НЕ ЛИЧНОЕ ДЕЛО ПРОКУРОРА

В последнее время в Украине наметилась тенденция по защите личной жизни украинских граждан (большей частью из числа политической элиты). Мол, личная жизнь никого не касается. Особенно усердствует в деле отстаивания конституционных прав некоторых украинских граждан прокуратура. Но порой с ее трактовкой законов нельзя согласиться. Ведь это как посмотреть: а если эта личная жизнь скрещивается с политической и руководящей жизнью объектов исследования? Если некоторые зигзаги этой личной жизни не самым положительным образом отражаются на личной жизни иных — простых — граждан? Тогда она обязана стать общим достоянием. Об одном из таких эпизодов не только личной жизни весьма известного лица хочется поведать читателям. Началась эта история с трагического события в жизни отдельно взятой рядовой семьи Куприенко. 6 декабря 1998 года скоропостижно скончался глава семьи Александр Иванович Куприенко, чернобылец 1 категории, человек порядочный, общеуважаемый. 28 лет отработал он в херсонском тресте «Промстрой», достиг там руководящих вершин и вдруг – смерть.

В своем повествовании мы вынуждены будем коснуться некоторых подробностей личной жизни Александра Ивановича. В далеком 1959 году он женился на Анне Петровне Куприенко. Через год у них родился сын Виктор. За 15 лет совместной жизни Анна Петровна прошла трудовой путь от младшего продавца до заместителя директора ЦУМа, закончила институт, вступила в ряды КПСС. А в 1979 году по ее инициативе брак был расторгнут, после чего она вышла за муж за другого человека, чье имя мы пока не назовем. Анна Куприенко переезжает в Киев, а херсонская квартира ее теперь уже бывшего супруга на площади Свободы остается их сыну Виктору. Что оказалось весьма к стати, ведь Виктор собирался жениться. Себе же Александр Иванович в 1980 году приобрел кооперативную однокомнатную квартиру по проспекту Текстильщиков.

В 1983 году Александр Куприенко заключает брак с Ларисой Петровной, взявшей фамилию нового мужа.

Все последующие годы новая семья Куприенко – Александр Иванович, Лариса Петровна и ее сын от первого брака Константин, 1973 г.р. жила у матери Ларисы Петровны. А квартира на улице Текстильщиков большей частью пустовала. В 1997 году супруги ее приватизировали, сделали косметический ремонт.

До вступления в брак с Ларисой Петровной у Александра Ивановича был дачный участок и небольшой садовый домик. В 1988 году на этом участке супруги возвели более солидное сооружение, а в 1995 году приватизировали и его . В 1990 году у супругов появился еще один объект недвижимости – гараж в кооперативе «Корабел». Поскольку в этой семье все строилось на доверии, то никакого дележа между супругами не было: вся недвижимость записывалась на главу семьи.

Идиллию прервала смерть Александра Куприенко. В первые дни траура его сын Виктор заявлял друзьям и знакомым, что ему не нужно отцовское наследство, что он человек глубоко порядочный. Следует заметить, что Виктор Александрович Куприенко к тому человек, очевидно, не бедствующий. Ранее он занимался бизнесом в собственной фирме «Агат», а с 1997 года является директором Херсонского филиала ассоциации «Интерагро» (руководит ассоциацией небезызвестная Людмила Супрун, деятельность которой бесплодно расследовала Генпрокуратура).

Ситуация вокруг наследства Александра Куприенко резко изменилась на девятый день после его смерти. Это совпало с прибытием в Херсон из Киева бывшей супруги усопшего Анны Петровны. На десятый смерть после смерти отца в квартиру к вдове Ларисе Петровне (это был день ее рождения) явился Виктор Куприенко и заявил, что квартира нужна для его сына Игоря, гараж нужен ему и вообще, он – единственный наследник и значит все – его. Аргументы вдовы, мол не время заниматься дележом, еще не закончился траур, действия не возымели. Виктор настаивал на решении имущественных дел в срочном порядке и требовал, чтобы вдова отказалась от всего добровольно.

Лариса Петровна отнюдь не претендовала на часть наследства Виктора, но сообщила, что ввиду тяжелого материального положения не может отказаться от имущества, нажитого совместно с умершим супругом. Предметом настойчивых желаний Виктора Александровича была, в частности, однокомнатная квартира на улице Текстильщиков. Лариса Петровна сообщила, что ее сын Игорь собирается жениться и очень рассчитывает на эту квартиру, тем более, что все эти годы их семья проживала фактически в квартире Игоря, которая осталась после смерти его бабашки. Лариса Петровна сообщила также, что ей крайне невыносим этот разговор, тем более что спор идет о квартире, стоимость которой сопоставима с месячной зарплатой директора херсонского филиала «Интерагро». Но поскольку он так на этом настаивает, следует подождать шесть месяцев, после чего довериться суду.

Виктору Александровичу суд не понадобился. Через три дня после неприятного разговора, Лариса Петровна узнает, что квартира на улице Текстильщиков опечатана. На замечание, что такие действия противозаконны, председатель жилкооператива отвечала в грубой форме. Как заявляет сама Лариса Петровна «боевыми действиями» против нее руководила находящаяся в то время в Херсоне мать Виктора Анна Петровна, экс-супруга Александра Куприенко, ныне состоящая в браке за человеком, имя которого мы называть не хотим.

21 декабря Лариса Петровна с сыном пришла в дом на улице Текстильщиков. Они сорвали листок кооператива, которым была опечатана дверь, зашли в квартиру, переночевали. На следующее утро женщина ушла на работу. В квартире оставались 1000 гривен, которые ей собрали сослуживцы мужа на 40 дней его смерти и изготовление временного памятника.

На следующий день Лариса Петровна и ее сын ушли на работу. А в это время Виктор Куприенко проник в квартиру, заменил замки, подключил сигнализацию, которая до этого бездействовала.

Придя в квартиру, Лариса Петровна увидела, что она опечатана за подписью председателя жилищного кооператива, а также начальника вневедомственной охраны. Как начальник охраны мог решиться на такое? Фактически ведь речь шла о самозахвате жилища – без решения суда имущество было отторгнуто с участием представителей власти, да еще и в погонах. Лариса Петровна находит единственное тому объяснение: принадлежность Виктора Куприенко к «семье» некоего чиновника, с которым пребывает в браке его мать. Нет, мы не станем называть эту фамилию. Как иначе объяснить участие начальника вневедомственной охраны в откровенно криминальных действиях? Вот что пишет по этому поводу Лариса Петровна Куприенко: «Я понимаю, что и для этого начальника это имя было магическим ключиком, который превращает законное «нельзя» в личное «можно».

Произошедшее произвело на вдову неизгладимое впечатление: «Вот тут я уже действительно, впервые после смерти мужа испугалась. У нас с сыном никого нет близких родственников, защиты и поддержки искать не у кого, кроме как у закона, но если у таких людей отсутствуют тормоза и законы для них не существуют, то на кого тогда надеяться?»

Лариса Петровна и ее сын вызвали милицию по факту взлома двери и нарушения прав личной собственности. Прибывшие сотрудники милиции составили акт и опросили председателя кооператива. На вопрос милиции: какое право имела председатель кооператива опечатывать квартиру, та ответила, что на этом настаивал Виктор Куприенко, он же — сын… мужа Анны Петровны Куприенко. Саму фамилию этого чиновника, имеющую такое магическое действие даже на председателей жилищных кооперативов, мы не назовем.

22 декабря следователь Днепровского РОВД Якуба в присутствии Ларисы Петровны звонил в офис «Интерагро» и не застав Виктора Куприенко оставил через секретаршу приглашение посетить РОВД. Где же был в то время Виктор Александрович? А был он в нотариальной конторе, где подал заявление на право наследования. К слову сказать, все то имущество, за которое не на жизнь, а насмерть бился Виктор Александрович со вдовой, составило по рыночным ценам около 6500 долларов. Особенно обидно было осознавать Ларисе Петровне, что весь сыр-бор разгорелся до окончания 40 дней со смерти Александра Куприенко по инициативе людей, уже 20 лет с ним не живших.

На следующий день Виктор Куприенко отправился в Киев. Увы, в столице его некому было образумить, хотя именно там проживает его мать и ее муж – ну очень высокий чиновник, имя которого мы не назовем. Возвратившись в Херсон 27 декабря, Виктор обратился к председателю дачного кооператива на предмет принадлежности дачи четы Куприенко.

Такая вот история приключилась со вдовой Ларисой Петровной Куприенко, преподавателем музыкальной школы в недалеком 1998 году. Мы намеренно не интересовались финалом этой малопривлекательной истории, впрочем, догадаться, на чьей стороне оказалась фортуна, не сложно. Просто мы хотели доказать, что все эти усилия прокуратуры по защите личной жизни некоторых высокопоставленных граждан очень напоминают попытку надежно скрыть от глаз посторонних и уберечь от огласки те малопривлекательные дела и делишки, которые творят высокопоставленные персоны так сказать «по-семейному», а значит – это их личная жизнь.

По этой самой причине и под угрозой быть заключенным в темницу за разглашение подробностей личной жизни сильных мира сего, автор не решается назвать фамилию человека, в браке с которым вот уже 20 лет состоит Анна Петровна Куприенко. Между тем, вдова ее бывшего мужа Лариса Петровна Куприенко утверждает, что именно имя этого человека, нынешнего высокопоставленного супруга Анны Петровны, наводит священный ужас на должностных лиц, призванных положить конец произволу сына покойного Куприенко Виктора.

Эти подробности из своей личности жизни Лариса Петровна изложила в письме, направленном в Верховный Совет и Генеральную прокуратуру Украины. Впрочем, высокопоставленному чиновнику Генпрокуратуры, кому и адресовалось это письмо его посылать не было необходимости, ведь это именно он последние 20 лет является супругом Анны Петровны Куприенко. Нет, мы не станем утверждать, что прокурорский начальник оказывал активную поддержку усилиям Виктора Куприенко по отвоевыванию у скромного учителя музшколы имущества, доставшегося ей от умершего мужа и нажитого в течение 20 лет совместной жизни. Да и зачем этому чиновнику оказывать поддержку столь возмутительному нарушению законности? Ему можно проигнорировать единичный факт попрания закона, чего вполне достаточно, чтобы все усмотрели за этим всесильную руку прокуратуры и без сопротивления взирали на произвол, чинимый Виктором Куприенко над убитой горем вдовой.

Но почему прокуратура не отреагировала молниеносно на жалобу женщины, оказавшейся в таком положении – вот вопрос. Быть может прокурорский чиновник посчитал, что это его личное прокурорское дело?..

К слову, на днях чиновник, чье имя мы не намерены разглашать, решил оставить прокурорскую службу и намерен перебраться в парламент – там, очевидно, он принесет больше пользы обществу, в котором еще так далеко до торжества закона.

Олег Ельцов, «УК»

Читайте также: