«Урки» поставили киевский дисбат на колени

Периодически мы слышим о различных происшествиях в тюрьмах: то заключенные порежут себе вены, то объявят голодовку, то потребуют улучшения условий своего обитания за решеткой, то деру дадут… Но, пожалуй, все отечественные исправительные колонии и следственные изоляторы (вместе с милицейскими «обезьянниками») по характеру и особенностям всевозможных ЧП переплюнуло некое режимное учреждение, притаившееся на окраине Киева, в Дарнице.Оно заткнуло за пояс даже печально-известную Лукьяновку (СИЗО №13), где время от времени узники отправляются к праотцам.

Вот те раз! Что же это за спецобъект такой? Может, под его крышей наши «органы» собрали матерых разбойников, жестоких насильников и серийных душегубов?

Вынужден разочаровать. Такой криминальной публики здесь и в помине нет. Мы ведем разговор о дисциплинарном батальоне Министерства обороны Украины, где отбывают наказание 19-летние пацаны.

А дисбат – это и армия, и тюрьма, как молвится, все в одном флаконе. И этим сей флакон необычен. Здесь нет ни воров в законе, ни смотрящих… Зато есть «мордатые» (и мы о них расскажем чуть ниже), есть «папики» – офицеры-начальники, для которых служба в дисбате, похоже, превратилась… в райскую службу.

Ну, скажите, на милость, в какой еще тюряге пьяные осужденные строят своих охранников и читают им лекцию о том, как надо вести себя в зэковском обществе, попутно вдалбливая в головы, как ходить на задних перед заслуженными сидельцами, как четко и беспрекословно выполнять все их прихоти?

Где, в какой колонии осужденные могут дать в глаз гражданину начальнику, заставив при этом его принять «упор – лежа» и до изнеможения отжиматься от пола?

Разве можно отыскать зону, где бы стража, испугавшись узников, держала бы руки по швам и дрожала перед ними как осиновый лист? Такое наблюдается только в киевском дисциплинарном батальоне.

Хотя сей военный объект не мелькает в отчетах защитников прав человека и не попадает в открытые сводки криминальных происшествий, тем не менее о его специфике мы наслышаны. К этому учреждению вполне подходит определение – воинская зона. Сюда имеют несчастье (или – счастье?) попадать те солдаты и сержанты, которые осуждены за нетяжкие преступления.

Максимальный срок, на который можно угодить в дисбат, – два года. Причем, пребывание в этой зоне не фиксируется как судимость.

Считается, что после приговора осужденный продолжает находиться в армейских рядах, просто срок такой службы для него увеличивается то ли на полгода, то ли на год, то ли на два (это уже как определит суд).

Ну и, конечно же, у дисбатовцев – особые условия выполнения воинского долга. Они не стреляют на полигонах, не водят танки, не ходят в караул… Зато должны усиленно заниматься строевой подготовкой, методично штудировать уставы и по возможности проходить курс «трудотерапии».

Да, должны… Увы, в киевском дисбате наблюдается совершенно иное.

СПРАВКА: В Киеве находится единственный в Украине дисциплинарный батальон, где отбывают наказание военные правонарушители.

Дисбат это не тюрьма. Но есть одна особенность. Максимальный срок пребывания — до двух лет. В основном сидят за кражи госимущества, неуставные взаимоотношения и самовольное оставление части. Когда у солдата заканчивается срок «отсидки», в его документах не будет штампа о том, что он был осужден.

В 2000-м году в этом дисбате произошло крупное ЧП. Двое осужденных захватили и удерживали заложников. Террористов обезвредили и впаяли шесть и восемь лет тюрьмы соответственно.

Вот что установили следователи военной прокуратуры Центрального региона Украины.

17 июня, поздним вечером в помещении 1-й дисциплинарной роты двое осужденных неожиданно приказали (!) построиться всему личному составу, в частности пятерым охранникам – солдатам срочной службы, да двум товарищам по отсидке. Оказалось, что поводом для «подъема по тревоге» стал внезапный визит в 1-ю роту заместителя командира воинской части. Увидев, что осужденные игнорируют обязательное мероприятие – просмотр вечерних ТВ-новостей, офицер сделал им замечание. И те затаили обиду. Дескать, почему никто не предупредил…

Как только начальник ушел, власть в свои руки немедленно взяли двое – Царенко и Фролов (по просьбе прокуратуры фамилии в тексте изменены). Об этих субчиках следует сказать чуть больше.

Армейская биография Царенко началась в Крыму. И она была отнюдь не блестящей. В «послужном» списке этого воина – грабеж в Феодоссии. В ноябре 2005 года военный суд Симферопольского гарнизона приговорил Царенко к двум годам дисбата.

С криминалом подружился и Фролов. В прошлом году, в Харькове ему впаяли два года за нанесение тяжких телесных повреждений (Фролов покалечил своего сослуживца, и тому врачи вынуждены были удалить почку).

И Царенко, и Фролов, наверное, считали себя эдакими паханами (на дисбатовском жаргоне – «мордатыми»), которым в этой зоне позволено все или почти все.

Как явствует из материалов уголовного дела, в тот день Царенко с Фроловым приняли на грудь определенную дозу спиртного. Да-а, «хороши» порядки в армейской зоне, где и колючая проволока, и сторожевые вышки, и прочий тюремный антураж.

И вот, будучи в пьяном угаре, «мордатые» стали дубасить своих охранников, а также двух осужденных. Били жестоко, с каким-то садистским остервенением – в голову, грудь, по ногам. В ход пошла даже табуретка. Полчаса длился этот страшный «урок воспитания». А под занавес «воспитатели» скомандовали всем: «Воздух!» И солдаты оказались на полу…

В одно мгновение здоровые, высокие парни превратились в послушное стадо. Да мыслимо ли такое? Может, это наговор, чья-то выдумка? Старший следователь по особо важным делам военной прокуратуры Центрального региона Украины Сергей Кизь говорит:

«Собрано достаточно доказательств вины Царенко и Фролова. Обоим предъявлено обвинение по двум статьям Уголовного кодекса: это – 406-я, часть 3 (нарушение уставных правил взаимоотношений между военнослужащими при отсутствии отношений подчиненности, совершенное группой лиц), 405-я, часть 3 (побои, насилие в отношении начальника, совершенные группой лиц). Кроме того, Царенко следствие инкриминировало еще часть первую 406-й статьи, а также часть вторую 405-й статьи. Прокуратура уже закончила расследование и передает дело в военный суд Киевского гарнизона».

И все же, не дают покоя вопросы: почему избитые солдаты не вызвали подкрепление? Почему не применили спецсредства против нарушителей порядка, например, резиновые дубинки или слезоточивый газ?

Эти вопросы корреспондент озвучил в прокуратуре. И услышал, что спецсредств в дисбате нет, причина одна – не позволено.

Охранники имели воможность вовремя подать сигнал тревоги. Однако не захотели поднимать бучу. В потерпевших оказались молодые солдаты, которые в армии, как говорится, без году неделя. Хотя они и были назначены на сержантские должности (командиры отделений), но как следует еще не освоились в армейских рядах, не поняли всех особенностей и нюансов службы в воинской зоне. Поэтому и не удивительно, что оказались мальчиками для битья.

В отличие от этих желторотиков матерые сидельцы Царенко и Фролов хорошо усвоили науку запугивания, знали, как держать зону в страхе. В подтверждение этих слов – еще такой факт. Сразу же после избиения желторотиков Царенко в тот же вечер лично вызвал на экзекуцию очередную жертву – дежурного по роте, солдата. И дежурный на энный период времени превратился в боксерскую грушу для битья. То бишь гражданина начальника зэки опустили ниже плинтуса.

Не дисбат, а камера пыток. Вот что хотелось бы выяснить. Было ли известно командиру этой воинской части о вечерних событиях в 1-й дисциплинарной роте? Принял ли он надлежащие меры к Царенко и Фролову? Сегодня по этому факту стражи закона проводят проверку.

Такие вот пироги. С дисбатом надо что-то делать. Тем более, что идет процесс сокращения армии. Знаете, сколько нынче находится в этой зоне осужденных? 13 человек! А в штате воинской части числится около 160 человек: офицеры, прапорщики, солдаты, сержанты. Неужели всех этих перекосов не видят генералы?

Но воинскую зону так просто не вычеркнешь со списков. В законодательстве четко прописана такая мера наказания, как направление осужденных в дисциплинарный батальон. Единственное, что, пожалуй, может сделать министр обороны с этой в/ч – реформировать ее, сократив количество должностей. Ну и, естественно, навести там железный порядок.

Представляете, уже после побоища, которое устроили Царенко с Фроловым, в дисбате снова «рвануло». Причем, дважды.

8 августа младший сержант К. избил сослуживца. Он поднял руку на товарища за то, что тот, видите ли, закурил без разрешения. Потерпевший со сломанным ребром попал на госпитальную койку. Военная прокуратура Дарницкого гарнизона возбудила уголовное дело.

На следующий день, 9 августа, «отличился» еще один младший сержант. Этот воин тоже с кулаками набросился на молодого бойца. И снова вынуждены были вмешаться стражи закона, начав расследование.

Вот такой сегодня дисбат. Жестокий, непредсказуемый и циничный. Мы же знаем: здесь все – в одном флаконе: и армия, и зона. Гремучая смесь!

А ведь эта воинская часть размещена в Киеве, где находятся и Генштаб ВС, и само Министерство обороны. Казалось бы, за дисбатом начальники установили жесткий контроль, возможно, даже сверхжесткий. Но, судя по событиям, армейская зона живет по своим понятиям.

…В ожидании судебного процесса Царенко с Фроловым сегодня коротают время на гауптвахте (они арестованы). А порядки здесь куда строже, чем в армейской зоне, которая стала для них эдаким пионерлагерем для отдыха.

Леонид ФРОСЕВИЧ, «Обозреватель»

Читайте также: