Страшное дело

Фобии достались современному homo sapiens в наследство от пещерных предков. Можно ли поставить биопсихологические механизмы страха на предохранитель? По наблюдениям специалистов, в современном обществе все больше людей, которых мучают необъяснимые страхи. Тому есть причины: большой поток негативной информации и ежедневные стрессы превращают человека в загнанного зверя. Все это накладывается на те страхи, которые хранит наша генетическая память еще с пещерных времен. Понятно, что способность бояться — это способ самосохранения популяции. Ведь, к примеру, трепет подчиненного перед начальником — это отголосок страха рядового члена стаи перед вожаком. Однако сегодня смерть грозит человеку гораздо реже, чем миллионы лет назад. Ведь даже самый свирепый босс не лишит сотрудника жизни, в худшем случае уволит. А вот механизм реагирования запускается такой же, как у наших пращуров: резко учащается сердцебиение, усиливается кровообращение — организм готов драться или убегать, то есть защищаться физически. «В современной жизни чаще требуется мозговая работа, такая, как способность принимать решения. Но испуганный человек в этом смысле мало на что способен — мозговая деятельность в такой момент, как правило, парализована. Это происходит потому, что мозг потребляет много энергии, а в случае смертельной опасности размышления и рефлексия — непозволительная роскошь. Поэтому в стрессовой ситуации человек, действующий интуитивно, по приказам спинного мозга, как правило, делает единственно верные ходы», — объясняет врач-психотерапевт Сергей Михайлов. Одним словом, первобытный страх не только создает проблемы человеку, но и бывает полезен. Так что исключать эту «опцию» из человеческого организма не следует (да и вряд ли получится), но уметь управлять ею порой необходимо. Именно этим и занимаются ученые: поняв механизмы страхов, они разрабатывают методики их обуздания.

Испуганный мозг

Научные изыскания по поводу того, как работает механизм страха, идут во всем мире. Как отмечает врач-психотерапевт Института психотерапии и клинической психологии Илья Рассказов, в своих исследованиях ученые используют современное оборудование — симуляторы реальности и различные виртуальные программы. Например, надел наушники, очки, и полное впечатление, что ты — в падающем самолете. По словам Ильи Рассказова, это облегчает вхождение в так называемую фобийную ситуацию, особенно если у клиента не очень развито воображение и ему требуются усилия, чтобы представить себя в определенных обстоятельствах. Технические новинки помогают и в диагностировании. В Институте психотерапии и клинической психологии используется оригинальная российская разработка Power Intonation — программа, которая помогает замерять уровень стресса по голосу. Когда человек сильно напуган, у него зажимаются связки, меняется тембр голоса, он становится более монотонным — эти изменения фиксирует техника.

Какие же процессы происходят в момент испуга в мозгу? Группа ученых из пуэрто-риканского медицинского центра Ponce School of Medicine во главе с доктором Кверком проводила опыты на крысах. Исследователям удалось подавить чувство страха у животных. Сначала крыс приучили бояться определенного звукового сигнала (давали гудок, а потом следовал удар электрическим током). Известно, что центр страха располагается в мозжечковой миндалине. В случае опасности миндалина начинает подавать сигналы в другие части мозга. Это вызывает выработку соответствующих гормонов, в том числе кортизола, которые вызывают такие реакции, как потение и напряжение мышц. Однако доктор Кверк взялся изучать и другую часть мозга — префронтальную кору. Кверк считает, что там находится система, подавляющая страх. Видимо, когда возникает это чувство, префронтальная кора запускает механизм оценки ситуации и, если опасности нет, дает «отбой». Во всяком случае, те крысы, которым стимулировали нейроны в префронтальной коре, переставали реагировать на злополучный гудок, в то время как остальные замирали от ужаса.

Но надо ли лечить людей от страха, если он является защитной функцией организма? Все зависит от степени подверженности фобиям. Как поясняет старший научный сотрудник Государственного научного центра социальной и судебной психиатрии им. В. П. Сербского Анна Портнова, норма определяется просто: если человек меняет привычный образ жизни — например, не ходит в кино, потому что боится толпы, или отменяет поездку к морю из-за боязни самолета, — он нуждается в помощи специалиста. Есть также специальные тесты (Кови, Гамильтона), по которым оценивается уровень тревожности человека. Если он слишком высокий — с этим надо работать, однако и слишком низкий тоже чреват последствиями: человек начинает подвергать себя излишней опасности. Но чего обычно боятся люди?

Страхи мира сего

«Все, чего боится современный человек, можно свести к четырем базовым страхам, потому что они связаны с неизбежными и в корне неразрешимыми жизненными проблемами, так называемыми экзистенциальными», — утверждает психотерапевт, кандидат медицинских наук, член Общероссийской профессиональной психотерапевтической лиги Марк Сандомирский. Первое что пугает больше всего — это смерть. Этой фобии подвержены как те, кто боится разбиться в самолете или утонуть, так и бесстрашные на первый взгляд люди — экстремалы всех сортов. Последние просто иначе реагируют на страх: боясь смерти, они идут ей навстречу. Рискнул, получил дозу адреналина и почувствовал облегчение — ничего, ведь не умер же! Второй базовый страх — одиночество. Как правило, он связан с личными отношениями: мужчина — женщина, родители — дети. Например, когда мать беспрерывно беспокоится, что с ее ребенком что-то случиться, на самом деле ее гложет мысль, что она останется одна. Далее следует боязнь ответственности: она порождается отношениями в социуме — как у подчиненных, так и у топ-менеджеров. И еще один базовый страх — отсутствие представления о смысле жизни. Бессмысленное существование — это вроде как и не жизнь, а что-то близкое к смерти, неопределенное, а значит, пугающее. Все остальные страхи при ближайшем рассмотрении являются лишь производными от базовых.

Поскольку все ужасы, которые не дают покоя человечеству, уже давно выявлены, то некоторые способы их преодоления известны и широко используются. Конечно, это в первую очередь классическая психотерапия, начиная с психоанализа. «Существует большой набор методов, но не у всех есть четкое научное обоснование, — отмечает Марк Сандомирский. — Кроме того, есть такой нюанс: европейские практики далеко не всегда подходят для применения в России — они ориентированы на рациональный склад характера, которым не отличаются наши соотечественники». По мнению психотерапевта, хорошо адаптирован к российскому менталитету так называемый метод Ретри, который практикуется с начала 90х годов. Он основан на трех составляющих (три «ре»): мышечной релаксации, или расслаблении; возрастной регрессии, или умении возвращаться в «детское» состояние; и наконец, реконструкции индивидуального опыта. Практически это набор релаксационных и медитативных упражнений.

Одним из модных методов психотерапии, в том числе и для преодоления страха, в последнее время стала завезенная к нам из Германии методика так называемых системных расстановок. По отзывам специалистов, ее применявших, она производит очень сильное впечатление. Ее автор — уже ставший легендарным психотерапевт Берт Хеленгер. На практике это выглядит так: пациент выбирает заместителей на роли себя и своего страха и под руководством терапевта наблюдает за их взаимодействием. По ходу общения могут «всплыть» другие персонажи — эмоции или люди из жизни пациента, чью роль играют другие заместители. «Для пациента смысл в том, чтобы посмотреть на расстановку со стороны и понять, что с ним происходит. Или тоже участвовать в расстановке, в этом случае и впечатления, и личностные изменения, как правило, бывают более сильными, — рассказывает психотерапевт Сергей Михайлов. — Это почти трансовая техника, заместители пребывают в измененном состоянии, и иногда люди настолько погружаются в образ другого человека, что у них меняются голос, жесты. Я сам был заместителем и чувствовал, как начинаю транслировать чьи-то эмоции». Впрочем, Михайлов относится к этой практике с осторожностью, поскольку малопонятен механизм действия.

Давай бояться вместе!

Такие сильные методики используют очень аккуратно и применяют далеко не ко всем «трусишкам». Но есть апробированные врачами способы убрать не столько страхи, сколько маленькие фобийки, которыми страдает почти каждый человек на земле. Это тренинги по преодолению страха. Автору этих строк довелось участвовать в одном из них. Методы борьбы с забившимися в подкорку ужасами организаторы тренинга заранее не разглашали, известно было лишь место сбора — аэропорт Мячково. Еще по дороге в похоронном (!) автобусе нас начали грамотно запугивать. «Фотоаппаратуру привязывайте к себе, а то улетит во время полета». Кое-кто из пассажиров поперхнулся: «А мы что, летим куда-то?» Оказалось, полет будет самый настоящий — на небольшом самолете. «Пилоты будут выполнять разные фигуры, ну и там возникнут моменты, которые помогут вам разобраться в себе», — загадочно объяснили организаторы. Когда мы расселись в салоне самолета, нам раздали полагающиеся пакеты. Все сразу обратили внимание, что они огромных размеров. «Всякое бывает, это естественная реакция организма», — беззаботно прокомментировали тренинг-менеджеры. Особо чувствительных это добило. «Можно уже и не взлетать!» — вздохнул кто-то. Кое-кто, наоборот, возбужденно похохатывал.

Если в двух словах: полет был действительно экстремальным. Самолет выкручивал в воздухе восьмерки, бочку и еще что-то, и большинство пассажиров пребывали в позах «завороженного тушканчика». Как нам потом объяснили, мы испытывали отрицательные и положительные перегрузки, а несколько раз — состояние невесомости. Ощущения: очень страшно и очень здорово. Однако фишка заключается не в этом. Во время полета с нами работал Марк Сандомирский. Его голос в наушниках подсказывал, как расслабиться, фиксировать свои ощущения, в общем, освоить приемы саморегуляции. Собственно, смысл тренинга, как объясняет Сандомирский, заключается в следующем: научиться отлавливать первые признаки страха, которые у всех проявляются по-своему (у одного коленки подгибаются, у другого голова кружится и т. д.), и справляться с ними. Как правило, страх накатывается как снежный ком, и задача состоит в том, чтобы совладать с ним в самом начале, пока не началась паника. Полет на самолете нужен, чтобы создать стрессовую ситуацию. Здесь не идет речь только об аэрофобии (боязни летать на самолетах). Механизм возникновения страха запускается одинаково, независимо от того, чего человек боится — пауков или выступать перед аудиторией. То есть если после тренировок вы научились справляться со страхом, то где бы он вас ни застиг, он не сможет вас одолеть. Пара слов о личных ощущениях. Самолетов я не боюсь, у меня другое — слабый вестибулярный аппарат, укачивает. Это-то меня и пугало. Так вот: считаю большим достижением, что ничего неприятного со мной не случилось. Одна журналистка, начинающий водитель, сказала, что теперь ей стало легче садиться за руль — нет панического ужаса перед дорогой. Вообще после тренинга нас распирало чувство, которое можно обозначить коротко: «Й-й-йес!»

Любая методика, которая помогает бороться с фобиями, конечно, требует времени и работы человека над собой. Но надо признаться себе: я боюсь, и это мне мешает, — а потом тщательно выполнять предписания врачей. Ученые, правда, обещают, что последние достижения в изучении природы фобий позволят создать лекарства от страха. И мы получим бесстрашных военных и спасателей. Правда, пока таблетку страха изобрести не удалось, и, признаться, это радует… Не зря же природа дала человеку тормоза.

ДИАГНОЗ

Ужасы нашего городка

Жители больших городов находятся в более жестких психологических условиях, чем обитатели небольших населенных пунктов. В столицах людей настигают специфические страхи. По данным экспертов, один из самых распространенных столичных страхов — это социофобия. Люди боятся общения, опасаются, что не будут приняты обществом. По данным ВОЗ, социофобии подвержены 15-20 процентов жителей всего мира. Также в начале списка криминальные страхи: боязнь стать жертвой теракта, насилия, выходить на улицу самим и отпускать туда детей. Особенно они обостряются во время каких-нибудь трагических событий. Далее следует страх заболеть смертельной болезнью вроде инсульта, инфаркта, рака, СПИДа. Потом идут страхи потерять работу, семью, а также ездить в транспорте — в метро, в самолете. Довольно часто встречаются также клаустрофобия (боязнь замкнутого пространства), боязнь высоты, боязнь красного цвета — эритрофобия, боязнь загрязнения — мизофобия.

ДОСЬЕ

Звездные фобии

Знаменитые люди тоже подвержены страхам. Например, Сильвестр Сталлоне страдает омметафобией, это выражается в том, что он строго-настрого запрещает прислуге смотреть ему в глаза. У Дженнифер Лопес, Джоди Фостер и Бенджамина Братта различные проявления рипофобии, то есть болезненной чистоплотности (Бенджамин моется восемь раз в день, Джоди настаивает на ежедневной влажной уборке, Дженнифер даже в самые роскошные отели привозит свои простыни). Стивен Кинг — фасмофобия, боязнь темноты и привидений. Джордж Клуни — гамофобия, он ненавидит свадьбы, боится жениться. Джонни Депп — коулрофоб, терпеть не может клоунов. Томас Йорк (лидер группы «Радиохэд») — рекордсмен по количеству фобий: боится машин, самолетов, пистолетов (гоплофобия), замкнутого пространства, ветчины (карнофобия).

Анна Ахматова — агирофобия, она не могла в одиночку переходить через улицу. Владимир Маяковский — мизофобия. Поэт принимал изощренные меры, чтобы не подхватить заразу, не брался за дверные ручки пальцами — только через платок. Николай Гоголь — тафефобия, великий писатель боялся быть захороненным заживо. Петр I — агорафобия, это боязнь открытых пространств и залов, он иногда даже ночевал в шкафу. Вера Бунина — аклюрофобия. Жена великого писателя заходилась в истерике при виде кошек. Илья Муромец — амбулофобия. Богатырь тридцать три года не мог заставить себя встать на ноги, потому что боялся ходить.

Вита Мач, Итоги

Читайте также: