МИНИСТР ВНУТРЕННИХ ДЕЛ – ЛЖЕЦ, ГЕНПРОКУРОР –ЦИНИК

24 сентября народные депутаты заслушали министра внутренних дел Юрия Смирнова и генпрокурора Святослава Пискуна касательно действий правоохранительных органов 16-17 сентября, а также в дни подготовке к акции «Повстань, Украино». Впрочем, речь шла не только об этом, но и о материальном состоянии выступавших.

Комментарий народного депутата Тараса Черновола.

Факт: это был не лучший день в жизни министра внутренних дел Юрия Смирнова и генпрокурора Святослава Пискуна. Оппозиция собралась в зале ВР с твердым желанием «оттянуться» на двух кандидатурах, вызванных на депутатский ковер. Те, прекрасно представляя, что находятся в заведомо проигрышной позици, главным аргументом в свою защиту выбрали тезис о том, что мы, мол, люди маленькие: что положено — то делали. Есть решение о запрете митинга – палаточный городок разогнали (Смирнов); есть призывы к блокированию деятельности органов власти – дело возбудили, народ допросили (Пискун). То, как эта позиция отстаивалась каждым из выступавших – дело техники и профессионального мастерства по «забалтыванию» любого поставленного в лоб вопроса.

В этом смысле два наших героя разнились в значительной мере. Первый – Юрий Смирнов, по определению не трибун и не повелитель человеческих душ, что тот успел неоднократно подтвердить сначала в качестве руководителя столичного главка, а затем и министра внутренних дел. Собственно, что его ожидает в парламенте, Смирнов, не мог не знать, а значит обязан был подготовиться. Похоже, вся подготовка заключалась в «шпаргалке» на украинском языке, по которой Смирнов зачитал фабулу «преступных действий оппозиции», на основании чего орлы Смирнова смели палаточный городок в 4 утра 17 сентября. Этот текст, очевидно, был оглашен единственно для пропрезидентских телеканалов (а разве есть у нас другие?).

Как только Юрий Александрович взялся отвечать на вопросы депутатов, он окончательно сдал. Ему сразу же припомнили необдуманное обещание выучить украинский язык, потребовав отвечать на державной мове. Смирнов как человек военный подчинился, после чего каждая его фраза вызывала искренний смех в зале и на галерке: это был совершенно бесподобный восточноукраинский суржик.

По сути же вопросов, которые ставились из зала Смирнов не отвечал. Впрочем, любой украинский чиновник и политик умеет говорить нечто на первый взгляд осознанное, а при ближайшем рассмотрении не несущие абсолютно никакой информации. Но в отличии от того же Пискуна, Смирнов делал это как-то неуклюже, вводя в раж и без того наэлектризованую аудиторию. А когда один из депутатов попытался задать министру вопрос, тот, словно выпускник церковно-приходской школы, впервые оказавшийся в большом городе, не слушая или не слыша депутата «двигал» свою тему о том, что милиция лишь выполняет, что ей положено по закону.

К тому же Смирнов бросил несколько опрометчивых фраз, которых от него никто и не требовал. Ну уж раз сказал — отвечай. Так, Юрий Александрович то ли обратился к залу, то ли констатировал: скажите – хоть одному журналисту сотрудники милиции мешали выполнять их обязанности, ограничивали передвижение? Быть может это дикое исключение, но именно мне они и мешали выполнять профессиональные обязанности, успешно оттеснив с территории Администрации Президента вечером 16 сентября. Очевидно, моего коллегу с Радио «Свобода» Виктора Миняйло тоже совершенно нетипично некий подполковник насильно вытолкнул за границу священной территории. Но что любопытно: едва Смирнов с Пискуном закончили свои спичи, мы с тем же Миняйло отправились к АП, дабы насладиться зрелищем общения народных масс в количестве 4000 человек с лидером державы. Что вы думаете? Нам вновь помешали исполнить профессиональный долг. Аргументы на предмет того, что министр Смирнов обещал, что его подчиненные ничего подобного себе не позволят не возымел действия. Что. в общем-то не стало для нас откровением: поди не в европах живем. Но зачем Юрий Смирнов задает такие проигрышные для него вопросы с парламентской трибуны?..

Посему свист и топот, которыми оппозиционные депутаты проводили Смирнова в правительственную ложу, был вполне закономерным и прогнозируемым.

Иное дело – Святослав Пискун. Выступление Генпрокурора по сути мало чем отличалось от речи Смирнова, но генеральный удар держал увереннее, уходил от конкретных ответов профессионально. Даже выпад Петра Симоненко, мол Пискун первый генпрокурор, возбудивший политическое уголовное дело – против организаторов акции, прозвучал скорее предупредительным звоночком, но не приговором. На любой выпад Пискун отбивался фразой: «Так ведь нет заявлений!». Это касалось и избиения двух нардепов Грязева и Соломатина, и десяти рядовых демонстрантов, которые по словам Юлии Тимошенко, успешно зафиксировали побои и обратились «куда следует». На вопрос же: почему Пискун практикует политику двойных стандартов и не возбуждает дело по блокированию уличного движения Кучмой и Медведчиком (список может быть продолжен), когда те едут на работу-с работы, Генпрокурор отреагировал по-боксерски: дайте десять дней, отведенных по закону и мы изучим этот вопрос. Еще пример: Пискуна спрашивают, на каком основании накануне акции в восемь утра 16 сентября народных депутатов и тысячи простых людей в разных регионах Украины допрашивали следователи: что они собираются делать в Киеве 16-го, как будут туда добираться и пр, генпрокурор парирует: имели право не свидетельствовать против себя и своих родственников. Бред конечное, но сказанный уверенно, подкрепленный статьями УПК, обещанием «разобраться» и прочей словесной эквилибристикой.

Несколько смазала впечатление от выступления генерального неугомонная Юлия Тимошенко. То, что она что-то затевает было ясно уже тогда, когда она встала по левую руку от Пискуна во время его выступления и стояла вплоть до его окончания. Затем довольно резво схватила генерального за руку, на которой у того часы и заявила в микрофон: у Вячеслава Михайловича часы стоят более 10 тысяч долларов – покажите их всем. Тот поспешил ретироваться. Тимошенко бросилась вдогонку. Далее произошло нечто, скрытое от глаз прессы, находившейся на балконе аккурат над головами лидера оппозиции и ее жертвы. А там в это время происходило вот что: Пискун снял часы поднял их над головой, в зоне недосягаемости малорослой Тимошенко. Та немного попрыгала после чего успокоилась, заявив что скромного вида часы белого металла изготовлены из платины и честному прокурору, получающему 300 гривен и они явно не по карману. Напомним, речь шла о прокуроре, который продолжил дело своего предшественника Потебенько по активному уголовному преследованию Леди Ю.

Таким образом, парламентские слушания приблизили осуществление прогнозов «УК» о снятии министра Смирнова (Пискуну — быть на чеку). И если пока этот вопрос не внесен в повестку дня, еще не повод расслабляться Юрию Александровичу: события ближайших дней принесут массу поводов для реализации задуманного оппозицией.

Наверняка не на пользу министру внутренних дел пойдет обещание Святослава Пискуна возбудить уголовное дело против Юрия Смирнова при условии, что факты, оглашенные лидером Комунистов Петром Симоненко подтвердятся. А обвинение коммуниста №1 звучат грозно: оборудование министерского гнездышка на улице Вышгородской, 85 стоимостью миллион семьсот тысяч гривен (при этом, сидевший в правительственном «загоне» Смирнов чересчур рьяно затряс головой и продемонстрировал улыбку уверенного в себе человека), некие махинации МВД с деньгами НАК «Нефтегаз Украина», направленные через благотворительный фонд на приобретение автортранспорта для милиции. Насколько обсонваны эти обвинения? Мы по горячим следам обратились к лидеру коммунистов с просьбой предоставить нам соответствующие документы, но тот спешил возглавить очередной поход изрядно замороженных на площади перед ВР народных масс к АП. Документы нам были обещаны: ждемс.

Прокомментировать выступления Юрия Смирнова и Святослава Пискуна мы попросили члена НРУ, входящего в блок «Наша Украина» Тараса Черновола.

— — Министр Смирнов заявил, что в Киеве 16 сентября на улицы вышло 15 тысяч человек, тогда как во Львове по тем же данным милиции митинговало 17 тысяч. Милиция стала уважать львовян – это хорошо. Министр Смирнов откровенно лжет с парламентской трибуны даже в таком вопросе – это плохо.

Смирнов заявил, что в разгоне палаточного городка участвовали 500-700 человек. Свидетельствую: только в той зоне, где непосредственно находился я в ночь с 16 на 17, это угол улиц Лютеранской и Банковой, было выставлено не менее 2000 омоновцев, милиционеров по гражданке и в форме. Даже из этих «проколов» министра могу сделать единственный вывод: он откровенный брехун и ничего более. К слову, УК предусматривает уголовную ответственность за предоставление неправдивых данных.

Что касается Пискуна, он выступал с нескрываемым цинизмом. А это есть показателем того, что надежды определенной части парламентариев и простых людей, что система уже валится, несколько преждевременны – тут еще работать и работать.

— В чем Вы усматриваете цинизм генпрокурора?

— Он однозначно не будет разбираться с президентскими кортежами, блокирующими движение, не станет разбираться с уголовными делами по Смирнову, вернее, по возбуждению таких дел. Впрочем, я признаю и свою вину в этом. Ведь мы, политики, являемся также гражданами Украины, мы должны были бы обращаться с исками в суд на неправомерные действия власти. Но если у меня как у отдельного депутата не хватает практических ресурсов для такой работы, то у фракций такие возможности есть. Я с самого начала настаивал на том, чтобы «Наша Украина» создала некое АО – юридическую структуру, которая бы существовала на взносы и пожертвования, нанимала высокопрофессиональных юристов с привлечением международных организаций для отстаивания интересов людей, поддерживающих оппозиционные силы. Ведь эти люди подвергаются мощнейшему прессингу со стороны власти, они требуют юридической помощи. На этом ограничиваться не стоит: следует давить эту систему – в судебном порядке. Это есть наша проблема – мы не создали такой структуры, надеюсь, что это дело ближайшего будущего. Но отдельные депутаты не в состоянии решить эту задачу – тут необходимо коллегиальное решение.

— Что произойдет через 10 дней, когда наконец, минет срок, отпущенный Пискуну на рассмотрение депутатских обращений, о которых сегодня шла речь в зале?

— Там где можно будет, все спишут на стрелочников, младших офицеров-исполнителей. Очевидно, что в отношении избитых народных депутатов такие уголовные дела будут возбуждены. Подставят, естественно, «нижнее звено». Там же, где затронут «гонор» президента, все спустят на тормозах.

— Что значит «на тормозах» — такой большой человек пообещал представительному собранию через десять дней дать аргументированный ответ…

— Думаю, что никакого ответа он не даст. В лучшем случае, упорно поработают юридические управления и будет вынесено некое обоснование законности всего этого безобразия. В конце-концов, если решением Шевченковского райсуда Киева были попраны конституционные нормы на части территории Киева, то почему бы не развить этот юридический абсурд во имя гаранта украинской Конституции?

— И Смирнов и Пискун в своих выступлениях настойчиво повторяли: мы руководствуемся законом и всего лишь четко исполняем полномочия, возложенные на них законом. С этой точки зрения их позиция малоуязвима.

— Просто, зал не «додавил» эту тему. Я, к сожалению, не смог задать один принципиальный вопрос: кто конкретно принимал решение по действиям милиции 16-17 сентября, кто реально отдавал команду по ночному штурму палатовного городка и пр? А ведь ответ на него предполагает и персональную ответственность лица, принявшего такое решение. Уж, поверьте мне, не лейтенанты и не полковники отдавали эту команду. Я, кстати, не имею больших претензий к рядовым милиционерам. Я видел, как в ночь разгона городка, многие из них не рвались в бой, по крайней мере «Беркут» не применял против нас резиновых дубинок, а лишь выполняли чьи-то команды по использованию тактики военных действий по расклиниванию толпы. Но кто отдал приказ – вот принципиальный вопрос. Он пока остается открытым.

Олег Ельцов, «УК»

Читайте также: