Садист в милицейских погонах

«На всякий случай» он возил с собой резиновую дубинку и пневматический или газовый пистолет. В 22 года эти предметы казались ему подтверждением собственной значимости. И если человек начинал лепетать что-то вроде «обращусь в милицию», он с удовольствием произносил: «А я сам из милиции!». 22-летний симферопольский милиционер избивал и запугивал прохожих, «чтобы расслабиться». «Я имею право даже убить вас!» — заявлял он своим жертвам.

Юноша с дубинкой

Посиделки с увлекательными разговорами порой могут затянуться до глубокой ночи. Но в тот раз четыре жительницы Симферополя примерно в девять вечера уже решили расходиться: дома их ждало немало дел. Женщины к остановке пошли прямо по дороге — тротуара в том месте не было — и, когда сзади раздался шум приближающейся машины, отскочили в сторону. С облегчением вздохнули — лихач никого не задел. Но машина вдруг остановилась. Дамы могли ожидать чего угодно — как извинений, так и невежливых слов. Но парень, который вылез из иномарки, держал в руке милицейскую резиновую дубинку. И сразу замахнулся ею.

«Вы мне зеркало на машине разбили и теперь должны…» — крикнул молодой человек. Потом сказал, что не позволит им тронуться с места. Представьте себе ситуацию: темная улица, четыре женщины, две из которых годятся в матери энергичному парню, — и матерящийся человек с дубинкой, который несет что-то о разбитом боковом зеркале, хотя оно вообще не было установлено на иномарке. Одна из женщин, Галина, поинтересовалась, какое право он имеет ругать и запугивать их? Услышала: «Я вообще имею право убить вас!» И тут же на нее обрушились удары — по ногам, плечам, спине.

Женщины закричали, и парень, бросив предыдущую жертву, стал избивать следующую — Наталью, которая попыталась заступиться за свою знакомую. Был момент, несколько секунд, когда мучитель отвернулся от них, побежав к своей машине… за пистолетом. Можно было попытаться бежать, но вряд ли удалось бы уйти далеко. К тому же избитые женщины находились в шоковом состоянии от боли и ужаса, а подруги не могли их бросить.

«Прибежав к нам, он наставил пистолет на меня и других женщин и стал говорить, что пристрелит здесь всех нас, и ему ничего за это не будет. Так как он сам работник милиции, что начальник крымской милиции — друг его семьи и его «крыша». При этом передернул затвор, дослав патрон в патронник, а затем стал наводить ствол пистолета на каждую из женщин, в том числе и на меня», — рассказывала потом одна из пострадавших, Ирина.

«Я очень крутой!»

Евгения Бондаренко (фамилия изменена) знакомые считали человеком со связями. Может быть, потому, что сразу после окончания милицейского вуза он попал прямо в крымский главк; в отдел, который боролся с взяточничеством. Да и сам юноша не упускал возможности похвастать знакомством и близкими отношениями с тем или иным высокопоставленным начальником. На самом же деле он всего-навсего выучил громкие фамилии и козырял ими при каждом удобном случае.

Каждый год в милицию приходят разные ребята: есть среди них и романтики, которые даже после учебы представляют работу как сплошной сериал «Менты». Другие продолжают милицейскую династию, третьи считают, что им подходит только профессия правоохранителя. А вот скромный оперуполномоченный Евгений наслаждался чужим страхом и считал, что форма дает право издеваться над любым человеком.

Под дулом пистолета он держал четырех женщин около двух часов, приставляя пистолет к их головам поочередно. У Ирины, кстати, муж тоже служит в милиции, и она неосторожно упомянула об этом. «Да я тебя сейчас застрелю! Ни милиция, ни прокуратура ничего не сделают, — заорал «коллега» мужа. — Говори, как фамилия мужа, я сам из главка, завтра же его уволю!» За те два часа, что показались женщинам вечностью, он много раз повторял: «Запомните мою фамилию, я очень крутой!»

Неизвестно, чем бы закончилось дело, если бы возле живописной группы не остановился знакомый Евгения и не попытался урезонить юного милиционера. Выслушав историю о зеркале, которого вообще не было, он даже пообещал заплатить за него — испугался, что Бондаренко начнет стрелять. «Да ладно, это я так… расслабляюсь», — признался ему Евгений. Одна из жертв тем временем смогла вызвать по телефону милицию. Узнав об этом, «крутой» поспешил к своей машине.

…Они все-таки встретились чуть позже в отделении милиции, и женщины поразились, как преобразился их мучитель: принялся извиняться, бормотать что-то о жене и маленьком ребенке, которые ждут дома. Евгений их выдумал на ходу, чтобы разжалобить. Позже придумал еще одно объяснение: ехал себе тихо-мирно, а четыре женщины напали на него и повредили машину. Правда, эта версия не объясняла появление синяков и ссадин на телах «напавших».

Борец со взятками

Возможно, что это приключение сошло бы с рук «крутому милиционеру», тем более что уголовное дело милиция не возбудила. Зато это сделала прокуратура. А попутно выяснились кое-какие эпизоды из жизни неутомимого «борца» с преступностью. Несколькими месяцами раньше ему «не понравился» еще один симферополец. На улице было темно, за одинокого прохожего некому было вступиться, а тот еще, увидев кобуру Евгения, позволил себе пробормотать под нос: «Сейчас такая мода — с пистолетами ходить?» Но Бондаренко тут же ему доказал, что это не мода, а суровая необходимость: наставил на парня пистолет и несколько раз выстрелил. В тот вечер в кобуре Евгения был газовый пистолет, и ветер отнес слезоточивое облачко от жертвы. Поэтому милиционер принял более действенные меры: сбил молодого человека на землю и стал с увлечением «работать ногами», наставив синяков и сломав ребро. На прощание прихватил кошелек «наглеца».

Во время расследования выяснилось, что борец с взяточничеством сам… вымогал деньги у продавца радиорынка. У женщины оказалось просроченным разрешение на торговлю, и с нее Евгений потребовал деньги, угрожая отвести в милицию. Заплаканная торговка отдала ему 400 гривен, которые, как призналась потом, собирала, чтобы вставить зубы.

Теперь, конечно, работать в милиции Евгений уже не будет. И, скорее всего, ему придется какое-то время смотреть на жизнь с другой стороны решетки, отделяющей правонарушителей от правоохранителей. Хотелось бы верить, что таких, как он — молодых, ни во что не ставящих человека, больше в крымской милиции нет. Иначе просто страшно выходить на улицу.

Автор благодарит прокуратуру Киевского района Симферополя за помощь в подготовке материала.

Наталья Якимова, «Первая крымская»

Читайте также: