Почему необходимо декриминализовать проституцию?

Международная неправительственная организация Amnesty International опубликовала 17-страничный доклад, который призывает декриминализировать проституцию во всём мире и, в частности, критикует поддерживаемую радикальными феминистками северную модель, которая запрещает не предоставление, но приобретение секс-услуг.

В конце мая правозащитная организация Amnesty International выпустила 17-страничный доклад, утверждающий необходимость декриминализовать проституцию. Ответные протесты радикальных феминисток прошли даже в России.

Журналисты поговорили с консультантом Amnesty International по этому докладу Кэтрин Мёрфи, чтобы прояснить туманные формулировки и позицию неправительственной организации по критическим аспектам декриминализации. 

Почему необходимо декриминализовать проституцию: Отвечает консультант Amnesty International. Изображение № 1. 

 

Какова разница между декриминализацией проституции и легализацией? В докладе присутствует только первое определение.

Присутствует серьёзная разница, именно поэтому Amnesty International выступает именно за декриминализацию, а не легализацию. Легализация подразумевает возможность оказания секс-услуг только при наличии специальной лицензии. Вот в Нидерландах и Германии проституция легализована, это значит, что секс-работник и клиент не будут нарушать закон, только если будут взаимодействовать в лицензированных борделях.

Легализация на самом деле не помогает самым маргинализированным слоям населения, к примеру, уличным проституткам или тем, кто оказывает секс-услуги у себя дома. Получается, что часть секс-работников оказывается социально защищённой, а другая часть остаётся вне закона. Таким образом, государство оставляет очень узкое поле для возможности быть секс-работником и законопослушным гражданином.

В Германии секс-услуги контролируются довольно крупными коммерческими структурами, так что работники борделей не могут устанавливать свои правила игры, как это всегда бывает в больших компаниях. Вариант, при котором несколько человек работают в одной квартире согласно принципам самоорганизации и безопасности, часто оказывается нелегальным. В общем, легализация даёт слишком много привилегий для коммерсантов в сфере секс-услуг.

Мы являемся сторонниками декриминализации, так как этот подход позволяет сделать абсолютно всех работников субъектами права, то есть защищённой социальной группой. Это позволяет если не избавиться от дискриминации в отношении проституток в целом, но точно уравнять всех секс-работников в правах.

А что делать с нелицензированными сутенёрами?

В декриминализированной системе государство задаёт стандарты, но не создаёт узких рамок, как это происходит при легалайзе. Если при легализации власти дают чёткие инструкции, где, когда и каким образом можно оказывать секс-услуги, то при декриминализации подход более индивидуален.

Естественно, государство может создать некоторые здоровые стандарты для бизнеса, занимающегося предоставлением секс-услуг. Такие организации должны подчиняться общим законам для предпринимателей. Однако надо помнить, что эти стандарты не должны нарушать базовые права секс-работников, то есть должны оставить для этих людей возможность самоорганизовываться на добровольной основе без последующих санкций. Если к нелицензированному сутенёру придёт полиция и увидит, что в борделе всё соответствует базовым понятиям о здоровой рабочей обстановке и соблюдении прав человека, то этот работник не должен попасть в тюрьму. Однако при этом все запреты на торговлю людьми, сексуальную эксплуатацию и так далее остаются в силе.

Существует ли вообще такая вещь, как свободный выбор, в этом поле? В докладе упоминается, что люди становятся секс-работниками, пытаясь заработать больше денег, к примеру. Является ли это свободой или просто зависимостью от несовершенства существующей социальной системы?

На данный момент в мире очень много секс-работников, и Amnesty International не может говорить от лица такой большой группы. Но люди приходят в проституцию по разным причинам: хотят зарабатывать больше денег, хотят более гибкий рабочий график. Получить конкретный ответ на этот вопрос можно только путём общения с секс-работниками. На данный момент они практически не имеют голоса в этой дискуссии, однако им есть что сказать и они хотят говорить. Люди во всём мире делают какие-то выводы, игнорируя мнение тех, кто в первую очередь связан с этой проблемой. Amnesty International при подготовке доклада учитывали их мнение, и наш вывод: люди имеют право распоряжаться своей жизнью по личному усмотрению, в том числе становиться секс-работниками.

Но мы, безусловно, признаём, что множество людей во всём мире вынуждены заниматься проституцией из-за жизненных обстоятельств и дискриминации. Например, трансгендеры часто становятся секс-работниками из-за того, что в некоторых странах на другую работу их попросту отказываются брать. Бедность — это тоже причина, по которой люди занимаются проституцией, особенно если государство не может обеспечить достойные социальные выплаты. Мы признаём все эти факты.

Однако криминализация секс-работников ничего хорошего нам не предлагает, лишь культивирует дискриминацию. Толерантное отношение к секс-работникам позволило бы им почувствовать себя социально мобильными и полноценными, то есть способными перестать заниматься проституцией и попробовать что-то другое. Существует ещё такая динамика: у уличной проститутки гораздо больше шансов быть арестованной, чем у секс-работницы в сфере дорогого эскорта. Это тоже несправедливо.

 

В докладе вы критикуете норвежскую модель, что с ней не так?

Наше исследование совершенно точно указывает на то, что права самых маргинализированных секс-работников регулярно нарушались местной полицией. К тому же сама формулировка норвежского закона по части проституции очень туманна. В этой стране разрешено оказывать секс услуги, но запрещено «продвигать и поощрять» эту сферу. Согласитесь, очень странная формулировка. Её можно трактовать как угодно. Но, в общем, любая организация секс-услуг является преступлением, так что проститутки часто оказываются под угрозой со стороны полиции. В частности они могут лишиться своего места проживания, если работают на дому. Норвежские силовики даже проводили операцию под названием «Бездомные», в ходе которой секс-работников массово выселяли из их домов, но, к счастью, власти быстро поняли, что это очень вероломная инициатива.

Мы считаем, что это очевидное нарушение прав человека, ведь его лишают места жительства без решения суда, без уведомлений, без возможности это оспорить. Считать, что норвежская модель защищает секс-работников, неверно. Многие говорят, что такой подход успешен из-за того, что количество людей в Норвегии, вовлечённых в проституцию, существенно снизилось. Во-первых, это необъективное исследование. Во-вторых, власти Норвегии попросту депортировали очень большое количество секс-работников, обратившись к миграционным законам. Эта кампания по депортации была массовой, так что Amnesty International такой подход успешным не считает.

Существует довольно известная статистика, согласно которой более половины секс-работников Германии и Нидерландов (стран, где проституция легализована) выбрали такой род деятельности по принуждению. Это негативный эффект легализации?

Прежде всего Amnesty International не рекомендует модель легализации, которая работает в Нидерландах и Германии. Но дело в том, что это одно из исследований, статистика которых некорректна. К такому же типу относятся статистики, утверждающие, будто при легалайзе увеличивается оборот торговли людьми и количество несовершеннолетних, вовлечённых в проституцию. Аргументы и доказательная база этих исследователей очень слабые.

А что насчёт данных о том, что большинство секс-работников пережили физическое и сексуальное насилие в детстве?

Это статистика, которая используется против секс-работников. К тому же она была очень много раз дискредитирована как необъективная и неправдивая. Подобные данные культивируют идею того, что секс-работники не могут говорить сами за себя, что они не знают свои нужды и потребности, так как они «травмированные» члены общества.

Но может, есть смысл в оказании какой-то адресной психологической помощи?

Это очень опасный подход, когда мы начинаем предполагать. У нас нет на руках реальных доказательств, что большинство секс-работников сталкивались с насилием в детстве. Утверждение о том, что секс-работники не могут за себя отвечать и непременно нуждаются в психологической помощи, способствует ещё большей стигматизации.

Секс-работники абсолютно такие же люди, как мы. Кто-то из них нуждается в помощи психолога, а кто-то не нуждается. Обобщения тут неуместны. Но мы точно знаем, что многие секс-работники сталкиваются с насилием, когда выбирают такой путь. Это реальная проблема. Они не могут положиться на полицию, так как их не воспринимают всерьёз из-за существующих законов. Вот в Санкт-Петербурге недавно секс-работницы пожаловались в полицию на своего сутенёра за жёсткое обращение, а в итоге были наказаны за то, каким образом зарабатывают на жизнь.

Вы не думаете, что декриминализация окажет негативный эффект по части укрепления стереотипов? Всё-таки проституция культивирует идею о женском теле как об объекте, товаре, секс-игрушке.

Секс-работники — одна из самых маргинализированных социальных групп в мире, и доклад защищает их права. Эта не история про запросы и права потребителя, естественно. Однако мы выяснили, что политика запрета на покупку секса не работает. Если ты запрещаешь покупать секс, то клиенты больше переживают о том, не позвонит ли секс-работница в полицию. Так что в Норвегии, например, клиенты настаивают на том, чтобы проститутки приходили именно к ним домой, это объяснимо. Получается, что секс-работница в этом случае берёт на себя гораздо больше рисков. Помимо этого, подобные запреты по большей части останавливают от покупки секса так называемых хороших клиентов, которые с уважением относятся к закону и, вероятнее всего, не нанесут секс-работнику никакого вреда. Но вот плохих клиентов и абьюзеров такие запреты не останавливают.

Многие люди считают, что надо запретить покупку секса, чтобы донести правильный месседж обществу, но это неверно, потому что так или иначе ставит под угрозу очень большую группу. В Норвегии действительно после введения запретов на получение секс-услуг больше людей стали поддерживать эту инициативу, то есть покупка секса как идея стала менее приемлемой для общества. Это хорошо, но такая политика всё равно не идёт на пользу секс-работникам.

Единственный реальный метод, который поможет снизить количество секс-работников, — это обеспечение равного доступа людей к образованию, социальным услугам и рабочим местам. Мы как организация признаём, что много людей занимаются проституцией из-за тяжёлых жизненных обстоятельств, и это, конечно, плохо. Ситуация, в которой молодой гомосексуал оказывается без поддержки семьи из-за своего каминг-аута и становится секс-работником из-за невозможности заработать как-то иначе, неприемлема. Но только декриминализация и социальные пособия, к примеру, помогут секс-работникам выйти из маргинального поля и более вероятно воспользоваться возможностями по поиску другой работы. 

Автор: Наташа Федоренко, FURFUR

 

Читайте также: