«ЧЕРНАЯ СТРЕЛА»: ТАЙНЫ ИГОРЯ ГОНЧАРОВА. Часть первая

Несмотря на то, что о личности Игоря Гончарова в свое время, в том числе и на страницах «УК» было написано немало, несмотря на то, что в печати широко комментировались как его письма, так и материалы следствия, в жизни и смерти этого человека осталось слишком много тайн. Отчасти это связано с личностью самого Гончарова, весьма склонного не только к конспирации, но и к мистификации. Отчасти с тем, что у Гончарова, вероятно, были и остаются некие высокие покровители, заинтересованные в том, чтобы вся история деятельности «оборотней» никогда не стала известна. С другой стороны, таинственности этой фигуры способствует и некий политический флер, покрывающий это дело. Политизация «дела оборотней» началась после попадания в прессу «писем Гончарова» — документов также весьма неоднозначных. До конца непонятна, кстати, и сама история появления и обнародования этих писем. Также, как непонятна и история с его последней болезнью и поспешной кремацией тела.Дело киевских «оборотней», как нам кажется, попадет в суд не раньше, чем состоятся президентские выборы. С одной стороны, потому что основные, оставшиеся в живых фигуранты, прежде всего Свердлов и Гайдай, очень медленно знакомятся с материалами уголовного дела. Понимая, что наиболее вероятным исходом суда для них будет пожизненное заключение, они не спешат менять достаточно «живую» обстановку СИЗО на «вечный покой» какой-нибудь специализированной «крытки» для пожизненников. С другой стороны, вряд ли генпрокуратура захочет, чтобы это дело рассматривалось перед выборами. Прежде всего, потому, что оно блестяще подходит для всевозможных политических спекуляций. Кроме того, не исключено, что в ходе судебных заседаний станет очевидной причастность к деятельности «оборотней» ныне действующих политических фигур. И поэтому суда над «оборотнями» вряд ли стоит ожидать в этом году.

Однако, цель этой публикации – отнюдь не политический скандал. Мы попытаемся, насколько это возможно, ответить на несколько главных вопросов, на которые до сих пор нет однозначного ответа.

Вопрос первый – был ли Игорь Гончаров действительно организатором банды «оборотней» и непосредственным исполнителем нескольких убийств?

Вопрос второй – что послужило причиной смерти Игоря Гончарова и мертв ли он в действительности?

Вопрос третий – что из изложенного в «письмах Гончарова» является правдой, а что – попыткой помешать следствию?

Для ответа на эти вопросы нам необходимо, прежде всего, проанализировать личность нашего героя и составить его психологический портрет.

Личность Гончарова в прессе оценивалась диаметрально противоположно. Судя по одним публикациям, это был сущий демон, собственноручно душивший свои жертвы, свихнувшийся бывший убоповец, похищавший и убивавший людей. Судя по другим публикациям, Гончаров был чуть ли не единственным оставшимся «честным ментом», «борцом с режимом» и, соответственно – его жертвой. Интересно, что в тоже время реальные факты его биографии обнародованы не были. И до сих пор никто не может точно сказать, что представлял из себя Игорь Гончаров с точки зрения послужного списка? Кем его видели родные, сослуживцы, друзья?

Поэтому мы начнем с фундамента, с биографии нашего героя.

Игорь Александрович Гончаров родился в Киеве, 29 мая 1959 года, в обеспеченной семье. Бабушка Гончарова занимала высокий пост в сфере советской торговли. Родители Игоря – Александр Гончаров и Элен Ожегова рано развелись. Как рассказывал сам Гончаров, из-за этого он какое-то время воспитывался в интернате в Пуще-Водице. Из-за этого факта, по словам Гончарова, его долго мучило чувство ненависти к собственной матери.

Окончив среднюю школу, Игорь в 1976 году поступает в Киевское высшее танковое инженерное училище. Однако, уже в феврале 1977 года он его покидает. Причиной этого стало то, что 10 января 1977 года ВВК 408 окружного военного госпиталя зафиксировала у курсанта Гончарова наличие язвенной болезни, язвы луковицы 12-перстной кишки с наличием рубцовых изменений в фазе стихающего обострения. Уже этот момент в биографии нашего героя выглядит несколько странным. По идее, медицинскую комиссию для поступления в военное училище Гончаров должен был проходить в июне 1976 года, а затем в августе этого же года. А уже через четыре месяца после начала учебы ВВК обнаруживает у него язву 12-перстной кишки с наличием рубцовых изменений. Нельзя, конечно исключить стремительное развитие язвенной болезни у домашнего нервного мальчика, попавшего на курсантские харчи. Однако, более вероятным кажется другое. Либо Гончаров очень хотел поступить в училище и поэтому умудрился скрыть наличие язвенной болезни. Либо, пробыв в училище 4 месяца, очень захотел комиссоваться и, каким-то образом «убедил» врачей поставить неправильный диагноз. Хотя, следует заметить, что в 1977 году это сделать было значительно сложнее, чем в наши дни. Как бы то ни было, но Гончарова признали негодным к службе в вооруженных силах. Что избавило его от необходимости проходить срочную службу, но не помешало дальнейшей службе в милиции.

В 1977 году Гончаров поступает в Киевский технологический институт легкой промышленности. И оканчивает его в 1981 году, получив специальность инженера-механика. Затем в течение года он работает в Управлении рабочего снабжения Юго-Западной железной дороги. В 1982 году – «принят в органы внутренних дел по направлению трудового коллектива Управления рабочего снабжения Юго-Западной железной дороги.» Формулировка того времени обычная для лиц желающих работать в милиции, но не имеющих юридического образования. Однако, для столь быстрого перехода ИТРовца в милицию требовалось в качестве удостоверения лояльности или активная комсомольская работа, а лучше кандидатство или членство в КПСС.

Итак, 14 июля 1982 года инженер Игорь Гончаров становится старшиной милиции. И до 1985 года служит инспектором службы сопровождения отдела милиции при Управлении внутренних дел восьмого главного управления. Службу в этом достаточно таинственном подразделении он окончит уже в звании старшего лейтенанта.

(Часть 3)

(Часть 2)

Станислав Речинский, «УК», Евгений Лауэр, «Трибуна»

Читайте также: