BND не терпит мужскую любовь

 Два года и три месяца проведет на нарах бывший спецагент Федеральной разведывательной службы Германии (BND) Антон Роберт К. (Anton Robert K.). К такому сроку заключения 26 мая его приговорил Федеральный суд в Мюнхене. Сотрудник ведущей спецслужбы ФРГ получил свой приговор за то, что секретная информация, к которой он имел доступ, попадала в руки его переводчика и возлюбленного…

… гражданина Македонии Мурата А. (Murat A.) (фамилии не обнародованы по решению властей), с которым немецкий разведчик вступил в служебный и нетрадиционный мужской контакт во время своей командировки на Балканы. Если бы все эпизоды деятельности К. были бы доказаны, то ему пришлось бы провести за решеткой почти в пять раз большее время, чем окончательно решили мюнхенские судьи.

А вот на долю его возлюбленного и подчиненного, переводчика Мурата, выпало только условное наказание. Как ни старались немецкие контрразведчики и следователи убедить судей, что он передавал закрытые данные, полученные от своего близкого друга, сербской разведке и крестным отцам косовских уголовников, им так и не удалось набрать весомые доказательства вины Мурата, и поэтому тот в отличие от своего патрона остался на свободе и продолжает, видимо по-своему, радоваться жизни.

Настоящие фамилии интимных товарищей и соратников по тайной службе во благо Германии, разница в возрасте которых составляет 13 лет, так и не были оглашены и не прозвучали ни в немецкой, ни в иностранной прессе. Скорее всего у руководства Бундеснахрихтендинст есть какие-то свои тайные причины для сокрытия подлинных биографических данных бывших подчиненных, хотя после процесса и тот и другой стали просто отработанным материалом для федеральной разведки. Но, кто знает?..

И В СЛУЖБУ, И В ДРУЖБУ

Немецкий разведчик прибыл в столицу Косово – Приштину 21 февраля 2005 года в качестве дипломата, сотрудника посольства ФРГ. Он был отправлен в командировку один. Семья осталась в Германии. Главной задачей оперативной работы агента, имевшего, по данным некоторых немецких СМИ, чин старшего лейтенанта и являвшегося резидентом BND на Балканах, было отслеживание ситуации, складывающейся в данном регионе. С этой целью, по заданию своего начальства, он должен был осуществлять вербовку местных граждан и создать разветвленную и эффективную сеть информаторов, способных поставлять достоверные сведения обо всех событиях, происходящих на территории Косово.

Антон снял квартиру в одном из районов Приштины, где проживали дипломаты – сотрудники миссий различных государств. Для вербовки агентуры разведчик выбрал довольно своеобразный метод. Он придал себе вид, весьма отличающийся от облика иностранного дипломата: отрастил длинные волосы и наряжался так, чтобы его можно было принять за простого туриста. Резидент очень мало времени проводил в своей квартире. Большую часть суток он тратил на прогулки по городу, посещение кафе, ресторанов и других развлекательных заведений. В общем К. делал вид, что ведет или действительно вел довольно рассеянный образ жизни, характерный для немецких туристов.

Через несколько недель после начала своей работы, когда Антон, находясь в одном из столичных кафе, разговаривал по мобильному телефону со своей семьей и привлек внимание некоего местного жителя. К разведчику подошел ничем не приметный молодой человек, выглядевший как обычный торговец, и заговорил с ним на чисто немецком языке. Причем его речь была совершенно безупречна.

Он говорил на южно-германском диалекте практически без всякого акцента, хотя по внешности был явным уроженцем Балкан. Молодой человек, возраст которого не превышал 30 лет, представился своему новому знакомому Афримом, Он рассказал К., что его родители происходят из Македонии и Албании. В свое время они иммигрировали на юго-запад Германии. Там он учился в немецкой школе и поэтому в совершенстве овладел немецким языком.

Антон посчитал появление такой фигуры в списке своих агентов большой удачей и немедленно отправил руководству BND рапорт о состоявшемся знакомстве. Он очень положительно оценил лингвистические способности Мурата и предложил своим шефам принять его на работу в качестве переводчика. После непродолжительной проверки протеже балканского резидента, давшей положительные результаты, контрразведчики Бундеснахрихтендинст согласились с мнением К., и Мурат был принят на работу в МИД ФРГ.

Однако вскоре служебные отношения разведчика и его переводчика перешли за рамки категории «начальник–подчиненный». Они переросли в любовный роман, и нетрадиционные друзья-мужчины стали жить вместе в апартаментах Антона.

Согласно правилам, действующим в BND, ее сотрудники должны постоянно докладывать обо всех контактах, возникающих в ходе оперативной работы, особенно за рубежом, вне зависимости от их характера. Но вот об интимных связях разведчики должны оповещать свое начальство в первую очередь. Это правило неукоснительно действует во всех спецслужбах мира, поскольку его нарушение может быть чревато очень тяжелыми последствиями для агентурных сетей. Однако К. по многим причинам не мог выполнить это требование руководства BND и сообщить ему о своей новой «мужской дружбе».

Профессиональные и интимные контакты Антона и Мурата длились более двух лет, а их гомосексуальная связь вроде бы никак не вредила эффективной работе немецкого резидента. Начальники Антона были вполне удовлетворены результатами деятельности своего резидента и в начале 2007 года балканская командировка разведчика была продлена еще на два года.

ЖЕНА-РАЗЛУЧНИЦА

Толчок к разоблачению К. дала его семейная склока. В декабре 2007 года он приехал в Германию в отпуск на рождественские каникулы, и в семье разразился громадный скандал. Страховая компания разведчика с немецкой аккуратностью сообщила фрау К., что ее благоверный внес существенные изменения в свой полис социального страхования. Он вычеркнул фамилию жены из этого документа, и наследником всех причитающихся ему страховых средств стал его друг Мурат.

Такое поведение супруга вызвало резкое негодование, протест и определенные подозрения со стороны его жены. Женщина обратилась с апелляцией к его руководителям в BND. В своем заявлении она указала, что в качестве доказательства выдвигаемых претензий может предъявить письмо, полученное от страховой компании, в котором ее уведомили об изменениях, внесенных в страховой полис согласно пожеланию ее мужа.

До сигнала супруги своего сотрудника соответствующие структуры Федеральной разведывательной службы оставались в полном неведении о не совсем традиционных наклонностях резидента на Балканах. С этого момента обитатели начальственных кабинетов Бундеснахрихтендинст начали спорить о том, какие обвинения им следует предъявить своему подчиненному. Они не могли прийти к согласию по вопросу о том, что их сотрудник просто вел себя не в соответствии с наставлениями и инструкциями и не доложил о своих отношениях или нарушил режим секретности и разгласил государственную тайну. Некоторые руководители BND настаивали на том, что эту проблему следует решить внутри ведомства и не делать ее достоянием общественности.

Однако в конечном итоге шефы Бундеснахрихтендинст склонились к мнению, что этому инциденту должна быть дана официальная окраска. Они обратились к генеральному прокурору Германии и потребовали провести соответствующее официальное расследование данного инцидента. В связи с этим был сформулирован некий формальный предлог для возвращения Антона и Мурата в Германию. В соответствии с предписанием руководства весной 2008 года К. и его переводчик были отозваны из командировки. Они возвратились из Приштины в Мюнхен и там практически сразу же и были взяты под стражу.

Антон был арестован в пригороде Мюнхена Гроссхесселох на железнодорожном вокзале. Как сообщила немецкая пресса, к нему подошли двое неприметных в толпе пассажиров, сотрудников контрразведки, быстро обыскали, заковали в наручники и, усадив в автомобиль без каких-либо ведомственных знаков, увезли в неизвестном направлении.

Многие из свидетелей ареста, которые достаточно хорошо знали Антона, поскольку работали вместе с ним в штаб-квартире Федеральной разведывательной службы, находящейся в пригороде Пуллаха, в 10 минутах ходьбы от вокзала, были крайне потрясены наблюдаемой сценой.

Мурат А. был взят под стражу практически сразу же после ареста своего друга и руководителя. Он был задержан в одном из отелей Мюнхена, где снимал номер. Но уже на следующий день после задержания разведчику и его переводчику была предоставлена полная свобода. По свидетельству некоторых сотрудников BND, как сообщила немецкая пресса, освобождение арестованных из-под стражи было, по словам специалистов, скорее всего обусловлено тем, что контрразведка еще не располагала достаточными основаниями для их задержания и не имела убедительных доказательств антиконституционной деятельности сотрудников разведки, имеющих нетрадиционные сексуальные наклонности.

После освобождения сподвижники-любовники бросили свою квартиру в Приштине и обосновались в пригороде немецкого города Штутгарт. Там в течение нескольких месяцев, наслаждаясь своей привязанностью друг к другу, они и ждали ареста.

BND НЕ ТЕРПИТ МУЖСКУЮ ЛЮБОВЬ

Сотрудники Бундеснахрихтендинст, после ареста своих сослуживцев, много раз заявляли о том, что судебное разбирательство деятельности гомосексуальных разведчиков поставит весьма серьезные препятствия перед сотрудниками федеральной Фемиды.

Судьям, перед принятием окончательного решения, предстояла огромная работа по весьма тщательному изучению всех вопросов крайне непростой ситуации в Косово. Они должны были основательно вникнуть во все подробности весьма сложного положения, в котором оказалась немецкая разведка. Особое внимание следствие и федеральные служители правосудия уделили допросам лиц, поставлявших сведения Антону К. Главная трудность состояла в том, что все его доклады о беседах с источниками информации были секретны, а свои отчеты балканский резидент передавал руководству BND только по закрытым каналам.

В заключительном обвинении Федерального суда ФРГ говорится о том, что с содержанием секретных отчетов, которые разведчик направлял своим шефам в Пуллахе, он знакомил своего сексуального партнера. Кроме того, как выяснило следствие, он не проявлял должной неосторожности и его партнер имел возможность пользоваться компьютером Антона, в котором содержались закрытые данные.

Следователи обвинили К. и в том, что в постельных откровениях он сообщал своему возлюбленному сведения о сотрудниках BND и административном устройстве немецкой разведки. Ему также вменялось в вину и то, что он якобы передал Мурату А. документ, принадлежащий некой иностранной разведке, в котором содержались секретные сведения. Как выяснили немецкие журналисты, речь шла о британской Intelligence Service.

В документах прокуратуры ФРГ отмечается, что нарушение Антоном К. установленных правил оперативной работы стало причиной того, что руководство BND на Балканах было вынуждено прервать все контакты с 19 из своих информаторов. Ряд агентов Бундеснахрихтендинст были отозваны из командировок в Германию. Начальство BND настаивает на том, что в результате нарушения Антоном К. установленных правил службы в разведке национальной безопасности ФРГ был нанесен весьма серьезный ущерб.

Адвокаты К. в ходе предварительного следствия и на судебном процессе утверждали, что их подзащитный стал жертвой руководителей BND, которые, несмотря на все конституционные нормы ФРГ, не приемлют в своих рядах гомосексуалистов. Защитники Антона неоднократно заявляли, что лидеры Бундеснахрихтендинст давно известны своим крайне отрицательным отношением к нетрадиционным сексуальным отношениям сотрудников своей службы.

Даже после вынесения приговора защита разведчика продолжает настаивать на том, что в его деле нет никакого состава преступления. Они заявляют, что доказательств факта передачи резидентом секретных сведений своему переводчику и любовнику не имеется. Адвокаты единогласно заявляют, что все выдвинутые против их подзащитного обвинения носят просто «абсурдный» характер.

Они настаивают на том, что Мурат как переводчик Антона был непосредственным участником всех переговоров, которые тот вел со своими агентами. Защитники также подвергают большому сомнению и утверждение следователей о том, что секретный документ, который якобы принадлежал британской разведке, содержал какую-то закрытую информацию. По утверждению адвокатов балканского резидента, этот документ был открыт для общественности и полностью доступен всем желающим ознакомиться с его содержанием.

Антон К. и Мурат А. были также обвинены и в мошенничестве. Как удалось установить следствию, их служебный роман обошелся налогоплательщикам Германии в определенную сумму. Они выставляли своему руководству в BND счета для погашения фиктивных расходов. Таким образом, возлюбленным удалось «заработать» около 15 тыс. евро.  

Владимир Иванов, Независимое военное обозрение

Читайте также: