Англия: дело врачей

«Их бомбы — уже не акции фанатиков-одиночек, а настоящая партизанская война», — считает сотрудник лондонской полиции.- Это черт знает что! Сначала наша компания отказалась праздновать Рождество в офисе, чтобы не оскорбить чувства верующих мусульман. Потом директриса в школе, где учится мой сын, запретила продавать пасхальные булочки с крестом из тех же соображений. Это разве не бред? Однако, после того как они попытались взорвать меня на танцульках в клубе, выяснилось — им даже этого недостаточно.

Залил по три литра — бомба в кармане

30-летняя брюнетка Джейн Лейстер нервно курит сигарету за сигаретой, усиленно жестикулируя руками. Ее эмоциональность можно понять. Две недели назад она в числе семисот женщин пришла на вечеринку в популярный клуб Tiger Tiger в самом центре Лондона, где в полвторого ночи припарковали голубой «мерседес», под завязку набитый газовыми баллонами, канистрами с бензином и гвоздями. Джейн повезло: детонатор не сработал. Если бы произошло иначе, здание могло полностью рухнуть. Вторая бомба была установлена возле больницы, куда после первого взрыва свезли бы раненых. Шансов уцелеть у Джейн в обоих случаях было маловато. Теперь она посещает психотерапевта и перестала ездить в общественном транспорте, опасаясь террористов: на работу утром топает целый час.

Это уже четвертый террористический заговор в Лондоне за последние четыре года. Сначала — попытка устроить атаку в подземке с помощью яда рицин, потом — взрывы самоубийц в метро и автобусе (52 убитых и сотни раненых), в прошлом году — аресты боевиков, планировавших пронести в самолеты жидкую взрывчатку. Теперь — так называемое «дело врачей». Из семи человек «восточной внешности», установивших «бензиновые бомбы» в Лондоне и протаранивших стеклянные двери аэропорта Глазго на горящем джипе, пятеро — преуспевающие доктора.

— Многих эта новость привела в шок, — склоняясь над столом индийской забегаловки, шепотом рассказывает мне Джим, сотрудник пресс-службы Скотленд-Ярда. — Когда два года назад взорвали метро, все говорили: ну понятно, у бедных мальчиков не было будущего, кроме как торговать шаурмой, вот они и отчаялись. Но нынешние-то террористы… Это люди с высшим образованием и отличной зарплатой. Профессия врача одна из самых высокооплачиваемых в Великобритании. Как же они должны ненавидеть страну, в которой живут и работают? Скажу честно: нам просто повезло, что доктора оказались «любителями» и их бомбы не взорвались. Сейчас в полицию звонят, если видят соседа, покупающего газовый баллон, звучат предложения следить за продажей бензина. Но на практике такое невозможно. Человек попросту залил по три литра на десяти заправках — вот и все, «свежая» бомба у него в кармане.

На грани шизофрении

Джим показывает служебное удостоверение, но имя просит не называть. Он говорит неполиткорректные вещи, из-за этого могут быть проблемы на работе. Политкорректность в Британии доведена до шизофрении. Год назад одна стюардесса судилась с руководством авиакомпании «Бритиш Эруэйз», которое запретило ей носить на работе крестик. Суд она успешно выиграла, но это редкий пример. Выходцев из восточных стран в Британии, если сравнить с той же Францией, пока не очень много — три процента от населения, около двух миллионов человек. Но их влияние на повседневную жизнь огромно. Женщины в черных одеждах с закрытыми лицами на улицах английских городов уже не экзотика, а обыденная реальность: так же, как и исламистская пропаганда. Один британский имам, преподающий историю религии в Джорджтаунском университете, открыто заявил по ТВ, что любит бен Ладена больше, чем себя, а теракты — «акции самозащиты угнетенных». Другой проповедник, Абу Усама, в мечети восхвалил убийцу британского офицера в Ираке — «тот герой, кто отделил его голову от его плеч». Ничего им за это не было — адвокаты смогли доказать, что высказывания находятся в рамках «свободы слова».

— Люди в метро начали подозрительно смотреть на выходцев из южных стран, — объясняет Джим. — Кто знает, что у него в сумке? После бомбы у клуба мы стали получать по сорок тревожных звонков в день — «Пакистанец стоит и мрачно курит у моего дома, сделайте что-нибудь!» Терроризм горожанам не в новинку — целых 20 лет подряд в Лондоне подкладывали бомбы боевики из ИРА, но тем никогда и в голову не приходило взрывать метро. Хуже всего — понимать, что врач, который лечит тебе зубы и нежно просит потерпеть боль, возможно, вечером загрузит в свою машину газовые баллоны и направит ее в ночной клуб, куда пошла твоя дочь.

У нас начали внутреннее расследование: есть информация, что этим докторам помогал кто-то из полицейских. Это уже не акции фанатиков-одиночек, а самая настоящая партизанская война.

Мечеть в Финсбери-Парк, на западе Лондона, печально знаменита тем, что тут «работал» имам Абу Хамза, призывавший к свержению королевы. Эту мечеть посещал Ричард Рейд, севший на авиарейс в кроссовках со взрывчаткой, здесь бывали британские граждане Осман Ларусси и Ясин Беналия, убитые спецназом ФСБ в Беслане. Обстановка — что надо. Множество женщин в «закрытых» паранджах, слышна арабская речь. Едва я расчехляю камеру, как меня окружают крепкие молодые люди, которые дают внятный дружеский совет — убираться из их района. Сначала эти ребята приезжали сюда, чтобы заработать на кусок хлеба, но теперь у них появились свои районы, в которых они хозяева и делают что хотят. Таких районов все больше в Британии. Их еще больше во Франции. Они уже начинают появляться и в России, но у нас это никого не волнует. Когда начнет волновать, будет уже поздно.

Каждый лондонец, с которым я говорил, не сомневается: скоро произойдут новые попытки терактов. Ибо таких «любителей», как арабские доктора, в Британии слишком много. А все «любители» рано или поздно становятся профессионалами…

Георгий Зотов, Лондон, АиФ

Читайте также: