«Семейный подряд» в кровавом «бизнесе»

«Семейный подряд» в кровавом «бизнесе» — явление не столь уж редкое. Не единожды за семь лет работы в областном суде в качестве пресс-секретаря мне приходилось видеть на одной скамье подсудимых родных братьев, сына и мать, отца и сына. Но с таким мотивом целой серии жестоких убийств и других дерзких, циничных преступлений, когда отец убивал свидетелей и соучастников преступлений, совершенных сыном, чтобы уберечь его от уголовного наказания, пришлось столкнуться впервые.

…Впервые об этом деле (как тогда подумалось — странном, а на поверку оказалось — страшном) я услышала от своего коллеги, специализирующегося на криминальной тематике. Опыт у него большой и интуиция, как показал последующий ход событий, просто потрясающая.

Так вот, он рассказал о том, что в одном из районных судов города слушается дело по обвинению в разбое, совершенном в группе молодым человеком, и о причинении им же тяжких телесных повреждений, повлекших смерть. Отец парня — бывший майор милиции. И странное дело: в ходе следствия была похищена часть материалов уголовного дела, а теперь один за другим бесследно пропадают свидетели. «Не иначе как папаша-майор руку прикладывает!» — предположил тогда журналист.

Прошло около двух лет после этого разговора, и в производстве Омского областного суда оказалось дело отца и сына Серебренниковых — Геннадия и Григория. И я сразу вспомнила рассказ о майоре и его непутевом отпрыске. Это оказались те самые отец и сын…

«Семейный подряд» в кровавом «бизнесе» — явление не столь уж редкое. Не единожды за семь лет работы в областном суде в качестве пресс-секретаря мне приходилось видеть на одной скамье подсудимых родных братьев, сына и мать, отца и сына. Но с таким мотивом целой серии жестоких убийств и других дерзких, циничных преступлений, когда отец убивал свидетелей и соучастников преступлений, совершенных сыном, чтобы уберечь его от уголовного наказания, пришлось столкнуться впервые.

Откровенно говоря, не раз в ходе этого судебного разбирательства по спине моей пробегал холодок ужаса. Выпускнику Высшей школы милиции, бывшему майору, участковому инспектору, имеющему стаж работы в правоохранительных органах свыше 20 лет, а ныне пенсионеру Геннадию Серебренникову вменялось в вину пять эпизодов убийств и соучастие в форме подстрекательства к убийству и пособничества. Однако своей вины бывший майор не признал как в ходе предварительного следствия, так и в суде…

В октябре 2000 года Григорий Серебренников вместе с Сергеем Оконешниковым, отцом и сыном Чикиревыми совершили разбойное нападение на квартиру своих знакомых, в которой в этот момент находился малолетний ребенок. Чикиревы были арестованы и впоследствии осуждены, а Серебренников и Оконешников скрывались от правоохранительных органов.

Опасаясь, что подельники могут дать показания против сына, Геннадий Серебренников решил их устранить. Первой жертвой стал Оконешников. Его под предлогом организации встречи с Григорием, который прятался у своего дяди, Серебренников-старший пригласил домой, напоил спиртным, посадил в машину и повез в район садоводческого товарищества «Весна». Здесь выстрелом из ружья он убил Оконешникова, снял с трупа одежду, отпилил специально привезенным ножовочным полотном голову и кисти рук, а тело закопал на одном из садовых участков, поставив сверху бочки, в которых хозяева, судя по всему, запасали воду для полива.

Скелетированный труп Оконешникова был найден только в 2004 году…

В 2003 году, освободившийся из мест лишения свободы условно-досрочно младший Чикирев не захотел больше скрывать факта соучастия Григория Серебренникова в разбойном нападении на квартиру в 2000 году и передал эту информацию в правоохранительные органы. За это он тоже был убит в июле 2003 года ночью в собственном доме двумя выстрелами в голову. От шума проснулась лежавшая рядом с Чикиревым на диване его сожительница. Она тоже была убита как нежелательный свидетель двумя выстрелами. Затем Геннадий облил пол в центральной части комнаты бензином и поджог дом.

Сын Серебренникова Григорий к тому времени уже был задержан, в отношении него велось следствие. Но заботливый отец, чтобы подбодрить сына, написал ему письмо в СИЗО, в котором сообщил, что умер-де Чикерев. Хороший был парень, но, мол, он, Григорий, его, к сожалению, не знал. И тем самым дал понять сыну, что одним свидетелем стало меньше и можно покойного в случае чего обвинить в оговоре.

К Чикиреву-страшему, уже расправившись с его сыном, Серебренников-старший приезжал в колонию и, обещая помочь с условно-досрочным освобождением, просил не давать показаний против Григория. А к матери погибшего Александра Чикирева неоднократно обращался с разговорами о том, чтобы та дала показания в суде о том, что Александр оговорил Григория…

В ноябре 2001 года, находясь в гостях у своего дяди, Григорий Серебренников поссорился с его сожительницей и жестоко избил ее, в результате чего женщина скончалась. Свидетелями этого, кроме дяди (его Серебренников-старший попросил сказать, что сожительницу избили неизвестные на улице), стала девушка Григория Рита Никифирова и его приятель Сергей Коробков.

Приятель мог дать показания против Григория по делу о нанесении тяжких телесных повреждений, повлекших смерть сожительницы его дяди. В июне 2002 года Геннадий Серебренников пришел к дому, где жил Коробков и попросил встретившегося ему некого Дениса Латышева вызвать Коробкова на улицу, объяснив, с какой целью это нужно сделать. Геннадий не скрывал от случайно встреченного парня, что хочет убить Коробкова. Латышев отказался и тем самым автоматически подписал себе приговор, в одно мгновение превратившись из несостоявшегося посредника в ненужного свидетеля. Но он так ни о чем и не заподозрил.

Вечером в один из июньских дней 2002 года отец и сын Серебренниковы встретили Латышева и пригласили его попить пива во дворе одного из детских садов по улице Магистральной. И он согласился. Как только они вошли на территорию детского сада, раздался выстрел: Латышев получил пулю в затылок из мелкокалиберного пистолета (того же, из которого позже была и убита Рита Никифорова). Стрелял Серебренников-старший. Затем Геннадий Серебренников перевернул парня на спину и заранее приготовленным заточенным и приваренным к куску трубы фрагментом металлической арматуры нанес Латышеву несколько ударов — в область сердца и глаз. Как показала экспертиза, эти раны были уже посмертными.

А дома Гриша рассказал младшему брату, дабы поднять свой авторитет, что это он убил Дениса выстрелом в голову, потому что они поссорились…

Узнав, что Рита дала показания, подтверждающие вину Григория, Геннадий в течение продолжительного времени убеждал ее изменить эти показания, угрожал, предлагал уехать из города. Но когда понял, что девушка непреклонна, стал «обрабатывать» сына, склонять его к убийству Никифоровой как нежелательного свидетеля, как предательницы. Эти разговоры продолжались около полугода. И сын поддался на уговоры отца.

13 июля 2002 года, когда Никифорова пришла в гости домой к Серебренниковым, Григорий предложил ей прогуляться и захватил с собой приготовленный отцом мелкокалиберный пистолет. В лесопосадке у садоводческого товарищества «Химик» он выстрелил девушке в голову, а затем нанес не менее десяти ударов ножом по телу.

Осознав, что его любимая девушка мертва, Григорий вернулся домой и рассказал отцу о том, что убил Риту. Взяв с собой лопату и грабли, уже вдвоем они вернулись на место преступления, чтобы спрятать труп. Отец заставил сына снять с девушки одежду. Штыковой лопатой Геннадий отсек голову девушки от тела и закопал ее отдельно. Брелок с ключами с надписью «Босс» Геннадий забрал с собой. Остальные вещи по дороге были выброшены.

Некоторое время спустя, когда родственники уже отчаялись искать пропавшую девушку, через форточку в квартиру ее матери был подброшен конверт, в котором лежал тот самый брелок с ключами и набранная на компьютере записка от имени Риты, о том, что она жива и просто уехала. Тело Никифоровой было обнаружено сотрудниками правоохранительных органов только в июне 2004 года. Во время судебных прений убитая горем мать Риты просила у Григория сказать лишь об одном — где спрятана голова ее единственной дочери. Ответа не последовало…

В январе 2003 года в сторожке садоводческого товарищества «Химик» между Григорием Серебренниковым и некими Волковым и Штаровым возникла ссора, переросшая в драку, в результате которой Штаров получил телесные повреждения, несовместимые с жизнью. От них он и скончался в больнице.

Свидетелем этих событий стал Бурим. И чтобы он не смог дать показания против Григория, который был задержан сотрудниками правоохранительных органов, Серебренников-старший решил от него избавиться. Бурим (уже по опробованной схеме) был приглашен домой к Серебренниковым. Геннадий напоил его спиртным, а потом вывез на машине в район исправительной колонии № 11 и у трубопровода начал избивать его, душил, а затем добил ножом…

Что это — слепая отцовская любовь или нечто другое? Ведь убийства не только тщательно готовились, но и обсуждались после их совершения в семье. И не даром одним из основных свидетелей по делу проходит младший сын Серебренниковых — Виктор, который знал обо всем, что происходило со слов отца и старшего брата. (К слову сказать, законопослушным поведением младшенький тоже не отличался и имеет условную судимость за распространение наркотиков).

Знали обо всем, по всей видимости, и жена, и младшая дочь. Ведь они неоднократно в ходе судебного разбирательства пытались обеспечить Серебренникову-старшему алиби, готовили «правильных» свидетелей. А после признательных показаний, данных Виктором в суде, мать пыталась уговорить его изменить их, дабы обелить отца.

Дерзость совершенных преступлений, их цинизм повергают в ужас. Ведь погибшие от рук отца и сына Серебренниковых — это не чужие люди, а родственница, приятели, друзья сына, любимая девушка последнего.

И еще поражает, если это термин приемлем в данном контексте, профессионализм при совершении убийств. Бесспорно, те специальные знания, которые Геннадий Серебренников получил, обучаясь в высшей милицейской школе и за двадцать лет службы в органах внутренних дел, он сполна использовал, убивая ненужных свидетелей: тщательно спрятанные тела убитых, отчлененные конечности и головы трупов, снятая с жертв одежда, обеспеченное членами семьи алиби и подготовленные свидетели…

Но отец-милиционер как разъяренный зверь бился не только за старшего своего сына. Он вставал на защиту и младшего своего отпрыска. Правда, отстаивал он попранную справедливость так, как только одному ему понятно было.

Геннадий и Григорий Серебренниковы летом 2001 года незаконно лишили свободы двух молодых людей, которых считали виновными в том, что младший сын Серебренниковых, Виктор, пристрастился к наркотикам. Якобы именно они похитили у него золотую цепочку с крестиком, когда тот был «под кайфом».

Парня посреди белого дня на одной из оживленных омских улиц силой усадили в машину. Когда заметивший эту возню сотрудник милиции подошел и поинтересовался, что происходит, Серебренников-старший, не моргнув глазом, предъявил ему удостоверение майора милиции и сказал, что просто наркомана «повязали».

Жертву привезли в сарай Серебренниковых и на протяжении нескольких часов удерживали там. Григорий по наущению отца избивал его, зажимал пальцы рук в слесарных тисках, всячески унижал, а Геннадий всю эту процедуру записывал на видеокамеру. Парня удерживали связанным в сарае до 4 часов утра следующих суток.

Через некоторое время то же самое повторилось с другим парнем. Его били, унижали и требовали прекратить снабжать Серебренникова-младшего наркотиками.

Позже записанное на видеопленку Серебренников-старший просматривал дома вместе сыновьями, словно понравившийся блокбастер…

Во время задержания Геннадия Серебренникова и обыска в его доме в люстре был обнаружен целый список потенциальных жертв, среди которых были и сотрудники милиции, прокуратуры, причастные к расследованию преступлений, совершенных Григорием. К счастью, этим зловещим планам не суждено было исполниться.

Григорий Серебренников признал свою вину и просил прощения у матери убитой им Маргариты Никифоровой.

Геннадий Серебреников и в судебных прениях, несмотря на большое число собранных по делу доказательств, категорически отрицал свою вину и настаивал на том, что сыновья Григорий и Виктор оговаривают его из личной неприязни. Засомневался он (в отличие от экспертов-психиатров) и в их психической полноценности. Старший, дескать, в СИЗО много времени провел, от того и «крыша поехала». А у младшего после сотрясения мозга бывают провалы в памяти. Он и в армию не был призван по отводу психиатра.

— Кроме моих детей, меня никто не обвинял в этих преступлениях. Но они не Блюхеры и не Тухачевские. И если бы они не находились в условиях изоляции, они никогда бы этого не сделали. А я всегда любил свою семью и свое Отечество и никого никогда не предавал, — сказал Геннадий Серебренников в последнем слове.

Какая патетика! Однако логика какая-то странная, даже не женская: отец готов был за сыновей «порвать» всех, а они настолько не любили его, что оговорили, обвинив в самых страшных грехах, и обрекли на вечное заключение…

Возмездие

Суд приговорил Геннадий Серебренникова к пожизненному лишению свободы с отбыванием в колонии особого режима.

Григорий Серебренников проведет в колонии строго режима 15 лет (к 13 года лишения свободы, назначенным приговором по данному делу, суд частично присоединил наказание, назначенное приговором Советского районного суда г.Омска в октябре 2004 года по эпизодам разбойного нападения на квартиру и нанесения тяжких телесных повреждений, повлекших смерть потерпевших).

Верховный Суд Российской Федерации, рассмотрев 1 марта 2006 года кассационные жалобы Геннадия Серебренникова и его адвоката, оставил их без удовлетворения, а приговор Омского областного суда — в силе.

Наталья Егорова,  Право

Читайте также: