Генетика — мать порядка

По инициативе МВД в России уже в ближайшее время может начаться геномная регистрация граждан. Уже до конца года милицейское ведомство внесет в правительство законопроект о государственной геномной регистрации в РФ. Если его примут, Россия встанет в один ряд с США и Великобританией, где граждане уже «поделились» с государством своими генами. Ровно десять лет назад на базе Экспертно-криминалистического центра МВД России впервые был создан экспериментальный банк ДНК. Он содержал сведения о 210 гражданах, обвинявшихся в совершении преступлений на сексуальной почве, и, по большому счету, являлся только моделью, прообразом компьютерной базы данных ДНК, формированием которой МВД намерено заняться в самое ближайшее время. Уже до конца года милицейское ведомство внесет в правительство законопроект о государственной геномной регистрации в РФ. Если его примут, Россия встанет в один ряд с США и Великобританией, где граждане уже «поделились» с государством своими генами.

Все уйдут на базу

По замыслу МВД, в обязательном порядке кровь на ДНК должны будут сдать граждане, судимые за тяжкие и особо тяжкие преступления и находящиеся в местах лишения свободы (таких на данный момент около 200 тысяч человек). А также те, чьи профессии связаны с риском для жизни (силовики, спасатели и т. д.), лица без гражданства и иностранцы, ищущие убежища в России. Кроме того, в базу данных в обязательном порядке будет занесена и информация о ДНК неопознанных трупов. Добровольно же зарегистрироваться смогут все желающие, но для них проведение анализа и хранение информации в базе ДНК будет платным и обойдется в сумму порядка 6 тысяч рублей. Вырученные средства, как утверждается, пойдут на поддержание и обновление базы данных. В ближайшие три года МВД намерено запросить из бюджета 7 миллиардов рублей, в основном на оснащение лабораторий экспертно-криминалистических подразделений автоматизированными комплексами ДНК-анализа. В настоящее время в стране уже действуют 20 лабораторий ДНК-анализа, а к концу 2007 года их будет 32. Помимо этого обслуживание базы, по примерным подсчетам, ежегодно будет обходиться в два миллиарда рублей.

— Технически формирование банка геномных данных выглядит несложно, — утверждает главный научный сотрудник исследовательской лаборатории Экспериментально-криминалистического центра МВД России Владимир Савенко. — У человека возьмут лишь каплю крови, которая затем будет находиться в специальном хранилище. Данные ДНК граждан, чьи профессии связаны с риском, будут храниться в базах лишь тот срок, в течение которого они проходят службу. После увольнения образец крови может быть сохранен в банке данных лишь при желании самого гражданина.

Что касается структуры базы данных для ДНК-анализа, то, по мнению доктора медицинских наук, профессора Ирины Перепечиной (она входила в рабочую группу по созданию базы), для России централизация обоснована только в отношении накопления генетической информации, но не ее получения. И связано это с двумя обстоятельствами. «Во-первых, значительная территория страны делает малоосуществимой доставку биологических объектов в одну, выбранную для этой цели лабораторию, — говорит Ирина Перепечина. — А во-вторых, нецелесообразно игнорировать традиционно сложившуюся структуру — существование ДНК-лабораторий в целом ряде регионов страны». Поэтому «федеральный центр» будет аккумулировать информацию, поставляемую регионами.

Ошибок не избежать?

ДНК-анализ, безусловно, можно назвать прорывом в криминалистике. Например, по традиционным пробам крови можно определить лишь ее группу, а не конкретное лицо, которому принадлежит взятый образец. Анализ же ДНК поможет установить личность человека почти со стопроцентной гарантией.

По мнению специалистов, пожалуй, самая главная польза от нововведения — быстрое и точное установление личности погибших. Например, в 124-й Центральной лаборатории медико-криминалистической идентификации Министерства обороны РФ в Ростове-на-Дону до сих пор находятся неопознанные трупы солдат, погибших еще в первую чеченскую кампанию. Если бы существовал банк данных ДНК военнослужащих, такой проблемы просто бы не стояло.

Что же касается других областей применения генетической идентификации, то здесь у экспертов есть еще много вопросов. Так, например, в криминалистике уже давно применяется картотека пальцевых отпечатков преступников, но проблема в том, что если злодеяние совершил человек, ранее не нарушавший закон и не значащийся в картотеке, обнаружить его будет сложно, даже если он оставил на месте преступления отпечатки всех десяти пальцев. То же самое и в случае с ДНК. Представим ситуацию: совершена квартирная кража. Сотрудники оперативно-следственной группы обнаруживают в квартире некие вещдоки, пригодные для ДНК-анализа. Допустим, волосы. Но в базе данных человека с таким геномом нет. Что делать? Составлять две картотеки — одну, содержащую ДНК-код лиц, уже совершивших преступления, а другую — с образцами ДНК, обнаруженных на месте преступления? С учетом стоимости ДНК-анализа получается довольно внушительная сумма, которая может превысить ущерб, причиненный ворами.

Еще один важный момент — относительная легкость фальсификации доказательств. Например, достаточно подбросить на место преступления окурок со следами слюны или несколько волосков человека, внесенного в картотеку, и следствие ринется по ложному пути, «окружая» в данном конкретном случае совершенно невиновного человека.

Но главная, фундаментальная проблема — это возможность совпадения характеристик ДНК разных людей. Доктор биологических наук директор Института общей генетики им. Н. И. Вавилова РАН Николай Янковский поясняет:

— После проведения молекулярно-биологических операций полученные данные должны быть интерпретированы. Допустим, характеристики ДНК в образце и у подозреваемого точно совпали, но ведь они с какой-то вероятностью могут совпасть с характеристиками не только данного человека, но и какого-то другого. С какой степенью вероятности это может случиться? У людей, проживающих в разных точках планеты, есть свои частоты встречаемости идентифицируемых признаков ДНК. В рамках программы «Геном человека» в нашей стране были собраны образцы всех основных этнических и территориальных групп населения, но ни одна из этих групп не охарактеризована по частотам встречаемости идентифицируемых признаков. И потому для расчетов применительно к российским гражданам нам приходится использовать данные по частотам встречаемости идентифицирующих признаков ДНК, полученные среди населения США. Насколько они приложимы к населению России, еще только предстоит узнать.

Система ДНК-анализа, по мнению специалистов, должна быть отработана настолько, чтобы исключить возможность неправильной идентификации. К тому же система должна быть унифицированной и стандартизированной, то есть единой для всех лабораторий, участвующих в формировании базы данных.

— Если сегодня процедура идентификации по ДНК применяется максимум для сотен людей в год, то с введением закона о геномной регистрации это будут уже сотни тысяч людей, — говорит Николай Янковский. — И тогда число ошибок может вырасти в тысячи раз. А если ошибок будет много, то люди быстро поймут, что можно в судебном порядке оспаривать результаты экспертизы, до конца не подкрепленные серьезными научными исследованиями. В мировой практике, кстати, уже есть такие прецеденты. И потому российским генетикам необходимо срочно проводить работу в этом направлении, и они готовы это делать. На нее потребуется около двух лет, а полученные результаты обеспечат надежное применение закона о геномной регистрации.

Геном общего пользования

Помимо сугубо научного аспекта есть еще и не менее острый — правовой. В ДНК закодирована вся наследственная информация о человеке. Неправомерное использование этой информации может в одних случаях создать угрозу национальной безопасности, в других — привести к нарушению прав граждан.

Увы, но в России крадут информацию из самых закрытых учреждений. И вполне вероятно, что через некоторое время после создания база данных для ДНК-анализа появится на теневом рынке информации. Если речь будет идти о поименной ДНК-регистрации всех силовиков, не исключено, что в эту базу попадут и сотрудники СВР, ФСБ и ГРУ, которые выполняют разведывательные и специальные операции под прикрытием. И в этом случае может быть разглашена государственная тайна. Тому есть примеры: сразу же после того, как на черном рынке информации появилась база данных «Пенсионный фонд», где значилось, кому и какие ведомства начисляют пенсию, из одной бывшей республики СССР была выслана практически вся российская резидентура. Купившие базу данных контрразведчики насторожились, узнав, что атташе по культуре российского посольства получает пенсионные отчисления от Министерства обороны…

— Никто не даст гарантии, что данные ваших ДНК не будут использованы для ведения нечестного бизнеса или же подготовки преступления, — считает представитель фонда «Общественный вердикт» Олег Новиков. — Есть большие сомнения в том, что база ДНК будет достаточно хорошо охраняться.

ДНК является носителем всей наследственной информации об индивидууме и может служить источником обширной информации о человеке — его предрасположенности к различным заболеваниям, родстве. «Это создает потенциальную возможность использования полученных сведений против конкретного человека или его родственников», — таково мнение Ирины Перепечиной.

По мнению известного московского адвоката Александра Молохова, в той же самой Великобритании, опыт которой будет использоваться при создании базы данных о ДНК, уже отмечены случаи, когда информация о «генетических портретах» людей активно использовалась работодателями. Людям отказывали в найме из-за их генетической предрасположенности к различным заболеваниям. Поэтому, по мнению адвоката, следует принять такие же законы, защищающие права людей, какие были приняты для того, чтобы исключить возможность дискриминации по расовому и половому признаку. Иначе прогресс генетики может привести к «генетическому апартеиду», когда страховые компании и работодатели будут отказываться иметь дело с людьми, у которых найдены гены предрасположенности к серьезным болезням.

Введение различных видов учета, а в данном случае геномного, нередко расценивается как нарушение прав граждан, как очередная волна «полицейщины». С другой стороны, если сопоставить затраты со стороны государства на геномную регистрацию граждан с существующими ныне затратами на установление личности человека, погибшего в катастрофе, при теракте или во время массовых беспорядков, то мы придем к выводу, что последние пока значительно выше. В этой связи нужно помнить, что неустановление личности потерпевшего также является нарушением конституционных прав граждан.

С точностью до локуса

О первых шагах на пути введения в России геномной регистрации рассказал начальник отдела биологических объектов Экспертно-криминалистического центра МВД России Михаил Пименов:

— Проектом закона предусмотрено в обязательном порядке брать образцы ДНК у лиц, совершивших тяжкие преступления. Это необходимо, поскольку, как показывает практика, в 45 процентах случаев осужденные граждане не встают на путь исправления и вновь преступают закон. В добровольном порядке можно сдать анализ ДНК, обратившись в МВД с заявлением. В настоящее время уже имеется много таких обращений. В первую очередь инициативу проявляют коммерческие структуры и банки.

Основа нашей методики — это регистрационная система «Кодис», применяемая в США. Почему именно она была выбрана? Дело в том, что массив людей, который предполагается заносить в базу данных, будет очень большим. А «Кодис» — это система, идентифицирующая 13 локусов ДНК. В Великобритании до последнего времени базы данных составлялись по 6-локусным системам, сейчас внедряются 9-локусные.

Уже раскрыт ряд преступлений, в частности несколько квартирных краж в Москве. В Мордовии расследовались дела об изнасилования трех девочек, и удалось доказать, что эти преступления совершил один человек. Для того чтобы это выяснить, пришлось провести исследования 400 человек.

Возможны ли проблемы? Безусловно. К примеру, на окурке, найденном на месте преступления, осталась слюна. Подозреваемых двое. По слюне эксперт определяет, что курильщик является носителем второй группы крови. Она встречается у 42 процентов населения Земли, и оба подозреваемых случайно оказываются носителями этой группы крови. Если мы будем проводить исследования по сравнению 6 локусов, то шанс точного определения преступника будет равен 10 в 6 степени. Это значит, что такие параметры ДНК встречаются у одного человека из миллиона. Если провести сравнения по 9 локусам, то вероятность совпадений признаков составит уже 10 в 9 степени. Это очень высокая степень достоверности, позволяющая эксперту делать категорический вывод о виновности или невиновности того или иного человека.

Что касается защищенности информации, то это отдельная тема. База данных будет иметь вид определенных штрихкодов и формул. Разобраться в них под силу только специалистам узкого профиля, которых в России можно пересчитать по пальцам.

Генетика, сэр!..

Предполагается, что геномная регистрация резко повысит раскрываемость преступлений в России. В качестве аргумента разработчики закона приводят передовой опыт Великобритании. О том, что представляет собой национальная британская база данных ДНК и как она помогает бороться с преступностью, рассказал офицер пресс-службы Скотленд-Ярда Родерик Пауер:

— На наш взгляд, это одна из самых действенных систем, существующих в полиции Великобритании на сегодняшний день. К концу 2005 года в базу данных было внесено 3,4 миллиона профилей ДНК. Подавляющая их часть принадлежит людям, преступившим закон. Благодаря существованию базы данных каждый месяц осуществляется в среднем 30 тысяч сравнений. Число прямых обнаружений преступников при помощи анализа ДНК растет с каждым годом. Если в 1999-2000 годах их было 8612, то в 2004-2005-м — 19 873. Кроме того, в последние два года было раскрыто 15 732 преступления по возобновленным расследованиям «замороженных дел», следствие по которым ранее зашло в тупик.

Там, где в ходе расследования используется анализ ДНК, вероятность поимки преступника значительно увеличивается. База данных ДНК — полезный инструмент для раскрытия как тяжких, так и бытовых преступлений. Как показала практика, наиболее эффективной идентификация ДНК является при расследовании мелких краж. В то время как процент раскрытых краж обычно не превышал 16 процентов, после введения в оборот геномной базы данных этот показатель вырос до 41 процента.

Прогресс в работе системы идентификации ДНК очевиден, несмотря на то что это был пилотный проект, который развивался благодаря министерству внутренних дел и департаменту судебной медицины. Как показала практика, многие подозреваемые в совершении преступлений в конечном итоге перешли в статус обвиняемых. То есть люди, совершившие преступления, должны понимать, что они рано или поздно будут отданы под суд благодаря введению в производство новых технологий.

В то же время у британских властей нет намерений создавать обязательную или добровольную базу данных и тем самым раздувать ажиотаж вокруг этических проблем. Мы прекрасно понимаем, что всегда найдутся люди, которые захотят посягнуть на конфиденциальные сведения, и мы не хотим сыграть им на руку.

Степан Кривошеев, Дмитрий Серков, Итоги

Читайте также: