«Пряник» (советы тем, кто еще не попал в тюрьму)

Скажу сразу, многое из того, что ты сейчас узнаешь, будет тебе неприятно. Ничего. Привыкай. Мне тоже было неприятно, но … как видишь выжил. Главное — не впадать в панику и не раскисать, даже если тебя будут лупцевать дубинками по спине. На «ты» я тебя называю потому, что в тюрьме всех называют на «ты». Здесь, в тюрьме всем абсолютно безразлично, сколько тебе лет и какую должность ты занимал на воле. В крайнем случае заинтересует профессия: если ты радиоинженер, то при случае скажут починить сломавшийся телевизор. Итак, ты — пряник, то есть человек, впервые попавший в тюрьму. Ты, разумеется невиновен, попался случайно, вот-вот выйдешь, стоит позвонить только адвокату, ну и так далее и тому подобное … Поэтому запомни: попавший в тюрьму редко когда выходит из нее ранее полугода. Так что настраивайся.

Лучше всего, когда ты читаешь эту брошюру до того, как тупые потные ребята в сером приедут за тобой, когда у тебя есть еще шанс подготовиться ко всему происходящему не только психологически, но и так сказать, материально. Причем нет разницы — и мне в том числе — кто ты: преуспевающий бизнесмен, простой рабочий, бандит, военный или журналист. В нашей стране подследственно-арестованным содержащимся в следственном изоляторе (читай — тюрьме) может оказаться кто угодно. (Даже — сам можешь вспомнить недавнюю наиновейшую историю государства Российского — и.о. Генерального прокурора или министр юстиции)Так что — готовься заранее, ибо жители России подразделяются на две категории людей: те, кто сидит, и те, кто готовится. Есть правда третий класс — фээсбэшники и всякого рода «мусора», милиционеры или как их называют в тюрьме — «красные», которые — абсолютно ошибочно — полагают, что им тюрьмы избежать удастся. Опыт свидетельствует, что удается немногим. Еще они напрочь игнорируют тот факт, что лица, благополучно посаженные ими в тюрьму, когда-нибудь также благополучно из нее выйдут. (При медленном, но все же движении к вступлению в Европейский Союз Россия-таки отменит смертную казнь!) И многим из них захочется — так, любопытства ради, — поинтересоваться, как же там и чем же там поживает его любимый ….. — следователь…

Но это другая тема. Тебя она пока всерьез не касается. Тебе надо для начала собрать «майдан». «Майдан» — это такая большая, желательно, крепкая сумка, в которой зеки носят из камеры в камеру, из хаты в хату, по тюремному, свой скарб.

Я тебе в майдан вот что посоветую сложить. Тельняшку (майку), спортивные штаны, носки простые и шерстяные, носовые платки, простыню, наволочки, полотенце (два), одеяло, зубную щетку и пасту, мыло для умывания и хозяйственное, бритвенные принадлежности (кроме одеколона), расческу, коробок спичек, 10 пачек «Примы» (для зеков), несколько пачек …. — сигарет с фильтром (тебе советую либо не курить, либо бросить), ложку, металлическую миску, кружку, кипятильник, иголки-нитки, бумагу для письма, тетрадки, конверты, ручку с запасными стержнями, ногтекусачку (ножницы запрещены) и что-нибудь из еды. Впрочем, из еды надо не что-нибудь, а продукты длительного и … использования: лук-чеснок, сало, бульонные брикеты, лапша быстрого приготовления, сахар, масло, сухари (зря ты смеешься), чай (чем больше, тем лучше). Ну и пока все. Не забудь кипятильник. Консервы не пропустят. На первое время этого хватит, а там обживешься, освоишься и уже сам жене напишешь, что тебе надо. Да, матрац и одеяло тоже неплохо бы приготовить заранее: тюрьмы наши нищие, вряд ли тебе дадут что-нибудь стоящее.

Ну вот, ты почти готов. Собери все это, поставь дома в кладовку или в офисе в уголок и — жди. Если ждать — обязательно приедут. Если не ждать — приедут тоже обязательно, но внезапно. А это хуже. Но не смертельно. Будь готов к тому, что тебя возьмут ночью с постели, в гостях, у киоска, где ты сигареты будешь покупать, у трапа самолета (как меня) или еще где-нибудь. У них на этот счет фантазий хоть отбавляй. В одном они одинаковы: грубят, хамят, суют твои руки в наручники, давят на психику, приводят в отделение и сразу, пока ты тепленький, допрашивают. Потом бьют, бросают в камеру предварительного заключения (КПЗ), как правило, при районных отделениях милиции, затем выводят, снова бьют и снова допрашивают… Мой тебе совет, молчи и не сопротивляйся. Виноват ты или не виноват — молчи всегда. Вспомни фильмы про немцев и русских разведчиков, вспомни, что ты мужчина и — молчи. Первые 72 часа тебе надо просто выжить. Это тот срок, в течение которого «мусора» имеют право держать тебя в КПЗ. Могут, конечно, и дольше, но тогда им надо запастись соответствующими бумагами, да и адвоката им тоже нужно будет тебе предоставить.

КПЗ для человека, не бывавшего ни в тюрьме, ни в армии — это шокирующее помещение. Особенно общая камера. Духота (людей — как селедок в бочке), вонь грязных тел и вонь от параши в углу, примерно так, что дышать нечем… Зайдя в хату (камера так называется), обязательно скажи «здравствуй» и свое имя. После этого, если спросят, можешь назвать статью, которую тебе шьют. Народ у нас сидит грамотный, сразу после этого тебе могут рассказать, сколько просидишь в следственном изоляторе (СИЗО) и сколько дадут на суде. Лучше сразу готовься в наихудшему варианту продумай …. максимальный срок следствия и максимальный срок лагерей. К примеру, меня обвинили по 275-й статье — государственная измена. Значит, решил я, от 1, 5 до 2-х лет я проведу в СИЗО, а затем, лет 8-10 — в лагере. Конечно, по началу с этой мыслью свыкнуться тяжело. Давит на психику груз воспоминаний об относительно благополучной вольной жизни, о жене и детях (тут неизвестно, что лучше — когда они у тебя есть, или когда их нет. Вообще-то, конечно, лучше, когда нет — сам себе хозяин и голова не болит о семье). Поэтому, чтобы не грузиться, вбей себе в башку сразу и надолго, что отныне у тебя ничего и никого нет: ни квартиры, ни семьи, ни машины, ни работы, ни наград… Ты никто. И звать тебя никак. Зек. Безымянное быдло. Скотина. Тебя будут пинать дубаки, унижать менты, издеваться «следаки»… Через некоторое время тебе дадут погоняло, …. что-то вроде твоего второго имени. Обычно разнообразием зеки не отличаются. Поэтому мне попадалось по нескольку Толстых, Хромых, Спортсменов, Малых, Больших, Дунайских и прочих только в одной тюрьме. Оригинальных, типа Пикассо, ….., Шпион, очень мало, потому как мало все же политических, людей искусства, журналистов… К слову, о журналистах и шпионах. Так получилось, что меня, журналиста, кэгэбэшники назначили шпионом. Поэтому погоняло «Шпион» прокопало (продержалось) недолго, так как порядочным арестантам, по понятиям, в падлу (то есть не следует) называть зека так же как его называют мусора. Ну, это к слову…

Итак, из КПЗ тебя переведут в СИЗО. Там на первом этапе разместят в жуткую камеру, где ты проторчишь в лучшем случае пару суток, перед тем, как тебя, небритого и страшного (заберут тебя все равно без майдана), сфотографируют, снимут отпечатки всех пальцев (кроме тех, что на ногах), дикой толщины иглой многоразового использования сделают тебе кровопускание (не упади в обморок, а не то женщина, по половым признакам во всяком случае, пообещает «е…ть чем-нибудь»), сделают флюорографию… Это все называется карантин. Помню, один 5 дней жил в камере, все карантин проходил, потом он трое суток в тройнике (маломестной камере) с танка (унитаза) не слезал: заразу какую-то подхватил… После карантина тебя, скорей всего, посадят в тройник: камера, где 4 шконки (койки), где тепло, уютно, не воняет, сидят (давно-о-о сидят) бывалые зеки и с улыбкой тебя спрашивают: «Ну что, о…ел? Ничего. Пообвыкнешься, придешь в себя и… будешь жить дальше.» Ты расслабишься, начнешь отвечать на вопросы, что-то от себя рассказывать… Пока ты не открыл рот, вспомни: один из четверых — пятерых — шестерых в тройнике — наверняка «наседка» — подсадная утка, в обязанности которого входит запомнить твои рассказы и передать их куда следует. Поэтому, когда чувствуешь, что интерес к твоему делу перешел в русло практических и конкретных вопросов, не постесняйся и не побоись — «за спрос не бьют!» — задать контр-вопрос: «С какой целью интересуешься?» Уверяю тебя, что после этого ты не услышишь более ни одного вопроса.

В тройнике ты впервые за много суток относительно спокойно выспишься, сполоснешься на унитазе (это нетрудно, зеки научат), придешь в себя немножко и надолго задумаешься над тем, куда и за что ты попал. Будь готов к тому, что тебя ни следователь, ни адвокаты не востребуют и неделю и две…

После первого допроса, на котором ты либо не захочешь отвечать вообще (т.е. давать показания) отвечать без адвоката, или отвечать не так, как хочется следователю, тебя в 99 из 100 случаев переведут в общую камеру. Общая камера — это, собственно, и есть тюрьма. Согласно «Правил содержания обвиняемых и подследственных» (есть такие, кстати, изучи их прямо сейчас, параллельно с этой брошюрой, можешь даже сопоставить.) Если ты военный или мент, то тебя не должны содержать в общей камере, с осужденными или даже судимыми. Но все это полная ерунда. Держат, и подолгу. И не без определенных целей. Цель первая — подавить остатки психической сопротивляемости окружающей действительности. В общей камере, рассчитанной на 6-12 человек, всегда содержится не от 25 до 40 человек. Теснота, вонь, жесткая хроническая нехватка воды, вечный шум — это и многое другое действует на психику очень сильно. Зайдя в хату, поздоровайся, назовись — имя, статья. Обязательно найдется в хате ответственный, главный — назови его как хочешь, — кто задает побольше, но вполне конкретных вопросов. Цель этих вопросов — определить, кто ты есть по жизни — блатной шпанок, мужик… Скорее всего, последнее. Хотя, если молодой, можешь встать на шпановскую стезю. Вновь прибывший мужик будет приставлен мыть посуду, полы, словом, что-то делать… Тебе желательно определиться, потому что балласта хата не любит. Через пару дней ты выяснишь, что почти у всех есть обязанности: пиковые стоят у робота — железных дверей и предупреждают хату о том, что творится на продоле — в коридоре. Кто-то из мужиков рулит за крокодилом — длинным металлическим столом: надо вовремя набирать баланду, оставлять спящей смене, мыть посуду… Кто-то постоянно следит за дорогой — веревочным путем на решетке, через который в хату попадает все что угодно, от записок — малявок до чая-курева и даже дров для стрел.

Ты обвыкнешься, и уже через неделю скотская жизнь твоя войдет в определенный ритм. 8.00 — выход на продол на поверку, завтрак, прогулка один час в тесном тюремном дворике, обед, ужин, … на шконку (койку), беспокойный зековский сон. И так — каждый день, месяц, год. Разнообразие вносят общение с следаком, адвокатом, баня, свидания с женой (раз в месяц), письма… Все. Остальное время, свободное от тюремных обязанностей, можешь читать (если есть что) или смотреть (если есть куда).

Чуть позже я тебе подробней расскажу о некоторых моментах тюремной жизни. А сейчас хочу предупредить, что если тобой, подследственным, будут заниматься ФСБ или кто-то такой же серьезный как Генпрокуратура, то наседка будет тебя сопровождать всюду и не одна, все твои письма и даже официальные обращения к Президенту, Генпрокурору будут перлюстрированы не только спецчастью СИЗО, и не столько ею, а именно ФСБ. Если надо (а надо часто), то твои телефоны будут и после твоего ареста прослушиваться, за женой и друзьями будут следить, из свидетелей будут выбиваться необходимые показания и т.д. и т.п. Надеюсь, книжки про 1937-й год, КГБ и ВЧК ты читал, кино смотрел. Так вот, их методы почти не изменились. Гуманнее они не стали. Выше интеллектом — тоже. Из тюрьмы тебя не выпустят ни за что — иллюзий не строй. Так что лучше всего либо живи как мышь полевая, либо иди сдавайся сразу. Жаль мне тебя, если у тебя есть друзья в ФСБ или в милиции — лишние объемные свидетельские показания не в твою пользу тебе обеспечены. (Конечно, я не беру тот «клинический» для нашей страны случай, когда твои друзья из вышеназванных организаций — очень высокие начальники, а сам ты — губернатор или очень крутой и богатый человек. Там, на том уровне, другие законы, суммы и сроки. Иногда все это перевешивают каких-то девять граммов.)

В общей хате зеки придирчиво тебя осмотрят и уже в первый вечер попросят шерсть из твоего свитера на «дорогу» — веревку для малявок, шкурок, кишок. Другому понадобятся твои сапоги или брюки, или куртка — «сходить завтра на суд», третий попросит закурить, четвертый — иголку с ниткой и т.д. Ты — в замешательстве: не дашь — жлобом сочтут, дашь — потом не вернешь. Так вот: ты имеешь полное право никому ничего не давать. И ничего никто тебе не сделает. Но мой тебе совет: в каждом отдельном случае надо также отдельно и поступать. Я, к примеру, сознательно лишился двух рукавов от свитера. Зато потом никто не мог меня попрекнуть, что я для хаты ничего не сделал. Поделился я чаем, сигаретами и нитками. Остальное, сказал, мне самому нужно всегда, ежедневно. И это была правда.

Если тебе заскочит «дачка» — продуктовая передача, она же кабанчик — не суетись. Я тебя понимаю: неделю-две ты жрал серую баланду от которой у тебя отрыжка и изжога, и никакая падла не дала тебе ни кубик бульонный, ни чеснока дольку, ни сальца кусочек, хотя многие это добро наяривали. Да, наяривали! Но — имели полное право наяривать и тебе не давать. Толковые мужики тебе, прянику, растолкуют, что семьям — микрогруппам — в хате из дачки можно дать чего-то, что-то — на больничку, что-то — для всех (чай, сигареты), а остальное — твое. Ешь его сам или прибивайся к семейке — твое дело. Никто и ничего у тебя не отберет. Я тебе советую прибиться к семейке. Мне заскочила дачка, а я уже дней 8 жрал баланду с семейкой, потом я всю эту семейку кормил своей дачкой. Самому почти ничего не перепадало. Но! Я не сдох и народ в мою сторону не кивал. Ну а то, что моей семейке кабанчики позаскакивали через день после того, как меня перевели в другую хату — тут уж никто не виноват.

Еще о еде. Культа из нее не делай. Забудь, что есть в мире такие вещи, как пиво, мороженое, шоколадные конфеты, торты, котлеты, гамбургеры, шпроты и прочая ерунда. Конечно, в дачке богатая жена может все это тебе принести. Но я так думаю, что это лишнее, да и на нервы действует малоимущим (а таковых на тюрьме — большинство. Они потому и в тюрьме сидят, что малоимущие). Баланду, в принципе, тоже можно есть. Но если есть возможность ее не есть — не ешь. Лучше голодным быть, чем что попало есть. Почитай Омара Хайяма — там на этот счет есть хорошие строки.

Так, с одеждой, едой разобрались, поехали дальше. После работы — не скрою, животной, ибо животное в тюрьме на первый план само собой выходит, — покалякаем о … духовном, точнее об общении с зеками. Хочешь-не хочешь, а общаться придется долго и со многими. И зачастую оказывается, что «академиев» они не кончали. Конечно, тебе все расскажут по понятиям зековским, кто есть кто: кто такие положенцы и ответственные, бродяги, шпанюки и прочие сословия вплоть до красных, малолеток, опущенных-обиженных. Коль суждено сидеть тебе долго, то поймешь ты всю подноготную досконально, а коль не нужно оно тебе, так и вдаваться в подробности не стоит, меньше знаешь, крепче спишь. А сон арестанта — дело святое.

Общайся с зеками просто. Своей образованности (если она есть) не показывай лишний раз, а учись слушать. Как говорил один умный человек, лучший способ развлечь человека — это выслушать его. Вот и слушай. Начни это с КПЗ. Да не стесняйся спрашивать, ибо за спрос не бьют. Из одних разговоров о тюрьмах и лагерях ты уже будешь многое знать про жизнь эту зарешеченную, да и в той, вольной, лучше разбираться научишься. Главное — не расспрашивай других и не распространяйся сам конкретно о чьих-либо и конкретно о своем уголовном деле, то бишь «деляне». Это считается признаком дурного тона («С какой целью интересуешься?») Народ наш в основном простой и добрый (если это слово уместно в тюрьме): ты к ним не по-подлому — и они в тебе человека видеть будут. Гнусных, жадных, противных — таких хватает. Помню одного золотозубого. Попросил ниток, я дал. Так он, падла, полмотка, не моргнув наглым глазом, отмотал. И спасибо не сказал. Да! Чуть не забыл! По понятиям в тюрьме не принято говорить «спасибо» или «на здоровье» (могут ответить: «Что тебе до моего здоровья?») Но если ты человек воспитанный и в таких случаях не можешь молчать, то кивни головой или скажи «душевно». Конечно, дурацкие правила, но и они меняются: в тройниках воспитанные люди и «спасибо» говорят друг другу, и «на здоровье». И ничего — тюрьма стоит.

Конечно, тебе много еще расскажут чисто зековских правил. По началу ты будешь ошибаться — косяки пороть. Первый раз прощается: пряник он и есть пряник, что с него взять… Второй, третий — тебе уже всякого укажут. Ну а дальше можно и кружкой по лбу схлопотать. Был у нас в общей хате один такой погоняло Матрос. Уперся рогом и знай свое наворачивает, не обращая внимания на неоднократные замечания камерных авторитетов и молчаливое осуждение всей хаты. Ну и …. его пару раз. Только после этого он вроде что-то понял.

Свой круг общения, свою «семью» ты, если не дурак, найдешь за неделю или раньше. Меня как-то прибивало к главным в хате, и я не жалею об этом. Потому что информацию об уголовном мире получал из первоисточников. Спасибо им, что и они не отторгали меня, хотя по зековским понятиям я — «рыло автоматное», как военный и мужик по-тюремному. Одни видели во мне журналиста и использовали для написания жалоб, объяснительных, писем, открыток и стихов. И не было случая, чтобы я кому-то отказал. А в другой общей хате пришлось несколько раз и полы помыть, и на пальме — верхней шконке — поспать… Не то страшно, страшно, когда в хате о тебе хреновое мнение сложится, или, не дай Бог, хата тебя на лыжи поставит, то есть заставит выехать самому по проверке с вещами. Мало того, что тебя выставят, так за тобой шлейф «лыжника» по всему централу пойдет. И тогда мне тебя жалко будет.

Но я не думаю, что ты конченный идиот, черт — закатайся в вату или «черт на катушках» или бык или лось сутулый (таких характеристик удостаиваются кандидаты в лыжники). Я думаю, что ты человек с мозгами и поймешь даже то, что я описать забуду. Словом, ты понял, что в общении — будь то зеки, следак, дубаки (ты уже, наверное, понял, что это тюремные работники, которые работают на этапах: дежурные, конвойные и прочие) — главное, слушать, как говорят ….. «работать на прием». Языком молотить можно лишь с адвокатом, и то не в каждой комнате, в которую приводят для таких общений. Многие комнатки прослушиваются. Также прослушивается и записывается (если надо) твой разговор с женой на свиданке — свидании. Научись помнить об этом всегда.

Скажешь, легко — молчи себе и все. Хрен ты угадал и рано расслабился. Будешь только молчать — найдутся зеки-зубатки, которые подначками будут кусать тебя (а многие зубы накусали на этом — будь здоров), пока до костей не обгрызут. Нужно будет научится грамотно огрызаться. Поэтому ты не просто молчи, а вслушивайся, как зеки общаются меж собой. Один задевает другого, а тот ему бац фразой приблатненной по хребту, и тот — «упал и отполз». До драки дело доходит редко, и это, я полагаю, правильная, как говорят в тюрьме, постанова. Ибо на ….. физического свойства (проще говоря — ….) можно нарваться у мусоров. А потакать им в этом — в падлу. Пример насчет огрызания приведу свой. Один толстый достал, и не только меня, тем, что в ответ на слово «можно» выдавал целый каскад старого, как вещмешок, солдатско-сапоговского якобы юмора: можно Машку за ляжку, можно еще там что-то да чего-то… И пока не выдаст на гора этот перл, он, толстый, с места не сдвинется. Однажды, когда он, как танковый двигатель, долго начинал набирать обороты своего «можно…», я резко оборвал его и продолжил: «Можно толстых на сало, чтоб с ряшки свисало». После этого он со своим «можно» закатался.

В целом же с сокамерниками нужно научиться ладить. Если ты коммуникабелен — проблем не будет. Впрочем, и замкнутый по натуре человек, если он не дурак, тоже найдет свое место и роль в хате и не будет ни у кого вызывать раздражения.

А раздражение в тюрьме может вспыхнуть из-за любого пустяка. Надеюсь, не надо тебе объяснять, отчего оно: скученность народу, долгое сидение в замкнутом пространстве, да еще без выхода сексуальной энергии. Кстати, последнее почему-то не учитывается в армии и на флоте в качестве одной из причин махровой дедовщины. Были бы у солдат-метров, а также у зеков своего рода встречи и свидания, хотя бы изредка в интимной обстановке, проблем с невыплеснутыми эмоциями было бы, на мой взгляд, меньше.

Впрочем, нас с тобой это не касается, как и всех русских зеков тоже. У русских, как говорит поэт, собственная тупость. Или гордость? Не помню. Еще об общении. Очень быстро ты научишься и огрызаться и по фене ботать. Зараза прилипает быстро. Через месяц я с адвокатами с трудом общался, а следаку на его вопрос «как самочувствие?» ответил: «С какой целью интересуешься?» Поэтому чтобы совсем не деградировать читай книжки. Желательно умные, а не порожняковые, вроде всяких там Бешеных, Марининых и прочих. Само собой, тебя потянет на тюремную тематику.

Григорий ПАСЬКО

Читайте также: