Узбекистан-2009: «Исламский джихад», «серый импорт» и тайные судебные процессы

Вооруженные столкновения в узбекистанской части Ферганской долины в конце мая 2009 года стали чем-то вроде неосторожно сдвинутого камня, повлекшего за собой целую лавину все новых и новых событий. Несмотря на то, что с тех пор прошло уже больше четырех месяцев, власти упорно избегают объяснений сути и причин событий, столь неожиданно прервавших многолетнее затишье и непосредственным образом отразившихся на отношениях между Узбекистаном и Киргизией. 

 Подробный рассказ и анализ происходящего – в статье нашего ташкентского обозревателя Алексея Волосевича.

На фото — Абдулла Фатих, заместитель амира Союза «Исламского Джихада»

НАЧАЛО

Все началось с того, что в ночь с 25 на 26 мая в приграничной зоне внезапно развернулись некие боевые действия: неизвестные люди «с использованием взрывного устройства» атаковали милицейский блокпост «Ханабад» возле границы с Киргизией, на расстоянии примерно 80 километров от Андижана. Нападение удалось отразить, но днем инциденты продолжились уже в самом Андижане, где тоже гремели взрывы и были погибшие и раненые. Так завязалась новая и пока неоконченная история, серьезно осложнившая и без того натянутые отношения между соседними государствами и вызвавшая повсеместный интерес СМИ к происходящему (а то что-то давно в Узбекистане стоит тишь да благодать — целых четыре года без терактов и перестрелок).

Первые сообщения о ЧП пришли от киргизских СМИ, передающих, что с утра граница между Узбекистаном и Киргизией закрыта в связи с беспорядками в Ханабаде. Затем «Фергана.Ру» со ссылкой на собственные источники сообщила, что 25 мая в здании городского отделения милиции города Ханабада произошел взрыв, причина которого неизвестна, и упомянула о возможной перестрелке в Кургантепинском районе Андижанской области (Ханабад находится как раз в этом районе, треугольником вдающимся вглубь территории Киргизии).

Чуть позже представитель пресс-службы МВД Киргизии сообщил РИА Новости, что на посту «Ханабад» на узбекской стороне границы произошла перестрелка; предположительно, есть раненые. «С киргизской стороны в районе пункта перехода границы видны следы крови, которые находятся на территории соседнего государства», — отметил он. Со ссылкой на очевидцев агентство упомянуло также и о взрыве в городе Ханабад.

Вслед за этим «Фергана.Ру» передала, что, по рассказам сотрудников милиции города Ош, события не ограничились взрывами, и что минувшей ночью (между 23 и 24 часами по местному времени) неизвестные предприняли попытку вооруженного захвата здания РОВД г. Ханабада. Нападавших, якобы, было около двадцати человек, и они были вооружены автоматами.

«Неофициальные источники «Ферганы.Ру» свидетельствуют о как минимум четверых пострадавших в результате инцидента», — говорилось в сообщении. Схожую информацию распространило ИА «Central Asian News», также ссылаясь на источники в Кыргызстане и оговаривая, что она еще нуждается в подтверждении. По данным агентства, группа из двух десятков человек совершила нападение на здание местного отделения Службы национальной безопасности Узбекистана и ОВД в городе Ханабад с применением то ли взрывчатки, то ли гранатомета. При этом, по предварительным данным агентства, погибли несколько сотрудников правоохранительных органов.

После этого в СМИ замелькали сообщения о целом ряде перестрелок, об убитых и раненых не только в Ханабаде и его окрестностях, но и в других местах Андижанской области. Базирующийся в Киргизии сайт «Голос Свободы», ссылаясь на источники в Андижане, сообщил, что в Ханабаде и Дустлике, пограничном городке, примыкающем к Ошской области Киргизии, идут перестрелки. По другой информации сайта, в этих городах продолжается стрельба, по дорогам разъезжают «танки на колесах» (так местные жители называют БТРы), улицы перекрыты военными. Поскольку информатор сообщал об этом часов в 10-11 утра, то выходило, что в это время столкновения всё еще продолжались.

В других сообщениях того дня в качестве места стрельбы и взрывов фигурировал только пост «Ханабад». «В ночь с 25 на 26 мая на таможенном посту «Ханабад» на границе Андижанской области Узбекистана и Джалал-Абадской области Кыргызстана произошел взрыв», — передавал независимый сайт Uznews.net.

Одновременно прошла информация о том, что в Андижанской области проводится некая спецоперация. По данным «Ферганы.Ру», на протяжении последних двух недель в Андижанской области находились две группы спецназа, прикрывавшие некую операцию по нейтрализации неизвестных экстремистов и террористов. В свою очередь «Голос Свободы» известил, что с уже 25 мая все силовые подразделения Ферганской долины (имеется в виду ее узбекская часть) были подняты по тревоге.

Так или иначе, но в ответ на происходящее официальный Ташкент постарался мгновенно блокировать район боевых действий, чтобы обнаружить и задержать нападавших. По сообщениям СМИ, с раннего утра 26 мая все дороги, ведущие к Ханабаду, были перекрыты узбекскими военными, по тревоге в этот район были стянуты дополнительные силы внутренних войск и пограничников. Дороги, связывающие Узбекистан с Киргизией, в экстренном порядке были перекрыты дополнительными блокпостами с подкреплением в виде БТРов.

Сама граница тоже была закрыта. РИА Новости, ссылаясь на представителя Пограничной службы Кыргызстана, известило, что по просьбе узбекской стороны киргизские пограничники закрыли два крупнейших пункта пропуска на границе республик. Узбекские пограничники выпускают граждан Киргизии, оказавшихся в Узбекистане, однако на территорию своей страны никого не впускают. Вслед за этим Погранслужба Киргизии распространила официальный пресс-релиз, в котором сообщалось, что, по полученным данным, 26 мая в 02.00 в городе Ханабаде были зафиксированы взрывы, в связи с чем силовые структуры Узбекистана перешли на усиленный режим охраны государственной границы. «Пограничная служба КР также перешла на усиленный режим охраны государственной границы», — говорилось в нем.

Сам Ханабад, по сути, оказался на военном положении: помимо созданного вокруг него кольца оцепления в городе закрыли все увеселительные заведения, кафе, чайханы и общественные места; одновременно с этим в близлежащих районах Андижанской области была отключена мобильная связь. Усиленные меры безопасности распространились и на областной центр. По сообщению Радио «Озодлик» (узбекская служба Радио «Свобода») утром 26 мая на территорию нового базара Андижана была введена военная техника. Сообщалось также, что на обычных дорожно-патрульных постах идёт тщательная проверка всех машин и их пассажиров, особенно въезжающих в город.

Днем появилась первая, пока неофициальная информация о нападавших. «Нападение на здание отделения спецслужбы Узбекистана и городского ОВД в Ханабаде, по предварительным данным, совершили боевики Исламского движения Узбекистана», — рассказал Интерфаксу источник в силовых структурах Ташкента. «К сожалению, им удалось скрыться», — добавил он. По его словам, оба ведомства, на которые напали боевики, располагаются в одном здании. Нападавших было порядка пяти человек, а не двадцати, как сообщали некоторые СМИ. «Сейчас проводятся спецмероприятия по блокированию района и поиску нападавших, усилена охрана границы с Киргизией, чтобы боевики не могли там укрыться», — рассказал источник.

Таким образом, информатор Интерфакса подтвердил, что здание РОВД и СНБ в Ханабаде подверглось нападению боевиков, которых он связал с Исламским движением Узбекистана (ИДУ), ставящим своей целью создание исламского государства на территории Ферганской долины и многими странами признанным террористической организацией.

В то же время информация, исходившая от официальных представителей государственной власти, была столь скупа, что ее приходилось собирать буквально по крупицам. Например, представитель городского хокимията (администрации) Ханабада, которого цитировало ИА «Central Asian News», уверял, что взрыв действительно произошел, но не в Узбекистане, а на одном из военных складов Киргизии. «Нет никаких оснований для паники», — заявил чиновник.

Около полудня появились первые официальные комментарии, исходившие от руководителя пресс-службы Генпрокуратуры Узбекистана Светланы Артыковой. Она объяснила корреспонденту РИА Новости, что неизвестные совершили нападение на милицейский блок-пост в Ханабаде. По ее словам, нападавших было двое, и им удалось скрыться, в ходе нападения никто не пострадал. Артыкова не смогла подтвердить или опровергнуть сообщения СМИ о том, что подразделения МВД и СНБ в Ханабаде тоже подверглись нападению. «Об этом я не знаю», — сказала она. Примерно то же самое глава пресс-службы повторила и другим информагентствам.

А после полудня вдруг стало известно, что в Андижане только что произошел один или несколько взрывов и, возможно, разворачиваются еще какие-то события. «Голос Свободы» проинформировал, что в центре города взорвалось неустановленное устройство, в результате чего погибли как минимум семь человек. После взрыва в Андижане появилась бронетехника, улицы заполонили военные и милицейский спецназ. Информационные ленты запестрили сообщениями о том, что в городе прогремело несколько взрывов и слышна стрельба. Трудно было судить об их достоверности, поскольку проверить поступающие из блокированного города обрывочные сведения было крайне затруднительно.

Сразу после первого взрыва и последующей волны слухов андижанские улицы опустели. Люди звонили знакомым и родственникам и предупреждали, чтобы те сидели дома и не выходили на улицы. Затем власти не придумали ничего более умного как отключить сотовую связь и стационарные телефоны примерно до шести часов вечера. Отметим, что информационная блокада – это обычная реакция узбекских властей на любые ЧП, направленная на то, чтобы информация о происходящих событиях исходила только от них, формируя выгодное им мнение. Так, во время андижанских событий 2005 года власти заставляли операторов кабельного телевидения по всей стране на 5-8 минут отключать российские новостные передачи, чтобы, не дай бог, узбекистанцы не узнали о происходящем в этом городе из независимых источников.


Андижан, проспект Навои

В девятом часу вечера пресс-служба Генеральной прокуратуры Узбекистана, наконец, соизволила проинформировать сограждан и распространила текст официального заявления: «В ночь с 25 на 26 мая с.г. группой из 2-3-х бандитов осуществлено вооруженное нападение с использованием взрывного устройства на блок-пост милиции при въезде в город Ханабад Андижанской области. В ходе завязавшейся перестрелки получили ранения один сотрудник милиции и один из нападавших бандитов. Вследствие полученного отпора под покровом ночи бандитам удалось скрыться. В 13.45-14.00 26 мая с.г. на улице Фитрата г.Андижана неизвестным мужчиной произведен самоподрыв, в результате которого один сотрудник милиции погиб и несколько граждан получили ранения. По предварительным данным, группа бандитов проникла на территорию Андижанской области из соседнего Кыргызстана. В настоящее время в Андижане создан и работает оперативный штаб, в состав которого вошли представители всех силовых структур республики. Ведутся оперативно-поисковые мероприятия и следственные действия».

Таким образом, отметившись гениальной фразой о том, что «вследствие полученного отпора бандитам удалось скрыться», Генпрокуратура официально подтвердила нападение на блокпост, уточнила, что нападавших было не двадцать, и не пять, как сообщал «силовой» источник Интерфакса, а двое-трое; признала один взрыв в Андижане, и ткнула пальцем в сторону Киргизии.

Что касается президента Ислама Каримова, то он никаких заявлений делать не стал, и, несмотря на события на границе с Киргизией (но еще до терактов в Андижане), как и планировалось, отправился с официальным визитом в Бразилию.

ПЕРВЫЕ ДНИ ПОСЛЕ ВЗРЫВОВ И ПЕРЕСТРЕЛОК

Случившееся резко встряхнуло размеренную жизнь Ханабада и Андижана. 26-го и 27 мая на улицах этих городов людей было примерно в два раза меньше обычного. В Андижане многие кафе и столовые срочно позакрывались на «санитарный день». Сообщалось, что в городе закрыты детские сады, учреждения и ведомства, а движение транспорта сведено до минимума. Через руководителей махаллинских комитетов власти сообщили, что людям лучше оставаться дома, чтобы не стать случайной жертвой перестрелки военных с возможно все еще укрывающимися в городе членами неизвестной вооруженной группировки.

В городе тем временем продолжился поиск нападавших и их сообщников. Представители спецслужб под прикрытием спецназа проводили оперативные рейды-проверки, и все лица, находящиеся под надзором, тщательно проверялись на предмет того, где они находились в ночь с 25 на 26 мая 2009 года.

Постепенно напряжение стало спадать. «В городе все нормально, работают рынки, магазины и даже чайханы, куда совсем недавно не каждый желал выходить. Общественный транспорт функционирует нормально, на улице нет военных в камуфляжах и милиционеров с автоматами. Такое ощущение, что все вмиг закончилось», — передал один из жителей Андижана по телефону «Голосу Свободы» 27 мая. Возобновилась и прерванная работа сотовой связи.

Правда, еще много дней оба города – и Андижан, и Ханабад — продолжали оставаться на особом положении. Пропускной режим в них был предельно ужесточен, все въезжающие и выезжающие оттуда автомобили тщательным образом досматривались с привлечением кинологов и собак, а после наступления темноты проезд вообще запрещался. «Любая дорога, ведущая в Андижан, перекрыта, стоят бетонные препятствия, сотрудники милиции тщательно проверяют каждую машину, при этом пассажиров просят выйти из машины», — сообщал «Голос Свободы» 2 июня, через неделю после всех этих событий.

Под пристальное наблюдение была взята вся Андижанская область. На перекрестках ее внутренних дорог были выставлены мотоманевренные группы с бронетехникой, проводившие проверки всех автомобилей. «В городах Андижан, Ханабад и других населенных пунктах осуществляется патрулирование силами усиленных мобильных групп подразделений специального назначения правоохранительных органов Узбекистана», — известила Погранслужба Киргизии 27 мая.

При этом доступ был ограничен не только собственно в Андижан и Ханабад, но и в Ферганскую долину вообще. По словам таксистов, курсирующих между долиной и Ташкентом, пересечь многочисленные кордоны для тех, кто не прописан или не командирован государственными органами из Ташкента и других городов Узбекистана в Ферганскую долину, с 27 мая стало практически невозможно; в Андижан или любой другой город Андижанской области могут попасть лишь те, кто имеет там постоянную прописку или сможет доказать, что там живут его близкие родственники. Всем остальным въезд в область заказан.

Это отметила и Погранслужба Киргизии, сообщившая, что узбекская сторона установила «дополнительные посты спецподразделений на бронетехнике» на автотрассе Ташкент-Андижан. Одновременно силовыми структурами были взяты под тщательный контроль все дороги между областями Узбекистана.

Границы с соседними странами тоже оставались закрытыми. С 26 мая узбекские пограничники не выпускали своих граждан в соседнюю Киргизию, а с 27-го – и в Таджикистан. «Контрольно-пропускные пункты обеих республик в настоящее время работают только на пропуск на территорию своих государств собственных граждан», — отметил 27 мая заместитель председателя Пограничной службы Киргизии Чолпонбек Турусбеков.

При этом, несмотря на беспрецедентные ответные действия, непосредственным образом отразившиеся на жизни узбекской части Ферганской долины с населением порядка 10 миллионов человек, в Узбекистане никто толком так и не рассказал о том, что же произошло в Андижанской области. После официального заявления Генпрокуратуры никакой информации о тех событиях больше не предоставлялось. Исключение – проправительственный сайт Press-uz.info, но о нем речь впереди. Доступ к информационным ресурсам Интернета, как и обычно, был перекрыт (к примеру, все материалы веб-сайта агентства РИА Новости на эту тему до сих пор в Узбекистане заблокированы), а местные СМИ ограничились перепечаткой сообщения Генпрокуратуры; в дальнейшем они избегали любых упоминаний о случившемся.

Ничего не прояснил и президент Каримов, который 31 мая посетил три города Андижанской области — Ханабад, Андижан и Карасу (спецрепортаж об этом показало узбекское телевидение). Во время встречи с пожилыми жителями Андижана он сообщил, что «определенные силы хотели бы повторить события 2005 года, нарушить стабильность в стране» и что и за событиями 26 мая стоят лица, «ненавидящие успехи и жизненный рост» в Андижане, а также зарубежные спонсоры. По его словам, следственная группа ведет активную работу по выявлению всех лиц, причастных к этим событиям, и все они будут выявлены и наказаны. «Мы обязательно дойдем до корней произошедшего, найдем их спонсоров, выявим, какие ими ставились цели», — пообещал Каримов.

Находясь в Андижанской области, президент также выразил большое неудовольствие тем, что народ регулярно пересекает государственную границу. Беседуя с пограничниками в городе Карасу, он сказал, что отныне нужно строго контролировать проход граждан через границу, фиксировать количество переходов, а затем пытаться выяснить, с какой целью совершается переход. Президент пояснил, что постоянный переход через границу – действие уже подозрительное, и оно должно пресекаться, потому что просто так по нескольку раз границу никто не переходит. «Почему люди должны посещать их рынок, зачем? Давайте мы у себя здесь откроем рынок для наших торговцев, у нас есть и вагоны и машины, всё, чтобы создать у себя такой рынок», — предложил он.

Вечером того же дня президент вернулся в Ташкент, а на следующий день, 1 июня, подписал указ о награждении группы сотрудников правоохранительных органов, отразивших нападение неизвестных. Четверо сотрудников милиции Андижанской области «за проявленные самоотверженность и мужество в ходе обеспечения национальной безопасности республики» были награждены орденами и медалями, причем один из них, старший инспектор дорожно-патрульной службы УВД Андижанской области Бахтиёр Холмирзаев — посмертно. Так стало известно имя сотрудника милиции, погибшего в Андижане 26 мая во время взрыва на улице Фитрата.

А 3 июня Ислам Каримов подписал распоряжение о создании комиссии во главе с Генеральным прокурором Узбекистана Рашидом Кадыровым по подготовке и проведению открытого судебного процесса по фактам террористических актов в Андижане и Ханабаде. Официальные узбекские СМИ сообщили, что на комиссию возложена задача по оказанию необходимого содействия в подготовке и проведении этого процесса, создании условий для его широкого освещения зарубежными и местными средствами массовой информации. При этом о задержании каких-либо подозреваемых, несмотря на обещание открытого суда над ними, не сообщалось.

ВЛАСТИ ПРЕУМЕНЬШАЮТ МАСШТАБЫ СЛУЧИВШЕГОСЯ

С самого начала событий 2009 года в Андижанской области представители официальной власти подчеркивали, что их масштаб невелик. «Если бы ситуация была столь серьезной, как представляют некоторые СМИ, президент Узбекистана вполне мог бы отложить визит на другой срок», — заявил источник в правительстве Узбекистана корреспонденту агентства Regnum.

Однако во второй половине дня, после серии терактов в Андижане, всякие там источники в правительстве заткнулись и перестали выдавать благостно-успокоительные объяснения. Обозреватели отметили, что ради «двух-трех бандитов» вряд ли в приграничные районы стали бы стягивать бронетехнику, перекрывать дороги, глушить мобильную связь, изолировать Ферганскую долину, закрывать государственную границу с Киргизией и так далее.

Имеющаяся информация свидетельствует о том, что масштабы событий были больше, чем это признают власти. И если пока нельзя точно сказать, были ли перестрелки в других местах Андижанской области помимо Ханабада и Андижана, то данные о нападении на здание РОВД и СНБ в Ханабаде находят подтверждение.

«В Ханабаде было всего одно нападение, со взрывом и перестрелкой, — передал источник «Ферганы.Ру», специально съездивший в этот город для уточнения деталей происшествия. — Но дело в том, что ОВД (отдел внутренних дел) и ханабадский городской отдел СНБ — обе конторы расположены в одном здании. Поэтому можно сказать, было нападение и на СНБ. Но основное нападение было на ОВД. По рассказам жителей, был один мощный взрыв возле КПП (блокпоста). Затем перестрелка — минут 15-20. Ранен один милиционер. Из нападавших тоже есть раненые, но сколько их — неизвестно. Остались только следы их крови. Трупов нет».

Что касается Андижана, то это крупный город, областной центр, и информацию о взрывах в нем утаить значительно труднее. Итак, что случилось в тот день в Андижане?

По данным независимых СМИ, ссылавшихся на собственные источники, в Андижане произошли не только взрывы, но и как минимум одна перестрелка, да и самих взрывов было больше, чем один (источники этих СМИ локализовали их примерно в одних и тех же местах – на улице Фитрата и в районе масложиркомбината, а некоторые – еще и в пригороде Боги-Шамол). Таким образом, все эти источники указывали на то, что возле масложиркомбината произошел еще один взрыв, о чем не могла не знать Генпрокуратура, распространившая свое сообщение гораздо позже. То, что взрывов было два, впоследствии на неофициальном уровне признавали и некоторые представители силовых структур.

Между тем по информации Uznews.net, общее количество погибших в ходе событий 25-26 мая существенно превышало официальные данные. Со ссылкой на сотрудника одного из медицинских учреждений Андижана сайт сообщил, что в морги Андижанской области были доставлены 16 погибших во время взрывов и перестрелок в Ханабаде и Андижане. «Областной морг в Андижане получил на медицинскую экспертизу тела пятерых убитых, и их коллеги в Кургантепинском районе, расположенном рядом с Ханабадским районом, — тела одиннадцати погибших», — сообщил Uznews.net 27 мая.

После этого пресс-служба Генеральной прокуратуры Узбекистана на некоторое время вышла из состояния прострации и опровергла информацию о большом количестве жертв событий в Андижанской области. Глава пресс-службы этого ведомства Светлана Артыкова в беседе с корреспондентом «Би-би-си» заверила, что эти сведения далеки от действительности и повторила, что в ходе нападений в Андижане и Ханабаде был убит сотрудник правоохранительных органов и несколько человек получили ранения. По ее словам, задержанных в связи с инцидентами нет («Би-би-си», 28 мая.).

Вслед за этим отпор зловредному интернет-изданию появился на сайте Press-uz.info, контролируемом советом безопасности при президенте Узбекистана и традиционно используемом для обливания грязью критиков режима, в виде статьи с ярким названием «Вонь, распространяемая «Узньюсом», или как сотрудники сайта дискредитируют Интернет-журналистику».

«События 26 мая в узбекских городах Ханабад и Андижан опять возбудил зуд у недружелюбных к Узбекистану СМИ, — писал укрывшийся за псевдонимом автор статьи (орфография сохранена). – Несмотря на официальное сообщение пресс-службы Генеральной прокуратуры республики, наблюдаются попытки отдельных сайтов представить картину иначе. …Мне — простому жителю г.Андижана — непонятны эти потуги журналистов. Чего они добиваются, что кликушествуют? Из каких «осведомленных» источников они черпают информацию? Ведь в Андижане эти события даже остались незамеченными большинством из 2,5 миллионного населения. Жители районов, да и самого областного центра, узнали о происшедшем по сообщению Генпрокуратуры Узбекистана».

Текст этой отповеди говорит сам за себя, так что комментарии тут, как говорится, излишни.

Что касается того, что взрывов в Андижане было как минимум два, то что бы там ни утверждала Генеральная прокуратура Узбекистана вкупе с Press-uz.info, через некоторое время эта информация подтвердилась.

10 июля в Узбекистане было названо имя смертника, совершившего самоподрыв на улице Фитрата, в результате которого погиб сотрудник дорожно-патрульной службы Бахтиёр Холмирзаев. Им оказался житель Ходжаабадского района Андижанской области Камолжон Маткасымов, 1982 года рождения. А вскоре стало известно, что в качестве второго взорвавшегося в тот день в Андижане представителя этой группировки фигурирует гражданин Киргизии Тожиддин Сабиров, 1985 года рождения. Фотографии с именами и фамилиями террористов были распространены среди председателей махаллинских комитетов Андижана для разъяснительной работы (незадолго до этого фотографии голов этих смертников предъявлялись жителям для опознания).

Андижан, ул. Абдурауфа Фитрата, продовольственный магазин «Ал-Мансур». Здесь, в 13:45, на тротуаре перед надписью «Сникерс», прогремел первый взрыв

Вот что об этом сообщил нам андижанский правозащитник Саиджахон Зайнабиддинов: «В Андижане 26 мая однозначно прогремели два взрыва. Первый произошёл в 13.45 на улице Абдурауфа Фитрата, возле продовольственного магазина «Ал-Мансур». Здесь погиб один милиционер и самоподрывник. Второй взрыв произошёл через 15 минут, в 200-х метрах (250 шагов), напротив кафе национальных блюд «Барокат», расположенного на стыке улиц Наби Ахунова и А.Фитрата. Здесь погиб только самоподрывник, так как после первого взрыва улица в радиусе 500 метров абсолютно опустела. Всего в результате перестрелки в Ханабаде и взрывов в Андижане погибли 3 человека (один милиционер и два самоподрывника), 14 человек получили ранения; все они выздоровели».

Андижан, ул. Наби Ахунова (стык с ул. А.Фитрата), кафе национальных блюд «Барокат». Здесь, в центре прямой — от мальчика на деревце, до дверей кафе, в 14:00 прогремел второй взрыв

Таким образом, очевидно, что власти, как и обычно, врали, преуменьшая масштабы событий.

Надо сказать, что врут они в подобных случаях всегда. Врали во время серии терактов весной 2004 года, когда МВД Республики Узбекистан, говоря о ликвидации группы террористов в ташкентском пригороде Салар, официально заявило, что «в процессе задержания террористы в количестве 20 человек подорвали себя посредством самодельных взрывных устройств». Через три дня власти признали, что взорвали себя в Саларе только трое, остальные были ликвидированы силами спецназа.

Врали в 2005-м, когда Генпрокуратура заявила, что в ходе андижанских событий «погибли 187 человек, из них одна женщина и двое несовершеннолетних», врали в 2008-м, когда о количестве жертв в Кагане национальное информагентство «УзА» сообщило, что «по предварительным данным, в результате взрывов погибли три человека, пострадал двадцать один человек», хотя всем было прекрасно известно, что счет погибшим, как минимум, шел на десятки.

Продолжение следует

Алексей Волосевич, ФЕРГАНА

Читайте также: