонну перевозимого груза. От руководства же АП АМП я получил ксерокопию чартера, в котором все пункты, касающиеся денежных перечислений и ставки фрахта, а также многие другие условия перевозки, в том числе и печать, были классическим образом зачеркнуты черным фломастером. Данный документ я получил в АП АМП 16 мая 1996 года. Дополнительно к этому документу я получил ксерокопии переписки относительно заключения этого контракта между АП АМП /Шахов Н.Н./ и совместным украинско-английским предприятием /Шканов И.О./, где указывается ставка фрахта на предстоящий рейс Варна-Элесмир, равная 25-ам. долларов. Возникает естественный вопрос: зачем капитану нужна предварительная переписка между двумя чиновниками, если в основном документе, на основании которого капитан судна осуществляет перевозку; самые важные пункты зачеркнуты фломастером. Ответ, в этом случае, самый простой: убедить капитана, да еще такого болтливого как я, в том, что ставка фрахта существует и она равна 25 ам. долларов за тонну перевозимого груза. И я отвечаю: Уважаемые господа! Мне не нужно доказывать или показывать ставку фрахта, т.к. я ее знаю с 1994 года и она равна 81 ам. доллар. /Все документы, подтверждающие вышеизложенное, прилагаются/. Из выполненных мною грубых расчетов следует: если бы действительно ставка фрахтам в данном рейсе была равна 25 ам. долларов, то АП АМП понесло бы сплошные убытки, равные 37249 ам. долларов. Отсюда следует, что руководители АП АМП, а также руководители совместного предприятия в Лондоне не соответствуют занимаемым должностям, т.к. весь мировой транспортный флот есть прибыльное предприятие и флот Украины не может быть исключением. Если же действительно я не ошибаюсь и ставка фрахта равна 81 ам. доллар за тонну перевозимого груза / в чем я на 100% уверен и могу это легко доказать/, то возникает естественный вопрос: где и от кого спрятаны 194199 ам. долларов? Почему эти средства не поступили на расчетный счет Первого Украинского международного банка и не были подвержены налогообложению? Это те вопросы на которые следует найти вразумительные ответы и хоть в какой-то степени помочь Украине в ее становлении. /Экономический расчет по данному рейсу прилагается/…

Очередной рейс т/х “Комсомолец Аджарии” Архангельск — Гавана. На основании экономических расчетов конструктивных величин судна, условиям договора, фактическому количеству перевезенного груза, отношением к этим вопросам руководителей АП АМП и бельгийского брокера, который выступает от имени совместного предприятия в Лондоне и многих других факторов, я, как капитан, имеющий 22-х летний опыт работы в этой должности, делаю следующие выводы:

фактическое количество перевезенного груза в данном рейсе /пиломатериал — экспортная доска/ равно 7500 мет. куб. В грузовых документах на данную партию груза значится, что груза на борту 5500 мет. куб. Из своего личного опыта и порочной практики, которая иногда существует в странах, где контроль за количеством вывозимого груза предельно ослаблен, утверждаю:

1. за 2000 мет. куб. неучтенного пиломатериала, вывезенного из России, грузоотправитель получил наличными от грузополучателя.

2. Перевозчик — совместное предприятие в Лондоне и брокер в Дании — получили наличными за перевезенные 2000 кубометров неучтенного груза от грузоотправителя или грузополучателя, в зависимости от условий договора. Посредник — частная агентирующая фирма в Архангельске — так же что-то получил, т.к. способствовал ликвидации всех вопросов, возникших у капитана в процессе погрузки. /Все имеющиеся у меня документы по этому вопросу /рейсу/ прилагаются/…

Из-за преднамеренных, незначительных отчислений валютных средств в банки Украины совместными предприятиями, находящимися заграницей, руководители АП АМП не делают качественного ремонта флота, не закупают новые суда, т.к действительно средств на счетах АП АМП нет. Система в этом случае такова: чем хуже техническое состояние флота, тем лучше для руководителей АП АМП. Почему? Когда судно находится в эксплуатации, оно имеет международные документы Регистра на право плавания, срок которых обновляется каждые 4 года, после выполнения определенных ремонтных работ заводского характера, на проведение которых требуются немалые валютные средства, судно снова эксплуатируется в течение очередных 4-х лет. Но, так как, средств нет, то руководители АП АМП подготавливают соответствующие документы правительству Украины, в которых доказывают, что судно старое, что нет средств для его ремонта и если государство не поможет средствами, то они /руководители/ в создавшейся ситуации видят только один, в этом случае, выход — продать теплоход на международном рынке, как металлолом. Да, действительно, есть страны, которые запрещают судам, имеющим возраст более 20 лет заходить в их порты. Но есть и другие страны, которые не выставляют таких требований. Именно в этих странах и продаются эти теплоходы, но не кому-нибудь, а совместному предприятию АП АМП, которое находится в этой стране, и так как практически это операция по продаже товара самому себе, то и цена товара — минимально возможная в этом случае. Следовательно, валютные средства, поступившие в банк Украины, минимальные. А от их величины, естественно, и налог для государства — минимальный. Дальнейшая судьба такого теплохода: за средства, взятые в совместном предприятии, ремонтируется судно, получает документы регистра на 4 года и спокойно эксплуатируется, принося уже прямые чистые доходы совместному предприятию, т.е. руководителям АП АМП. Такие совместные предприятия с бывшими, теперь уже, государственными судами, находятся в Турции, Ливане, ОАЭ, Индии…”

И так далее, и тому подобное… Фактически АМП стало инструментом не только контрабандного ввоза в страны назначения контрабандных объемов украинской металлопродукции, но и “отмывания” многомиллионных сумм, выведенных из металлургической отрасли ее “генералами” и металлотрейдерами. Пароходство приказало долго жить, его руководство подалось в бега, унеся с собою тайну “отмытых” миллионов. Государству же достались остатки пароходства и пухлое уголовное дело – на недолгую память…

Приватизация с петлей на шее

Саму “Азовсталь”, являющуюся фактическим соучредителем ПУМБа (через дочернюю структуру “Торговый дом “Азовсталь”) тоже стали преследовать неприятности. На лакомый кусок госсобственности с аппетитом давно поглядывали правильные “ребята”. Какое предложение они сделали директору “Азовстали” А.Булянде, чтобы не препятствовал “правильной” приватизации, знает лишь узкий круг лиц. О том, какого рода это было предложение, может лишь свидетельствовать факт обращения Булянды в Службу безопасности Украины (!) с просьбой о защите. Заместитель председателя СБУ генерал Анатолий Беляев в сложившейся ситуации честно посоветовал (!) заявителю уехать куда-нибудь от греха подальше, например, за границу. Тем более, что на слуху еще было недавнее убийство (в 1995 году) директора Алчевского (Луганская область) металлургического комбината Николая Скорохода. А мэр Мариуполя Михаил Поживанов тут же процитировал прессе слова депутата ВР Украины Евгения Щербаня, говорившего ему в присутствии губернатора Донецкой области Владимира Щербаня о девяти граммах свинца, как о способе решить любую проблему… Добившись с подачи В.Щербаня Указа президента об объединении “Азовстали” и соседнего меткомбината им.Ильича, донецкие решили исполнить этот Указ во что бы то ни стало…

С тех пор – и до самой отставки – А.Булянду и его ближайшее окружение буквально преследовал злой рок. В июле 1996-го Булянда, его жена и заместитель директора “Азовстали” по финансовым вопросам Виктор Пантелеенко ехали на “мерседесе”-320 по трассе Донецк-Мариуполь. На 28 километре, возле села Еленовка, “мерседес” попал в аварию. Автомашина перевернулась, водитель Гулеев погиб. Булянда и жена пострадали несильно (травмы бедра), их доставили в больницу Докучаевска, затем в 4-ю Мариупольскую. Разбитой головой Пантелеенко занимались нейрохирурги. Об обстоятельствах и причинах аварии нигде не сообщалось.

В феврале 1998 года В.Пантелеенко снова попадает в автокатастрофу. Гибнут два замдиректора “Азовстали”, Пантелеенко отделывается травмами (в 1997 году кандидатура “везунчика” рассматривалась в качестве замены Игоря Юшко, руководителя ПУМБа). И снова – никаких подробностей о ЧП!

31августа, на рассвете, возгорается гараж Булянды в кооперативе “Лада”, что в Орджоникидзевском районе Мариуполя. Видится неслучайным, что полыхнуло накануне переезда семьи Булянды из Мариуполя в Донецк — вся обстановка квартиры перед этим была вывезена в гараж…

Неприятности перестали преследовать директора лишь тогда, когда “Азовсталь” таки досталась жаждущим этого товарищам…

ПУМБ и фокусы Нацбанка

В биографии объекта нашего повествования есть две довольно занимательные истории, привлекшие внимание журналистов. Первая касается скандала с валютными резервами НБУ, вторая – выкупа акций у Азовского морского параходства (АМП).

24 ноября 1997 года Национальный банк Украины поручил «Credit Suisse First Boston» (Cyprus) LTD» предоставить ПУМБу кредит в $150 млн. на полгода под 5% годовых, а ПУМБ в свою очередь положил указанную сумму на депозит в Нацбанк. Это и была одна из операций «двойного учета» валютных резервов, целью которой являлся обман МВФ: упомянутые $150 млн. учитывались дважды – как депозит НБУ на Кипре и депозит ПУМБа в НБУ. Тот, кто не забыл, чем это все закончилось, напоминаем. «Дело Нацбанка» — самый резонансный из финансовых скандалов в новейшей истории Украины. Начиная с января 2000 года о нем полгода с упоением писала вся западная пресса. МВФ подтвердил факт дезинформации со стороны Нацбанка. Вследствие чего Виктор Ющенко и Владимир Стельмах 29.08.2000 послали «покаянное» письмо в МВФ и вернули $100 млн. кредита.

По «делу Нацбанка» был арестован, а затем осужден бывший зампред этого учреждения Владимир Бондарь (уголовное дело было возбуждено 15.06.2000).Ему было предъявлено обвинение по ст. 165 ч.2 (злоупотребление служебным положением) по двум эпизодами расследованного против него дела. В частности это явно убыточное для Украины депозитное соглашение (подписанное в декабре 1997-го) о размещении $75 млн. из средств золотовалютного резерва в «CSFB (Cyprus)», вследствие чего государству нанесено ущерб на сумму более $5,5 млн Операция с ПУМБом в числе уголовных деяний Бондарю не вменялась. На самом деле ничего особо криминального в ней не было, если не учитывать, что акционерами банка были европейские финансовые гранды Mees Pierson N.V. из Нидерландов (20%), Немецкая корпорация инвестиций и развития ФРГ (10%), Международная финансовая корпорация и Мировой банк (10%). Конечно, операция, которую провел тогдашний руководитель банка и по совместительству зампред финансового комитета парламента Игорь Юшко была, вероятно, всего лишь его дружеской услугой Виктору Ющенко. Говорят, что Игорь Юшко очень хотел стать первым зампредом председателя НБУ. Вот и старался на благо Ющенко и во вред репутации своего финучреждения, как мог.

Уже тогда Юшко понимал, что ему не долго осталось работать в ПУМБе, куда его (молодого и перспективного на заре независимости пристроил Булянда). Банк был нужен главным акционерам, как своего рода билет в престижный клуб, где представители восточного региона Украины могут сидеть бок о бок с западными финансистами. К тому же заседания совета акционеров обычно проводились в Лондоне: отличный повод получить визу. Евробанкиры до поры до времени относились к такому соседству снисходительно. А потом у них появились собственные виды на банк.

Fortis и компаньоны

18 апреля 2002 года произошло событие, незамеченное журналистами: главой Наблюдательного совета Первого украинского международного банка (ПУМБ) стал Й.Байлус (J.C.A. Bijloos) — полномочный представитель «Fortis Bank» — самой таинственной структуры за финансовой рынке запада с годовым оборотом в 438 млрд (!) евро.

Как писали в отечественной и зарубежной прессе, «Fortis Bank» появился на свет на год раньше ПУМБа — в 1990 году, как совместное предприятие двух компаний: голландской «AMEV/VSB», специализировавшейся на банковском страховом капитале, и бельгийской страховой фирмы «Group AG». После объединения они стали самой крупной страховой структурой в Европе и занялись поглощением банков, страховых и финансовых компаний, всего, что плохо лежало, но звучно именовалось. За короткое время были «скушаны» ASLK, «Джон Олден», «Американская группа страхования банкиров», бельгийский «General Bank» и один из акционеров ПУМБа, голландский банк «Mees Pierson». Плюс десятки других привлекательных компаний. Сейчас почти все банки и страховые компании Восточной Европы так или иначе интегрированы в «Fortis». Пошел даже слух, что в «Fortis» уже подсчитывают стоимость не только отдельных банков, но и небольших симпатичных стран со всей хозяйственной инфраструктурой. Например, сплетничают, что у Президента Польши Александра Квасневского есть телефон прямой связи с загадочным руководителем структуры Антоном ван Россумом. Точнее, у Россума якобы есть телефон связи с Квасневским.

Все ждали появления «Fortis Ukraine» с последующей экспансией на отечественный финансовый рынок. Но этого не произошло. Зато бывший президент ПУМБа Игорь Юшко внезапно перешел от «восточно- украинских привязанностей» в «Интерпайп» . Вместе с бывшим управляющим банка и одним из сооучредителей Борисом Тимонькиным. Более того, Тимонькин по просьбе «высоких товарищей» осуществил операцию по «нагибанию» экс-владельца «Укрсоцбанка» Валерия Хорошковского, чтобы он продал свой банк для реализации временно отложенного проекта создания «Fortis Ukraine». А затем предполагалось через эту «акулу капитализма» скупить маломощные отечественные банки и компании. Цель проста — как бы не звучала в будущем фамилия нового хозяина кабинета на Банковой, ван Россум (а точнее — его подчиненные из числа украинских олигархов) всегда смогут набрать его прямой телефон.

Справка «УК»:

Борис Тимонькин, глава Правления АКБ «Укрсоцбанк», бывший зампред и соучредитель (это почему-то держалось в секрете) ПУМБа. 52 года. Был заведующим отделом в Госкомитете по снабжению народного хозяйства. По его же словам, в бизнес пришел еще в 1987-м: организовал в Киеве один из первых кооперативов по продаже компьютеров и производству программного обеспечения (фирма «Интеркомпьютер»). Деньги возил спортивными сумками. Потом сошелся с отцом и сыном Порошенко, несколько лет работал у Петра Алексеевича финансовым директором «Укрпроминвеста». От Порошенко перешел к донецким: вошел в состав учредителей ПУМБа. Скорее всего, в этом ему помог дружище Юшко: как и экс-министр финансов, Боря Тимонькин, (за компанию с еще одним бывшим шефом Минфина Игорем Митюковым) состоят в учредителях Киевского яхтклуба. Чего ж при таких деньгах отказывать себе в удовольствиях и отчего не покататься на яхтах.

Кстати, в очередной раз меняя лидера, Тимонькин перетащил с собой еще одного учредителя ПУМБа – одессита Юрия Маслова. Он возглавил Одесский филиал Укрсоцбанка, хотя раньше командовал там филиалом Первого украинского международного…

Интересно, что кроме Тимонькина и Маслова, никогда не рекламировались фамилии и некоторых других совладельцев ПУМБа. Например, некой Ларисы Потатуевой – директрисы гостиничного комплекса «Виктория». Хороший комплекс, донецкие олигархи облюбовали его вместе со своими девочками. Или Виктора Пантелеенко. Он занимал должность исполняющего обязанности Председателя Правления до недавнего перехода в ЗАО «Украинская промышленно-транспортная компания», созданного под приватизацию некоторых предприятий (в частности «Азовмаша») фирмой «СИТАТ» и структурой System Capital Management. Все это указывает на то, что сейчас идет процесс отбора лучших кадров из банка. Банк владельцам уже не особенно нужен. А после совместной покупки «Криворожстали», владельцы банка вполне по дружески могут договориться о разделе финансового имущества и разодрать банк на куски: один отойдет к Донгорбанку (что сделает этот банк более могущественным), другой – к «Укрсоцу…».

Только одно вызывает вопрос: судьба обычных, рядовых клиентов ПУМБа. Их, похоже, хотят кинуть по-крупному.

Владимир Абросимов, специально для «УК»

Читайте также: