Аэропорт «Борисполь»: «потрошим чемоданы-сумочки!»

Воровство багажа в аэропорту «Борисполь» приняло массовый характер. Помимо прямого ущерба пассажирам это подрывает репутацию аэропорта, авиакомпаний и государства. Эффективно бороться с таким криминалом невозможно в рамках существующей монополии «Борисполя» на услуги авиационной безопасности. «Хищения в нашем аэропорту — болезнь запущенная и системная. Она уже затронула многие органы. Чтобы излечиться, нужно время и общие усилия правоохранительных органов и аэропортовских служб», — заявил «Эксперту» новый генеральный директор международного аэропорта «Борисполь» Борис Шахсуваров, которого в конце сентября конкурсная комиссия Министерства транспорта и связи утвердила на эту должность. Одним из решающих доводов в его пользу стал девятилетний опыт работы Шахсуварова в частной охранной структуре московского аэропорта «Домодедово». Борьба с криминалом входит в приоритетные задачи нового руководства «Борисполя».

Нужно менять систему

Почти все опрошенные в ходе подготовки этого материала люди говорят, что их багаж в аэропорту «Борисполь» вскрывали. «Когда у меня из багажа украли дорогие часы, я вообще перестал класть в него какие-либо ценные вещи, — рассказывает один предприниматель. — Однако всегда замечаю, что чемодан кто-то вскрывал: то срезан ремешок, на котором крепился замок, то в косметичке всё перевёрнуто. Видимо, аэропортовские воры знают, что именно в ней пассажиры обычно прячут драгоценности. Но я никогда ни к кому не обращался по этому вопросу — бесполезно. А в последнее время вообще стараюсь обойтись ручной кладью, хотя это очень неудобно, поскольку приходится брать в поездку только необходимые вещи. Да ещё новые правила безопасности: даже флакон с пеной для бритья проносить в самолёт нельзя. Приходится покупать там, куда ты едешь, а на обратном пути выбрасывать».

С начала этого года заявлений о пропаже личного имущества поступило на 18% больше, чем за весь прошлый год

Пассажиры по-разному борются за безопасность своего багажа. Некоторые надеются на полиэтиленовую плёнку, которой его оборачивают в аэропорту, другие рассчитывают на хитрые замки. Ничего не помогает. В прошлом году большой скандал поднял народный депутат Игорь Шкиря после того как из чемодана его жены украли драгоценности. Была даже создана межведомственная следственная комиссия из народных депутатов, сотрудников Службы безопасности Украины и Министерства внутренних дел (МВД). Она проработала четыре месяца — никаких результатов. Авиакомпания во всём обвиняла службы «Борисполя», а его руководители и сотрудники Линейного отдела (ЛО) милиции, который занимается раскрытием преступлений в аэропорту, разводили руками: невозможно установить, в каком именно аэропорту пропали вещи, а тем более найти их.

Увеличение числа зафиксированных краж в «Борисполе» намного опережает рост пассажиропотока. С начала этого года заявлений о пропаже личного имущества поступило уже на 18% больше, чем за весь прошлый год.

Кражи в «Борисполе» стали темой расширенного заседания коллегии Генпрокуратуры Украины, которое состоялось в июле 2008-го. Генеральный прокурор Александр Медведько сообщил о многочисленных нарушениях в работе сотрудников всех причастных к аэропорту ведомств — Госавиаадминистрации Минтранса, линейного отдела милиции и Службы авиационной безопасности (САБ) аэропорта «Борисполь».

Министр внутренних дел Юрий Луценко приказал отстранить от исполнения обязанностей весь личный состав ЛО во главе с его начальником и командировать на их место оперативных работников из главного управления министерства. Министр транспорта и связи Иосиф Винский пригрозил введением коллективной ответственности для главных подозреваемых в кражах — грузчиков аэропорта. Руководство «Борисполя» заявило о намерении закупить дополнительные технические средства для транспортировкибагажа и мини-видеокамеры. Однако результатов пока нет. Специалисты считают, что необходимо менять всю систему контроля прохождения багажа.

Пускают всех, кроме милиции

С 2004 года в «Борисполе» сменилось шесть генеральных директоров, десятки руководителей подразделений. Кадровая чехарда пагубно сказалась на дисциплине персонала. В то же время аэропорт взял на себя все функции по обеспечению правопорядка на его территории. Из соображений экономии МВД передало внутренней аэропортовской Службе авиационной безопасности некоторые функции органов внутренних дел, среди которых и сохранность багажа пассажиров. Численность милиции в аэропорту резко сократилась, а их задача сведена к патрулированию привокзальной площади и внутреннего вокзала. Сами ЛО вывели из управления транспортной милиции министерства и разбросали по областным управлениям.

«В Киевской области тридцать районных отделов со своими территориями ответственности и участковыми. Этот маленький ЛО в ”Борисполе” предоставлен сам себе. В министерстве никогда не собирали региональные линейные отделы, не обсуждали преступления в других аэропортах страны», — говорит бывший сотрудник Бориспольского районного отделения внутренних дел. Расследующих преступления в аэропорту оперативников — единицы. В июле этого года в аэропортовском ЛО их работало пять. «Начальник оперчасти занят сопровождением важных делегаций и разной бумажной работой.

Кражи расследуют только четверо: его заместитель, два оперативника от уголовного розыска и один от службы по борьбе с экономическими преступлениями», — говорит начальник Центра по связям с общественностью главного управления МВД Киевской области Николай Жукович. Кроме того, у милиционеров нет даже доступа в служебные помещения аэропорта — на каждый такой случай они должны получать официальное письменное разрешение у его руководства. Иными словами, сотрудники аэропорта надёжно защищены от внешнего контроля.

Под наблюдением САБ находятся не только все пункты пропуска пассажиров и их багажа, но и перемещения персонала. Режим секретности, в котором действует служба, не позволяет провести доскональный анализ всех слабых мест в этой системе. Вот и нам пришлось собирать информацию по крупицам из разных источников. Сотрудники милиции считают, что 90% краж совершается при погрузке багажа в самолёт. Сами пропажи, как правило, списываются на грузчиков аэропорта прилёта. Эксперимент авиакомпании British Airways по установке видеокамер в грузовых отсеках самолетов оказался безуспешным. Грузчики их просто закрывали. Воровать в «Борисполе» на рейсах British Airways меньше не стали. По мнению сотрудников милиции, грузчики часто получают наводку от таксистов — то есть, речь идёт об организованной преступности.

По мнению сотрудников милиции, грузчики часто получают наводку от таксистов — то есть, речь идет об организованной преступности

Отдел комплектации багажа — начало режимной зоны, куда попасть можно только по пропускам, выданным САБ. Оперативники иногда ждут день-два, пока Служба авиационной безопасности удовлетворит их письменную просьбу о выдаче пропуска. Вместе с тем персонал, имеющий пропуск, без особых сложностей проводит в запретные зоны аэропорта даже своих родных и знакомых. «В режимную зону меня проводил мой приятель Саша. Он работал в аэропорту на подвозке воды к самолёту», — говорит бывший осужденный за воровство. Ранее судимые лица среди персонала аэропорта — явление обычное. В управлении МВД в Киевской области «Эксперту» рассказали случай, когда уволенного за воровство грузчика приняли на работу в САБ. Теперь он уже сам контролирует этих рабочих.

Мертвая зона

В отделении комплектации чемоданы просвечивают на интраскопе. Там багаж проходит двойной контроль: на наличие контрабанды и запрещённых предметов (взрывчатка, ядохимикаты, огнестрельное оружие и др.). Чтобы сократить время прохождения багажа и уменьшить воровство, три года назад у одного прибора поставили представителей двух разных ведомств. Однако число краж упрямо растёт. По словам Жуковича, за последние три года вчетверо увеличилось количество уголовных дел о воровстве личного имущества пассажиров.

Даже если исключить сговор САБовца с таможенником, возможность передать информацию грузчикам о содержимом чемодана остаётся. СотрудникиСлужбы авиационной безопасности направляют показавшийся им подозрительным чемодан на повторное сканирование на другой интраскоп, доступ к которому имеется уже только у них. «Когда они без посторонних глаз изучают содержимое чемодана, то могут поставить опознавательный знак, и грузчики уже знают, что из какой сумки можно тащить», — говорит член межведомственной комиссии Вячеслав Коновалов.

Погрузка багажа в самолёт также производится без участия работников милиции или сотрудников авиакомпаний. Опытный грузчик успевает за полминуты вскрыть до шести чемоданов. Меньше всего возможностей порыться в багаже во время его перевозки по лётному полю, поскольку оно хорошо просматривается видеокамерами. Вот только доступ к мониторам скрытых видеокамер имеет опять-таки только одна структура — САБ аэропорта. Оперативники и сотрудники авиакомпаний могут получить видеозапись только после письменного запроса в службе.

Наблюдающие за мониторами работники САБ должны оповещать оперативных работников милиции, если видеокамера зафиксировала вскрытие. «Они предоставляют нам запись спустя два дня после письменного запроса, но по своей инициативе — никогда», — сказали «Эксперту» сотрудники ЛО. Кроме того, на весь комплекс Бориспольского аэропорта приходится меньше сотни видеокамер скрытого наблюдения. Для сравнения, в Мадридском аэропорту только за багажом следит несколько тысяч камер. Работавшая в 2007 году в «Борисполе» межведомственная комиссия обнаружила многочисленные мёртвые зоны — места, не охваченные видеонаблюдением в отделениях комплектации и других помещениях, где работают грузчики.

Вынести украденную вещь можно без особых ухищрений. Из двенадцати контрольно-пропускных пунктов аэропорта только на одном установлен интраскоп для проверки сотрудников при выходе, на остальных нужно просто предъявить пропуск. Чтобы проследить, кто из грузчиков имел доступ к чемодану, надо сохранять считанную интраскопом информацию две недели (пока пассажир обратится в авиакомпанию, и та выяснит, в каком именно аэропорту это случилось). В «Борисполе» данные интраскопа хранятся не дольше суток. «Устранив технические недоработки в системе, можно понять, работает в аэропорту организованная схема воровства или это результат бесконтрольности персонала», — считает Коновалов.

Учитесь у евреев

Авиационная безопасность крупнейшего аэропорта страны, осуществляющего воздушное сообщение с мировыми столицами, затрагивает безопасность государства и предполагает закрытость САБ. Однако без механизма контроля тех, кто обеспечивает эту безопасность, не обойтись. Принцип, когда одна и та же структура контролирует содержимое багажа и обеспечивает его сохранность, порождает безответственность и криминал. «Отвечать за безопасность всего аэропортовского комплекса должна специально назначенная внешняя структура. В Италии это карабинеры, государственное ведомство.

Во Франции — жандармерия, в других странах — полиция», — говорит Борис Шахсуваров. В Украине ни МВД, ни Госавиаадминистрация Минтранса, ни руководство аэропорта даже не ведут статистику преступлений на авиатранспорте. За кражу на сумму меньше размера минимальной заработной платы уголовное наказание не предусмотрено. Если грузчик украл флакон духов или три блока сигарет — он заплатит штраф. В аэропорту «Борисполь» действует комитет по авиационной безопасности во главе с генеральным директором, который и разрабатывает программу мероприятий на каждый год, а утверждает её Госавиаадминистрация. Помимо сотрудников «Борисполя» в него входят и представители базирующихся в аэропорту авиакомпаний, но они бессильны повлиять на ситуацию: при составлении программы их предложения не учитываются.

Спрос на авиаперевозки растёт, компании всё активнее конкурируют между собой, стараются повысить качество услуг и, конечно, безопасность багажа. Воровство в «Борисполе» затрагивает интересы частных перевозчиков. Авиакомпании работают с аэропортом по договору, в котором передают ему некоторые услуги, в том числе контроль за безопасностью пассажиров и сохранностью их багажа. Оплата этих услуг входит в стоимость билета и составляет на международных рейсах четыре доллара, а на внутренних — полтора. Украинское законодательство не предусматривает возможность для частных охранных структур (самостоятельных или служб авиакомпаний) заниматься безопасностью своих пассажиров. Территории для работы частных компаний выделяет аэропорт — у него и монополия на услуги авиационной безопасности.

В сохранности багажа своих клиентов прежде всего заинтересованы авиакомпании — именно им клиент предъявляет претензии, и они платят денежную компенсацию. В обмен на снижение аэропортовских сборов авиакомпаниям можно передать часть услуг по безопасности своих клиентов, в том числе и сохранность багажа. По мнению специалистов, конкуренция с частными охранными структурами повысит и эффективность работы аэропортовской службы безопасности.



В Бориспольском аэропорту есть авиаперевозчик, на чьих рейсах не было ни одного случая воровства из багажа. Это израильская авиакомпания «Эль Аль». Власти Израиля из-за постоянной угрозы терактов рассматривают авиационную безопасность как часть национальной безопасности. Израильские авиакомпании во всех странах обязаны придерживаться единых стандартов авиабезопасности. За этим строго следят спецслужбы Израиля. В Украине компания «Эль Аль» также работает по своим правилам: сама проверяет пассажиров и их багаж на авиационную безопасность. Украинские службы аэропорта и таможни работают на рейсах «Эль Аль» под надзором сотрудников компании. Этот опыт рассматривают в «Борисполе» как исключение из правил, но, возможно, как раз этоисключение и должно стать правилом.

Ирина Гасанова, Эксперт

Читайте также: