Кража картины Караваджо: заходи и бери. Что еще не украли в Украине

Недавняя кража картины Караваджо из Одесского музея Западного и Восточного искусства выявила отрадный факт: в Украине еще есть полотна, достойные того, чтобы их похищали. Не все культурные ценности свезли в Лувр и Эрмитаж. Даже в провинции можно наткнуться на шедевр, если хорошо посветить в темноте фонариком. Портал 24.UA поинтересовался, что еще в украинских музеях плохо лежит. Если столичные хранилища живописи на улице Терещенковской находятся под контролем милиции (здесь есть «Потрет инфанты Маргариты» работы Веласкеса, но вряд ли его удастся вынести без проблем), то в регионах произведения искусства почти никак не защищены, и манят грабителей. Чтобы им не работать вхолостую, мы решили перечислить «неосвоенные» шедевры.

Заходи и бери

По данным специалистов, около 40% музеев и выставочных залов в Украине являются шикарной мишенью для похитителей, поскольку не охраняются должным образом. Между тем, во Львовской галерее искусств до сих пор каким-то чудом сохранилась картина Рубенса, несмотря на то, что несколько лет назад этот очаг культуры уже грабили, а в Черкасском художественном музее есть Рафаэль (правда, копия).

Но чтобы заполучить редкое полотно, не обязательно лезть в музей через чердак. В Крыму ситуация с охраной произведений искусства почти не изменилась со времен действия фильма «Достояние республики», в котором Миронов должен был стрелять по скульптурам, утверждает известный скульптор Владимир Харитонов. По его словам, в Симферопольском художественном музее готовится – ни много ни мало – скрытая распродажа ценных полотен.

«Недавно в музее появился новый директор, который убрал в запасники полотна почти всех известных живописцев – второй вариант картины «Лунный свет» Куинджи, работы Петрова-Водкина, Айвазовского, Куприна, Репина – и вывесил вместо них работы никому не нужных советских художников 50-х годов прошлого века, – рассказал Харитонов порталу 24.UA. – Следующим шагом стали массовые увольнения научных сотрудников, работавших в музее, которые смогли бы просигнализировать о том, что из запасников пропали ценные картины».

Дальнейший ход событий несложно спрогнозировать, считает скульптор. Запасники никто не проверяет, так что в ближайшее время Украина может лишиться нескольких полотен известных художников, и даже не будет об этом подозревать.

К сожалению, такая ситуация не только в Симферополе, отмечает Харитонов.

«Например, в том же музее Айвазовского в Феодосии, работы известного мариниста практически не охраняются, — говорит он. – Так что если втихую продадут пару картин, мы об этом не узнаем.

До меня доходила информация, что время от времени картины известных художников всплывают в частных коллекциях. И нет прецедентов, когда за пропажу картины отвечал бы руководитель музея. Насколько мне известно, отсутствует общегосударственный реестр картин и скульптур, хранящихся в музеях. Если ситуация не изменится, государство не возьмет под контроль произведения искусства, грабежи музеев и списание ценностей могут приобрести массовый характер».

В Симферопольском художественном музее, куда мы обратились за комментарием, прогноз Харитонова опровергли. Администрация заверила, что из фондов за последнее время ничего не пропадало. В музее имеется общий реестр картин и скульптур, согласно которому все экспонаты находятся в целости и сохранности. А великих художников в запасники никто не прячет, просто выставочные возможности музея невелики, поэтому нет возможности повесить все картины сразу, а экспозицию нужно время от времени обновлять.

«Приходите и посмотрите. У нас и Шишкин, и Репин висят на своих местах. Никто ничего не приватизировал», — сказали сотрудники музея.

Вещь в себе

Художник–график Петр Мамчич также полагает, что сейчас объектом разграбления могут стать многие провинциальные музеи.

–Украина известна Закарпатской послевоенной школой, которая работала в стиле постимпрессионизма, а также Крымской школой художников, — рассказал он 24.UA. – Работы этих мастеров оцениваются, начиная с нескольких десятков тысяч долларов. Также не стоит забывать, что после войны киевские, одесские и львовские музеи пополнялись за счет фондов российских музеев. Так что можно с уверенностью сказать, что у грабителей есть большой потенциал для работы.

«Не думаю, что можно украсть дорогую картину из музея без предварительного сговора с его сотрудниками, — напоследок отметил Мамчич. – У нас музеи, как у Канта – вещь в себе: никто не знает достоверно, сколько работ в них хранится».

Минкульт не дремлет, дремлет сторож

В пресс-службе Министерства культуры и туризма 24.UA рассказали, что и при Советской власти воровали много картин. Просто сейчас средства массовой информации много говорят о грабежах по телевидению. Поэтому и поднялась такая шумиха.

Что же касается мер по обеспечению сохранности картин, то в Минкульте сняли с себя ответственность. «Одесский музей находится на балансе Одесской обладминистрации, и вся вина за недостаточно хорошую охрану ложится на плечи именно ее сотрудников, – отметила сотрудник пресс-службы Елена Чередниченко. – Почему мы должны отвечать за объекты, которые находятся в коммунальной собственности? Конечно же, охрану музеев нужно усилить, но не мы же должны заниматься этим».

Дачные шедевры

Галерист Дмитрий Полубесов считает, что еще много чего ценного можно украсть из того же Одесского музея Западного и Восточного искусства.

«Да там и кроме Караваджо полно замечательных работ, которые можно вынести средь бела дня как в фильме «Старики – разбойники», — сказал он. – Ведь у нас почти все музейное хозяйство находится в первобытно-общинном состоянии. Музеи напоминают проходной двор. Заходи и бери чего хочешь.

В той же Одессе есть замечательный Художественный музей, в котором хранятся работы Айвазовского, Левитана, Серова и прочих классиков русской живописи. При Советском союзе существовала система передачи полотен из Москвы и Ленинграда в украинские музеи. Тогда нам досталось много работ из Третьяковки».

Как утверждает галерист, сегодня многие картины по звонку изымают из музейных фондов, и они висят в кабинетах власть имущих, а иногда у них на дачах. Подобная ситуация сложилась при полном попустительстве местных властей, а также центральных органов исполнительной власти.

«Что касается общего реестра картин, хранящихся в музеях, то он, конечно, есть и сохранился со времен СССР, — сказал Полубесов. – Но мне кажется, предавать его огласке невыгодно. Иначе выяснится, что многие картины исчезли в неизвестном направлении, или попросту украдены. Что же касается Министерства культуры, которое пытается снять с себя ответственность, то непонятно, кто должен нести ответственность за пропажу? Легче всего сказать, что мы не виноваты. На самом деле, когда речь идет об изъятии картин из запасников музеев, это невозможно без молчаливого попустительства сотрудников Минкульта».

Очевидно, что бум расхищения музейных реликвий в Украине еще не наступил, но условия для этого складываются благоприятные. Разгильдяйство властей, а также падение доллара подталкивает к выгодному инвестированию в предметы искусства. Если в стране ходят денежные знаки, то есть люди, у которых их много. То же можно сказать и о картинах.

Что еще у нас не украли

«Портрет инфанты Маргариты» из столичного Музея искусств им. Богдана и Варвары Ханенко. Веласкес так часто писал испанскую принцессу, что эксперты сомневаются в подлинности некоторых из этих портретов

Похищение работы Караваджо из Одесского музея западного и восточного искусства подтвердило, что Украина является частью мирового арт-рынка. К сожалению, нелегального. Находясь под впечатлением от легкости, с которой преступникам удалось завладеть самым ценным экспонатом одного из крупнейших собраний страны, «24» поинтересовалась, что еще в украинских музеях следует оберегать с особым рвением

После того что произошло в Одессе, хранители украинских музеев крайне неохотно обсуждают темы, связанные с содержанием экспозиций и системами охраны. Их опасения понятны – недавнее подтверждение подлинности работы Караваджо европейскими экспертами сделало картину медиазвездой, и это могло спровоцировать преступников. С другой стороны, очевидно, что если речь идет о заказном похищении (а тут мнения экспертов расходятся), то его организаторы составили представление о ценности полотна по источникам, далеким от СМИ — «картинная мафия» отлично осведомлена об иерархии музейных ценностей. «24» решила рассказать читателям, чем еще в художественном отношении богата наша родина, а также привлечь внимание к проблеме сохранности национального достояния

Киев, Национальный художественный музей

Икона XII в. «Св. Георгий с житием» – один из нескольких сохранившихся в мире образцов византийской рельефной иконописи. До того как попасть в поле зрения ученых, икона находилась в Харлампиевской церкви Мариуполя. В Национальный художественный музей уникальное произведение попало в 1965 г. Там оно было отреставрировано и сегодня является жемчужиной экспозиции древнерусского искусства.

Цену этой работы определить невозможно, поскольку произведения такого уровня редко выставляются на продажу. Цена гораздо менее значимых работ этого же периода на мировых аукционах достигает $1,5 млн.

Музей является обладателем уникального собрания украинского художественного авангарда, стоимость которого растет год от года, и коллекции соцреализма, спрос на который сейчас весьма высок.

Киев, Музей русского искусства

Полотно «Девочка на фоне персидского ковра» Михаила Врубеля. Было написано в Киеве в 1886-м, когда 30-летний художник переживал увлечение Востоком. В музее хранится еще одна его известная работа с ориентальными мотивами – это небольшая, но необычайно красивая акварель «Восточная сказка».

За последние 15 лет всего восемь произведений Врубеля были проданы на аукционах. Шесть из них – скульптуры-майолики, цена которых колебалась от $7000 до $18 000, и два эскиза. Живопись художника в последнее время на рынок не попадала. При этом на мировых аукционах наблюдается настоящий бум русского искусства Серебряного века. Цены на него растут за счет высокой активности российских коллекционеров.

В Киевском музее русского искусства хранятся работы Ге, Куинджи, Репина, Шишкина, Поленова, имеется великолепная коллекция художников-передвижников.

Киев, Музей искусств имени Богдана и Варвары Ханенко

«Натюрморт с мельницей для шоколада» испанского живописца Хуана де Сурбарана. Как и большая часть экспонатов, вошел в коллекцию музея вместе с собранием живописи Богдана и Варвары Ханенко, ставшим основой экспозиции. Хуан де Сурбаран – сын знаменитого севильца Франсиско де Сурбарана. Многообещающий художник умер рано, оставив не так уж много работ. В 1995 г. киевский натюрморт стал главной сенсацией лондонской выставки «Испанский натюрморт от Веласкеса до Гойи». Впрочем, до сих пор есть мнение, что работа принадлежит кисти Сурбарана-старшего.

В последний раз работа Хуана де Сурбарана была выставлена на торги Sotheby`s в 2003-м. Тогда она была оценена в $800 тыс.

Музей располагает коллекцией работ старых европейских мастеров, среди которых наиболее известны «Инфанта Маргарита», приписываемая кисти Веласкеса, полотна Питера Брейгеля Младшего, Питера Пауля Рубенса, Якоба Йорданса, Давида Тенирса. Кроме этого, в музее хранится большое собрание предметов восточного искусства.

Харьков, Художественный музей

«Мадонна с младенцем» нидерландского живописца эпохи Возрождения Йоса ван Клеве. Является одной из нескольких авторских версий библейского сюжета. Еще одна работа мастера на эту же тему хранится в Лувре. Картина попала в собрание музея (в то время – Музея изящных искусств и древностей Харьковского императорского университета) в числе прочих произведений европейской живописи в 70-х годах XIX ст.

Цена полотен нидерландских мастеров этого периода, по результатам недавних торгов старинной европейской живописи на аукционе Sotheby’s, колеблется от 1 до 5 млн. фунтов стерлингов.

В харьковском собрании хранятся работы художников «Мира искусства», единственная в Украине картина Марии Башкирцевой и весьма ценящиеся у коллекционеров полотна художников-передвижников.

Львов, Галерея искусств

«Платеж» Жоржа де ла Тура является одним из ярких образцов творчества французского художника, пребывавшего под сильным влиянием Караваджо. Большинство его работ посвящено библейским сюжетам. Картины Жоржа де ла Тура хранятся в крупнейших музейных собраниях мира, в том числе в Лувре, музее Метрополитен и Национальном художественном музее Вашингтона.

В конце 90-х работа Жоржа де ла Тура «Иоанн Креститель» была продана за 11 млн. франков (около Ђ1,7 млн.). Впоследствии эксперты утверждали, что ее можно было продать вдвое дороже.

Львовская галерея искусств обладает единственными в Украине образцами творчества Гойи, Тициана, впечатляющими работами европейского Ренессанса, коллекцией польской классической живописи.

Донецк, Художественный музей

«Лазоревый грот» Ивана Айвазовского. Считается главной ценностью донецкого музея. Сегодня Айвазовский является одним из самых популярных художников на российском антикварном рынке. Это спровоцировало появление многочисленных фальсификаций, которые стали возможны, в том числе благодаря исключительной плодовитости признанного мариниста.

На европейских аукционах полотна Айвазовского ценятся высоко за счет огромного спроса со стороны российских коллекционеров. Полотно, аналогичное донецкому по размеру и периоду, не так давно было продано в Лондоне за $5,3 млн.

Донецкий художественный музей обладает коллекцией работ Шишкина, Сурикова, Серебряковой, Фалька и многих других выдающихся русских живописцев.

Одесса, Музей западного и восточного искусства

Две работы из серии «Евангелисты» – «Лука» и «Матфей» принадлежат кисти нидерландского живописца эпохи Возрождения Франса Хальса. Они считаются едва ли не самыми ценными из работ старых мастеров, хранящихся на территории Украины. Некоторое время назад «Евангелист Лука» чуть было не разделил судьбу полотна Караваджо – картина была похищена во время поездки на выставку в Москву, но впоследствии ее удалось вернуть музею. Увидеть полотна Хальса в ближайшие несколько недель не получится. Пока идет следствие, залы западной коллекции закрыты.

Старая нидерландская живопись традиционно остается одним из самых дорогих сегментов антикварного рынка. По мнению экспертов, стоимость работы Хальса на аукционе – от $2,5 млн.

Музей хранит сотни произведений искусства стран Западной Европы и Востока. Среди них работы Строцци и Маньяско, а так же одна из лучших в Украине коллекций фарфора

БЛИЦ-ИНТЕРВЬЮ

Виктор Федчишин, эксперт аукционного дома «Корнерс»:

«24»: Насколько в Украине распространены заказные ограбления музеев?

Виктор Федчишин: Нет оснований утверждать, что в Украине развит криминальный бизнес похищений предметов искусства под заказ. В случае с Караваджо сам варварский способ похищения – картина была вырезана из рамы – указывает на то, что люди, которые это сделали, не имеют представления о специфике антикварного рынка. Я уверен, что речь идет о диком ограблении. После того как его исполнители поймут, что заработать на продаже полотна невозможно, оно, скорее всего, будет найдено на территории Украины. Как это было в России с похищенной из Эрмитажа работой Жана Леона Жерома «Бассейн в гареме».

В последнее время часто можно слышать о том, что наиболее активными игроками на рынке европейского искусства являются арабские коллекционеры…

Мой опыт работы показывает, что арабские коллекционеры интересуются предметами искусства в основном как средствами инвестирования. Конечно, подпольные коллекции существуют во всем мире, но работа такого уровня (если ее подлинность доказана) никак не может быть легализована на мировом художественном рынке. А нелегально она может быть продана лишь за мизерный процент ее рыночной стоимости. Поэтому эта кража выглядит довольно бессмысленно и непрофессионально. Думаю, эти люди просто насмотрелись телевизора и решили, что это простой способ заработать.

Не провоцирует ли такие преступления далекое от цивилизованного состояние антикварного рынка в Украине?

Не следует путать две вещи: кражи из музеев, которые были и будут всегда, и то, что украинское законодательство фактически загоняет антикваров в подполье, не давая художественному рынку свободно развиваться.

САМЫЕ РЕЗОНАНСНЫЕ ОГРАБЛЕНИЯ УКРАИНСКИХ МУЗЕЕВ

Львовская картинная галерея, 1992 г. Вооруженные преступники расстреляли двух сотрудников музея: искусствоведа Дмитрия Шелеста и заместителя директора Ярослава Волчека. Были похищены работы Яна Матейко и Артура Гротгера. Основная версия преступления – заказ. Впоследствии утверждалось, что эти полотна мелькали в западных каталогах.

Черниговский государственный художественный музей, 1996, 1997, 1998 годы. В 1996-м из выставочного зала похищено полотно, примерная стоимость которого $150 тыс. Год спустя двое преступников, вооруженных обрезом, связали охранника, отключили сигнализацию и вынесли из хранилища десять картин европейских мастеров. В 1998-м из экспозиции исчезли семь работ русских и европейских художников, среди них известный «Портрет девушки в белом чепчике» Жана Батиста Греза, стоимость которого около $500 тыс. В последнем случае преступление было раскрыто спустя три года, когда похититель попытался продать работы.

Яготинский художественный музей, 2006 г. Грабители воспользовались тем, что после трех ночи в городе отключают освещение улиц. Выпилив решетку, они проникли в музей и беспрепятственно вынесли оттуда 33 работы, в том числе произведения Татьяны Яблонской, Николая Глущенко, Веры Кулебы. Шесть полотен преступники в спешке уронили. Остальные ищут до сих пор. Поиск осложняется тем, что в музее, гордо именующем себя «яготинской Третьяковкой», не нашлось ни репродукций, ни описей украденных работ.

Ольга Островерх, «24»

Читайте также: