Почему в 50-миллионной Южной Корее нет уличной преступности

Когда меня спрашивают о том, что представляет собой южнокорейская столица, я обычно отвечаю: «Сеул – город очень большой. И безопасный». Действительно, Сеул – это один из немногих мегаполисов мира, в котором и местный житель, и иностранец чувствует себя в безопасности в любое время дня и ночи, хотя население сеульской агломерации составляет 24 миллиона человек.

 В 50-миллионной Южной Корее за год случается всего около 20 убийств с применением огнестрельного оружия.

Будет лишь небольшим преувеличением сказать, что уличная и насильственная преступность в Корее практически отсутствует. Многие корейские привычки повергают иностранцев в полное изумление: вполне нормально, например, когда машину на стоянке отдают – вместе с ключами – первому попавшемуся незнакомцу, который представился администратором данной стоянки. Угон машин – преступление в Корее малоизвестное. Хозяйка лавки где-нибудь в глубине квартала вполне может выйти на несколько минут, оставив предприятие открытым (все свои – ничего не будет), а портфели и чемоданы корейцы спокойно бросают без особого присмотра.

Сеул, Южная Корея.  Фото skvl.ru

Помнится, как лет 15 назад в корейской газете промелькнуло сообщение о любопытной и типичной истории. В одной строительной фирме сотрудницу отправили отвезти подрядчику деньги – что-то около миллиарда вон (примерно миллион долларов) в чеках на предъявителя (вполне обычная форма оплаты в те не слишком еще далекие времена).

Также можно купить недвижимость за границей. Владея недвижимостью, крупным банковским депозитом (около 20 000 евро будет достаточно) и постоянными приходными операциями можно рассчитывать на положительное решение о получении вида на жительство.

Куда свалить. 10 наиболее привлекательных стран для иммиграции

Барышня сунула деньги в сумку, села в метро, поставила сумку на полку над собой (есть такие полки в сеульских поездах метро) и открыла книжку. На нужной остановке она вышла, благополучно забыв сумочку в вагоне. Опомнившись, обратилась в полицию, и патруль, спешно направленный на одну из следующих станций, нашел сумочку там, где ее оставила хозяйка. Начальство барышни отправило ее фактически с миллионом долларов в кармане и не испытывало по этому поводу ни малейшего беспокойства.

Другая история случилась с коллегой моего бывшего студента, который тогда работал переводчиком в корейской фирме. Сотруднику фирмы было поручено отвезти конверт с 10 млн вон – примерно $10 тысяч. Сотрудник, садясь в машину, положил папку с конвертом на крышу и забыл ее там. Деньги нашел рабочий местного металлургического комбината. Поскольку на конверте стояла печать организации, отыскать владельца денег для рабочего оказалось несложным, так что потерянный конверт был возвращен в бухгалтерию на следующий день. Сама по себе история никакого удивления у ее корейских участников не вызвала – корейцам кажется вполне естественным, что, найдя на улице конверт с немалой суммой, человек, конечно же, постарается вернуть деньги владельцу.

Сеул, Южная Корея.  Фото skvl.ru

Сеул, Южная Корея.  Фото skvl.ru

Статистика показывает, что впечатление это вовсе не обманчиво. На 100 тысяч жителей в Южной Корее приходится 2,6 убийства в год – в два с лишним раза меньше, чем в США, и в четыре раза меньше, чем в России. Особенно разителен контраст по убийствам с применением огнестрельного оружия. Таких преступлений в Корее происходит лишь 0,04 на 100 тысяч жителей в год. Если учесть численность населения Кореи, то это означает примерно 20 убийств с применением огнестрельного оружия в год на всю страну, население которой составляет почти 50 миллионов человек – треть населения России. Это примерно в 160 раз ниже, чем в США.

Добавим, что в Корее практически не воруют, не обсчитывают и вообще редко позволяют себе воспользоваться неопытностью иностранца или приезжего.

Еще более замечательной становится ситуация, если учесть почти полное отсутствие полиции на улицах корейских городов. По статистике, в Корее на 100 тысяч человек приходится 200 полицейских – примерно столько же, сколько в Японии, но в полтора раза меньше, чем во Франции. При этом реальная цифра – заметно ниже, так как в статистику включены части «боевой полиции», в которой служат солдаты-срочники: их задача – охрана правительственных объектов.

С другой стороны, нельзя считать, что корейцы совсем уж законопослушны. Мошенничества и всякие пирамиды в Корее вполне известны. Откаты, распилы и прочие попытки залезть в государственный бюджет в мире корейского бизнеса тоже являются вполне знакомым явлением. Некоторое табу наложено в первую очередь на преступность уличную и насильственную.

В чем причина такой ситуации, кстати, очень похожей на ситуацию в Японии, – стране, которую сами корейцы активно не любят, но которая при этом очень близка Корее? Как ни странно, серьезных исследований, посвященных этому вопросу, очень мало. Рискну предположить, что дело тут отчасти в самоцензуре – честное изучение причин отсутствия преступности в Корее или Японии, скорее всего, приведет к весьма неполиткорректным выводам, открыто озвучивать которые западный криминолог либерально-прогрессивных взглядов может и не решиться. Поэтому в условиях неловкого молчания специалистов рискну высказать свои дилетантские наблюдения, которые основаны на почти четвертьвековом опыте жизни в Корее и самых разных странах современного мира.

Сеул, Южная Корея.  Фото skvl.ru

Сеул, Южная Корея.  Фото skvl.ru

Во-первых и в-главных, Корея – это страна жесткого социального контроля. Речь идет не о контроле со стороны государства (как уже говорилось, полицейский патруль на корейской улице – редкое зрелище), а о контроле со стороны общества. Корея в целом остается страной домохозяек. Большинство корейских женщин не работают, пока у них есть дети, в том числе и дети подросткового возраста. Корейские кварталы пронизаны тесной сетью социальных связей, все знают друг друга, все знают друг о друге если не все, то очень многое.

Понятно, что первые шаги по пресловутой скользкой дорожке обычно делаются в раннем возрасте, но в Корее слишком велика вероятность того, что о странном и неподобающем поведении чада мама узнает мгновенно. И речь идет о маме, которая не задергана работой, но зато весьма озабочена продвижением своего отпрыска в конкурентном корейском обществе. Оргвыводы – в том числе и в виде отцовского ремня – последуют незамедлительно.

Во-вторых, немалую роль играет и тот самый жестко конкурентный характер корейского общества. Для того чтобы достичь уважения и доходов, в Корее надо иметь диплом хорошего вуза. В Корее невозможны фигуры типа Билла Гейтса или Стива Джобса – то есть люди, которые ушли продвигать свои идеи и добились успеха, так и не окончив формального курса университетских наук. С раннего детства кореец знает: его судьба, его доходы, отношение к нему окружающих, даже его шансы на удачный брак – все это зависит в первую очередь от того, как он сдаст вступительные экзамены в университет. При этом экзамены замечательно честны и свободны от коррупции, ни деньги родителей, ни их связи обеспечить поступление напрямую не могут. Хотя, конечно, немалую роль играет возможность оплачивать недешевые услуги репетиторов.

В целом шанс на поступление в престижный вуз и, соответственно, на жизненный успех есть почти у всех, но реализовать его можно только изматывающей подготовкой, которая становится частью жизни почти всех корейцев с 11–12 лет. У корейских подростков просто нет времени курить по подъездам, накапливать сексуальный опыт и слушать рассказы приблатненных старших пацанов. У того, кто будет заниматься такими глупостями, нет шансов на жизненный успех – и это в Корее известно всем. В школьные годы надо учиться, чтобы не стать лузером – а лузеров в Корее презирают, пожалуй, больше, чем где-либо в мире.

В-третьих, помогает свойственный корейцам пиетет перед государственными предписаниями и инструкциями. Можно предположить, что корни этого пиетета уходят в конфуцианскую старину. Ну и, наконец, немалую роль играет и жесткий контроль над огнестрельным оружием. Контроль этот был установлен в те времена, когда корейские власти всерьез боялись, что в горах появятся партизаны, и посему жестко контролировали обращение оружия. Огнестрельного оружия на руках у корейцев нет, поэтому неудивительно, что и в сводках происшествий огнестрельное оружие фигурирует крайне редко.

Все это, конечно, неполиткорректно и спорно. Впрочем, каковы бы ни были социальные, исторические и прочие причины корейской нелюбви к грабежу и разбою, факт остается фактом: улицы Сеула, равно как и других корейских городов, безопасны в любое время дня и ночи.

Автор: Андрей Ланьков, СЛОН.ру 

Читайте также: