Убийство и ограбление инкассаторов на Днепропетровщине: судебный процесс

В Днепропетровской области начался процесс над обвиняемым в убийстве инкассаторов недалеко от Кривого Рога в июле 2013 года. Из полумиллиона гривен, похищенных после ограбления инкассаторской машины, убийца потратил лишь… 50 гривен. Бывший инкассатор обвиняется в совершении особо тяжких преступлений — умышленном убийстве двух человек по корыстным мотивам, разбое, хищении, ношении и хранении огнестрельного оружия.

 На судебном процессе, который начался в Апостоловском районном суде, и 49-летний Михаил Нужный (имя и фамилия изменены), и его гражданская супруга прессе были не рады. Нужный запротестовал против телекамер и присутствия в зале… супруги, попросив суд удалить ее на время судебного процесса, поскольку не хотел ее «травмировать психологически». Судьи его ходатайства удовлетворили частично, разрешив прессе присутствовать лишь на последнем слове подсудимого.

Жена Нужного с журналистами общаться тоже категорически отказалась, спрятав лицо в большой капюшон серого пальто. (С прежней женой, с которой Нужный жил в Бердянске и с которой воспитывал двоих детей, он развелся.) Ни для прессы, ни для родственников погибших слов у нее не нашлось.

— А мне хотелось подойти к ней и спросить: «Каким он был? Чем и кем дорожил в этой жизни? Что сказал тебе в тот день утром, отправляясь убивать наших мужей?» Но я не подошла. Было очень тяжело морально. Суд — это как еще одни похороны пережить, — призналась «ФАКТАМ» Любовь Симашкина, вдова расстрелянного водителя-инкассатора Николая Кульпанова.

«Валера написал заявление на отпуск с 15-го числа, но его попросили поработать еще два дня. А пятнадцатого его убили»

— Бывший инкассатор обвиняется в совершении особо тяжких преступлений — умышленном убийстве двух человек по корыстным мотивам, разбое, хищении, ношении и хранении огнестрельного оружия. Имеющиеся в уголовном производстве доказательства без сомнения подтверждают вину обвиняемого в совершении инкриминируемых ему преступлений, — сообщил «ФАКТАМ» прокурор, поддерживающий государственное обвинение в этом уголовном производстве, Максим Голубок.

Напомним, 48-летний Валерий Петрушовец и 59-летний Николай Кульпанов были расстреляны 15 июля 2013 года. Загрузив в Кривом Роге мешок с 500 тысячами гривен, инкассаторы Ингулецкого отделения «Ощадбанка» повезли деньги в Апостоловский район. Но до банка машина не доехала. Через несколько часов в инкассаторской машине, стоявшей на обочине, милиция обнаружила окровавленные тела инкассатора и водителя. Еще один инкассатор исчез вместе с деньгами и двумя пистолетами. В поле отпечатались следы мужских ботинок большого размера. Пойдя по следам, служебные собаки обнаружили брошенный пистолет ТТ, пустую обойму, кобуру и квитанции на имя Нужного. Это была фамилия второго инкассатора.

В «Ощадбанке» он работал с 1 апреля 2013 года, до этого успев поработать охранником в «Укрсиббанке» и «Приватбанке», потом инкассатором в «Укрпочте».

— Пока милиция искала убийцу, я в течение нескольких часов ждала звонка от мужа, — рассказывает 46-летняя Светлана Петрушовец, вдова старшего инкассатора Валерия Петрушовца. Только сейчас, через полгода после случившегося она в состоянии говорить о трагедии. — Хотела ему еще с утра перезвонить, спросить, поедем ли вечером на дачу. Но муж запрещал беспокоить его на работе. Таковы требования инструкции.

В это время инкассаторская машина с телами моего мужа Валеры и водителя Коли уже стояла на обочине. Мои знакомые, несколько человек, потом говорили, что они в тот день проезжали по этой дороге и видели машину.

— Почему это никого не насторожило и ваши знакомые не сообщили, куда следует? Может, расстрелянные люди были еще живы и их можно было спасти?

— Ребята погибли сразу. Мне это говорил следователь. Все случилось так внезапно, что они даже не успели отреагировать. Преступник в первую очередь выстрелил по рукам водителя, чтобы тот не успел нажать тревожную кнопку. Проезжающие автомобилисты, увидев машину инкассаторов, наверное, думали: «Кто знает, почему она стоит? Может, поломка». Кроме того, инкассаторский автомобиль считается объектом, к которому нельзя приближаться. По инструкции, если человек подойдет к машине ближе чем на два метра и инкассатор решит, что это представляет угрозу для охраняемых ценностей, он имеет право стрелять.

Убитых обнаружил другой наряд инкассаторской машины, которая проезжала по той дороге. И то они встревожились лишь тогда, когда через час возвращались обратно и обратили внимание, что машина стоит в том же месте и положении, что и раньше. К тому же просматривалось, что в кабине никого нет. Они позвонили руководству «Ощадбанка», и те разрешили прояснить ситуацию. Инкассаторы припарковались неподалеку, подошли к машине, заглянули внутрь и, увидев на водительском месте окровавленное тело водителя, вызвали милицию и «скорую», после чего сразу же уехали. Ведь согласно правилам инкассаторская машина не имеет права останавливаться во время следования по маршруту.

Милиция тут же объявила третьего инкассатора в розыск. По словам начальника милицейского главка Днепропетровщины Виктора Бабенко, жители близлежащего села сообщили: очень высокий плотный мужчина в клетчатой рубашке, синих джинсах и темных кроссовках шел по селу и искал машину, которая отвезла бы его в Кривой Рог. Никто не согласился, и он пошел дальше. После того как по телевизору показали фотографию инкассатора, дали его описание всем участковым и постам, на службу «102″ позвонили с десяток жителей окрестных сел. Они видели похожего мужчину, который шел в сторону Зеленодольска с большим белым мешком.

— Информация об убийстве инкассаторов уже появилась в интернете, — продолжает Светлана Петрушовец, — я пару раз наткнулась на нее, сидя за компьютером, но мне даже в голову не могло прийти, что в той машине мог быть мой муж. Всегда верила: с Валерой ничего плохого произойти не может. Он ведь столько преодолел.

За год до случившегося муж практически ослеп. Мы собрали деньги на операцию, у нас, в Криворожском глазном центре, ему удачно удалили катаракту на обоих глазах, Валерий вернулся на работу, собирался в отпуск, вечером мы планировали поехать на дачу… Поэтому слова, что где-то расстреляли инкассаторов, я восприняла как-то отстраненно.

*У погибшего инкассатора Валерия Петрушовца остались жена и три дочери

У нас трое дочерей — 26, 25 и 23 лет. Вечером ко мне зашли средняя дочка Рита с зятем. „Мама, нам нужно с тобой серьезно поговорить“, — сказали они. — Не знаем даже, как и начать». А они как раз уезжали в Россию, где временно работают, и я подумала, что дело в финансах. Отвечаю: «Если нужны деньги, я дам без проблем». «Да нет, деньги у нас есть», — говорит зять. И рассказал, что расстреляли машину «Ощадбанка», инкассаторская машина была криворожской.

Мы стали звонить в милицию, в банк. Нам отвечали: «По телефону такую информацию не даем». Набрала телефон кума, который работает в правоохранительных органах. Тот пообещал все узнать. Через какое-то время он перезвонил: «Кума, все плохо. Сядь».

…Когда следствие закончилось, следователь отдал мне документы и личные вещи мужа, которые лежали в его залитой кровью одежде. Там был и смятый листок: черновик заявления на отпуск. Валера, оказывается, просил отпуск с 15 июля. Но его попросили поработать еще два дня. И муж перечеркнул цифру 15 и поставил 17-е число. А 15-го его убили.

«За неделю до случившегося мы с Колей решили пожениться и подали заявление в загс»

Так же, как и Светлана, ждала своего мужа в тот день и жена водителя Николая Кульпанова Любовь Симашкина.

— Мы 12 лет вместе прожили, — говорит 54-летняя Любовь Симашкина. — Оба до встречи были уже разведены. Познакомились в Криворожском районном отделении «Ощадбанка», где Коля работал водителем, а я — заместителем главного бухгалтера. Потом Криворожское отделение «Ошадбанка» реорганизовали, и муж перевелся работать водителем в Ингулецкое отделение.

Колю в банке любили. У него были золотые руки. Кран потек — зовут Николая Васильевича, отопление прорвало — опять его ищут, дверь охранник поломал — Николай Васильевич бежит исправлять поломку… Если бы еще и платили больше. У Коли ставка была 1450 гривен плюс доплата за переработку и за классность, он водитель первого класса. На руки получал две тысячи гривен чистыми. Домой часто приходил поздно, в половине восьмого. Пока инкассацию сделает, пока домой доберется…

Хотя коллективом Коля был доволен, все же мечтал поскорее выйти на пенсию. До нее оставалось чуть больше месяца. «Наконец начнется настоящая жизнь, Любочка! — говорил муж. — Займусь ремонтом дома, хозяйством, внуками. Да и нам пора уже пожениться». Мы жили в гражданском браке. И восьмого июля подали заявление в загс. А 15-го его убили…

*До пенсии водителю Николаю Кульпанову оставалось чуть больше месяца (на фото — с женой и внуками)

Как потом мне рассказали коллеги мужа, из Ингулецкого отделения «Ощадбанка» инкассаторская машина поехала в Саксаганское отделение за «подкреплением» для соцвыплат. Так называют в банках деньги, которые нужно взять в другом отделении, если в своем не хватает.

От Саксаганского отделения «Ощадбанка» до Апостоловского филиала километров шестьдесят. Загрузив мешок с 500 тысячами гривен, инкассаторы поехали в сторону Апостолово.

— Правда, что инкассаторы были настолько беспечны, что даже не надели бронежилеты?

— Не знаю, кто распускает такие слухи, — возмущается Любовь Симашкина. — Николай Васильевич бронежилет даже в банке не снимал. И летом, в жару, ходил в нем, мучился. Карман для пистолета у него был в жилете. Кобуры не было. Вот и носил на себе всю амуницию в любую погоду. У моего мужа и второго инкассатора Валеры ранения были в голову и руки. Если бы они не были в бронежилетах, Нужный целился бы в другие места. Да и на суде зачитывали показания свидетелей: все инкассаторы, выезжая в рейс, надели бронежилеты.

— По версии обвиняемого, между ним и его коллегами возник конфликт, в ходе которого он был вынужден защищаться, — рассказал «ФАКТАМ» начальник отдела прокуратуры Днепропетровской области Павел Лагунов. — Он объяснил, что выстрелил в своих коллег и забрал деньги с целью… их сохранения, чтобы их никто не украл.

— На суде Нужного защищал адвокат, которого ему предоставило государство, — продолжает Любовь Симашкина. — Сам Нужный нес полную ахинею. Говорил, что во время поездки Кульпанов и Петрушовец разговаривали между собой, а его игнорировали. Потом якобы начали ссориться, и при этом Кульпанов не смотрел на дорогу, что создавало угрозу для жизни Нужного. Когда микроавтобус был уже километрах в пяти от Апостолово, Нужный попросил моего Колю остановиться, сказав, что «прикрутило живот». Коля остановился и свернул на обочину, хотя инкассаторской машине останавливаться в пути запрещено. Но тут же не чужой человек просился, свой. Они друг другу доверяли.

Я уверена, что это преступление Нужный спланировал заранее. Просто обдумывал способы, как его лучше совершить. Помню, дня за два до гибели Коля мне сказал: «Нужный говорит: «Хочешь, я тебя научу банкомат заправлять?» А я ему ответил: «Зачем? Мне это не нужно. Мне через месяц на пенсию». Когда его задержали, при нем нашли целый пакет документов: и паспорт, и загранпаспорт, и права. Разве это не тщательная подготовка преступления?

— На суде Нужный стал говорить, что когда он вернулся из кустов, то сказал ребятам: «Успокоились? Хватит ругаться», — подключается к разговору Светлана Петрушовец. — Сказал, что ребята якобы потянулись за оружием, а водитель Кульпанов даже стал к нему бежать. И Нужный, бывший военный, отреагировал раньше — расстрелял их.

Но, знакомясь с делом, я видела снимки расстрелянных Коли и Валеры. Я сказала Нужному: «Вы говорите, что Кульпанов побежал к вам и хотел вас расстрелять? А он лежал на сиденье. Упал, как и сидел, ровно… Если бы он бежал к вам с пистолетом, поза была бы совсем другой. Как вы это можете объяснить?» На мой вопрос он ничего не ответил.

«Это неправда, что он мог убить своих сотрудников. Он был хороший, добрый»

— Инкассатора взяли в Зеленодольске, — рассказывал в интервью «ФАКТАМ» генерал-лейтенант милиции Виктор Бабенко.

— Бойцы «Беркута», сидевшие в обычной машине с тонированными стеклами, все время следовали за ним, выбирая подходящий момент для задержания. Когда, купив на местном рынке рубашку и шлепанцы, он пришел во двор обычной панельной пятиэтажки по улице 60-летия Жовтня, мы поняли, что дальше ждать нельзя.

Если бы он зашел к кому-нибудь в квартиру или взял заложников, тогда могли быть новые жертвы. Во дворе на спортивной площадке играли дети, поэтому задача перед бойцами стояла сложнейшая. Но они выполнили ее блестяще. Подозреваемый ахнуть не успел, как с заломленными назад руками уже лежал на асфальте лицом вниз. Когда его обыскали, оказалось, что снятый с предохранителя пистолет с патроном в стволе он нес в белом полиэтиленовом кульке вместе с двумя полными магазинами. Промедли милиционеры хоть секунду — сумел бы нажать на курок. В другой руке инкассатор держал клетчатую сумку с деньгами…

— Как обвиняемый объяснил на суде, куда хотел потратить деньги? — спрашиваю у Любови Симашкиной.

— Ничего вразумительного он не говорил. На вопрос судьи: «Зачем вы забрали деньги?», ответил, что, когда совершил убийство и это до него дошло, решил закрыть машину, спасти деньги и сдаться. «Я забрал деньги, чтобы их… никто не украл, и пошел сдаваться в РОВД», — объяснил он. При этом не говорил, почему он понес их не в Апостоловское РОВД, которое в пяти километрах, а отправился в Зеленодольск. Из полумиллиона гривен преступник успел потратить лишь 50.

Нужный утверждал, что не имел цели грабить и убивать. Говорил: «Если бы хотел это сделать, мог бы убить их раньше. Мы и большие суммы возили, чем в этот раз…» Твердил: «Все получилось случайно».

— Говорят, раньше Нужный не имел конфликтов с законом, но два года назад его гражданской жене пришлось вызывать милицию после какого-то домашнего конфликта. Ходят слухи, что он игрок и часто спускал деньги в автоматах. Его жена упоминала об этих фактах в судебном заседании? — спрашиваю у Светланы Петрушовец.

— Жена Нужного так его характеризовала, что хоть сейчас звание героя давай. Говорила, что он ее берег, не обижал и тяжелее хлеба она ничего не носила. «Это неправда, что он мог убить своих сотрудников, — говорила она. — Он был хороший, добрый. Никаких планов убить и сбежать он не строил. И даже заказал мне на вечер сделать салат…»

Ее он «не обижал», а нашим семьям такое горе сделал. На Новый год Валера приснился дочке. А говорят, что в Рождество и на Новый год не надо убирать еду со стола, потому что к нам приходят души умерших. И дочь говорит: «Приходил папа. Сказал: «Кушать много, а выпивки нет». А у нас на столе стояло и вино, и шампанское. А водки не было. На Рождество мы эту ошибку исправили. И папа уже не приходил ни к кому в снах, не жаловался. (Грустно улыбается.) Дочь говорит: «Мама, получается, папа был вместе с нами?»

Валера часто снится дочкам. Они во сне спрашивают: «Папа, как все произошло? Как тебя убили? Скажи нам…» А он стоит такой, как в обычной жизни, на голове и руках нет никаких ран, и ничего не говорит…»

— Нужный просил у вас прощения?

— На суде попросил. Но раскаяния в его словах я не почувствовала. Фраза прозвучала фальшиво.

Автор: Лариса КРУПИНА, «ФАКТЫ» (Кривой Рог — Киев)

Читайте также: