В Донецке дети-беспризорники интересны только педофилам

Донецкий компьютерщик Евгений М. нашел решение, позволяющее упростить процедуру усыновления. «Хочу сделать из него человека», — так объяснял извращенец свои намерения по отношению к чужому ребенку. И совал взятки. Чтобы «узаконить» отношения с мальчиком и жить с ним легально, ему оказалось достаточным подкупить нерадивую мать и переделать свидетельство о рождении в Киевском районном загсе… Эта метрика ни у кого не вызывала сомнений, несмотря на то, что «папа» и «сын» больше походили на братьев. А после того как педофила задержали, официальные органы, придуманные для опеки детства, сочли возможным вернуть ребенка… обратно матери, которая его пропила.

Стал отцом в день фиктивной свадьбы

25-летний компьютерщик Евгений М. впервые увидел восьмилетнего Сережу (имя ребенка изменено) пять с лишним лет назад: мальчишка, как ничейный щенок, спал под магазином возле железнодорожного вокзала. Евгений тогда жил не один и привел подобранного бродяжку к родителям: отмыл, переодел, накормил… И вскоре, набрав продуктов и подарков, отправился знакомиться с семьей ребенка. Оказалось, у Сережи есть мать — 42-летняя Светлана К., и тетушка — мамина сестра-близнец Людмила. Их судьбы оказались схожи: от предательства мужей до стремительного спуска на дно.

В тот момент Светлана работала реализатором на рынке Привокзальном — Сережу она родила уже в зрелом возрасте, находясь в третьем, гражданском браке, и официально считалась матерью-одиночкой. Биологический отец Сережи отсидел 14 лет еще до рождения ребенка, но после «исправился» — устроился в шахту. Когда гражданский муж бросил Свету, Сереже было два года, и она пошла побираться. Все, что не было пропито, растащили соседи, остальное уничтожил пожар, а участок с руинами кто-то приобрел у пьяницы за несколько сотен карбованцев. После чего Светлану и Сережу приняла к себе Людмила.

На сестер К. Евгений произвел впечатление порядочного человека

— Он мне понравился, — вспоминает Людмила, — Вежливый, аккуратный. И денег у него всегда было полно. Первое время, еще живя с нами, Сережа все бросал – бежал к нему и хватал за руку, а Женя — ему: «Погоди, сначала переоденься и вымойся».

«Баба с воза — кобыле легче», — сказала Светлана сестре, когда М. предложил Сереже пожить у него. Ради этого он переехал на съемную квартиру, и потом менял свой адрес часто – возможно, для того, чтобы уходить из поля зрения «опекающих» детство органов…

Разница в возрасте между мальчиком и его «благодетелем» — 16, 5 лет — сначала немного озадачила работников той школы Кировского района, куда Евгений привел устраивать Сережу в первый класс. Да и внешне М. — щуплый парень невысокого росточка — выглядел моложе своих лет. Так что, сперва его приняли за старшего брата, но молодой человек представился «крестным». Когда же М. объяснили: чтобы определить в школу, нужен кто-то из родителей, он, очевидно, смекнул: жить с Сережей легально ему не позволят. Если только не «узаконить» отношения… Формально эта процедура не так проста, и все продумано как раз, чтобы подстраховаться от таких случаев.

Права на Сережу М. получил кратчайшим путем – летом 2003 года, взяв под руку Светлану, он отправился с нею в Киевский районный загс — по месту своей прописки. Там заключил фиктивный брак, и одновременно написал заявление о том, что является биологическим родителем, и просит признать за собой отцовство. Процесс наверняка ускорило подношение — во всяком случае, даже по словам самой Людмилы, «совать» везде и всюду было для М. своего рода привычкой. И уже через пару месяцев после первой встречи с будущей учительницей Сережи, «крестный отец» гордо протянул ей новое свидетельство о рождении: теперь ребенок носил фамилию М..

Родитель педофила: «Женю подставили»

Спать с «сыном» Евгений начал не сразу, сначала Сережа был только свидетелем его отношений с бой-френдами более близкими по возрасту (забегая наперед: на суде Евгений обозначил свою ориентацию как «бисексуал»). Сережу он задаривал: персональный компьютер, мобилка, велосипед… Записал во все кружки – плавание, гимнастика, футбол… Стоит отметить, что до знакомства с М. у Сережи была попытка устроиться в школу по месту жительства мамы, но тамошняя учительница, не желая тратить время на отстающего и нищего ученика, поставила на нем клеймо «умственно отсталый». А с помощью М. Сережа отправился в первый класс во второй раз на девятом году жизни, и первое время показывал отличные результаты. Учителя ставили липового папашу-«крестного» в пример – не пропускал родительских собраний, был неравнодушен к будущему ребенка.

Он развращал Сережу постепенно — фотографирование в ванной, откровенные фотосессии на нудистском пляже в Крыму… А в последний год (из четырех лет их совместной жизни) эксплуатировал уже 12-летнего Сережу как только хотел, называя это наказанием за различные огрехи. За тем, что М. вытворяет с другими подростками, «сынок» иногда подглядывал в щелку. В школе заметили, как он переменился: стал замкнут и пуглив. Однако, сам «папаша» пояснял это так: «Держу в ежовых рукавицах, не позволяю баловаться».

Все это вскрылось в феврале 2006 года — после того как однажды, выбрав время, когда родительница приятеля была одна, Сережа позвонил к ней в дверь. Он начал с вопроса: «Это нормально, когда тебя снимают голым?». Вскоре педофила задержали и обвинили по нескольким статьям – изнасилование, совращение несовершеннолетних, удовлетворение страсти в извращенной форме…

Дело в том, что на изъятых дисках (их было несколько сотен), флеш-картах, и в памяти его компьютеров, сыщики обнаружили серию сюжетов в жанре «домашнее порно». В некоторых «снялись» дворовые пацаны из бедных семей, которых М. завлекал возможностью бесплатно поиграть на компьютере. Таким образом, число жертв педофила выросло до семи. И сразу посыпались вопросы.

Как вышло, что приемным отцом стал одинокий молодой человек? Почему никто не обратил внимание на эту странную парочку раньше? И как же схема усыновления, которая считается в нашей стране все еще довольно сложной (в отношении претендующих на усыновление, так принято считать, проводится тщательнейшая проверка), в этом случае дала серьезный сбой?

Комментирует специалист по охране детства

Ленинского райисполкома Виктория Бодряга:



— В случае, если усыновителю передается на воспитание сирота, наши специалисты проведывают такую семью, все находится под контролем.

Но если ребенок «домашний», как мальчик, о котором вы спрашиваете, и его мать жива… Приемный отец женился на женщине с ребенком, и в этом случае проконтролировать судьбу мальчика было сложно.

Впрочем, другой специалист аналогичной службы Наталья Золотухина, которую назначили представлять интересы Сережи на следствии и в суде, считает, что у М. был шанс усыновить Сережу законным путем. Ведь на предприятии, где работал Евгений, о нем отзываются как о чутком человеке и классном специалисте…

Интернет-страница, в которой М. представляет себя и «сына», и горы скачанной «клубничики» на тему «любви» к детям — лишь малая толика приложения его компьютерных интересов. В милиции не исключают, что Евгений не только изготавливал, но и продавал через Интернет ту порнуху, что снимал у себя в квартире.

На суде, который завершился меньше месяца назад, педофил держался уверенно и даже не думал признавать вину:

— Да, фотографировались обнаженными, и что?! В Америке нудистские пляжи охраняются с вертолетов, — восклицал возмущенно подсудимый, как будто его обвиняли в нудизме, а не в противоестественной связи и изнасилованиях.

У М. отменный защитник – его родной отец (приемный дедушка Сережи) перечислял «сокровища», которыми Евгений осыпал Сережу, и называл изнасилованного мальчика неблагодарным.

— Оклеветал сына за то, что он его «гонял». Пригрел змею – Женя его возил по выставкам, на международный фестиваль писателей фантастов!…

Старший М. уверяет, что потерпевших «обработали», а видеоролики с жертвами Евгения сфабрикованы самими милиционерами. И в принципе ход его мыслей понятен: бытующая у наших «пинкертонов» практика небрежно документировать доказательства допускает возможность разрушить любое обвинение.

— Какие это жертвы — переростки 14 – 16 лет, ростом выше моего сына! — возмущен М.-старший, — Как он мог их принудить? На записях, что я видел в суде, все они улыбаются. Грубо разговаривал? На одном видеоролике кто-то лежит (не видно, кто), и один из этих потерпевших делает минет. И делает так профессионально, что я настаиваю — он делал это с удовольствием! – почтенный старец заявляет об этом, нисколько не смущаясь.

А дети, отвечая на подобные вопросы педофила и его защитника… плакали. Делиться с родителями они стеснялись. Тем более, что, покидая «уютное гнездо разврата», уносили в карманах по 10 – 30 гривен, сунутые на прощанье Евгением. Но больше всех поразил присутствовавших в суде (процесс был закрытым) Сережа – свои обиды на «папу» он запомнил и описал в таких подробностях, что нарочно не придумаешь!..

Ленинский райсуд приговорил педофила к 11 годам лишения свободы.“Мы дойдем до Европейского суда. Ющенко за это заплатит!» – заявил М.-«дедушка», и подал апелляционную жалобу.

Письмо из тюрьмы: «Скоро будем вместе!»

«Он на меня смотрит», – в страхе шептал Сережа на судебных заседаниях, прижимаясь к своему представителю Наталье Золотухиной. А она его утешала: к Жене больше не вернешься.

— Мы обычно ели чебуреки после суда и беседовали о жизни, а во время последнего заседания вдруг зашла его мама и давай Сережу дергать: «Привезли, привезли!» (родственники М. вернули Сереже его вещи), и вот мы выходим, я тяну его поговорить, и вдруг Сережа мне так горько говорит: “Вы такая же как все, вам чужого добра не жаль! Пока я здесь с вами буду разговаривать, мамка мой велосипедик за бутылку продаст!»

Тот самый велосипедик, на котором ребенок надеялся умчаться к лучшей жизни

Светлана К. заявила в суде, что о пристрастиях Евгения не догадывалась. “Конфеты, купленные Женей, были вкусными, вода в его квартире горячая – что еще надо для ребенка?” – твердила эта маманя. С М. она все еще в законном браке и разводиться не собирается.

— Процесс был таким мерзким, что хочется забыть о нем, — призналась Оксана Данилина, третий прокурор в деле (предыдущие две работницы прокуратуры попросили избавить их от участия в судебном слушании, в котором столько грязи).- Этим детям нужно забыть поскорее, что с ними произошло, а иначе как они смогут жить дальше?!

Как жить дальше изнасилованному во всех смыслах Сереже — отнюдь не праздный вопрос. Отняв мальчишку у педофила, его передали не в интернат, а назад — к ужасной «мамке»! После этого целый год ребенок не посещал новую школу. И по этому поводу педофил с усмешкой восклицал в суде: «У меня он учился, а у вас?!»

Начальник ОКМДН (криминальной милиции по делам несовершеннолетних) Куйбышевского района Анжела Степаненко заверила меня: вопрос о решении Сережиной матери родительских прав полным ходом решается. Хотя к моменту нашего разговора он решался уже полтора года, и по логике давно уже следовало решить другой вопрос: вменить Светлане К. как минимум ст. 166 УК (злостное невыполнение обязанностей по уходу за детьми), если уж не удается доказать корыстный сговор с педофилом.

К моменту начала суда сестры К. успели перебраться из сносной квартиры Людмилы в страшную трущобу. Там я и решила навестить Сережу.

Меня повстречала тетушка — год назад она отморозила ноги, работая на приеме стеклотары, и теперь не ходит, а Светланы с утра нет. От смрада и грязи там сразу становится не по себе – условия непригодны даже для жизни взрослого, не то что ребенка.

Они происходят из интеллигентной семьи, сообщает мне Людмила, и охотно демонстрирует их с сестрицею семейный альбом, ностальгируя по прошлой жизни: получили высшее образование, играли на пианино. Контраст между былой красотой одухотворенных лиц двойняшек и нынешним убожеством шокирует.

Оказывается, «мамка» Сережи — бывшая учительница математики, но выпивать начала уже в двадцать с хвостиком. Люда тоже пьет, но, говорит, что своего ребенка воспитала, и никому не отдала.

— Наша мать была тираном, издевалась над нами. Может, поэтому Света начала выпивать? — размышляет она вслух. — Из-за этого ей из школы пришлось уйти — туда же надо ходить причесанной, опрятной…

Людмила не верит, что Женя оказался извращенцем — ему сестры К. доверяют больше, чем Сереже.

— Вдруг, Сережа выдумывает? Он же импровизирует на ходу! Оговорил потому, что Женя его бил — племянник когда-то показывал мне синяки на ягодицах. Так Сережу и надо бить! Его вообще убить мало, он же монстр!

От Евгения Сережа вернулся очень агрессивным, озлобленным, а в отношении М. как-то бросил фразу: «Ну ничего, я ему отомстил!» Людмила клянется, что Сережа теперь очень опасен.

Да, собственно, где же он сам?! Выясняется, еще в апреле сбежал из «мамкиного» дома. после того как чуть не убил маманю.

В эту лачугу вернули Сережу на попечение предательнице-маме

— Он разбил ей голову, и уставился на меня невидящим взором. — вспоминает Людмила, — Я думала — крышка… Но, слава богу, тут на пороге дома показались гости, и Сережа улизнул.

Вскоре после этого случая в лачугу пришло письмо, адресованное Сергею и подписанное каллиграфически-правильным почерком педофила.

— Евгений написал: «Скоро будем вместе.» — пересказывает 47-летняя Людмила.

Поэтому сестры уверены, что М. вот-вот вернется. Соседям Светлана даже поспешила сообщить, что он уже вышел и обратно забрал Сережу.

Услышав от меня о приговоре, Люда с жалостью восклицает: «Ой, дурак, ой дурак»… Гораздо меньше, нежели педофила, сестры жалеют Сережу.

Светлана не чувствует вины ни в чем, и видеть сына не желает. А Люда подозревает, что сестра кое-что от нее скрывает, ведь сама-то она не была на суде, но Свету выгораживает: «Сережу сестра не продавала, не верьте, если говорят. Она хотела дать ему лучшую жизнь! За что Сережа нас так ненавидит?».

Действительно, за что? Познакомившись с М., мальчик впервые в жизни ощутил, что кому-то нужен, и сам умолял «благодетеля»: «Забери меня!» Однако, тот оказался хуже «мамки», которая пропила ребенка вместе с совестью. Прозрение пришло не сразу. «Я же не знал, как это жить с отцом, сначала думал, может, так у всех?» — признавался Сережа Наталье Золотухиной. Но, взрослея, ощутил себя абсолютным изгоем: в семьях других пацанов не было денег, но зато существовало представление о нематериальных ценностях. А Сережа так и не узнал, что же это такое — чувствовать себя любимым и защищенным. Именно за это он готов мстить матери. А, возможно, и другим взрослым…

Татьяна Заровная, PRO-тест

Читайте также: